В памяти Элрика встречи с организацией Мунлинг не вызывали приятных воспоминаний.

Он виделся с ними лично всего три раза, и каждая из этих встреч настолько сильно встряхивала его жизнь, что относился он к ним без особой симпатии.

Не говоря уже о прочих происшествиях, инцидент на свадьбе Эльвуса Греймана выбил его из колеи особенно сильно.

Этот человек вечно не мог остепениться, но теперь наконец решил, что хочет жить с кем-то.

Элрик оставил дела на поле боя, чтобы благословить светлое будущее друга, и вместо этого нос к носу столкнулся с Мунлинг, которые пытались прикончить Эльвуса.

Они потом извинились, конечно, но этого было мало.

И вдобавок ко всему сегодня их было сразу несколько.

"Вы, ребята, действительно достали".

Элрик откинулся на спинку стула и, опершись на трость, уставился на них.

Опущенные головы ясно говорили о покорности.

Но легче от этого не становилось.

"Случайность или заговор?"

Теперь кто-то знал о связи между Кашей, Демоном Меча, и Элриком Портманом.

Хотелось перерезать им глотки и заткнуть их раз и навсегда, но без понятия, сколько ещё людей задействовано за кулисами, так поступать было неразумно.

Лучше для начала выяснить, зачем они вообще здесь.

Один из убийц сжал губы и тут же выдал ответ на мучивший его вопрос.

"Милорд, это был граф! Мы действовали по приказу графа Нимруда!" - взволнованно воскликнул тот, кто выглядел старшим.

Элрик удивлённо приподнял брови.

"Нимруд?"

Значит, это отец того придурка из ателье.

Всё-таки прислал убийцу.

Элрик поморщился и спросил:

"Что ему известно?"

"Насколько ему известно…"

"Я спрашиваю, что ему известно обо мне".

Испуганный убийца вздрогнул.

И дрожащим голосом выложил всё, что знал:

"Н-ну…"

Если кратко:

Граф Нимруд попытался убрать Элрика за оскорбление наследника - просто ради сохранения репутации семьи.

Звучало до абсурда глупо, но Элрика грела мысль, что этот тип так и не догадался о его связи с Кашей.

Это подвело его к следующему вопросу:

"Тогда мне хотелось бы знать, каким ветром сюда занесло тех, кто резвился на Западе".

Расширение бизнеса? Звучит как издевательство.

Элрик знал, кто стоит за Мунлингами, и знал кое-что, чего не знали они сами.

С учётом характера того человека, у него не было никаких причин лезть так далеко на восток.

"Вы ведь знаете, что я не терплю лжи".

Элрик выпустил убийственное намерение, и убийцы сухо сглотнули.

А затем, обезумев от страха, выдавили из себя:

"В-видите ли…"

От этого у Элрика в голове помутилось.

***

Тирия посмотрела на себя в зеркало, когда закончила сборы.

На ней было простое тёмно-синее платье, волосы стянуты в тугую косу, а макияжа ровно столько, чтобы не выглядеть чересчур накрашенной.

Такой же образ она использовала на любом другом балу, но сейчас, глядя на своё отражение, она чувствовала довольство.

И это было естественно.

Сегодняшний бал будет другим, потому что с ней будет Элрик.

Разве можно не радоваться первому королевскому приёму в его обществе?

Она не будет ходить по пятам бывшего главы рода, обсуждая дела с его клиентами, как делала последние девять лет.

И не будет сидеть в углу бального зала в одиночестве, бесцельно убивая время, как в прошломе году.

Нет, даже если она снова окажется в каком-нибудь углу - на этот раз это не имело значения.

Одного того, что она будет рядом с ним здесь и сейчас, уже достаточно, чтобы чувствовать себя счастливой.

"Миледи, макияж готов".

Тирия подавила лёгкое волнение, когда к ней подошёл Альдио.

Слугам нельзя показывать свои истинные чувства.

"Хорошо. Начинай потихоньку собираться".

"Да, и…"

"Мы ведь договорились больше к этому не возвращаться".

Альдио вздрогнул.

Тирия небрежно махнула рукой, отмахиваясь от его вопроса, и изо всех сил пыталась скрыть подступающий стыд.

Речь шла о кровати, если уж совсем прямо.

"Я не позволила бы ему спать на плохой кровати, даже если бы он провёл в ней одну ночь. Дворянин должен отдыхать с комфортом каждую ночь".

Когда она впервые увидела сломанную кровать Элрика, она запаниковала, но потом поняла, что можно сделать.

Сначала она перетащила его в свою кровать, а потом намеренно задержала доставку новой.

Ей было неловко, потому что всё это она сделала под влиянием порыва, не обдумав как следует.

Но ведь так поступают супруги, и ей хотелось попробовать тоже самое.

