Том 10. Глава 18: У волшебных существ всё негладко с донесением информации

Едва Феликс вышел из комнаты, Моника, пошатываясь, поднялась на ноги, но тут же рухнула на кровать и, зарывшись лицом в подушку, глухо заскулила: «А-а-а-а-а!..». Она выла до тех пор, пока действие проклятия не ослабло: першение в горле унялось, и к ней вернулся нормальный голос.

— Всё пропало... А-а-а... Какая же я дура, дура, ду-у-ура! — горько завыла она.

Неро, мало что понимая, повернулся к Монике, свернувшейся на кровати, точно гусеница.

— Типа, а что случилось-то?

— Его Высочество Феликс всё понял! Понял, что Безмолвная Ведьма — то есть я — связана с Академией Серендиа!

— Ч-чаво?!

Знай она, чем всё обернётся, ни за что не стала бы так неуклюже выпытывать у него про Спираль Пламени... Как же она теперь раскаивалась.

Да и на что она надеялась? Куда ей, вечно запинающейся тихоне, тягаться в словесных баталиях с Феликсом — гением общения и дипломатии.

— У-у-у... Хотела раскусить его, а по итогу прокусили меня!

После зимних каникул Феликс наверняка начнёт искать Безмолвную Ведьму по всей академии.

До конца миссии оставалось ещё около полугода. И как теперь быть?

— К тому же, я так и не спросила, откуда Его Высочество столько знает о колдовстве... И может ли он сам использовать магию?

Да и на те вопросы, что она задала, он наверняка ответил ложью.

Глядя на убитую горем Монику, Неро небрежно бросил:

— А может, дело в духе, с которым принц заключил контракт? Дух-то наверняка шарит в проклятиях, вот и поделился знаниями. Да и пару боевых заклинаний подкинуть мог.

— ...А?

Моника, не сразу переварив слова Неро, на мгновение замерла. Затем медленно приподнялась с кровати и уставилась на кота.

— В смысле — дух, с которым Его Высочество заключил контракт?

— Я ж тебе говорил. Та белая ящерица, что ползала по принцу, — это, по ходу, его водный дух. Причём высшего ранга.

— Погоди, погоди, погоди...

Она никогда не слышала, чтобы у Феликса был контракт с духом. Впрочем, что-то такое про ящерицу Неро действительно упоминал.

Кажется, Неро и правда говорил, что Его Высочество пытался проследить за ним с помощью ящерицы, но нас тогда отвлекли...

Высшие духи владеют магией, а значит, с их помощью можно сразиться и с Проклятым драконом.

Однако слова Неро о том, что Феликс заключил контракт с высшим духом воды, вызвали у неё сомнения.

— Ты говоришь, у Феликса контракт с высшим духом воды... Но это ведь невозможно.

— Почему невозможно? Вон, злобный Ло-ло-ло-луис же заключил контракт с высшим духом ветра.

— Но для этого нужен огромный запас маны. Да и совместимость важна...

Чтобы стать одним из Семи Мудрецов, нужен уровень маны не ниже ста пятидесяти. Для контракта с высшим духом требуется примерно столько же.

Заключение контракта с духом — дело смертельно опасное. Нередко маги со слабой магической силой погибали при ритуале, полностью истощив свой резерв. Поэтому во всём королевстве едва ли наберётся десяток человек, сумевших подчинить себе высшего духа.

Феликс умён, и, судя по его диссертациям, если он сосредоточится на исследованиях, то наверняка сможет провести ритуал призыва. Но для успеха ему необходим колоссальный объём маны.

— ...Неро, ты думаешь, у Его Высочества большой запас маны?

— Хм-м... Если честно, вы, людишки, все на одно лицо. Хотя, вот того ледяного типа или Крикливого я различу легко.

Неро способен чувствовать чужой запас маны, но лишь смутно, без точных цифр, так что полагаться на его чутьё не стоило.

Даже если допустить, что у Феликса достаточно маны, чтобы считаться магом высокого ранга, для призыва высшего духа нужно соблюсти ещё одно условие.

— Чтобы призвать высшего духа и заключить с ним контракт, нужно обладать сродством к его стихии. Возьми, к примеру, Луиса: его основная стихия — ветер, поэтому он и смог договориться с духом ветра.

Сама Моника, чьей родной стихией тоже был ветер, была способна призвать Короля Духов Ветра. Однако никого, кроме него, призвать не могла.

— Выходит, его стихия — вода?

— Скорее уж земля...

Услышав неуверенность в голосе Моники, Неро склонил голову набок.

— С чего ты взяла? Ты ж даже не видела, как он колдует.

— По его второму имени — Арк.

В этом королевстве существовала традиция: родители давали детям второе имя в честь Короля Духов той стихии, к которой у ребёнка наибольшая предрасположенность, надеясь на его покровительство.

Взять, к примеру, полное имя Нила — Нил Клэй Мэйвуд. Слово «Клэй» в его имени происходит от имени Короля Духов Земли, Арклейда.

— Если говорить о втором имени, то «Арк» взято от имени Короля Духов Земли. Это указывает на сродство с земной стихией. А значит, контракт с высшим духом воды для него невозможен...

— Ну, я в этом не особо разбираюсь. Вдруг его стихия поменялась, пока он рос?

— Согласно исследованиям, магическая предрасположенность наследуется от родителей и с возрастом не меняется.

Это подтверждали многие научные труды, в том числе работы её покойного отца. Об этом говорилось и в его книге, которую она купила в букинистической лавке Портера.

