Спустя месяц.

— Фу-у…
— Х-х… Зачем мы вообще сюда сунулись? И так понятно, что тропа гиблая…

— А что нам оставалось? Если товар снова отберут, нам конец. Приходится лезть в глухие объезды, чтобы не нарваться на разбойников.

Ким Мун и Ха-рян.

Двое купцов тащились по тяжёлому торговому пути из Аньхой в Хунань. Торговали они украшениями, но шли не по наезженной дороге, а по девичьей тропе — и это было необычно.

Такой выбор они сделали после прошлой неудачной ходки: тогда они вложили почти все накопления и были подчистую ограблены. Живыми еле ушли, но потеряли слишком много. Попадись разбойникам ещё раз — разорение без права на апелляцию.

Вот и петляли с самого Аньхоя, предпочитая безопасность времени. А Хунань, близкий к окраинам, по их разумению, охранялся куда слабее центральных земель, так что осторожничали втройне.

— Эх… знали бы, так хоть одного воина наняли перед дорогой.

— На какие шиши? Да и… боюсь, в Хунани и одного мастера может не хватить.

— Это с чего вдруг?

Когда Ким Мун удивлённо спросил, Ха-рян объяснил:

— В трактире месяц назад слух подслушал… Мол, объявился в Хунани лютый разбойник. Зовут его… Король Разбойников?

— Ик… Король Разбойников…?

— Ага! Насколько же страшным надо быть, чтобы такую кличку дали? Это я месяц назад слышал — теперь про него, небось, ещё громче судачат.

— Хм, понятно… Значит, твоя осторожность насчёт Хунани — не с потолка. Но всё же…

Ким Мун ткнул пальцем в ветки и лианы, что без конца лезли поперёк дороги:

— …это уже перебор, не находишь? Еле протискиваемся.

— Потерпи ещё чуть-чуть… ох!

Ха-рян, одёргивая жалующегося Ким Муна, сделал шаг — и…

Тух.

Неудачно: под ковром опавшей листвы оказалась пустота, нога провалилась, равновесие ушло.

Обычно посмеялся бы, да встал. Но беда в том, что стояли они на крутом склоне.

Кувырк, грох!

— А-а-а-а!

— Эй!

Ха-рян даже вздохнуть не успел, как покатился кубарем вниз. Тропа, не знавшая руки, была утыкана колючками и камнями — всё это больно резало тело в пути. И это ещё не всё: внизу, где должен был и закончиться его полёт, торчал валун размером с дом — врежься в него на такой скорости, и тяжёлых увечий не миновать.

— Ч-что делать…! К-как…

Пока Ким Мун в панике топтался на месте, перед глазами — беда…

— Дорогу!

Свист!

За спиной Ким Муна прозвучал чистый голос, и чья-то фигурка стрелой сорвалась вперёд.

Вжух!

Человек двигался так быстро, что взгляд Ким Муна едва поспевал. Он метнулся к катящемуся Ха-ряну…

— Хоп!

…схватил того за ворот и одной хваткой остановил весь разогнавшийся маховик.

— Ух ты…

Глядя с восхищением, Ким Мун понял: перед ним не простой зевака, а мастер, знающийся на боевых искусствах.

— Ой! Сейчас не время глазеть!

Спохватившись, Ким Мун помчался к Ха-ряну.

— Эй, Ха-рян! Цел?

— Уф… Всё тело щиплет, но жить буду… благодаря этому человеку…

Слова Ха-ряна заставили Ким Муна поставить ношу и, сложив ладони, низко поклониться мастеру. Ха-рян поднялся, отряхнулся — и тоже поклонился.

— Благодарим, герой. Благодаря вам товарищ остался жив.

— Спасибо. Вы наш благодетель.

— Ха-ха, пустяки. Охранять гору Муак — моя служба.

Двум стало спокойнее: незнакомец и одет опрятно, и лицом приятен. Однако…

— Охранять гору — дело благородное.

— Можно и так сказать. Ах да, не представился. Я Дон-рён, заместитель главы Двадцати Застав Зеленого Леса.

— …Прошу прощения?

Они обомлели от его представления.

Зелёный Лес?

Разве это не разбойничья организация? Как может такой приличный человек быть разбойником…?

И если он разбойник…

«Он спас нас только затем, чтобы отобрать товар?..»

Несмотря на спасённые жизни, душу сдавило нехорошим. Увидев прежнюю прыть, сопротивляться и в мыслях не было.

Ким Мун дрожащими руками вытянул узел с товаром и подал Дон-рёну:

— Э-это половина того, что у нас есть. Возьмите и пощадите остальное… Если снова всё потеряем — нам конец…

Отдать половину — тоже удар, но лучше, чем всё подчистую. Однако…

— Ха-ха, вы чего? Мы не из тех, кто так забирает.

— …Прошу прощения?

…Погодите, разбойник говорит, что «мы не такие»…?

…Тогда какие же?

Пока оба стояли с круглыми глазами, Дон-рён указал на восток:

— Если пройдёте ещё ли по две на восток, выйдете на горную дорогу, которую мы содержим. По ней пойдёте быстро и удобно.

— У вас… обустроенная дорога?

— Да. Правда, берём пошлину.

— …Пошлину.

Они дёрнулись на слове «пошлина», но это куда лучше, чем лишиться всего.

— …Так сейчас заплатить?

— Нет, двинетесь по указанной тропе — и выйдете к павильону. Там и уплатите, и дальше по нашим тропам будете идти спокойно. Я бы объяснил подробнее, но мне ещё патрулировать участок…

— Д-да, конечно. Простите, что задержали.

