Глава 2: Отправление

День отъезда наконец наступил.

«Быстро, говорите? Ну, у меня каждый день было так много дел, что эти три месяца и правда пролетели как одно мгновение. Мне нужно было посетить страны на Земле, которым я доверила образцы из другого мира, встретиться с шишками из великих держав... О, я стараюсь никогда не встречаться с представителями только одной страны. Я всегда вижусь с людьми из нескольких стран одновременно и приглашаю наёмников в качестве охраны. Иначе представители выдвигали бы нелепые требования, пытались бы угрожать или принуждать меня ко всякому. И какая же это была бы головная боль! Я могла бы переместиться, если бы это действительно было необходимо, конечно, но всегда лучше избегать конфликта изначально».

Для путешествия была сформирована делегация, целью которой было встретиться с другими странами в качестве первого шага к заключению договора о совместной обороне для защиты континента от заморских захватчиков. Главой делегации был какой-то граф, получивший от короля полномочия. Он безоговорочно принял предложение короля, потому что его сын был уже взрослым и готов заменить его в случае, если тот не переживёт поездку.

Было совершенно верно, что члены делегации подвергали себя опасности. Они могли наткнуться на бандитов в любой момент, и нельзя отрицать возможность, что страна, с которой у них не было особо близких отношений, могла почувствовать угрозу от союза и напасть на них, открыто или под видом бандитского налёта.

Советником графа был выбран мужчина лет двадцати. Он был старшим сыном маркиза, и король заявлял, что он проницательный и приятный феминист, но то, как молодой человек с юным лицом смотрел на неё, вызывало у Мицухи мурашки.

В делегации также присутствовал член королевской семьи, чтобы придать ей авторитета и показать серьёзность намерений королевства.

— Ура! Я так рада, что мы едем в путешествие вместе!

Это была Сабина.

«Погодите. Стоп-стоп. Мне об этом не говорилиии!»

— Почему Сабина здесь?! — взвизгнула Мицуха.

—...Она обыграла меня в сёги, — последовал ответ короля.

—Не удивительно...

Король выглядел так, будто вот-вот заплачет, и Мицуха не могла заставить себя сказать что-то ещё. Сабина ухмылялась.

Конечно, они были не единственными членами делегации — вместе с ними ехала куча чиновников, секретарей, горничных, фрейлин и охранников. Всё-таки это было долгое путешествие.

После первых представлений делегация перешла в главный зал, где получила инструктаж от короля и прощальный ужин. Это было долгое путешествие, из которого они могли буквально никогда не вернуться. Родственники, друзья и коллеги членов делегации обнимали их и плакали, прощаясь, возможно, в последний раз. Однако среди самих членов делегации не было чувства трагедии или мрачной решимости — большинство буквально сияло от чести быть выбранными для этой важной миссии, думая о грандиозной встрече, которая ждала их по возвращении.

Затем все вышли во двор, где члены делегации сели в свои кареты под прощальные взмахи рук. Мицуха забралась в самую роскошную карету, расположенную в центре процессии, которую она, естественно, делила с главой делегации, его советником и Сабиной. Также были кучер и две горничные. Этой семёрке предстояло провести вместе много времени в долгом путешествии.

«Ну, по крайней мере, так думают остальные шестеро».

Подстёгиваемые надеждами различных заинтересованных сторон, вереница карет тронулась в путь.

Прошло несколько часов с тех пор, как процессия покинула столицу. Глава делегации, граф Аудист фон Колбман, и его советник, Клардж Кардеболт, сын маркиза Кардеболта, хранили молчание из уважения к Сабине, которая резвилась на коленях у Мицухи... но в конце концов любопытство Кларджа взяло верх.

— С-скажите, Архижрица...

—Пожалуйста, зовите меня Мицуха. Мне было бы неловко, если бы сын маркиза обращался со мной так формально. Я ведь всего лишь недавно получившая титул виконтесса.

—О-О, вы уверены?

—Абсолютно.

Клардж казался вне себя от радости, получив разрешение говорить с женщиной без обычных формальностей. — В любом случае, это насчёт той штуки, которую вы установили здесь, — продолжил он, указывая на странную коробку, стоявшую в углу кареты. Она лежала на подушке, чтобы максимально защитить её от вибраций кареты, и из неё выходили различные, похожие на верёвки, провода.

— Это приёмо-передатчик. Волшебная штуковина, которая позволит нам разговаривать с королём даже на большом расстоянии, — объяснила Мицуха.

—Что?! — воскликнули граф Колбман и Клардж в неверии. Глаза горничных тоже широко распахнулись от удивления, но они молчали. Никто, кому не хватало такого самообладания, никогда не был бы выбран для службы принцессе или главе такой важной делегации. Сабина, разумеется, ничуть не удивилась.

—Я-я не... — Клардж потерял дар речи.

—Это делает полномочия, данные мне Его Величеством, практически бессмысленными... — пробормотал граф Колбман, выглядя подавленным. Престижная роль, доверенная ему, внезапно показалась куда менее важной.

—О, сейчас самое время научить вас им пользоваться, — сказала Мицуха. — Это модель отличается от той, что в вашей комнате, Сабина, так что и тебе стоит послушать.

У Кларджа и графа Колбмана не было статуса, чтобы знать о радио в комнате Сабины, так что они слышали об этом впервые. Мицуха научила их минимально необходимому для связи и предупредила их и Сабину не трогать другие ручки и переключатели.

Радиостанций было две: одна для КВ-диапазона, другая для УКВ и ДМВ. Мицуха, конечно, привезла и аккумулятор, подключённый к солнечной панели на крыше кареты. Если заряд сядет, Мицуха могла бы переместиться к себе домой и взять запасной аккумулятор, который она держала там заряженным, но радио будет выключаться всё время, кроме регулярных ежедневных сеансов связи, так что это маловероятно. Антенна была широкополосной мобильной моделью на 7-430 МГц.

Все трое слушали объяснение Мицухи с серьёзными лицами, в то время как горничные, подглядывая из-за спины, отчаянно пытались запомнить всё, что она говорила; им самим пришлось бы пользоваться радио, если бы что-то случилось с остальными. Имея это в виду, они усердно старались запомнить инструкции, хотя и не получали такого приказа. Мицуха понимала, почему их выбрали для этой миссии.

Граф Колбман и Клардж поняли суть первоначального объяснения Мицухи, но после короткого перерыва она начала давать им дальнейшие инструкции. На этот раз она вышла за рамки простого обучения работе с переключателями и научила их базовому поиску неисправностей, например, что делать, если отсоединилась антенна, отключился кабель питания или случайно повернулся регулятор частоты. Бесконечная череда незнакомых концепций и терминов, казалось, ошеломила мужчин.

Чувствуя себя истощённым, Клардж вспомнил приказ, который его отец — маркиз Кардеболт, дворянин, имевший большое влияние среди роялистов, — отдал ему в день, когда его выбрали для участия в этой экспедиции:

«Мне удалось добиться, чтобы тебя выбрали членом дипломатической делегации. И в качестве советника главы делегации, не меньше, едущего в одной карете с ним и Архижрицей Молнии. Ты даже не представляешь, сколько дворян и чиновников боролись за эту должность...

Так что слушай, Клардж. Ты не можешь упустить эту возможность после всех усилий, которые я приложил, чтобы её для тебя устроить. Обязательно подружись с Архижрицей и вытяни из неё как можно больше информации! О её знаниях, технологии её родины, секретном искусстве перемещения, которое она использует, чтобы путешествовать туда в мгновение ока, обо всём и вся! И самое главное...

Его глаза широко раскрылись.

Добейся расположения Архижрицы! Я хочу, чтобы она вошла в нашу семью!»

И вот наконец наступил первый день поездки. Клардж испытывал симпатию к Мицухе ещё до встречи с ней. Как могло быть иначе? Она была спасительницей их королевства и принцессой могущественной страны с высокоразвитыми технологиями. У неё хватило смелости броситься перед маркизом из чужой страны, чтобы защитить его от стрелы убийцы. Она использовала свои тайные искусства для защиты их королевства ценой собственной жизненной силы. И, по слухам, она столкнулась с целой стаей волков, чтобы спасти простолюдинку в графстве Бозес, уничтожив их, несмотря на тяжёлые ранения.

Теперь, встретившись с ней лично, он обнаружил, что она яркая, энергичная, умная, харизматичная... и милая. Он уже никогда не удовлетворится предложением руки и сердца от какой-нибудь средней заносчивой дворянки после этого. Человеку трудно перестроить свои стандарты после знакомства с роскошью, и это касается и вкуса мужчины в женщинах. Да, помолитесь за Кларджа, чьи базовые ожидания от будущей жены только что взлетели до недосягаемых высот...

Кларджу в конце концов удалось вытащить голову из облаков, но его прервали, прежде чем он успел обратиться к Мицухе.

— Простите, можете, пожалуйста, остановить карету на несколько мгновений?

—Уже? Мицуха, тебе нужно было сходить перед отъездом, — пожурила Сабина.

—Э-эй, не поэтому я просила! И не говори так при других людях! Нужно говорить «попудрить носик»! В любом случае, не поэтому! Серьёзно!! — Мицуха покраснела как свекла от бестактности Сабины при мужчинах.

Граф Колбман отдал приказ, и одна из горничных передала слово кучеру, который свистнул и помахал вымпелом, подавая сигнал процессии остановиться. Мицуха спрыгнула с кареты, бросилась к деревьям у обочины и вернулась менее чем через десять секунд. После того как она устроилась обратно, кучер дал сигнал продолжать движение.

— Похоже, она и правда не «пудрила носик»... — пробормотала Сабина.

«Скоро время», — подумала Мицуха через несколько минут после короткой остановки.

Она заранее исследовала первую дорогу, по которой должна была проехать делегация из столицы, что позволило ей переместиться вперёд, прихватив с собой определённый объект. В итоге она совершила три поездки туда и обратно между этим миром и Землёй, чтобы взять его и установить на место.

Теперь упомянутый объект показался впереди. Кучера во главе процессии, вероятно, заметили его уже давно, но он не перекрывал дорогу, да и нападение вскоре после выезда из столицы было маловероятно. Возможно, они сочли это странным, но не остановились бы без приказа.

— Пожалуйста, остановитесь! — снова крикнула Мицуха, как раз когда головная карета собиралась проехать мимо него. Граф Колбман согласился и подал сигнал к остановке. Они вышли из кареты и приблизились к объекту в окружении конных охранников.

— Что это вообще такое...? — спросил граф Мицуху.

«Вполне разумный вопрос».

— Это мой личный безлошадный экипаж, — ответила Мицуха.

—Называть ли его экипажем, если его не тянут лошади? — спросил граф.

«Чёрт, я об этом не подумала!»

— Э-э, верно... Это автомобиль, автомобиль!

«Следовало сразу так его и назвать...»

—В любом случае, мы поедем вперёд без вас. Используйте радио, чтобы сообщить мне, как только будет назначена какая-либо аудиенция, и мы встретимся с вами там. Звучит неплохо? — спросила Мицуха, широко улыбаясь.

—Конечно нет, глупая! — закричал граф Колбман.

«...Блин, он правда разозлился. Вены на висках вздулись».

