— Что это... всё такое?

Запахивая халат, я вышла в прихожую и тут же округлила глаза. Алек, только что вернувшийся домой, держал в руках кучу коробок и пакетов. Неужели он решил пройтись по магазинам? Но еще больше меня поразило то, что он прижимал к груди букет цветов.

Он слегка кашлянул и ответил:

— Увидел по дороге и купил.

— Да? Так много?

Я присмотрелась к его ноше. По печатям на коробках было ясно, что все они из знаменитых мастерских, торгующих драгоценностями и украшениями.

— Джеймс?

— Да, господин, — тут же отозвался дворецкий.

— Отнесите всё это в комнату супруги.

— Слушаюсь.

Слуги приняли у него покупки. Проводив их взглядом, я снова посмотрела на Алека. Неужели это всё мне?

— Надеюсь, тебе понравится. Давай поднимемся и распакуем вместе.

— А? Х-хорошо.

Когда он шагнул ко мне, я, всё еще растерянная, пошла следом за ним наверх. Сердце почему-то учащенно забилось.

— Матушка и Элой уже спят?

— Ах, да. Кажется, все отдыхают.

— Понятно.

Поднимаясь по лестнице и обмениваясь дежурными фразами, я чувствовала неловкость. От букета в его руках исходил сладкий аромат. Даже мельком взглянув на цветы, я поняла, что каждый из них несет свое послание, и от этого мое сердце трепетало еще сильнее.

— ...Дела прошли успешно?

На мой вопрос он спокойно кивнул:

— Да. Матушка и Эндрю благополучно вернулись?

— Да. К счастью, всё прошло хорошо. В «Лиз» отреагировали положительно, назвали создание оранжерей на Севере значимым приключением.

— Видимо, матушка сумела их убедить.

— Похоже на то.

Я слегка улыбнулась ему. Если на Севере появятся цветочные фермы, люди будут в восторге. Я не встречала тех, кто ненавидел бы цветы — разве что тех, кто ими не интересовался. Свекровь договорилась о поставках не только с «Лиз», но и с производителями джемов. Хоть она и делала вид, что ей это в тягость, я была благодарна, что она выполнила мою просьбу. Впрочем, это было на благо всей нашей семьи.

Я снова улыбнулась Алеку.

— Думаю, земли маркиза Хауарда скоро будут проданы. Говорят, герцог Гарсия очень обрадовался этой новости.

— Вот как.

— По словам Эндрю, денег от продажи хватит, чтобы с лихвой покрыть налог Императора, и еще останется приличная сумма.

— Это хорошо.

— Правда ведь?

Мой взгляд на Алека стал теплее. Во дворце ситуация казалась безвыходной, но теперь, когда решение нашлось, я почувствовала огромное облегчение. За разговором мы незаметно дошли до моей комнаты.

Глядя на роскошные коробки, аккуратно сложенные на столе, я почувствовала себя маленькой девочкой в день рождения. Что же там внутри? Неужели мой муж выбирал всё это сам, специально для меня?

Дверь закрылась, и мы остались вдвоем.

— Луиза.

Он позвал меня по имени и подошел ближе, отчего я невольно напряглась.

— Я не помню... часто ли я дарил вам цветы раньше?

— ...Что?

Всё-таки у него проблемы с памятью? Я растерянно приняла букет, который он мне протянул, и сглотнула, глядя на него.

— Дарили, конечно. На каждый день рождения вы присылали пуансеттии.

Это был цветок, который дарят просто в знак поздравления. Каждый год моя комната утопала в пуансеттиях — в горшках, в вазах, в настенных кашпо. Их было так много, что для цветов от других людей просто не оставалось места. Но кроме тех случаев, он никогда не дарил мне цветов...

— ...Значит, так оно и было. Сегодня не день рождения, но я решил выбрать эти.

— Вы... сами их выбрали?

— Да.

Когда он кивнул, я с недоверием опустила взгляд на букет. Для человека, который знал только «поздравительные» цветы, этот выбор был слишком... красноречивым. Знал ли он, что означают эти цветы? Или это совпадение?

Более пяти видов цветов, и каждый беззвучно признавался мне в любви.

Фиолетовая сирень, статица, птицемлечник. Красные тюльпаны.

Первая любовь, вечная любовь, неизменная преданность и признание в любви — здесь было собрано всё.

— ...Алек.

