Суббота, 25 Мая.

Я хорошо поспал. Из-за того, что я поздно лёг накануне, я проснулся лишь около половины одиннадцатого. Это значит, что первыми словами, которые я услышал утром, были:

— Атака щекоткой!

Как всегда, Мишель "по долгу службы" будила меня, если я не просыпался вовремя сам. Пока я пытался прийти в себя, я услышал и почувствовал громкий удар. Это была Мишель. Она всегда начинает свою атаку с того, что прыгает ко мне на кровать, но сегодня её прыжок был более сдержанным, чем обычно.

Я открыл глаза и понял, почему. Рядом со мной на кровати сидела моя жена Минди. Хотя сегодня был её выходной, я всё-таки не ожидал её увидеть. Она одна из тех людей с внутренним будильником, который работает всегда и везде. Так что она даже по выходным просыпается в семь, как и в рабочие дни, даже если она не хочет.

Я посмотрел на жену и спросил её:

— Дорогая, что ты... ОХ!

Я не успел спросить, потому что вдруг на меня прыгнула Мишель. Она, приземлившись прямо на меня, начала активно меня щекотать.

Я услышал её счастливое:

— Доброе утро, папочка!

Мишель выглядела фантастически, как всегда. Даже с учетом того, что я вижу её почти каждый день, моей первой мыслью после того, как я не видел её несколько часов, остаётся фраза: "Боже мой, её сиськи такие большие!" И в это утро я подумал также.

По традиции она надела ночную одежду для того, чтобы разбудить меня. Сегодня на ней был наряд, который я прежде не видел. По сравнению с ним её любимая гаремная пижама выглядела, как костюм для дайвинга. На ней была почти полностью прозрачная пижама. Мокрая футболка и то выглядит менее откровенно. Единственным намёком на ткань была резинка под её грудями, из-за которой её сиськи выпирали вперёд ещё сильнее, насколько это вообще было возможно. Нижняя часть пижамы напоминала очень короткую юбку.

Как только Мишель упала на меня, целясь пальчиками в мои подмышки, я почувствовал, как другая пара рук поднимает мои руки вверх. Конечно, Минди была заодно с Мишель! Такого раньше не было. Такая атака щекоткой была относительно новой традицией, и раньше Минди никогда не принимала в ней участия.

Я закричал:

— Предательница! Предательница! Меня предала собственная жена!

Она рассмеялась, как злодей из комикса:

— Ва-ха-ха-ха! Ты прав. Сдавайся же! У тебя нет шансов. Сопротивление бесполезно!

— Черт возьми! Две против одного. Я сдаюсь!

Если бы я действительно начал агрессивно отбиваться, то я бы справился с ними двумя, но я решил, что если я признаю поражение, то они быстрее меня отпустят.

Минди забралась на меня следом. На ней тоже была ночная рубашка, что было странно, ведь обычно мы с ней спим голые. Я не мог не заметить этой детали, ведь она лежала на мне, чтобы держать мои руки, и её сиськи падали прямо на моё лицо. Шелковая ткань её ночной рубашки буквально лезла мне в рот, как и её соски. Я с трудом мог видеть, потому что перед моими глазами маячили сиськи.

Они продолжали щекотать меня, несмотря на мою капитуляцию. Похоже, они относились к этой атаке очень серьёзно! Минди крепко держала мои руки, пока Мишель щекотала мои подмышки. Навалившись на меня своим весом, они с лёгкостью меня победили, и теперь я мог сбросить их с себя только грубой силой, чего я не планировал. Я слышал, как они поздравляют друг друга с моим поражением.

Затем Минди сказала:

— Ты готов опустить флаг и сдаться официально?

— Конечно! Да! Что-угодно! Но хватит щекотать меня!

По крайней мере, я попытался это сказать. Я дышал и смеялся так громко, что едва ли мои слова были понятными.

Однако, они перестали меня щекотать. Мишель слезла с меня, а Минди села на мою грудь, направляя свои сиськи прямо мне в лицо. Я всё ещё не видел и не понимал, что делала Мишель, пока не почувствовал, что она где-то возле моих бёдер.

Затем я услышал, как Минди сказала:

— Церемония по снятию флага начинается!

Мишель ответила:

— Ура, Капитан!

Затем я почувствовал, что с меня стягивают постельное бельё, кроме простынки, которую стянули лишь частично. Мой член уже был наполовину возбуждённым, и с каждой секундой он становился всё твёрже. Я тут же начал кричать:

— Эй! Это не флаг. Это одеяло!

Минди ответила:

— Я знаю, но разве ты видишь другую ткань поблизости? Я не вижу. Радуйся тому, что тебя не щекочут. Пока что.

— Эй! Что это значит?

Я почувствовал, как мой стоячий член болтается, сотрясая воздух, когда одеяло соскользнуло ниже его.

Я почувствовал себя лучше. Хотя я и был беззащитен перед двумя женщинами, что сидела на мне сверху, по крайней мере, меня больше не щекотали. Я спросил:

— Минди, что ты здесь делаешь?

— Я хотела посмотреть на атаку щекоткой. К тому же, чтобы организовать бунт, требуется как минимум двое.

С самого момента пробуждения меня отвлекали. Но наконец-то я вспомнил, что произошло вчера. Мощные воспоминания накатили на меня, как волны. Даже удивительно, что я не чувствовал ни сожаления, ни вины. Всё, что я помнил – невероятное удовольствие и веселье. Кажется, я сильно поменялся в последнее время. Старый Дэн просто умер бы от ужаса.

Мишель накинула шелковую простынку на мою эрекцию, а затем взяла её в руки.

— Капитан, мне поступили сведения о странном предмете, прикрытом простынкой. Что прикажете делать?

— Выпрямите его, Рядовой. Хотя мы и пираты, и мятежники, мы не грязнули.

Стоит ли мне объяснять, что "странным предметом" была моя эрекция? Не успел я опомниться, как её руки начали скользить по ней вверх и вниз.

— Классно! Очень классно! Просто прелесть! Я люблю дрочить член папочки!