— Его Величество доверил мне полномочия на этой миссии, а значит, я несу ответственность за всё, что произойдёт. На мне лежит обязанность обеспечить безопасность всех участников. Что бы я делал, если бы что-то случилось с самой виконтессой Ямано, Архижрицей Молнии, после того как я позволил ей уехать одной?! Я говорю это не из страха за свою жизнь, а из преданности нашему королевству! Я не потеряю свой дом или даже голову из-за эгоизма одной маленькой девочки!

«Плохо дело. Он слишком стар, чтобы так волноваться, у него может быть аневризма».

— В-вам не нужно об этом беспокоиться. Видите ли, я не член делегации! — возразила Мицуха.

—Что?

—Чегооо?

—ЧЕГООООО?!

Возгласы изумления раздались от всех и каждого.

— Э-это правда! Его Величество назначил меня только внешним помощником для помощи в переговорах. Я не член делегации и, следовательно, не подчиняюсь цепочке команд. У меня здесь это в письменном виде, — пояснила Мицуха, прежде чем вручить графу подготовленный документ. Когда он внимательно его прочитал, его лицо стало алым.

— Чт-что... Это определённо почерк Его Величества. И это его подпись... Но он ни словом не обмолвился мне об этом!

—Ах, ну, это потому, что если бы информация о том, что мы будем действовать независимо, просочилась заранее, нашлись бы всевозможные люди, которые попытались бы до меня добраться. Дворяне, ищущие возможностей, шпионы из других стран... Лучший способ предотвратить это — заставить людей думать, что я буду с делегацией всё время.

Правда заключалась в том, что Мицуха сказала королю, что есть вероятность, что она не вернётся невредимой, если будет подчиняться цепочке команд, поскольку её свобода будет сильно ограничена, если вышестоящие злоупотребят своей властью или будут захвачены. Король побледнел, услышав это, а затем написал документ, в котором говорилось, что она не является частью делегации, и предоставил ей полномочия по своему усмотрению.

— Н-но мы направляемся в одну сторону. Даже если вы действуете независимо, разве мы не будем путешествовать вместе, более или менее? Если вы окажетесь на каком-то расстоянии, мне придётся растягивать наших охранников, чтобы защитить вас, подвергая нас большей опасности без всякой цели! — упорно возражал граф Колбман.

Мицуха понимала, почему он так реагировал. Он, вероятно, с нетерпением ждал возможности получить от неё информацию в ходе этого долгого путешествия, и, как глава делегации, он мог даже отдавать ей приказы, если они не были слишком необоснованными. Нахождение начальником Архижрицы Молнии в течение длительного времени также создало бы у людей впечатление, что у него с ней сильная связь, что могло бы дать его семье серьёзные рычаги влияния. Теперь он узнал, что не только не будет её начальником, но даже не будет путешествовать с ней, и увидит её лишь изредка на переговорах. Это должно было стать огромным разочарованием. Было логично, что он так яростно будет бороться за то, чтобы хотя бы провести путешествие вместе.

Граф Колбман был патриотом и не стал бы делать ничего, что могло бы навредить Мицухе, но было вполне естественно, что он искал возможности принести пользу своей семье и своим гражданам, когда это не затрагивало королевство в целом. Она не могла винить его за это. Но у Мицухи тоже были свои интересы. Её долг — работать на благо своих владений, так же как и графа. Участие в качестве части делегации сильно ограничило бы её свободу и, следовательно, то, что она могла бы сделать для своих граждан. Она не собиралась уступать.

— Мне не нужна охрана. У меня есть защита Богини, чтобы обезопасить меня, — сказала Мицуха. Так она называла перемещение между мирами, огнестрельное оружие и всё остальное, что было за пределами понимания людей этого королевства. Так было намного проще объяснить. — Но вы правы, что мы направляемся в одну сторону. Я не против путешествовать вместе... Если вы сможете поспевать.

Граф Колбман выглядел слегка облегчённым.Он, наверное, думал, что сможет что-то вынести из этой поездки, если они хотя бы будут вместе есть и ночевать, даже если будут ехать на разных транспортных средствах.

«Мне как-то неловко давать ему ложную надежду».

Пока Мицуха заканчивала обсуждение с графом, дверь дома на колёсах открылась, и вышла Колетт.

— Что так долго, Мицуха?! Давай уже поедем! — взвизгнула она, явно в плохом настроении.

—Прости! Дай мне секунду! — крикнула Мицуха, затем повернулась обратно к графу. — Похоже, моей спутнице надоело ждать, так что мы сейчас уезжаем. О, пожалуйста, используйте радио в случае чрезвычайной ситуации. Вы сможете связаться со мной в любое время, когда я буду в своей машине. Выключайте его, переводя «выключатель питания» вниз, когда он не нужен. Иначе у вас закончится божественная сила солнца, и тогда вы не сможете им пользоваться.

Вот почему Мицуха дала им полное объяснение того, как пользоваться приёмо-передатчиком, что было бы не нужно, если бы она провела всю поездку в одной карете.

Мицуха повернулась к Сабине. Та смотрела на машину и Колетт с отчаянием в глазах, выглядело так, будто она вот-вот заплачет.

«Ой, прости, Сабина!»

— О чём ты задумалась, Принцесса? Тебя оставят, если ты не поторопишься и не заберёшь свои вещи из кареты.

Потребовалось мгновение, чтобы смысл слов Мицухи дошёл до неё, но затем лицо Сабины просияло. Она вытерла слёзы и побежала к карете. Вещи Мицухи были уже в доме на колёсах. Небольшие сумки, которые она взяла с собой в карету, были там только для видимости; они были набиты вещами, которые ей не нужны и не жалко было бы потерять.

— Что... — Граф Колбман снова остолбенел от удивления.

«Его реакция, опять же, была вполне понятна. Должно быть, шоком стало потерять и Архижрицу Молнии, и принцессу Сабину за считанные минуты. Но Сабина изначально не находилась под его командованием — было бы абсурдно заставлять принцессу подчиняться приказам графа. Она не была членом делегации, а сопровождала их в знак уважения к иностранной знати, с которой они должны были встретиться. У графа не было полномочий помешать ей присоединиться к Мицухе.

Другими словами, он только что упустил свой шанс сблизиться с Сабиной, которую, несмотря на то что она третья принцесса и, следовательно, низкая в очереди наследования, обожает вся королевская семья... Кто бы не расстроился?

Но я всё время говорила «мы» будем действовать независимо. Почему он думал, что уезжаю только я одна?»

Сабина быстро вернулась со своими собственными сумками — хотя она собрала только одежду — и манекеном багажа Мицухи.

«Ах да, логично, что она захватит и мои сумки. Она же не знает, что они мне не нужны. Ну, они бы не выбросили мои сумки, если бы я их оставила, так что они просто занимали бы место без всякой причины. Она правильно сделала, что взяла их с собой».

— Ладно, все на борт! — крикнула Мицуха.

—Есть! — ответила Сабина, повторяя английскую фразу, которую она слышала в морском фильме, который они смотрели на DVD, и игриво отдавая честь.

«Члены Сил самообороны Японии не отдают честь, когда они без головных уборов, но за границей это обычное дело, так что она так и научилась...»

Мицуха, Сабина и Колетт втиснулись на переднее сиденье дома на колёсах, прежде чем граф Колбман успел прийти в себя и возразить. Это был огромный автомобиль, и все они были миниатюрными девушками, так что места для них было более чем достаточно.

В отличие от Колетт, которой Мицуха уже рассказала всё о доме на колёсах, Сабина была ошеломлена. Однако она была невероятно адаптивной, и, хотя её поначалу сбивали с толку руль и все рычаги и приборы, она видела бесчисленное количество автомобилей и грузовиков в DVD Мицухи, поэтому быстро приспособилась к ситуации.

«Немного слишком быстро, если вы спросите меня...»

Знакомство её с Колетт могло подождать. Сначала...

— Пристегнитесь все! Экспресс Мицухи отправляется! — объявила Мицуха. Не то чтобы она жгла резину или что-то в этом роде; по сути, она просто включила передачу и позволила машине медленно тронуться с места.

Увидев, что дом на колёсах начал движение, граф Колбман с криком побежал обратно к своей карете. Они отчётливо слышали его гневные крики через открытые окна.

— Следуйте за ними! Двигайтесь, сейчас же!

«Догоняйте, если сможете... Раз нет лошадей, граф, вероятно, думает, что машина приводится в движение изнутри более мелкими животными, такими как волки, олени или кабаны, и что их кареты легко смогут поспевать. Простите за это...»

Мицуха нажала на газ как раз тогда, когда кареты делегации начали двигаться позади них.

Вжуух!

Мицуха не видела лиц графа Колбмана и остальных, но могла легко их представить.

«Адьос, амигос! Мы будем ждать вас в столице следующего королевства!»

Граф Колбман, его советник Клардж Кардеболт и остальные члены делегации смотрели в полном изумлении, как Мицуха оставила их в пыли за считанные секунды. На их лицах были точно те выражения, которые представляла себе Мицуха.

Кларджу потребовалось мгновение, чтобы осознать произошедшее. Мицуха исчезла, и вместе с ней принцесса Сабина, которая имела на неё такое влияние. Он мог видеть Мицуху несколько дней во время дипломатических встреч, но, очевидно, они будут останавливаться в разных комнатах в гостинице, и даже если они будут есть вместе, вряд ли он сможет многое вытянуть из Мицухи или принцессы при всех остальных.

Если он ничего не придумает до возвращения домой, ему придётся столкнуться с разочарованием и гневом отца. Клардж схватился за голову при мысли об этой ужасной перспективе.

«Взгляд Сабины действительно пугает меня...»

Мицуха только что закончила знакомить Сабину и Колетт друг с другом.

«Это Сабина, третья принцесса. Это Колетт, кандидат в мои вассалы. Мы живём вместе в моей усадьбе».

Когда Мицуха представила их таким образом, Колетт застыла, а Сабина уставилась на другую девушку, как на смертельного врага.

Реакция Колетт была понятна. Она была простолюдинкой до мозга костей, настолько простой, насколько это возможно. Даже самый низкоранговый дворянин жил в другом мире, чем она, где-то над облаками. Навлечь на себя недовольство дворянина или члена королевской семьи — хороший способ навсегда расстаться с головой. Навсегда? Скорее, насмерть! Это убило бы вас на месте!!

«Деревня Колетт, возможно, не имела таких причин для страха — она находилась в графстве Бозес, и Бозесы были не такими — но как бы ни был терпим их лорд, её родители учили её об опасностях оскорбления дворян в целом. Было бы колоссально глупо ожидать, что другие дворяне будут такими же добрыми, как Бозесы.

А я, спросите вы? Я другая. Я не рождена дворянкой — я просто её подруга, которой случайно достался титул виконтессы. В сознании Колетт я всё та же Мицуха, с которой она связалась, когда мы рисковали жизнями, чтобы спасти друг друга. Я просто немного преуспела в жизни, вот и всё. Вот почему она может бояться баронов и рыцарей, которые стоят ниже меня, но при этом всё равно относиться ко мне как к обычной подруге.

Что, вероятно, не идеально для виконтессы и потенциального вассала, если подумать. Я бы ненавидела, если бы она начала говорить со мной официально. Я бы серьёзно заплакала, если бы она начала называть меня «Госпожа Мицуха» или «Виконтесса Ямано» или что-то в этом роде.

