Тянь не стал смотреть, как остальные перебираются на другой берег. Юноша опустился на землю, небрежно скрестив ноги, и бережно сжал в ладонях сосновую шишку. Практика окутала безграничная тишина, и, подобно камере пустоты в Пещере Шести Поворотов, это безмолвие заставило его остаться наедине со своими мыслями.

«Я так долго тревожился из-за избытка инь, даже не задаваясь вопросом о причинах подобных волнений. Безусловно, баланс необходим для здоровья, и сейчас мне с медицинской точки зрения катастрофически не хватает потока ян, но… и что с того? Как только тело исцелится, как только я вернусь в норму, стоит ли мне продолжать охоту за янскими природными сокровищами? Приблизит ли это меня хоть на шаг к бессмертию?»

«Нет. Разумеется, не приблизит. Бессмертие достигается путем накопления энергии и духовных озарений. Усиление моего ян укрепило бы фундамент, что само по себе ценно, однако на этом всё. Этого недостаточно для истинной мотивации. Так что же заставляло меня годами одержимо гнаться за этим?»

«Первыми на ум приходят братья. Они были единственными, с кем я мог себя сравнивать. Высокие, мускулистые, громко смеющиеся и смело шагающие по открытым пространствам, пока я прятался в тени и молча наблюдал. Я научился обращаться с веревочным дротиком, ведь он годился для охоты, для установки палатки, для побега. С его помощью можно было схватить то, до чего не дотягивались руки. Скрытое оружие для прячущегося мальчишки».

«Я прекрасно знаю, что некоторые сестры питают ко мне романтический интерес. Я лишь притворяюсь слепым, улыбаюсь и сохраняю вежливость. Бегу от их чувств, бегу от их неприязни, которая непременно возникнет, стоит мне отвергнуть эти порывы. Я поступил жестоко с даоской Шу. Не желая терпеть боль от ее разочарования и обиды, я причинил ей куда большие страдания. Те, которые теперь невозможно ни исправить, ни даже смягчить».

«Я избегаю честного разговора с отцом из страха потерять его, потерять ту связь, что установилась между нами. Потерять то, что он для меня значит. Я бегу от своего имени, от любого из своих имен. Спасаюсь и прячусь от Мертвого Мальчика, от его родной семьи и от тяжести всех этих возложенных на меня ожиданий. Прячусь в своей маленькой пещере или на лодке вместе с названой сестрой».

«Прячусь от… от…»

Тянь почувствовал, как балансирует на краю истины, которую так долго скрывал от самого себя. Падение в эту бездну казалось пугающим.

«Прячусь от того, что чувствую к Лижэнь. Чем бы это ни было. И прячусь от того, что она чувствует ко мне. Что бы это ни значило. Я… не уделял ей должного внимания. Не так, как следовало бы. Не так, как должен вести себя тот, кто является частью… кем бы мы ни были. Отец называл это вполне конкретно».

«Спутники на пути Дао. Интересно, что эти слова будут значить для нас двоих. Впрочем, я не стану торопить события. Подобное стоит пережить правильно, осмыслить со всей серьезностью, отнестись к этому с должной заботой. При условии, что я перестану сомневаться. При условии, что мне хватит смелости шагнуть в этот поток».

Затем в сознание вторглась, казалось бы, совершенно неуместная мысль.

«Интересно, а Лижэнь нравятся невысокие мужчины? Об этом она тоже никогда не упоминала».

Заклинатель мягко коснулся груди в области сердца. Впервые за многие месяцы там разлилось тепло.

Лижэнь пересекла реку последней. Девушка долго стояла на берегу, не отрывая взгляда от спины медитирующего Тяня. Она видела способ переправы, однако повторить это на практике оказалось совершенно иной задачей. Выйдя из воды, послушница дрожала, но на ее губах играла улыбка. Тянь встретил спутницу ответной улыбкой, заставив ее как вкопанную замереть на берегу.

— Чему… чему ты так улыбаешься? — спросила она.

— Сестра боялась оказаться недостаточно иньской, — мягко произнес юноша. — Теперь она убедилась в обратном. Разве я могу не радоваться?

— Значит, убедилась? — Лижэнь потерла заднюю сторону шеи. — Полагаю, это делает тебя достаточно янским.

— Вовсе нет.

— А?

— Мне действительно нужно больше ян, однако я всегда буду чуть более иньским по сравнению с остальными, — признался Тянь. — Понятия не имею о причинах. Возможно, я смогу разобраться в этом во время нашего путешествия. Сможешь ли ты принять нечто подобное?

— Я никогда не придавала этому значения, — ответила Лижэнь, внезапно найдя окружающий лес невероятно увлекательным и старательно отводя взгляд от собеседника. — Ни единого разу.

— Прямо-таки ни единого? — лукаво переспросил юноша.

— Ну хорошо. Может быть, один раз.

— А может, и дважды?

— Вполне возможно, что и трижды, хотя сомневаюсь, что больше четырех, — призналась девушка, вызвав у Тяня широкую ухмылку.

— Мне просто придется стать лучше, — произнес практик и показал ей сосновую шишку. — Посмотри, что я нашел.

— Я видела! Она просто упала тебе в руку. Там наверху есть еще?

— Насколько я могу судить, больше нет. Ты что-нибудь видишь?

— Нет, — покачала головой послушница. — Должно быть, это награда для того, кто пересечет реку первым. Ты заметил, что деревья на этом берегу изменились? Они по-прежнему состоят из камня, но теперь это сосны и ели.

— Не обратил внимания, — Тянь покачал головой и огляделся. Воздух на этой стороне реки казался более прохладным. Тонкие иголки раскачивались и терлись друг о друга, создавая причудливую смесь из шепота ветра, каменного стука и почти металлического звона. Юноша начал искать источник звука и обнаружил дерево с длинными иглами. Даже легкого дуновения хватало, чтобы заставить их кружиться в танце и непрерывно соприкасаться.

По отдельности звуки каждой хвоинки оставались почти неуловимыми, но когда звенело целое дерево, музыка леса по-настоящему оживала. Бессмертные стволы из камня продолжали рассеивать семена. Продолжали раскачиваться в такт дыханию Дао. Лижэнь подошла и встала рядом с Тянем, позволяя мелодии кружить вокруг них, окутывая спутников песней вечной жизни.

Это было поистине бессмертное мгновение. Стоя на берегу реки и омываемые магией этого мира, Тянь и Лижэнь прожили целую вечность за одну мимолетную секунду.

— Муж, дай еще, — раздался позади громкий хруст.

Тянь обернулся и увидел сестру Су, опускающую руку в мешочек с жареными хлебными палочками, который держал брат Ван. Сестра Линь с аппетитом жевала свою порцию. Вся троица немигающим взглядом смотрела на него. Вернее, на него и Лижэнь.

— Ох уж эта юность, — вздохнул брат Ван.

— Воистину. Юность, — кивнула Линь.

Сестра Су воздержалась от комментариев, предпочтя проглотить еще одну палочку.

— Разве ты старше меня не на какие-то жалкие десять лет? — поинтересовался Тянь.

— В годах, несомненно. Но в опыте? — Брат Ван с безграничной благосклонностью покачал головой. — Ну да ладно. Может, пойдем дальше?

— Мгм. Только нужно решить вопрос с разделением сосновой шишки. Не имею понятия, сколько внутри семян… — начал было Тянь, но остальные дружно замахали руками, прерывая его на полуслове.

— