Я понял, что я должен срочно позвонить Минди! К счастью, на кухне находился стационарный телефон. Я набрал номер мобильного жены.

Она по прежнему не отвечала, так что я решил оставить сообщение на автоответчике с просьбой перезвонить при первой возможности. Но перед тем, как это сделать, я прослушал следующее аудиособщение:

"Привет, это Минди Купер. Извините, но сейчас я недоступна. Дэн, дорогой, если это ты трезвонишь, то знай, что я разрешаю тебе всё. ВСЁ что хочешь! Решай САМ! Выбор за тобой."

Это поставило меня в тупик настолько, что я сбросил, не дожидаясь сигнала автоответчика.

Кухня и столовая были, по сути, одной комнатой, разделённой лишь кухонной стойкой. Мишель и Руби стояли посредине столовой, недалеко от меня, но я отчаянно делал вид, что их там нет. Я должен был успокоить себя и свой член! Он не собирался опускаться. Моя смазка намочила трусы и даже просочилась на шорты большим пятном. И, казалось, она продолжала выделяться, усугубляя проблему.

Я закрыл глаза и подумал о сообщении, которое Минди, должно быть, записала около часа назад. Потому что когда я звонил ей в прошлый раз, я слышал её обычное сообщение. Я ещё раз прокрутил в голове её слова. "ВСЁ что хочешь! Выбор за тобой". Так она и сказала! Она не шутила. Никаких сомнений! Вчера я намекнул, что гипотетически Шелли могла бы мне отсосать, и она ответила то же самое – делай всё, что хочешь.

Это значит, что для неё норма то, что только что произошло! Звучит, как форменное безумие, но так оно и есть. Её автоответчик дал мне карт бланш. Слава Богу!

Но проблема никуда не исчезла. Даже если моя жена по каким-то неизвестным и совершенно необъяснимым причинам уходит от ответственности, Мишель по-прежнему моя дочь, а Руби – моя почти дочь. Я всё ещё не могу позволить этому случиться. Они воспользовались моей растерянностью, и произошел полный пиздец. Я просто не могу допустить подобного снова!

Я был благодарен этой адской парочке за то, что сейчас они не доставали меня ни проделками, ни разговорами. Но я слышал, как они возбуждённо перешептывались. По тону их голоса становилось понятно, что они на седьмом небе от счастья. Я должен был вернуть их с небес на землю.

Я немного подождал, пока мысли придут в порядок, а дыхание успокоится. Мой член всё ещё был твёрдым, но я знал, что должно пройти около десяти минут, прежде чем он опустится. Если опустится, конечно. Было практически невозможно находиться в одном доме с дьяволицами и не чувствовать эрекции, особенно после того, что они только что выкинули! Я должен был смириться и страдать.

Когда я проходил мимо кухонной стойки, то увидел, что Мишель и Руби стояли рядом и нетерпеливо меня поджидали. Они не очень надёжно обмотали свои внушительные груди полотенцами. Они прикрыли соски, но это не спасало положение. Даже через махровую ткань полотенец я видел соблазнительные холмики стоячих сосков на больших, круглых сиськах, плотно прижатых друг к другу.

Полотенца были достаточно длинными, чтобы прикрыть их тела, но вот их киски и попки они прикрывали с трудом. Внизу каждая из них держала салфетку на холмике киски. Это прикрывало холмик киски. Больше ничего!

Я нахмурился.

— Так, засранки, я сказал ОДЕЖДА! Вы человеческий язык не понимаете? Салфетки, блин! Это что за хрень вообще?

— Но, папочка, – ответила Мишель. – У нас нет одежды. Наши купальники где-то в саду. Мы не хотим возвращаться и искать их повсюду.

Она указала в окно, возле которого находились лежаки, на которых они обычно загорали. Но у неё было такое выражение лица, будто я заставлял её идти далеко в горы за купальником.

— Не заблудишься. Иди давай.

— Ладно, папочка, но ты тоже должен переодеться. Твоя футболка вся вымазана в креме и выглядит мерзко. И шорты тоже.

Я осмотрел себя и понял, что она права. К тому же, у меня на шортах красовалось огромное позорное пятно смазки. Нужно было что-то с этим делать.

Руби подсела ко мне, а Мишель расположилась с другой стороны стола. Вдруг Руби встала и сказала:

— Давай помогу.

Её салфетка упала на пол, вслед за полотенцем. Ну, естественно!

Я отпрянул.

— Нет! Я сам справлюсь, спасибо.

Боже мой, она такая прекрасная! Такая складная! И такая голенькая! Мне хотелось плакать от отчаяния.

Руби голодными глазами посмотрела на мой пах.

— Давай я с этим справлюсь. Пожалуйста!

Мишель поднялась из-за стола, сбросив полотенце.

— Руби, ты уже справилась. Теперь моя очередь!

— Ну, как сказать. Я толком его не касалась.

Я отошел в сторону, радуясь, что Руби и Мишель смотрят друг на дружку, а не на меня.

— О чём ты говоришь? Ты тёрлась об него минут десять!

— Меньше!

— Я засекала!

Мишель уперла руки в бока и встала в вызывающую позу.

— Ладно, ну, потёрлась немного. Но это не то же самое, что держать его в руках.

Мишель это не убедило.

— Да, но ты и целовалась с ним. Прямо таки сосалась! Это не честно!

Мой пенис чесался от желания, и похоть накрывала меня с головой, когда я слышал, как они спорят из-за меня. И всё-таки я чувствовал себя виноватым. Я не мог позволить этому продолжаться. Я сказал:

— Так, сладкая парочка, возвращайтесь за стол. Нам нужно поговорить.

Они с гордым видом вернулись на места, покачивая голыми попками.