Проблема здесь была в Сабине, хотя Мицуха тоже понимала, почему та расстроена. Колетт ехала в доме на колёсах до неё, жила в резиденции Мицухи и разговаривала с Мицухой на равных. Сабина изначально хотела называть её «Госпожой Мицухой» из уважения и, вероятно, восприняла это как знак того, насколько они близки, когда Мицуха этого не позволила. Теперь она встречала простую девочку на два года младше себя, которая разбрасывалась «Мицухой», как будто это выходит из моды. Не могло быть, чтобы она не ревновала.

«Эта поездка будет очень неловкой, если Мицуха не сможет заставить их растопить лёд и подружиться.

О чёрт. Что сделает Сабина, когда узнает, что я дала Колетт божественное оружие? Гааааах! Будут проблемы, если я не опережу это... О. О нет. О чёрт! У меня есть проблема куда хуже этой! Колетт знает секрет обо мне, которого не знает Сабина. То, из-за чего Сабина пролила бесконечные слёзы беспокойства. То, чего будет невозможно скрыть от неё в этой поездке: тот факт, что использование перемещения не причиняет мне никакого вреда. Я скрывала это от Сабины, но Колетт знает уже давно! Сабина может действительно убить меня!»

Утверждение Мицухи о том, что каждое использование её навыка перемещения жертвует частью её жизненной силы, было полной выдумкой — выдумкой, которая причинила Сабине много горя. И другая девушка в доме на колёсах знала правду.

«...Это катастрофа. Сабина взбесится! Ч-ч-что же мне делать-о-о?!

Полагаю, у меня нет выбора, кроме как сказать ей правду. Возможно, мне в любой момент придётся переместиться, чтобы избежать столкновения со встречной каретой. Ничего не поделаешь...»

Понимая, что этот разговор нельзя вести за рулём, Мицуха решила свернуть на съезд. Они уже были на полдня впереди делегации, так что беспокоиться о том, что их догонят, не было нужды.

— А? Мы уже делаем перерыв? — с сомнением спросила Сабина после того, как Мицуха припарковала машину. Они уехали менее часа назад.

Мицуха собралась с духом. — Эмм... Дело в том, что есть кое-что важное, что я должна тебе сказать, Сабина.

Итак, Мицуха объяснила, что может использовать перемещение сколько угодно раз без вреда для себя, что она солгала о своей способности, чтобы избежать постоянных требований от короля, дворян и влиятельных купцов, и что у неё есть базы в этом королевстве и «Японии», потому что она не хотела иметь много общего со своей родиной. Она сохранила несколько мелкой лжи в своём объяснении, но только такую, которая, вероятно, не слишком бы заботила Сабину, если бы та узнала правду.

Но часть о перемещении...

— ...

—Э-эм, Сабина?

—...

—Э-эй...

«О боже. Сабина ничего не говорит... И её лицо совершенно бесстрастно... Она, должно быть, понимает по тому, что я обратилась только к ней, и по тому, насколько спокойна Колетт, что Колетт уже всё это знала. Она, наверное, вот-вот...

— ...

Взорвётся...

Погоди, что? Это слёзы на глазах у Сабины? Это... Э-эй, эээээй!»

Сабина начала беззвучно рыдать и изо всех сил колотить Мицуху по груди.

«Ай! Это больно! У меня на груди не так уж много защитной прослойки... Эй, ты там, успокойся!

...Прости, Сабина... Мне очень жаль...»

Атака Сабины на беззащитную грудь Мицухи продолжалась целых тридцать секунд, прежде чем она наконец успокоилась.

«Послушайте, тридцать секунд кажутся вечностью, когда кто-то избивает вас! Поверьте мне в этом!! В любом случае, думаю, худший кризис миновал. Это облегчение».

— Ты хоть представляешь... — начала Сабина.

«А?»

— Ты хоть представляешь, как сильно я беспокоилась о тебе каждый раз, когда ты якобы расходовала часть своей жизненной силы?!

«Ой-ой. Плохо дело. Её мысли просто не поспевали за чувствами до сих пор. Я вот-вот почувствую всю силу гнева Сабины...»

Прошло десять минут, когда Сабина наконец успокоилась. На этот раз по-настоящему.

«Опять же, это может показаться не очень долгим временем, но десять минут — это целая вечность, когда кто-то кричит на вас!»

— Я понимаю, почему тебе нужно было это сделать, Мицуха. Это был твой лучший вариант. Но я всё равно не могу этого принять! Ты должна была сказать мне, по крайней мере! И... — Сабина замолчала, глядя на Колетт.

«Я знала... Сабине было бы легче смириться с этим, если бы я никому другому не рассказывала. Но я рассказала простолюдинке, которая к тому же младше её. Она, вероятно, воспринимает это как знак того, что я ей не доверяю. Могу только представить, насколько унизительно это должно быть и как грустно она себя чувствует.

Обычно Сабина сразу же начинала бы говорить о том, что Мицуха должна ей дать, чтобы загладить вину, но она не подавала признаков этого. Вернуть её расположение в этот раз будет не так-то просто.

Мне искренне жаль, Сабина... Пожалуйста, не смотри на Колетт так, будто хочешь её убить. Бедная девочка в ужасе...»

— Эм... — Колетт повернулась к Сабине и заговорила тихим голосом. — Виконтесса Ямано делится только тем, что считает необходимым, с теми, кого она считает необходимым с ними делиться, и только тогда, когда считает это необходимым. Это не имеет ничего общего с её чувствами к этим людям.

«Грк!! Колетт только что назвала меня виконтессой Ямано! Как кинжал в сердце!

Конечно, они вели себя как господин и потенциальный вассал за пределами официальной резиденции Мицухи, но Колетт была маленькой девочкой, так что никто не ожидал от неё слишком формального поведения. Она никогда раньше не относилась к Мицухе так отстранённо.

Ух, кажется, Колетт теперь ненавидит меня... Это так удручает... Погоди, может, она просто пытается помочь Сабине почувствовать себя лучше, делая вид, что я рассказала ей только потому, что она моя служанка. Но это только глубже вгоняет кинжал...»

Сабина, кажется, чувствует себя виноватой. Возможно, она думает, что её отношение заставило Колетт сказать это. Ну, она была бы права. Колетт и я говорили на равных и как друзья до сих пор, без учёта статуса. Сабина слишком умна, чтобы не понять, что она заставила Колетт говорить со мной как со служанкой и как сильно это задело мои чувства. Она должна быть способна понять — Сабина и я были принцессой и простолюдинкой, когда впервые встретились. Чёрт, нет большой разницы между виконтессой и простолюдинкой, когда они разговаривают с принцессой... Технически, я никогда не должна разговаривать с Сабиной так неформально, как сейчас. Но как бы она себя чувствовала, если бы я вдруг начала говорить с ней очень официально? Она, должно быть, понимает, что у меня с Колетт похожие отношения».

— Прости... — сказала Сабина.

Мицуха не знала, кому она извиняется и за что, но не стала спрашивать. Она просто нежно погладила Сабину по голове.

— Ты, должно быть, шутишь... Опять?

—Ага...

—Почему ты всегда приводишь с собой маленьких девочек?! Это всё, что у тебя есть в армии там?!

—Э-эй, это грубо! Мне просто нравятся маленькие д... нет, забудьте.

Между ними повисла неловкая тишина.

«Мицуха поспешила переместиться на базу «Волчьего Клыка», прежде чем Сабина успела узнать о божественном оружии Колетт и разозлиться из-за этого. Ей тоже нужно было дать принцессе пистолет для самозащиты; это было следующим приоритетом».

Капитан сразу же начал свой урок для Сабины, с Мицухой в роли переводчика. Более чем несколько других наёмников предложили научить её вместо него, но капитан прогнал всех их с устрашающим выражением лица.

— Тебе лучше не пытаться ничего такого. Сабина — принцесса, понимаешь, — предупредила Мицуха.

—Заткнись! Она ребёнок, ради Бога! ...Погоди, ты сказала «принцесса»?

«А? Что случилось? Капитан внезапно выглядит очень неловко...»

— Что не так?

—Зачем тебе было это говорить?! У таких парней, как я, есть слабость к принцессам и знатным дамам!

—А, я сама знатная дама...

—А? Ах да, верно... Ну, ты исключение.

—Что это значит?!

Урок оказался быстрым.

— Как ты так быстро это освоила?! — воскликнула Мицуха.

—Т-ты даже лучше меня... — пробормотала Колетт.

«Шокирующе быстро. В конце Мицуха, Сабина и Колетт устроили соревнование по стрельбе по мишеням. Сабина заняла первое место, Колетт — второе, а Мицуха показала настолько плохой результат, что могла бы занять пятое.

Как я могу быть настолько хуже них?!»

Плечи Мицухи безнадёжно поникли.

— Не волнуйся. Я буду защищать тебя... и Колетт, — сказала Сабина после того, как увидела, насколько бесполезна Мицуха с оружием.

«Чтобы предотвратить ухудшение ситуации, Мицуха отвела Сабину на базу «Волчьего Клыка» сразу после того, как поделилась своим секретом перемещения, так что принцесса всё ещё чувствовала себя немного уязвлённой. Однако она, казалось, понимала, что ни Мицуха, ни Колетт не сделали ничего плохого, и, вероятно, просто нужно было время, чтобы всё это переварить. В конце концов, она думала, что Мицуха сокращает свою продолжительность жизни каждый раз, когда прыгает, что должно было быть ужасным психологическим грузом.

Чёрт, это полностью моя вина! У меня были причины, но всё же...»

Тот факт, что Сабина включила Колетт в своё предложение защиты, также, казалось, был знаком того, что её гнев стихает.

По крайней мере, у одного человека было возражение. — Вам не нужно защищать меня, Ваше Высочество, — заявила Колетт. — Я буду щитом, чтобы защитить вас и виконтессу Ямано от вреда!

«Да, примерно этого я и ожидала».

— ...Сабина, — пробормотала Сабина.

—А?

—Пожалуйста, зови меня Сабина, — сказала принцесса чуть громче.

«Что за чёрт?! Колетт — простолюдинка, с большой буквы! Нет никакого способа, чтобы ей было комфортно называть принцессу по имени! Сабина сейчас просто издевается над ней!»

— Круто! Значит, Сабина! — сказала Колетт.

«Чегооооо?! Мицуха была ошеломлена. Ты покруче, чем я думала, Колетт, ты, девочка-гений...»

Пока Мицуха обсуждала дела с капитаном, две девушки завязали разговор. Казалось, не было никаких негативных вибраций, и Мицуха почувствовала некоторое облегчение, увидев, как они улыбаются друг другу.

Вскоре после этого, всё ещё погрязнув в отчаянии от того, что она была намного хуже всех троих в стрельбе, Мицуха схватила обеих девушек и переместилась обратно в другой мир.

«О, я, естественно, переместила весь дом на колёсах на базу наёмников и обратно. Мужики спрашивали меня, где я его купила и где научилась водить, но я просто сказала им, что с достаточным количеством денег можно сделать что угодно, и это, казалось, удовлетворило их. Такой уж это мир».

Мицуха решила разбить лагерь на вечер, чтобы подробнее объяснить дом на колёсах Сабине и Колетт. «Можно ли вообще назвать сон в доме на колёсах «разбивкой лагеря»? Ну да ладно, неважно».

— Это холодильник. Здесь тоже есть туалет и душ, как в моих усадьбах в уезде и столице, но наш запас воды ограничен тем, что есть в баке, так что не тратьте попусту. Сточные воды тоже попадают в бак под машиной, который нам потом нужно опорожнять. Эта штука, подключённая к телевизору, — любимый DVD-плеер Сабины. А это...