Она ведь не замышляла ничего грандиозного… Просто спать с ним в одной постели - разве это можно назвать эгоизмом?

Они ведь не делали ничего лишнего, просто спали.

Конечно, нельзя сказать, что она ни о чём не жалела, но Тирия была более чем довольна.

Правда, по её вине Альдио, который по пути должен был передать письмо, кое-что заподозрил.

Ей удалось заткнуть ему рот оправданиями, но совесть время от времени всё равно давала о себе знать.

"Ну…" - Альдио округлил глаза, но потом кивнул.

А следующие его слова прозвучали уже как самооправдание:

"Ах, да, верно. Вы ведь муж и жена. Значит, вам уже стоит потихоньку начинать думать о наследнике…"

"Дворецкий".

"…Прошу прощения".

Альдио виновато склонил голову.

Тирии стало почему-то жаль его, и она сказала хрипловато:

"…Всему своё время. Произвести наследника - долг дворянина".

Голос прозвучал крайне официально.

Это была её вредная привычка: чем сильнее она нервничала, тем тщательнее прятала свои эмоции.

Лицо Альдио чуть просветлело.

Наследник.

Тирия знала, что ребёнок станет для неё чем-то бо́льшим, чем просто обязательством.

Но именно потому, что ей не хотелось превращать близость в чистую формальность, она избегала этой темы.

"…Мне пора".

Тирия поднялась.

Хватит этой болтовни.

Она собиралась хорошо провести время и не позволит ничему испортить себе настроение.

Она направилась к Элрику.

"Здравствуй".

Тирия почувствовала, как сердце пропустило удар, когда Элрик поприветствовал её у входа.

Она видела его в новом образе, и от этого на душе становилось особенно волнительно.

Светло-коричневый костюм в тон его волосам действовал на неё успокаивающе.

А лёгкий макияж, нанесённый со вкусом и без ущерба для его внешности, подчёркивал его сдержанную красоту. Лоб, открытый из-за зачёсанных назад волос, выглядел чисто и изящно.

"…Нам пора отправляться", - сказала Тирия, глядя в пол.

Ей было трудно смотреть ему в глаза.

Он слегка улыбнулся и ответил:

"Да, поехали".

Голос у него почему-то звучал тише, чем обычно.

Она мельком глянула на него, когда они садились в карету, - он о чём-то задумался.

Она запомнила, что он не любит королевские приёмы.

Возможно, он волнуется.

Если так, её дело как жены - немного разрядить обстановку.

Тирия перевела взгляд в окно.

"Ничего страшного не будет. Даже на таком балу все взгляды прикованы к знати в центре".

"…Правда?"

"Да. Надо просто скоротать время и уйти".

"…Понял".

Он отвечал с заминкой, будто мысли его были далеко.

Это её немного задело.

Но следом, чуть запоздало, он добавил:

"Ты сегодня прекрасно выглядишь".

Тирия вздрогнула и сжала пальцы.

Резко повернулась к нему.

Растерянно выдохнула:

"…Что?"

"Ты немного другая, чем обычно. Я хотел сказать, что макияж тебе очень идёт".

Он улыбнулся и встретился с ней взглядом.

Она пожала плечами и снова уставилась в окно.

Не повторит ли он ещё раз?

Ей нужно было убедиться, что это не сон.

Тирия сжала губы, пытаясь попросить.

Если бы она услышала те же слова ещё раз, сердце бы, наверное, разорвалось.

"Я собираюсь жениться на красивой женщине".

Может, она и не была той красивой женщиной, которую он хотел, но хотя бы приблизилась к этому.

Интересно, она уже доросла до того, чтобы он её больше не называл страшилой?

Уголки губ сами собой поползли вверх, и сдержать их было трудно.

Она снова уставилась в окно.

Подавила дрожь и с благодарностью улыбнулась:

"Вы тоже прекрасно выглядите, милорд".

Она говорила от души, но из-за волнения слова опять прозвучали скованно.

Ужасная привычка.

Пока она размышляла, он ответил:

"Это наряд, который выбрала ты. Другой костюм сидел бы на мне хуже".

Она нервно теребила подол платья.

Ладони вспотели, и она была на грани паники. Но тут карета подъехала к королевскому замку.

Она недоумевала: почему замок, всегда казавшийся таким серым, сегодня выглядит таким нарядным?

Может, дело в погоде, а может, в её настроении.

"Тогда пойдём".

Элрик первым вышел из кареты и протянул ей руку.

Его движения были немного неуклюжими.

Но это были движения эскорта.

Тирия взяла его за руку, смущаясь, что ладонь вспотела.

Их пальцы переплелись, и по телу пробежала искра.

"…Хорошо".

Она опустила взгляд, ресницы дрожали.