— М-м-м... М-м-м-м... Всё равно ни черта не понял. Короче, что это значит-то?

— Проще говоря: что бы ни случилось, земляной дракон никогда не станет водным.

— А, ну тепе-е-ерь ясно.

Неро понимающе кивнул, потёр подбородок и снова склонил голову.

— А что, если ему просто дали имя, никак не связанное с его стихией? Для красоты?

— ...Не думаю, что в королевской семье ребёнку дали бы второе имя, не соответствующее его дару.

— Ну, может, он редкое исключение.

Неро, для которого имена мало что значили, тут же выбросил проблему из головы, но Моника так не могла. Неприятное чувство никак не отпускало её.

Может, Его Высочество не использует магию на людях именно поэтому?..

Из-за последних событий сомнения и подозрения Моники по отношению к Феликсу постепенно нарастали.

Его странное отношение к Проклятому дракону.

То, что он скрывает своего высшего духа.

И наконец... его одержимость троном.

Но что случится, если она попытается утолить любопытство и докопаться до истины?

Думаю, мне не стоить совать нос в такие дела…

Такие мысли крутились у неё в голове тогда.

⚚⚚⚚

Выйдя из комнаты Безмолвной Ведьмы, Феликс замер: в углу коридора, обхватив руками колени, сидел человек.

На нём была такая же тёмно-синяя мантия, как у госпожи Эверетт, — одеяние, которое дозволено носить лишь Семи Мудрецам. Из-под капюшона выбивались фиолетовые пряди — цвет волос, редко встречающийся в этом мире.

Это был Рэй Олбрайт, Колдун Бездны, один из Семи Мудрецов.

Феликс полагал, что тот отправился к Гленну, чтобы заняться его ранами, но что он делает здесь, в углу?

— ...Хочу, чтобы меня любили, так сильно хочу, чтобы меня любили, и чтобы сказали, что «я единственный». Хочу любви, хочу любви, хочу любви...

Как обычно, — отметил про себя Феликс.

Он уже не раз был свидетелем подобных сцен, когда Рэй пытался приударить за дворцовыми служанками. Поэтому он просто легонько похлопал его по плечу.

— Прошу прощения, полагаю, вы — Колдун Бездны, сэр Олбрайт. Вы неважно выглядите, всё в порядке?

Хоть Феликс и знал, что с Рэем всё в норме, голос его звучал тепло и участливо. В ответ Рэй медленно поднял голову, посмотрел на него... и тут же закрыл лицо ладонями.

— Угх, его сияние слепит меня…

Феликс считал, что добрых девяносто процентов слов, изрекаемых этим человеком, можно смело пропускать мимо ушей.

— Судя по реакции, вы в порядке. В таком случае, я хотел бы попросить вас пройти в комнату Дадли и осмотреть его рану...

— ...Понял. Иду...

Рэй Олбрайт вечно донимал женщин вопросами вроде «ты меня любишь?», а с мужчинами говорил сухо и односложно.

Он и не думал менять манеру речи даже перед членами королевской семьи. Но король, зная об этом, всё равно пожаловал ему титул одного из Семи Мудрецов, поэтому Феликс не собирался отчитывать его.

Поднявшись, Рэй, пошатываясь, словно тяжелобольной, побрёл по коридору... но вдруг остановился и обернулся.

— ...а где комната Гленна Дадли?

— Если позволите, я вас провожу.

Он мог бы приказать слугам проводить Колдуна Бездны к Дадли, но не стал этого делать: у него было к Рэю несколько вопросов.

Феликс шёл впереди, Рэй плёлся следом, держась на почтительном расстоянии.

Чувствуя спиной тяжёлый, прямой взгляд, Феликс решил завязать светскую беседу.

— Мне следует поблагодарить вас за оказанную помощь. Всё-таки такой специалист по проклятиям, как вы, вселяет уверенность.

— ...тут есть и госпожа Безмолвная Ведьма.

— Разумеется, я безмерно благодарен и ей. Не будь её, я бы давно погиб. И благодаря ей мы смогли дать отпор Проклятому дракону и выжить.

Он не лгал.

По правде говоря, не окажись её там в тот момент, все, кто был в охотничьих угодьях, непременно бы погибли. А Проклятый дракон продолжил бы буйствовать в герцогстве Ренберг, сея проклятие и оставляя за собой лишь пустоту.

— Я знаю, что мои познания в проклятиях скудны, но хотел бы узнать ваше мнение как эксперта... возможно ли с помощью тёмного колдовства по своей воле управлять живым существом?

— ...Подобное противоречит проклятиям.

Феликс остановился и оглянулся.

Сквозь длинную чёлку Колдуна Бездны сверкнули глаза, подобные драгоценным камням, и в них читалось явное презрение.

— ...Проклятия созданы не для того, чтобы «управлять» живыми существами, а чтобы заставлять их страдать. Если хотите кем-то управлять, используйте заклинания контроля разума.

— Вы правы...

— Любой, кто пытается управлять живностью с помощью порчи — мусор, а не маг. Такая магия позорна для проклинателя.

Для обычных людей управление и мучения были одинаково ужасными вещами, но в глазах волшебников вроде Колдуна Бездны между ними лежала огромная пропасть.

Так вот с помощью какой силы меня возведут на трон…

Герцог Крокфорд уготовил Феликсу Арку Ридиллу путь, до ужаса пропитанный кровью множества жертв.

И он понимал, что у него больше нет выбора, кроме как пройти его до конца.

Подожди ещё немного... Арк.

———