У Колетт и Сабины был приличный опыт использования различных приборов в резиденциях Мицухи, так что экскурсия прошла гладко. Мицуха уже показывала Колетт дом на колёсах до поездки, а Сабина была способной ученицей. Но как они отреагируют на следующий предмет?

— Это величайшее технологическое достижение из «Японии», родины аниме. Это называется игровая приставка.

—Иг-ро-вая при-ста-вка? — повторили Сабина и Колетт.

Мицуха обратила их внимание на MES, который стоял на полке. Хотя это была не оригинальная модель, а переработанная MES-101, выпущенная примерно десятилетием позже. Она знала, что в долгой поездке у них будет время убить, поэтому привезла игровую приставку из коллекции родителей. У них был и оригинальный MES, но тот мог подключаться к телевизору только через RF-переключатель, к которому современные телевизоры не были предназначены. MES вообще не мог напрямую подключиться к исключительно цифровому телевизору, потому что он выводит аналоговые видеосигналы. Вот почему она выбрала MES-101.

Самые новые игровые приставки были бы девушкам не по зубам, и если бы они начали с современных игр, им было бы трудно вернуться к более старым. Поэтому Мицуха хотела начать со старых игр и постепенно перейти к более новым. Она думала, что «Wyvern Quest» и другие игры той эпохи будут идеальны для новичков. Но они сломали бы контроллеры, если бы она дала им «Super Olympics», так что эту она пропустила.

«Мицуха была бы вне себя от радости, если бы видеоигры помогли им развеять скуку и подружиться».

Если бы только Мицуха знала о последствиях своих действий. На следующий день Сабина и Колетт настолько увлеклись игрой, в которую играли, что провели всё время в задней части дома на колёсах и даже не подумали выйти вперёд, чтобы составить компанию Мицухе за рулём.

Увлечение игрой было не единственным, что произошло — они также внезапно стали вести себя как самые лучшие подруги. Мицуха не слышала ни слова из их разговоров, но они были как две простолюдинки, знающие друг друга всю жизнь.

«...Что здесь происходит?

Если быть справедливой, у Колетт есть друзья её возраста, с которыми можно играть в моей усадьбе в уезде, но я сомневаюсь, что у Сабины когда-либо были такие, или вообще когда-либо будут... Чёрт, лучше не произносить это вслух.

Что ж, думаю, просто посмотрим, как всё сложится. Что будет, то будет, и всё такое».

Мицуха услышала, как они кричат в задней части дома на колёсах:

— Зачем ты идёшь в пещеру без факелов?!

—Ты не можешь открыть это без ключа!

—У тебя недостаточно лекарственных трав!

Она продолжала ехать совсем одна, чувствуя себя покинутой.

«Мицуха учила и Сабину, и Колетт читать и писать по-японски — это было важно для будущего последней в качестве её вассала, — так что они вполне могли читать упрощённый текст старой видеоигры.

...Как мы дошли до жизни такой?!»

Пока Мицуха ехала в одиночестве, впереди показалась карета.

Всякий раз, когда кто-то ехал навстречу, она либо парковала машину на съезде, либо немного съезжала с дороги, чтобы они могли проехать. В отличие от карет, дом на колёсах мог легко вернуться на дорогу после съезда с неё. Кучера смотрели на автомобиль в шоке, когда проезжали мимо, но беспокоиться было не о чем. Мицуха всегда следила за тем, чтобы надеть шляпу, солнцезащитные очки и маску.

«О, это не дом на колёсах пугает их, а моя подозрительная маскировка? Ой».

На этот раз карета впереди них двигалась в том же направлении. Приближение и обгон сзади могли напугать кучеров или лошадей и вызвать аварию. Она не могла приблизиться к карете без предупреждения, и использовать гудок было исключено.

«Остаётся только один вариант».

Вжик!

«Это было легко».

Мицуха использовала последовательные прыжки, чтобы уехать далеко вперёд от кареты. Она могла прыгнуть в любое видимое место, поэтому прыгала на Землю и обратно в этот мир с молниеносной скоростью, оказываясь далеко впереди на дороге. Прыжок, вероятно, ощущался как лёгкая тряска для Сабины и Колетт — если они вообще замечали. Карета, которую они обогнали, увидела бы самое большее мельком появляющийся позади них дом на колёсах, прежде чем он исчез. Пассажиры могли быть озадачены на мгновение, но это не задержалось бы в их памяти надолго.

Мицуха могла бы продолжать использовать этот метод, чтобы перемещаться — или, скорее, прыгать — по местности с потрясающей скоростью, но она не собиралась этого делать. Это было бы хлопотно и полностью разрушило бы атмосферу поездки. Ничего весёлого или интересного в том, чтобы пропустить всё это.

Мицуха обернулась и крикнула двум в задней части, всё ещё поглощённым своей игрой: — Проведите со мной немного времени! Я заплааачу!!

После этого Сабина и Колетт наконец сделали перерыв в игре и присоединились к Мицухе впереди. «Я и правда заплачу, если они не будут проводить со мной больше времени!»

Девушки, казалось, много разговаривали, пока играли, и стали дружелюбными, как никогда. «Отлично, всё по плану! Только не становитесь такими хорошими подругами, что я останусь в стороне...»

Сабина записала пароль на листе бумаги, фух. «Но наверняка настанет день, когда они познают боль неправильно записанного пароля, из-за которого они не смогут продолжить. Муа-ха-ха!»

— Скоро вторые послеполуденные колокола (15:00), так что я свяжусь с королевским дворцом, — сказала Мицуха, потянувшись к КВ-радио.

Дом на колёсах питал беспроводную радиостанцию, пока работал двигатель, так что она просто оставляла его включённым во время движения. Таким образом, она сразу узнает, если король или делегация попытаются с ней связаться. Если они позвонят, когда её не будет в машине, им просто придётся попробовать позже. Вряд ли у них когда-нибудь будет что-то слишком срочное, чтобы сообщить ей. И если бы не радио, король вообще не смог бы связаться с ней до её возвращения из путешествия, так что ему пришлось бы просто смириться.

Так что, хотя Мицуха установила регулярное время связи, это было не каждый день; она сказала им звонить только тогда, когда есть что обсудить. Это означало, что ей не всегда нужно было ждать у радио в назначенное время, но быть доступной было нетрудно. Всё, что ей нужно было сделать, — это не принимать душ и не выходить из машины, чтобы размяться, в отведённый промежуток времени.

Это был первый сеанс связи с момента их отъезда.

— Шахматный Король Один, Шахматный Король Один, это Белая Ладья, приём.

—Это Король Один. Вас слышно отлично! — Король ответил немедленно. Должно быть, он с нетерпением ждал у приёмопередатчика. — Король Семь в порядке?

«Мы уехали только вчера! Не может быть, чтобы она так быстро заболела или получила травму!»

Мицуха внушила королю использовать позывные вместо имён при разговоре по радио. Она также сменила частоту, которую использовала для связи со своим уездом. Вряд ли вызовы будут перехвачены где-либо, кроме кареты делегации, но она не хотела, чтобы какие-либо шпионы, которые могли подслушивать, знали, кто разговаривает. Она убрала радио из своей столичной резиденции и привезла его к себе домой в Японию, так что по крайней мере об этом не стоило беспокоиться.

Мицуха проинструктировала делегацию выключать их приёмо-передатчик, когда он не используется. Она не была уверена, хватит ли маленькой солнечной панели на крыше, чтобы поддерживать его заряд, и было крайне маловероятно, что ей или королевскому дворцу понадобится связаться с делегацией во время их путешествия. Если бы им абсолютно необходимо было связаться с Мицухой, но дело не было столь срочным, они могли бы звонить ей через регулярные промежутки времени или звонить в королевский дворец, где радио было бы включено всё время и там всегда был бы кто-то, ожидающий у приёмопередатчика. Этот человек мог бы затем непрерывно звонить Мицухе, пока она не ответит.

Мицуха позаботилась о том, чтобы сообщить им, что она будет стараться находиться в доме на колёсах и следить за радио примерно во вторые послеполуденные колокола. Но если бы у неё когда-нибудь возникла срочная необходимость сообщить что-то делегации, она могла бы рассчитать их вероятное положение на основе скорости движения, переместиться в ближайший город, выяснить, проезжали ли они через него, триангулировать их положение, а затем выполнить последовательные прыжки, пока не установит визуальный контакт. Если бы они не были в городе, они были бы на шоссе, и найти такую большую процессию карет было бы проще простого. И поскольку радио в королевском дворце было бы включено всё время, делегация могла бы сделать всё ещё проще, время от времени отправляя отчёты о статусе.

— Король Семь чувствует себя хорошо... Даже слишком хорошо, если вы спросите меня. Мы расстались с основной делегацией вчера, как и планировалось, и действуем независимо. Больше с нашей стороны ничего не сообщается, — сказала Мицуха.

—Понял. Здесь тоже ничего особенного. Позаботься о Са... о Короле Семером для меня!

—Принято. До следующего раза.

—Действительно.

Мицуха закончила разговор. Она была довольна тем, как хорошо распространялся диапазон 7 МГц в это время суток.

«О, конечно, я заранее договорилась с королём о независимых действиях от делегации. Я не настолько глупа, чтобы похитить Сабину без разрешения короля».

— Итак, — начала Мицуха, — я думаю, сегодня вечером мы остановимся в гостини...

—НЕТ! — в один голос закричали Сабина и Колетт.

«Боже мой. Они не хотят останавливаться в гостинице, потому что не смогут играть в свою игру...?»

Мицуха могла бы включить фары и продолжать ехать после наступления темноты, но не было необходимости спешить. Делегация была далеко позади, так что они могли не торопиться и наслаждаться поездкой. Кроме того, движение с включёнными фарами было бы видно за много миль в темноте. Большинство бандитов, вероятно, держались бы подальше от подозрительных огней, но был хотя бы небольшой шанс, что они могут привлечь опасных людей. В связи с этим, когда стемнело, она съехала с дороги и припарковалась.

На ужин они разогрели в кухне дома на колёсах заранее упакованную еду. Мило и просто!

«Плита работала на десятифунтовом баллоне со сжиженным нефтяным газом. Она выбрала газовую плиту вместо индукционной, потому что в машине и так было много приборов, использующих электричество. Душ и обогреватель также работали на газе. Она беспокоилась, что в противном случае у них не хватит энергии, даже с дополнительным генератором, который она взяла с собой. Газовые баллоны было легко менять, особенно когда у тебя дома есть куча запасных».

Как только они закончили есть, Сабина и Колетт сразу же вернулись к игре... «Я что, правда такая скучная?!»

На следующее утро они отправились в путь после простого завтрака из хлеба, кофе и яблок. Сабина и Колетт были сонными, что не было неожиданностью. Они засиделись довольно поздно, играя в игры, несмотря на то что ни одна из них не была совой.

«...Мне, наверное, придётся ограничить их игровое время, да? Теперь я знаю, каково это — быть матерью! Это нелегко».

Сегодня они пересекали границу. Не то чтобы там была стена или охрана, или что-то ещё — граница была отмечена только деревянным знаком. Охранники и сборщики налогов размещались при въездах в города. Не было бы особого смысла назначать несколько солдат для охраны такой огромной, открытой территории.

