Пока Герайнт вёл нас к опорному пункту мятежников, мы наткнулись на деревню, вытянувшуюся вдоль главной дороги. Несколько приземистых квадратных домиков из глины, а за ними — куда ни глянь — сочная зелень: почти всю деревню занимало огромное пастбище для скота.

При виде этих просторных лугов у меня сразу потеплело на душе — слишком уж сильно они напоминали наши равнины в Илуке. Места здесь хватало и под юрты, и под палатки, так что мы решили остановиться на ночлег.

Завидев флаг Баарбадала, жители сперва насторожились и замерли в отдалении, тревожно перешёптываясь. Но стоило им заметить рядом меня и Герайнта, как тревога быстро сменилась облегчением. А когда я объяснил, что мы прибыли как подкрепление для лорда Элдана, они и вовсе заулыбались и принялись наперебой предлагать помощь.

— Эти подонки заявились сюда всего несколько дней назад, — заговорил пожилой деревенский староста, пока односельчане помогали нам ставить палатки и делились припасами. — Угнали у нас кучу скота. Хорошо ещё, что молодняк сейчас пасётся в горах, а увели в основном взрослую скотину... но всё равно — душа болит, ох как болит. Мы столько сил в неё вложили и вырастили не для того, чтобы её у нас воровали. Господин герцог, умоляю, прогоните этих мерзавцев.

Я слушал старика, и его слова заставили меня с особой ясностью понять: эту битву мы не имеем права проиграть.

Я одарил его ободряющей улыбкой и решительно ответил:

— Предоставьте это нам.