Детский каприз длился недолго.

Осознав свою оплошность, мальчик опустил голову, и его надутые щеки тут же сдулись.

— …Да. Я понял, мама.

Только убедившись, что Арден снова ведет себя как обычно, Тенесия с облегчением выдохнула.

Сначала леди Рейнольд ему вроде бы понравилась — он радовался, что впервые видит родственницу. Но после той самой первой встречи отношение Ардена резко изменилось. Невинный детский взгляд сменился глухой обороной.

Тенесия пыталась расшевелить мальчика, который теперь даже видеть её не хотел, порой строго отчитывала его за упрямство, но он не поддавался.

— Леди Эди для тебя пока просто непривычна.

— ……

Арден насупился, но промолчал.

— Мы как раз пили чай с леди Эди. Не хочешь присоединиться к нам?

— Чаепитие с мамой!

— И с леди Рейнольд тоже, — мягко поправила его Тенесия, пресекая попытку сгладить углы.

— Хм…

Малыш озадаченно промычал, погрузившись в раздумья. Его упрямые бровки нахмурились точь-в-точь как у Дитриха.

— Я решил! Я тоже хочу чаю!..

Похоже, желание посидеть за столом с Тенесией перевесило нежелание видеть Эди. Щечки мальчика порозовели — он просто не смог устоять перед искушением.

Глядя в эти полные решимости детские глаза, Тенесия нежно убрала с его лба черную челку.

— Арден. Если ты останешься с нами, пообещай мне кое-что.

— Обещание?

— Да. Пообещай, что за чаем ты будешь вести себя с леди Эди дружелюбно.

— Хм…

Как она и думала, мальчик заколебался. Тенесия мягко улыбнулась и потрепала его за круглую щеку.

— А я-то слышала, что прекрасный юный господин Хаберфельд прекрасно ладит со всеми без исключения?

— …Хорошо. Я буду вести себя вежливо.

Но, судя по всему, простым согласием дело не ограничилось. Арден вскинул на неё глаза:

— Но взамен мы снова сыграем на пианино?

— На пианино?

— Да. Давай сыграем вместе, как в прошлый раз.

Однажды, услышав от ребенка, что тот никогда не обучался искусствам, Тенесия села за инструмент, который до этого пылился в замке без дела. Видимо, Ардену тогда очень понравилось. С тех пор он частенько донимал её просьбами сыграть вместе.

— Хм… — Тенесия замялась с ответом.

Повязку с руки ей сняли уже давно. Однако безымянный палец до сих пор не слушался так, как ей хотелось. Вспомнив о своей малоподвижной руке, она вздрогнула от теплого прикосновения — мальчик крепко сжал её ладонь.

— Нельзя?..

— Ну конечно можно. Я обязательно найду время.

— Ура!

«Надеюсь, еще не все потеряно», — подумала Тенесия. Глядя на сияющее лицо Ардена, она изо всех сил постаралась прогнать мысли о непослушном пальце.

— Это точно будет весело.

Глядя на радостного ребенка, Тенесия и сама улыбнулась еще шире.

— Так, еще одну чашку…

— Госпожа. Хозяин только что прибыл.

Рука Тенесии, которая как раз тянулась, чтобы положить перед Арденом печенье, замерла.

— …Дитрих.

Это была их первая встреча со времен суда над Теобальдом. И первая — после того, как она провела между ними черту в карете.

Должно быть, он был очень занят, но Дитрих не появлялся дома так долго, словно намеренно избегал её.

Тенесия вздохнула и поднялась со своего места. Её грызло чувство вины перед ним, но такая дистанция была единственно верной. Она — та, кто рано или поздно уйдет. И ей меньше всего хотелось снова причинять ему боль.

— Похоже, чаепитие придется отложить, — Тенесия опустила взгляд на Ардена. — Арден, давай вместе пойдем и встретим отца?

— Давай!

— Хелла. Когда леди Эди вернется, попроси её пройти в центральный холл. Они с Дитрихом еще не виделись.

— Слушаюсь, госпожа.

— Пойдем, Арден.

Тенесия взяла маленького мальчика за руку. Тепло его ладошки, так уютно устроившейся в её руке, приятно согрело сердце.

Когда они вышли в холл, их щек коснулся резкий, колючий поток воздуха. Источник сквозняка был виден сразу: зимний ветер, врывавшийся сквозь распахнутые настежь парадные двери, безжалостно гулял по помещению.

— Живее, передавай туда!

— Шевелитесь быстрее!

Среди бесконечно снующих туда-сюда слуг отыскать Дитриха не составило труда. Как гвоздь, приковывающий к себе всё внимание, его необычайно высокий силуэт выделялся в любой толпе.

Он никогда не терял времени даром. Вернувшись домой после долгого отсутствия, Дитрих без единой минуты отдыха уже вовсю раздавал поручения вместе с дворецким.

И почему эта картина, несмотря на разлуку, казалась такой привычной? Наверное, потому что это было частью их повседневной жизни, которую она видела каждый день. И лишь его более плотная одежда напоминала о том, что погода на улице окончательно переменилась.

— Ты вернулся?