«Спать в машине снова не казалось слишком привлекательным, поэтому Мицуха решила, что сегодня вечером они остановятся в гостинице. И на этот раз ей было всё равно, кто против.

На самом деле, в доме на колёсах спать удобнее, чем в большинстве гостиниц этого мира... и мы даже можем пользоваться кондиционером, если людям не мешает звук генератора. Есть лапша быстрого приготовления и другая упакованная еда... Но я не позволю девушкам спать здесь каждую ночь только потому, что они хотят играть в видеоигры! Это неправильно! Это испортило бы удовольствие от поездки! Они могут играть во все игры, которые хотят, в уединении собственного дома... Нет, погоди, они станут затворницами! Чёрт, я совершила ужасную ошибку...»

Пока Мицуха оплакивала зарождающуюся игровую зависимость девушек, они проехали знак, обозначающий границу. С этого момента они будут на чужой земле, где статус Мицухи как виконтессы и статус Сабины как третьей принцессы опустятся до «низкоранговой иностранной дворянки» и «иностранной королевской особы, далёкой от наследования» соответственно. Перед приказами местной королевской семьи и знати у них не будет особых полномочий.

К ним, конечно, будут относиться учтиво. Дипломатическим скандалом стало бы, если бы им был причинён какой-либо вред, так что в обычных обстоятельствах не было бы особых причин опасаться за их безопасность. Однако эти обстоятельства вряд ли можно было назвать обычными. Мицуха была юной леди, привезшей с собой ошеломляющее новое оружие и разговоры о военном союзе, от которого любая из этих стран была бы сумасшедшей, чтобы отказаться, не говоря уже о том, что её сопровождала принцесса. Неизвестно, что бы попытался сделать кто-то с определёнными полномочиями — или тот, кто жаждал этих полномочий.

По этой причине Мицуха не собиралась выставлять напоказ их статус, когда они были вдали от делегации. Если бы она это сделала, они постоянно были бы мишенью для похитителей или местных лордов, приглашающих их, что испортило бы поездку. И хотя сейчас она могла и не выглядеть соответствующе, Сабина всё ещё была принцессой. Какой-нибудь негодяй мог получить значительный выкуп за неё или использовать её как разменную монету, а дворяне могли бы увидеть встречу с ней как идеальный шанс наладить связь с иностранной королевской семьёй. Скрыть их личности и относиться к этому как к обычной поездке — вот правильный путь.

«А? Вы думаете, эта поездка потеряла всякое чувство нормальности в тот момент, когда я решила ехать на доме на колёсах? Это другое! Мы снимаем эту тему с обсуждения, навсегда!»

Тем не менее, Мицуха не колебалась бы использовать статус Сабины, если бы это было необходимо. Власть, связи и деньги — это оружие, которое нужно использовать. Это касалось и того, когда кто-то просто унаследовал их от своих родителей, — власть и богатство родителей можно было использовать так же легко, как и свои собственные. И если кто-то назовёт это несправедливым, что ж, их легко проигнорировать.

«Я не согласна с людьми, которые говорят, что крупнокалиберное оружие негуманно и не должно использоваться. Было бы гуманнее десятки раз выстрелить в кого-то из мелкокалиберной пукалки калибра .22, прежде чем он умрёт? Быстрострельная пушка калибра 127 миллиметров имеет больший калибр, чем любая винтовка, но кто-нибудь жалуется на это?

Все знают, что на войне нужно больше — и более мощное — оружие, чем у противника. Все виды оружия несправедливы и негуманны. Война — это не дуэль между рыцарями. Любое оружие, которое причиняет людям боль и забирает жизни, негуманно.

Даже Гаагская конвенция о законах и обычаях сухопутной войны запрещает использование оружия, снарядов и других материалов, причиняющих излишние страдания, но там ничего не сказано о калибре. Что такое «необходимые» страдания? И если вам всё же приходится их причинять, что можно использовать? Эх, неважно. Использовать оружие, когда убийство неизбежно, — это нормально.

...Чёрт, это был настоящий кроличья нора. Короче говоря, я фанатка антигероев, которые не колеблются делать зло ради себя или во имя справедливости. Муа-ха-ха!»

— ...Такое лицо у Мицухи, когда она погружается в какую-то фантазию. Она не услышит ни слова из того, что вы скажете, так что вам нужно либо потрясти её за плечо, либо просто подождать, — объяснила Колетт.

—Поняла, — сказала Сабина.

—Д-да заткнитесь вы, ребята!

Они снова поехали, всё время болтая и смеясь. Как раз когда Мицуха думала, что им стоит остановиться на обед, она увидела впереди крошечный торговый караван всего из трёх телег, запряжённых лошадьми. Охранники каравана защищали телеги от, возможно, восемнадцати человек, которые окружили их со всех сторон с обнажёнными мечами. Это явно был бандитский налёт.

В этом регионе не было тонны бандитов, но некоторые места слишком хороши, чтобы их упускать — как это. Если бандиты сталкивались с властями, они могли просто отступить через ближайшую границу, вне юрисдикции закона. Горный рельеф давал бандитам возвышенную позицию для наблюдения за дорогой в поисках добычи, одновременно ограничивая видимость этой добычи. Бандиты не могли рисковать быть застигнутыми врасплох крупным караваном, идущим позади их жертв, так что у них почти наверняка был наблюдатель, следящий за дорогой — но дом на колёсах, видимо, двигался слишком быстро, чтобы они успели его заметить до нападения.

Мицуха на самом деле ехала не так уж быстро. Шоссе было лучше обустроено, чем большинство дорог в этом мире, но всё равно не было асфальтировано. Также с момента получения прав прошло не так много времени, и она хотела быть осторожной за рулём огромного дома на колёсах, который ощущался совершенно иначе, чем машина в автошколе и её собственный субкомпакт. Она не хотела прослыть первым человеком в этом мире, устроившим автомобильную аварию, и было бы ужасно, если бы она причинила вред Сабине или Колетт. Она никогда бы не смогла смотреть в глаза их родителям.

Всё это означает, что Мицуха ехала всего со скоростью около двадцати или двадцати пяти миль в час, но это всё равно было ошеломляюще быстро по сравнению с конными экипажами. Если бандиты решили, что никакие кареты не смогут им помешать до завершения их дела, то тем хуже для них. «В смысле, это вообще не карета».

— ...Что нам делать? — спросила Сабина.

—В атаку! — сразу же сказала Мицуха.

—Так и знала! — в один голос воскликнули Сабина и Колетт.

Мицуха остановила машину и совершила серию мгновенных прыжков. Для Сабины и Колетт это, вероятно, выглядело так, будто её тело лишь слегка расплылось. Однако одна вещь изменилась — за сиденьем водителя теперь стояли одна штурмовая винтовка, два пистолета-пулемёта и разгрузочные ремни с магазинами к каждому.

Мицуха и девушки все имели пистолеты, прикреплённые к бёдрам и левым бокам для самообороны, с общим боезапасом в три раза больше, чем было бандитов. Однако они вряд ли попали бы каждым выстрелом, и пистолеты не были бы особенно устрашающими для людей этого мира. Человек с Земли распознал бы опасность, но чтобы напугать этих бандитов, потребовалось бы более крупное оружие.

Мицуха дала Сабине и Колетт пистолеты-пулемёты вместо штурмовых винтовок; они использовали пистолетные патроны, а не винтовочные, поэтому были меньше и легче, и отдача была менее интенсивной. Она также не хотела, чтобы они кого-то убили. Им нужно было просто разбрасывать пули во все стороны, чтобы показать бандитам, что у них нет шансов в бою. Если бы им действительно понадобилось в кого-то стрелять, Мицуха бы взяла это на себя.

Они втроём поспешно надели разгрузочные ремни и схватили оружие. Затем Мицуха наклонила гибкий микрофон, закреплённый над сиденьем водителя, к своему рту и нажала один из тумблеров, установленных на рычаге переключения передач.

— Поехали!

Сцена у каравана была в тупике из-за просчёта бандитов.

Бандиты, как правило, были в корне слабыми, большинство из них — людьми, которые не смогли стать солдатами или наёмниками, но которым не хватало целеустремлённости, чтобы получить нормальную работу. Лидеры бандитских групп были примерно так же сильны, как и средний наёмник, но, за исключением тех, кого обстоятельства, не зависящие от них, вынудили опуститься до бандитизма, остальные не представляли особой индивидуальной угрозы.

Вот почему они полагались на численность, нападая на кого-то на дороге, только если превосходили охрану как минимум вдвое. Большинство охранников в такой ситуации сдавались, и даже если дело доходило до драки, бандиты могли избежать больших потерь. Законы Ланчестера также поддерживали этот подход.

На этот раз добычей бандитов был жалкий маленький караван, едва заслуживающий этого названия, состоящий всего из трёх конных повозок, что обычно означало, что охранников будет максимум пять или шесть. Их действительно было шесть, и, более того, они были наёмниками, что облегчало задачу бандитов — по правилам гильдии наёмников, если враг превосходит их численностью как минимум вдвое, они могут сдаться, не считая это неисполнением долга. Эта атака могла и должна была закончиться без боя.

Несмотря на свою репутацию, бандиты не любили рисковать собственной жизнью. И не только потому, что не хотели умирать — потеря товарищей усложняла будущие дела, поэтому они старались минимизировать потери. На этот раз они превосходили охрану численностью почти три к одному, что означало, что это будет лёгкий налёт без потерь... Или, по крайней мере, они так ожидали.

— Почему у них почти дюжина бойцов?! — в панике закричал лидер бандитов.

Пять дополнительных человек присоединились к шести охранникам для защиты повозок, всего получилось одиннадцать. Как многофункциональные боевые самолёты, которые могут вести воздушные бои в дополнение к сбросу бомб и торпед, три погонщика были бывшими наёмниками, которые могли сражаться так же хорошо, как и управлять повозкой, а муж и жена, владевшие грузом, сами были бывшими наёмниками.

Эти пятеро были командой, копили деньги, чтобы уйти на пенсию и в итоге открыть небольшой магазин. Лидер команды и единственная женщина в группе поженились и стали управляющими магазина, а остальные трое присоединились к ним в качестве инвесторов и сотрудников. Было не так много наёмников, которые ежедневно рисковали жизнью и успешно зарабатывали достаточно денег, чтобы вообще покинуть профессию, а это означало, что они были лучшими из лучших. Они ни за что не собирались сидеть сложа руки и позволять бандитам разрушать бизнес, который они с таким трудом начали.

Наёмные охранники каравана были более молодыми наёмниками, которых они взяли под своё крыло в свои активные годы. Погонщики и купеческая пара были способными бойцами, но любой бандит, увидевший караван без охраны, счёл бы его беззащитным, что значительно увеличивало шансы на нападение. Молодые наёмники испытывали трудности с поиском работы, поэтому были благодарны за то, что их наняли.

В результате получилось одиннадцать против восемнадцати, а это означало, что бандиты превосходили их численностью примерно в 1,6 раза. Они ни за что не сдадутся без боя.

Члены каравана стояли твёрдо, с оружием наготове. Они не подавали признаков согласия с призывом бандитов сдаться. При таких раскладах большинство бандитов не имело бы шансов против вооружённых наёмников. И даже если бы им повезло и они выиграли битву, они потеряли бы большую часть своих людей, что опустошило бы группу.