— Бывайте.

Вжух!

Сказав, тот, разбойник(?) по имени Дон-рён, сорвался в сторону, используя искусство лёгкости тела.

Двое ещё миг смотрели ему вслед, затем первым заговорил Ким Мун:

— …Он сказал — тропа есть. Проверим?

— …Да, давай глянем.

С лёгкой обречённостью двинулись на восток — и, пройдя ровно две ли…

— В самом деле дорога…

Они увидели ухоженную горную тропу.

«Ухоженная» — не преувеличение: ровная поверхность без лиан, без пыли и даже мелкой гальки. На крутых участках — проложены ступени, чтобы путнику было безопасней: иначе как «образцово содержится» не назвать.

— После тех дебрей — прямо рай!

— Точно. …Но давай не терять бдительность. Не знаем, какой ценник за такое удобство попросят…

— Само собой.

Опытные купцы нутром чувствовали: такая любезность даром не бывает. Так, настороже, и шагали.

И вскоре обнаружили ещё кое-что.

— Это…

— …постоялый двор?

…Постоялый двор на горном хребте? Неверится, а перед ними — павильон, но по виду самый что ни на есть трактир. Неясно, пускают ли на ночлег, но первый этаж открыт, народ ест и пьёт — словно с горы в посёлок спустились.

Они, зачарованные, уже подходили, как их остановили:

— Стойте, дальше нельзя.

— …Ох.

Дорогу преградили двое у входа: один — красавец, будто брат у кисэн, второй — добродушного вида юноша, прямо душка.

Красавец дружелюбно протянул ладонь:

— Нужно предъявить пропуск на проход.

— П-пропуск? У нас такого нет…

— Нет пропуска? А… значит, вы влились в дорогу посередине. Чтобы пользоваться этой магистралью, пропуск обязателен.

Лишь тут двое вспомнили слова спасшего их разбойника.

«Правда, берём пошлину.»

— Тогда чтобы получить пропуск, надо внести пошлину?

— Разумеется.

— Эх… и сколько?

— Чтобы определить цену, посмотрю, что вы везёте. Давайте-ка узлы на стол.

Голоса ни алчности, ни злобы не заметно — и двое без задней мысли положили ношу на стол. Мужчина раскрыл узлы, осмотрел содержимое и сказал:

— Хм… Значит, торгуете украшениями и бижутерией. В таком объёме… возьму 3 серебряных.

— Три серебряных?

Сумма не маленькая.

— Не слишком ли жирно?!

Когда Ким Мун попробовал возмутиться, мужчина спокойно улыбнулся и парировал:

— Сударь, если распродадите все эти безделушки, выручка будет около 50 серебряных, верно?

— Д-да, верно.

— Потеряете всё — минус 50. А заплатите всего 3 сейчас — и с нашим пропуском безопасно пройдёте все горные дороги Хунани. Экономия 47 серебряных. Я ошибся?

— Э… ну, выходит так?

Пока Ким Мун мялся, мужчина подкинул ещё довод:

— С момента выдачи пропуска ваша безопасность — забота наших Двадцати Застав Зеленого Леса. Всего 3 серебряных — и вы под охраной. Торговцы ведь обычно нанимают в пути воина? Это обходится минимум в десятку серебром, а то и выше — не выгоднее ли купить пропуск за 3?

— …

…А ведь верно?

Многие купцы нанимают мастеров ради безопасности — и платить приходится много. Потому-то двое и не смогли никого нанять на старте.

А тут — за 3 серебряных по всем горным тропам Хунани, да ещё по таким гладким дорогам…?

Пока оба считали в уме, мужчина добавил ещё один штрих. Указал на господина, что в открытую в дневной час наливал себе в тенёчке:

— Видите того довольного? Он торговец шёлком, человек при деньгах — с него взяли 5 серебряных. Справедливо же, когда пошлина зависит от достатка?

— Ах…

…Вот как…

Фраза «всего 3 серебряных» уже пустила корни в их головах.

— М-мы заплатим 3 серебряных.

— Отличный выбор. Сейчас оформлю пропуска. Ваши имена?

— Я — Ким Мун, друг — Ха-рян.

— Ким Мун… и Ха-рян. Хорошие имена.

Мужчина вынул из-за пазухи два бланка пропусков, вписал имена и протянул:

— Вот ваши пропуска. С вас 6 серебряных.

— Шесть? Вы же сказали — три!

— По три с человека.

Сказано это было как само собой. Ха-рян, почувствовав себя обманутым, вспылил:

— Эй, надо было сразу говорить! Специально тянете, чтобы запутать?

— Даже за шесть вам выгоднее, чем потерять товар или нанимать охрану.

— …

Ну…

Правда ведь…

Придраться было не к чему: хоть осадок и остался, оба молча отсчитали по три серебряных. Мужчина удовлетворённо принял плату, вручил пропуска и сказал:

— Благодарим за сотрудничество. Учтите: как только вы покинете нашу магистраль, пропуск становится недействительным. Возвращайтесь ещё. Таких павильонов у нас десятки по всему Хунани — показывайте пропуск на каждом, что встретите.

— …Поняли.

— Ах да, у нас изредка попадаются любители… Поэтому, для ясности, заранее предупрежу…

До сих пор мужчина держался подчеркнуто дружелюбно. И сейчас улыбался — но…

— …Если попробуете проскочить по нашим ухоженным дорогам без оплаты и попадётесь — штраф составит в тысячу раз больше исходной пошлины.