Я посмотрела на него, и мои глаза предательски заблестели. Я чувствовала, что этот букет не случаен. То, что раньше он дарил только пуансеттии, было доказательством: он не мог позволить себе выразить ничего, кроме формального поздравления. А теперь... столько любви в одном букете. Я не могла не быть тронута.

Сдерживая слезы, я подняла букет, наполовину прикрывая им лицо.

— Спасибо огромное. Это именно те цветы, которые я всегда мечтала получить от вас.

— Правда?

— Конечно. Вы даже не представляете, как я сейчас счастлива.

— ...

Он не сводил с меня глаз. В груди щемило от неожиданного наплыва чувств. В прошлой и этой жизни многие мужчины проявляли ко мне интерес, но быть любимой тем, кого любишь сама... Оказывается, это такое чувство. Казалось, даже если мир рухнет прямо сейчас, мне будет всё равно — настолько переполняло счастье.

— Ах, и еще.

Вдруг он подошел к столу, взял одну из коробок и вложил мне в руки.

— Открой.

— Хорошо.

Улыбнувшись ему, я, прижимая букет одной рукой, принялась развязывать изящную ленту. Что же это? После такого букета я была в приподнятом настроении и с нетерпением ждала сюрприза. Хоть с цветами раньше и было туго, в подарках Алек меня никогда не разочаровывал.

Его подарки всегда напоминали о том, что он — герцог. Тайком от свекрови он дарил мне земли в провинции или особняк на курорте. Сейчас мы всё это потеряли, но получать такие масштабные подарки от мужа, с которым у нас был договорной брак, было приятно.

Но сейчас это была маленькая коробочка. Не дом, не земля. И всё же, хоть сегодня и не мой день рождения, момент казался более особенным, чем любой праздник.

Я открыла хрустальную крышку, и меня ослепил блеск алого прозрачного камня. Что это...? Когда зрение сфокусировалось, я увидела заколку для волос. Она была сплошь усыпана бриллиантами, переливающимися таинственным светом.

— Боже мой.

Какая красота.

— Тебе нравится?

На его осторожный вопрос я дважды кивнула.

— Очень красиво. Это вы тоже сами выбрали?

— ...Да. Я подумал о тебе, Луиза, и не смог пройти мимо.

Его искренность заставила меня тихо рассмеяться. Мастерская, где он купил эту заколку, была одной из лучших в столице. Их украшения были прекрасны, но для меня всегда казались слишком большой роскошью, чтобы покупать их самой. Получить такое в подарок было невероятно приятно.

— Спасибо. То, что вы подумали обо мне, глядя на эту вещь... это трогает меня больше всего.

Он, кажется, вздохнул с облегчением, и уголки его глаз чуть дрогнули в улыбке.

— Я волновался, вдруг не понравится. Рад, что угодил.

— Еще бы. Если это от вас, я была бы рада даже соломинке.

— Ну зачем же так...

— Потому что это значило бы, что вы думали обо мне.

— ...

Его взгляд стал спокойнее, словно он услышал что-то неожиданное. Я достала заколку и протянула ему.

— Наденете мне ее сами?

— ...Хорошо.

Когда он взял украшение, я подошла к зеркалу, продолжая прижимать к себе цветы. Он на мгновение задержал взгляд на моих распущенных длинных волосах, а затем осторожно коснулся их рукой. Пряди мягко скользнули сквозь его пальцы.

На губах сама собой появилась улыбка. Я думала, мне приятно только когда он касается моего тела, но от прикосновений к волосам веяло какой-то юношеской нежностью.

Наконец он закрепил заколку в моих волосах.

— Готово.

— Спасибо.

Я слегка повернулась, глядя в зеркало. Алое украшение мне очень шло. Или это потому, что его подарил муж?

— Алек.

Я не выдержала, развернулась и крепко обняла его, держа букет за его спиной, чтобы не помять. Я просто не могла не обнять его сейчас.

— Я впервые получаю от вас такое. Буду носить ее всегда. Буду хранить всю жизнь.

— ...Луиза.

— ...?

Вдруг он отстранил меня и вытащил заколку из моих волос. Я удивленно уставилась на него, а он неловко кашлянул.

— Вообще-то, это расходный материал.

— Что?

— В ней заключена магия. В случае опасности нужно нажать сюда и бросить — она взорвется.

— ...