Однако это были не обычные бандиты. Они опустились до такой деятельности только по необходимости и считали себя сильнее наёмников. Плюс у них всё ещё было численное преимущество. Было бы слишком обидно повернуть назад и бежать сейчас, а деньги и еда у них заканчивались. Большая добыча была необходима, чтобы продолжать кормить восемнадцать человек, обеспечивать их выпивкой и финансировать их случайные поездки в город, чтобы выпустить пар, где они притворялись обычными людьми.

Если бы они отпустили этих, у бандитов не было возможности знать, когда появится следующий слабо охраняемый караван. Разносчики, путешествовавшие с одной повозкой, не имели много денеги возили только предметы первой необходимости, поэтому нападение на кого-то подобного покрыло бы расходы на еду максимум на несколько дней. Единственный способ заработать реальные деньги — напасть на небольшой караван с несколькими повозками, принадлежащий состоявшемуся купцу, который перевозил дорогие товары из города в город. Однако слишком много повозок означало слишком много охранников, чтобы оправдать нападение.

«У этого каравана много охраны, но если подумать, одиннадцать — это всего на два больше половины нашего числа, — подумал лидер бандитов. — Всего на двух больше. И это включает купеческую пару и нескольких погонщиков. Охранники могут сдаться, когда поймут, что мы круче средних бандитов и не просто полагаемся на численность, чтобы подавить их. Таким образом, всё закончится без того, чтобы слишком многие из нас пострадали. Мы можем это сделать!»

Он собирался отдать приказ атаковать, когда «оно» появилось.

Гуууудок! Гудок! Гудок!

Раздался оглушительный гудок, и бандиты, и члены каравана обернулись, чтобы увидеть массивный объект, мчащийся к ним по дороге. Он выглядел как гигантское чудовище, но в то же время как какой-то причудливый экипаж — за исключением того, что никакой экипаж не мог двигаться так быстро, особенно без животных, которые бы его тянули. Они таращились, онемев, пока он продолжал приближаться, прежде чем остановиться примерно в двадцати ярдах от них.

Из «него» раздался громоподобный голос:

— КАК ВЫ СМЕЕТЕ ПРЕГРАЖДАТЬ НАМ ПУТЬ! БАНДИТЫ, БРОСАЙТЕ ОРУЖИЕ И НЕМЕДЛЕННО СДАВАЙТЕСЬ, НЕ ТО ВАС ПОРАЗИТ МОЛНИЯ!

—ААААААААААА!

Бандиты в ужасе закричали от голоса, доносящегося из мегафона. Они были остатками Имперской армии, вторгшейся в королевство вместе с ордой монстров. Дезертировав с поля боя, со страхом и отчаянием, врезанными в их души Мицухой и «Волчьим Клыком», они бежали, пока не пересекли границу в эту страну.

— А? — пробормотала Мицуха. — Эта реакция была куда более драматичной, чем я ожидала...

«Думаю, нельзя винить их за то, что они удивились внезапному появлению загадочного транспортного средства, угрожающего поразить их молнией, но нет никакой причины, чтобы они были так напуганы...»

— Мицуха, разве это не бывшие солдаты Имперской армии? — спросила Сабина, побудив Мицуху взглянуть на них ещё раз.

«Ах да, некоторые из них носят одинаковые доспехи, и они кажутся более дисциплинированными, чем средние бандиты. Они, должно быть, узнали мой голос через мегафон... Что означает, что они также хорошо знают, что подразумевает «поражение молнией». В таком случае...»

Бандиты отступали, но в тот момент, когда они повернулись, чтобы бежать, Мицуха высунула свою штурмовую винтовку в окно дома на колёсах и прочесала землю перед ними пулями, наполнив воздух звуками выстрелов и подняв огромное облако пыли. Бандиты остановились как вкопанные, дрожа от отчаяния.

Пока Мицуха меняла пустой магазин, Колетт высунула свой пистолет-пулемёт из окна пассажира и выстрелила в небо. У пистолетов-пулемётов была меньшая отдача, чем у штурмовых винтовок, потому что они использовали пистолетные патроны без большого количества пороха, но взамен жертвовали большой мощью и точностью. В результате было опасно стрелять предупредительным выстрелом прямо перед врагом, поэтому Мицуха дала им строгие указания стрелять предупредительные выстрелы в безопасном направлении, если это не было чрезвычайной ситуацией или она не приказывала иначе. Это, конечно, не относилось к ситуациям, когда они действительно пытались попасть во врага. Точность у пистолетов-пулемётов может быть низкой, но несколько пуль обязательно попадут в цель, особенно на близком расстоянии.

К тому времени, когда Мицуха закончила менять магазин, бандиты уже бросили оружие и подняли руки. Не потому что мне потребовалась целая вечность, чтобы это сделать — я не настолько неуклюжая. Это заняло у меня всего несколько секунд! Серьёзно!

— ОХРАННИКИ КАРАВАНА, ПОЖАЛУЙСТА, ОБЕЗОПАСЬТЕ БАНДИТОВ, — сказала Мицуха через мегафон.

Все охранники каравана бросились к бандитам и отделили их от оружия, которое они бросили на землю. Несколько охранников обнажили мечи, чтобы удерживать бандитов на месте, пока остальные связывали их верёвкой, которую, должно быть, хранили в своих повозках. Мицуха была впечатлена уровнем их подготовки.

Как только у бандитов не осталось возможности возобновить атаку, Мицуха подъехала на доме на колёсах к повозкам и вышла. Бандиты могли бы поднять брошенное оружие и оказать сопротивление, если бы увидели, что пассажиры — всего лишь три молодые девушки, поэтому она подождала, пока те будут полностью связаны и обездвижены.

«Я привыкла к тому, что люди недооценивают меня из-за моей внешности, хотя у меня и есть большой опыт использования этого в своих интересах. В Японии я выгляжу на четырнадцать или пятнадцать лет, а здесь люди склонны думать, что мне всего двенадцать или тринадцать. Сабине десять, а Колетт восемь. На самом деле у неё только что был день рождения, так что, думаю, ей девять. Она даже приставала ко мне по поводу торта... Кто бы мог подумать, что в этом мире будет та же культура дня рождения, что и на Земле? Должно быть, это человеческая природа.

В любом случае, я не хотела давать им шанс недооценить нас и попытаться что-нибудь предпринять. Лучше перестраховаться».

Мицуха подошла к членам каравана и пленённым бандитам.

— Мы поистине благодарны вам за спасение нас от опасности, Архижрица Молнии! — сказал мужчина, похожий на купца, а он, женщина, которая, казалось, была его женой, охранники каравана и возницы и (почему-то) даже бандиты низко поклонились ей.

«Думаю, следовало ожидать такой реакции...

Погоди, я даже за границей знаменита?!

На самом деле, эта страна находится рядом с нашей, так что логично, что люди знают обо мне. Я просто хотела это сказать...»

Был полдень, поэтому они решили съехать с дороги и вместе пообедать. Бандиты приглашены не были. Купец сказал, что хочет предложить еду в знак благодарности, но Сабина и Колетт были против.

«Думаю, будет грубо не принять его проявление благодарности, хотя это не моя единственная мотивация. Девушки, с другой стороны, не хотят, потому что знают, какая еда будет у каравана, который несколько дней был в пути. Нет никаких шансов на скоропортящиеся продукты; вместо этого у них будет твёрдо запечённый хлеб, сушёное мясо и отвратительный бульон, состоящий из бульона, смешанного с горячей водой без каких-либо других ингредиентов, и, если повезёт, несколько кусочков сухофруктов. Девушки предпочли бы есть упакованные продукты и лапшу быстрого приготовления, и, честно говоря, я тоже. Но отвергать их щедрость было бы реальным табу, и у них, вероятно, есть вещи, о которых они хотят поговорить с нами, пока мы едим — как и у меня. Нам нужно присоединиться к ним».

Мицуха изо всех сил старалась убедить девушек...

— Ладно, как насчёт того, чтобы Колетт и я поели наш собственный обед там, а ты пойдёшь поесть с ними? — предложила Сабина.

Мицуха была раздражена. — Это то, чего хочешь и ты, Колетт? — тихо спросила она. Её голос был тихим и добрым, но этот вопрос стёр озорную улыбку с лица Колетт.

— Я-я думаю, мы должны есть вместе, да, сэр, вот что я думаю! — быстро ответила Колетт.

—А...?

Сабина выглядела удивлённой. Она, вероятно, думала, что Колетт встанет на её сторону после того, как они сблизились за последние два дня. Это было естественное предположение, учитывая поведение Колетт до того момента. Но Сабина не знала об одном: хотя Колетт обычно обращалась с Мицухой на равных — как с близким другом, даже, — она быстро возвращалась к роли её служанки, когда дело касалось важных вопросов и других вещей, по которым Мицуха уже решила. Насколько бесшовно она могла переключаться, было продуктом идеальной химии, которую они выработали.

«Колетт переключилась, как только услышала тон моего вопроса. Она знала, что не может быть эгоистичной в этом. Я, конечно, не хочу есть с караваном просто из вежливости. Я также хочу посмотреть, какую информацию смогу почерпнуть у них, и поговорить о том, как поступить с бандитами. Колетт поняла это сразу и пошла навстречу моим желаниям. Она такая умная».

Сабина смотрела на Колетт так, как будто её предали. Её лицо застыло от ужаса, зная, что теперь она выглядит единственной плохой в этой ситуации.

«Чёрт, Сабина будет очень расстроена, если я ничего не сделаю!»

Мицуха поспешно погладила Сабину по голове, и принцесса кивнула, сдерживая слёзы. Сабина тоже была умной и проницательной девочкой. Может быть, немного более склонной к эгоизму, учитывая её королевское воспитание, но как бы дерзко она себя ни вела, она никогда не делала ничего, что действительно расстроило бы Мицуху. Она, вероятно, уступила бы сейчас, если бы Мицуха немного твёрже сказала ей присоединиться или если бы они просто немного дольше об этом поговорили. У них было много таких обменов. Она была расстроена сейчас только потому, что Колетт опередила её, уступив Мицухе прежде, чем Сабина успела сдаться.

«Не волнуйся об этом, Сабина! Всё в порядке!»

И такова история о том, как мы приняли обеденное приглашение от купеческого каравана в благодарность за своевременное прибытие.

«ШАОУТАЙМ!

...Это было слишком? Моя вина».

Члены каравана разделили захваченных бандитов на три группы, связали уже связанных особей в каждой группе вместе верёвкой, а затем привязали каждую группу к дереву на хорошем расстоянии друг от друга. Побег был невозможен. Они, вероятно, разделили бандитов на три группы, чтобы можно было привязать одну к каждой из их трёх повозок, и чтобы предотвратить сговор и дачу ложных показаний после передачи их полиции в городе.

«В повозках, очевидно, нет места для перевозки восемнадцати человек, так что бандитам придётся идти за ними пешком. Если они перестанут идти, они упадут и потянут за собой всю группу. Тогда их всех будут тащить вместе. Эта дорога не изорвёт их так сильно, как асфальт, но всё равно будет некрасиво».

— Пожалуйста, садитесь вот сюда!

Мицуха увидела, что они сняли несколько ящиков, чтобы установить стол и сиденья в тени повозки специально для них. На «столе» даже была накинута ткань, чтобы он выглядел презентабельно. Участники каравана, вероятно, просто садились на землю, чтобы поесть, так что они действительно старались для своих гостей.

Разговор был бы затруднён, если бы Мицуха и девушки были единственными, у кого были места, поэтому купеческая пара тоже сидела на ящиках. Остальные либо сели на землю, либо нашли большой камень, на который можно было присесть.

Некоторые из них, должно быть, приготовили еду, пока другие связывали бандитов, потому что на импровизированном столе уже была расставлена еда. Она состояла из твёрдо запечённого хлеба, сушёного мяса, сушёных яблок и воды. Не было даже супа, вероятно, потому что у них не хватило времени вскипятить воду. Либо они не хотели заставлять гостей ждать.

«Блин, у Сабины такой мрачный вид. Это даже хуже, чем она ожидала. По крайней мере, много сушёного мяса и фруктов — они устраивают нам лучший пир, какой могут. Рацион Колетт значительно улучшился с тех пор, как она переехала в мою резиденцию, но она из сельской деревни. Сушёного мяса и фруктов более чем достаточно, чтобы удовлетворить её».

Как только Мицуха и девушки сели, к ним присоединилась купеческая пара, и они все начали есть. Не было длинных речей или тостов перед едой; они просто ели не спеша и вели непринуждённую беседу. В результате трапеза затянулась довольно надолго.

Купец обратился к Мицухе, как только она откусила первый кусок твёрдого хлеба. — Ещё раз спасибо, что спасли нас, Архижрица Молнии. Мы вечно в вашем...

—Ах, хватит, пожалуйста! — прервала его Мицуха. — Такая формальность заставляет меня чувствовать себя супер неловко! Зовите меня Мицуха!

—А? Но...

Потребовались некоторые усилия, но Мицуха в конце концов убедила колеблющуюся пару перестать называть её «Архижрицей Молнии». Затем они перешли на «Госпожа Мицуха», и после ещё некоторых усилий она наконец заставила их отказаться от почтительности.

«Я не из тех людей, кто может нормально разговаривать с кем-то, если тот продолжает называть меня вещами вроде «Госпожа».

— Короче говоря, я решила отправиться в путешествие, чтобы посмотреть мир, — закончила Мицуха.

«Очевидно, я не буду разливать всю историю о том, как мы едем в другие страны для переговоров по договору. Это государственная тайна, касающаяся национальной стратегии, определённо не то, что я могу рассказать кому попало. Особенно не купцу. Вот почему я сказала им, что мы просто в развлекательной поездке».

Дело в том, что королевство не особо афишировало присутствие Мицухи другим странам. Несложно было представить, как они отреагируют, если распространится слух, что в королевстве есть маленькая девочка, которая в одиночку отразила вторжение вражеской армии. Соответственно, официальная версия заключалась в том, что элитная группа сил королевства победила Имперскую армию, а титул виконтессы был присвоен храброй девушке, которая присоединилась к авангарду и подняла боевой дух войск.

Граждане столицы, конечно, не поверили бы этой истории, как и все остальные, кто был в столице в то время — а это включало множество иностранных шпионов и купцов. Но никто не собирался оспаривать официальное заявление королевства, поскольку это было бы оскорблением нации и нанесло бы ущерб дипломатическим отношениям. Это было бы проблематично, особенно если королевство действительно получило божественную защиту Богини.

Купцы донесли кое-какие слухи о Мицухе до простолюдинов в соседних странах, но слухи не распространились намного дальше по континенту... Среди простолюдинов, во всяком случае. Королевские дворы и высокопоставленные дворяне ряда других стран, вероятно, знали столько же, сколько и граждане столицы, но не было никакой выгоды распространять неподтверждённый слух о том, что иностранное королевство находится под защитой Богини (скорее, наоборот), поэтому они держали это при себе. Некоторые из более информированных низкоранговых дворян, вероятно, слышали о ней определённое количество, но Мицуха была уверена, что большая часть этого представляла собой лишь сомнительные слухи.

«Но не это меня беспокоит. Все эти портреты, которые могут доставить мне неприятности. Как далеко они распространились? И сколько информации обо мне с ними ушло? Какая катастрофа...»

Мицуха на время отложила эту озабоченность и сосредоточилась на разговоре с купцом.

— Вы направляетесь в столицу нашего королевства? — спросил купец.

—Да, такой план. Сегодня вечером мы остановимся в гостинице в первом городе, который найдём на другой стороне той большой реки, — ответила Мицуха.

—А? Но река Алум в десятках миль впереди. — Затем, взглянув на дом на колёсах, он сказал: — Ах, неважно...

«Да, он видел, как быстро мы летели по шоссе. Я понимаю, как сильно они все хотят спросить об этом, но, кажется, они воздержатся».

— Итак, вы все из этой страны? — спросила Мицуха. Было бы несправедливо, если бы она позволяла им задавать все вопросы — ей тоже нужно было что-то получить от этого.

— Да, мы то, что вы назвали бы приграничными торговцами. Мы начинаем в столице и, проезжая через как можно больше городов по пути, направляемся прямо к границе. Затем мы делаем частичный круг по ней, прежде чем вернуться в столицу. Мы продаём товары из столицы в приграничных регионах, а затем привозим товары оттуда обратно в столицу.

Если быть совершенно честным, контрабандные иностранные товары довольно часто можно найти в городах и деревнях у границы. Их можно приобрести дёшево благодаря отсутствию импортных и экспортных пошлин, так что мы можем получить приличную прибыль...

«Вау, ему не нужно было мне это говорить! Ну, он сам не имеет отношения к контрабанде, так что, думаю, это не проблема. И мы оба знаем, что я не стану доносить на него каким-либо правительственным чиновникам, теперь, когда я об этом услышала».

— Ммм, а как вы узнали обо мне? — спросила Мицуха дальше. Это было то, что она больше всего хотела знать.

— Я слышал о вас от некоторых наших местных купцов, которые стали свидетелями ваших подвигов, и от иностранных купцов, приезжающих продавать свои товары в эту страну. Я также узнал кое-что от купеческой гильдии... И один мой деловой партнёр дал мне это, — закончил он, доставая один из злосчастных портретов из своего тюника. Это была одна из цветных версий, которые продавались после турнира. — Я всегда беру его с собой в деловые поездки — как своего рода талисман на удачу, я полагаю. Кто знает, может, именно благодаря ему вы были здесь, чтобы спасти нас сегодня.

«Меня не удивит, если в этом есть доля правды. Судьба работает загадочными путями».

— ...Я заплатил одну золотую монету за этот портрет, — добавил купец.

—Прошу прощения?! — воскликнула Мицуха. Это было в сто раз больше первоначальной цены, которая уже была сомнительной для простой распечатки.

«...Я имею в виду, да ладно!»

— Оно того стоило. Мне нужно поблагодарить того купца в следующий раз, когда увижу...

«Спрос и предложение подняли портрет до такой цены, и клиент удовлетворён. У меня нет права критиковать. Но я всё ещё не могу смириться с этим. Золотая монета за один портрет... Неважно, молодец он, но всё же!»

В конце концов Мицуха узнала от купца, что портреты не циркулировали так широко за пределами её собственного королевства.

«Слава богу. Я бы разрыдалась, если бы тысячи из них были проданы по такой цене! Я быстро прекратила продажу портретов, как только осознала опасность, которую они представляют, так что не так уж много из них попало на открытый рынок. И, кажется, люди, купившие их в столице, сохранили их. Хорошо, что я закрыла это дело, прежде чем купцы и перекупщики закупили их в больших количествах. Петц, конечно, жаловался на это».

— Что бы вы хотели сделать с бандитами? — спросил купец, переходя к делу.

«Да, нам нужно это решить. На самом деле, я уже решила, и сомневаюсь, что купец будет мне противиться».

— Я доверяю их всех вам, чтобы вы поступали с ними, как сочтёте нужным, — ответила Мицуха.

—А? Н-но это не годится... Мы отведём их в ближайший город, но если вы не примете деньги награды — долю от их продажи в уголовное рабство, причитающуюся вам за их поимку — и нашу плату за спасение нас без просьбы, наша репутация пострадает.

«Ургх, какая головная боль! Но их доверию как купцов определённо навредило бы, если бы распространились слухи, что они не заплатили должное... Тем не менее, мы действительно не можем путешествовать с неторопливой скоростью каравана. Езда на доме на колёсах так медленно в течение долгого времени была бы плоха для двигателя — в частности, для свечей зажигания — и я бы долго не протянула, прежде чем свихнулась.

Мицуха знала, что именно делать».

— Тогда как насчёт этого? — сказала она. — Я позволю вам оставить деньги в обмен на молчание о нас. Считайте это деньгами за молчание.

—А...? — Купец был ошеломлён.

—Видите ли, для меня было бы проблематично, если бы распространились слухи, что я путешествую одна. Я плачу вам деньги, которые иначе получила бы, чтобы вы никому не рассказывали. Это делает это настоящей деловой сделкой, так что вам не должно быть стыдно как купцу. И вам не придётся беспокоиться о том, что говорят другие люди, потому что нас здесь изначально никогда не было! Идеальное решение!

—Что...

Купец и остальные члены каравана были поражены, но Мицуха была уверена, что это лучший способ справиться с ситуацией. В любом случае, у неё было мало желания зарабатывать деньги, ловя бандитов.

— Я понимаю, почему вы не хотите, чтобы мы рассказывали о вас, но вам не нужно платить нам за это. Всё, что вам нужно сделать, — это сказать нам не делать этого. Никто из нас не ослушается такой просьбы от самой Архижрицы Молнии! Вы спасли нам жизнь! — настаивал купец, звуча несколько обиженно.

«Ой, не хотела его расстраивать... Но я понимаю, почему он так отреагировал. Ни один честный человек не согласился бы принять деньги за молчание от человека, спасшего ему жизнь, — особенно если их спасительница — Архижрица Молнии. Они уже чувствуют себя в долгу передо мной. Думаю, я не до конца это продумала...

Однако это дало Мицухе другую идею. Она приняла строгое выражение лица, выпрямила спину и заговорила повелительным тоном.

— Верный и честный купец, я даю тебе три божественных приказа. Первый: сдайте бандитов. Второй: потратьте полученные деньги на кормление сирот. Третий: никому не говорите, что встречали Архижрицу Молнии. Скажите, что это вы поймали бандитов, и убедитесь, что они сами рассказывают ту же историю. Объясните им, что любого, кто ослушается, поразит молния. Это всё».

Купеческая пара вскочила с деревянных ящиков, на которых сидела, отступила на несколько шагов, затем упала на колени и склонила головы. Охранники поспешно последовали их примеру.

Увидев это, Сабина выплюнула воду, которую пила в тщетной попытке смыть твёрдый хлеб во рту. Колетт, со своей стороны, даже не дрогнула — её почти никогда не тревожили действия Мицухи; она уже ко всему привыкла.

Королевский дворец и некоторые дворяне считали, что Мицуха — старшая сестра короля далёкой страны, которая просто умела использовать несколько странное тайное искусство. Они, казалось, интерпретировали титул «Архижрицы» как должность, которую она унаследовала в своей родной стране. Однако они ни с кем не поделились этой (насколько им известно, правильной) информацией, поэтому большинство людей, которые были в столице во время имперского вторжения, всё ещё считали её каким-то посланником от Богини, и это убеждение трансформировалось по мере распространения, как гигантская игра в испорченный телефон. Мицуха полагала, что на данный момент большинство людей, слышавших о ней, верили, что она «посланница от Богини, появившаяся во главе отряда святых воинов», и, судя по реакции членов каравана, она, вероятно, была права.

«Если быть справедливой к ним, большинство купцов слишком хитры, чтобы верить такому слуху на слово. Но они также люди, которые знают, как готовиться к худшему. Нет никакого вреда вести себя так, как будто этот слух правдив, потому что в случае, если я действительно посланница от Богини, было бы опасно обидеть меня. Играть наверняка было лучшим вариантом. Они ведь видели дом на колёсах и оружие».

Итак, было решено, что караван поступит так, как сказала Мицуха, и сдаст бандитов.

Мицуха провела остаток трапезы, расспрашивая купца об этой стране и её столице, и, как только затянувшийся обеденный перерыв подошёл к концу, они все приготовились продолжить путешествие. Поскольку купцы не разводили костёр, это заняло у них не очень много времени.

«...А мы, спросите вы? Всё, что нам нужно было сделать, — это запрыгнуть обратно в дом на колёсах, так что это заняло буквально одну секунду».

Мицуха медленно ехала и помахала каравану в ответ, как только они вернулись на дорогу, затем развернулась и нажала на газ.

«Полный газ, детка!

...Извините, это неправда. Я еду со скоростью двадцать миль в час».

Даже с перерывами и съездами с дороги, чтобы безопасно пропустить другие экипажи, к вечеру они проехали чуть более шестидесяти миль. Переправившись через реку, как и планировалось, вскоре показался город.

— Ладно, пора выходить. Забирайте свои вещи! — позвала Мицуха, заставив Колетт и Сабину взвалить на плечи их ночные сумки. Мицуха также взяла свою, и они отправились в город, выглядя как настоящие путешественники.

«Заехать в город на доме на колёсах было бы ужасной идеей. Неизвестно, что бы с ним случилось после того, как мы его припарковали — или с нами. На самом деле, у меня довольно хорошее представление. Вот почему я оставляю его у себя дома и иду пешком. Я сомневаюсь, что нас вообще пустили бы в город на этой штуковине; её могли бы принять за монстра и атаковать. Безопасность прежде всего, безопасность прежде всего...»

После того как две девушки вышли из машины, Мицуха оглядела дорогу вверх и вниз, чтобы убедиться, что никого нет, затем переместилась в американский городок в сельской местности, который она выбрала ранее, с содержимым их сточного бака на буксире.

«Не волнуйтесь, я много раз практиковалась с водой. Неудача означала бы катастрофу. Любой беспорядок, который я устроила, мог быть воспринят как злонамеренная атака и спровоцировать Мировую войну по попису».

Мицуха направила содержимое сточного бака прямо на станцию сброса и сразу же переместилась обратно. Бак был настолько чистым, что не было необходимости стерилизовать или дезодорировать его. «Чёрт, перемещение между мирами удобно».

Затем она опорожнила водяной бак на обочине дороги, переместила дом на колёсах к своему дому, оставив несколько капель воды в баке, и вернулась в другой мир после того, как убедилась, что транспортное средство надёжно заперто.

«Вы не представляете, как приятно не беспокоиться о чистке бака!»

Все люди, видевшие дом на колёсах, припаркованный у обочины, ехали в другую сторону, поэтому они не войдут в город после Мицухи и девушек. И Мицуха обогнала людей, едущих в том же направлении, с помощью последовательных прыжков, так что они лишь мельком увидели дом на колёсах вдалеке. Это означало, что в городе не будет никого, кто бы поднял шум по этому поводу. Идеально!!

Чувствуя удовлетворение, Мицуха отправилась в город с Сабиной и Колетт рядом.

— Я так устала, Мицуха... — почти сразу же заныла Сабина. — Я хочу свой велосипед...

—Ни за что! Ты бы слишком выделялась, если бы въехала на нём в город! Мы оставили дом на колёсах, чтобы не привлекать к себе внимание!

—Ургх...

Колетт, с другой стороны, была совершенно в порядке. Такое расстояние было пустяком для того, кто вырос в сельской деревне.

— Я так устала. Хочу Скути... — немного позже заныла Мицуха. «Я неверно оценила расстояние до ворот. Оно всё ещё очень далеко...»

Наконец-то они добрались до города. Привратник остановил их и задал много вопросов — не каждый день три (казалось бы) несовершеннолетние девочки появлялись одни пешком — но они не сделали ничего плохого, и у них было достаточно денег, чтобы остановиться в гостинице, и по их одежде было видно, что они не уличные беспризорники или хулиганы, так что он пропустил их с предупреждением держаться подальше от плохих людей.

Первым делом нужно было найти комнату. У Мицухи был крайний вариант, если бы все гостиницы были заполнены, но она не хотела использовать его при самом первом поиске ночлега. Они начали с того, что пошли по главной улице к центру города.

«Маловероятно, что какие-либо мужчины на улице будут пытаться познакомиться с тремя хорошо одетыми детьми. Ну, я только выгляжу как ребёнок, но всё же. Если мы не столкнёмся с похитителем в тёмном переулке или в чём-то подобном, нам не грозит никакая опасность...

Погоди, теперь, когда я думаю об этом, Сабину похитили прямо у моего магазина! Эта улица едва ли переулок, и по ней приличное пешеходное движение. Думаю, мне не стоит быть такой оптимистичной. Нам нужно изо всех сил стараться держаться подальше от края дороги, чтобы нас не затащили в какие-нибудь переулки. Но если мы будем идти слишком близко к середине, нас может сбить карета... Идти по улице сложнее, чем я думала...»

Пока Мицуха была поглощена этими мыслями, они добрались до центра города. Это было неудивительно, учитывая, что это было придорожное поселение у границы, а не столица, но обнесённая стеной часть была не очень большой. Большинство фермеров, скотоводов и шахтёров жили за стеной, которая на самом деле была только для защиты людей в случае нападения. И чем большую площадь она охватывала, тем труднее было бы защищаться.

«В любом случае, пора поискать хорошую, безопасную гостиницу».

Причина, по которой Мицуха выбрала в итоге ту гостиницу, была проста — одна из трёх девушек уловила дразнящий запах, доносившийся с кухни, и не смогла устоять, чтобы не зайти внутрь. И кто же был этот человек, спросите вы?

«Ладно, хорошо, это была я! Запах был очень соблазнительным! Вы бы поступили так же!»

— Добро пожаловать! — раздался радостный голос, когда они вошли.

«...Да, она полная старушка. Думаю, только в манге и романах можно найти молодую девушку-кошку, сидящую за стойкой. Облом... Что ж, ничего не поделаешь. Мне самой придётся подготовить молодую девушку-кошку.

А что насчёт Колетт и Сабины? Они слишком взрослые! Я говорю о пяти или шести годах! Это было бы очень мило!»

— Пожалуйста, садитесь куда угодно! — сказала старушка, явно думая, что они пришли поесть. Она, вероятно, предположила, что они сёстры, чьи родители сказали им поесть вне дома, потому что они вернутся с работы поздно.

«...Но я отказываюсь!»

— На самом деле, мы хотели бы номер... Хотя мы тоже собираемся что-нибудь поесть, — ответила Мицуха.

Глаза старушки широко раскрылись. — А? Вы хотите остаться? Где ваши родители?

—Только мы. Номер на троих, пожалуйста. О, и не беспокойтесь. У нас есть деньги.

«Я просто буду притворяться, что мне двенадцать лет, пока мы в этой поездке. Почти все в этом мире думают, что мне столько лет, так что она, вероятно, всё равно не поверит, что мне восемнадцать. Самое большое преимущество того, что люди считают меня моложе, чем я есть, — это то, что они постоянно недооценивают меня. Это может создать мне проблемы из-за опасной природы этого мира, конечно, но также облегчает перехватить инициативу и сбежать в трудную минуту. Это то же самое, что получить шесть лёгких травм лучше, чем три тяжёлые, — поскольку гарантировано, что ни одна из них не будет смертельной».

Старушка выглядела сомневающейся, но без дальнейших комментариев приняла деньги. У неё не было причин отказывать детям, если они платили заранее.

Они получили у неё ключ и решили поесть, прежде чем идти в номер. Аромат был главной причиной, по которой Мицуха вообще выбрала эту гостиницу, поэтому она не хотела откладывать еду дольше.

— Я хочу то, что так вкусно пахнет! — попросила Мицуха.

—Я тоже! — сказала Колетт.

—Я буду то же, что и она, — добавила Сабина.

«Эй, где она это подхватила?! Я никогда не показывала ей тот DVD...»

Источником аромата оказалось тушёное мясо дикого кабана. Мясо было нарезано маленькими кубиками, приправлено мелко нарезанным имбирём, затем уварено до тех пор, пока практически не осталось бульона.

И когда три девушки откусили первый кусок...

— ЭТО ВКУСНО! — воскликнули они в один голос.

«Судя по солёно-сладкому вкусу, повар, должно быть, использовал немного сахара и щепотку дорогих специй. Даже небольшое количество специй достаточно, чтобы кардинально изменить вкус. Имбирь скрывал характерный слабый запах кабаньего мяса, а размер кусков придавал ему лёгкую жевательность, которая была удовлетворительной для молодых челюстей.

Оленина — лучшая, когда дело доходит до стейка, но кабанье мясо лучше для тушения».

Колетт сказала, что в своей деревне ей изредка доводилось есть кабана, но он никогда не был даже близко настолько хорош. Жители деревни, вероятно, пропускали любые такие тщательные приготовления и просто набрасывались на мясо, и никак не могло быть, чтобы у них были такие дорогие специи. Сабина, по-видимому, никогда не пробовала кабана вообще. Должно быть, он недостаточно роскошен для королевской семьи...?

Еда, состоящая только из кабаньего мяса, не была бы хороша для роста Сабины и Колетт, поэтому Мицуха также заказала овощи и, по рекомендации старушки, сладкое картофельное желе на десерт.

«Это было так приятно!»

Когда они закончили, они поднялись в свою комнату на втором этаже. Она была маленькой и уютной, с двумя двухъярусными кроватями.

«Верно, логично, что в гостинице будет куча четырёхместных номеров и отдавать их группам из трёх или четырёх человек. Это намного эффективнее, чем готовить отдельные комнаты специально для троих.

Ладно, мне нужно одинаково обращаться с девушками, поэтому я позволю им взять две нижние койки, а одну из верхних возьму себе», — подумала Мицуха, но Колетт и Сабина бросились к кроватям и заняли верхние, прежде чем она успела что-то сказать. «Ах, следовало знать, что верхние их больше волнуют...»

Колетт и Сабина спустились вниз, с облегчением, что закрепили за собой желаемые койки. Было ещё рано ложиться спать, так что пришло время для девичьих разговоров. Что было не сильно отличается от того, что они делали в доме на колёсах весь день.

«Они кажутся необычно возбуждёнными. Это первый раз, когда они останавливались в гостинице? Колетт, вероятно, никогда никуда не путешествовала, кроме моего уезда, и крайне маловероятно, что Сабина останавливалась где-либо, кроме королевского дворца... Для них это должно ощущаться как экскурсия! Мы спали в доме на колёсах прошлой ночью, но это не то же самое, что действительно «остановиться» где-то.

Значит, пришло время для одной из великих традиций ночных экскурсий...

БИТВА ПОДУШКАМИ!!!

...Шучу. На нас накричали бы другие гости или хозяйка».

Сабина и Колетт забрались в кровать, как только их одолела сонливость, и Мицуха зарылась в одеяла своей нижней койки.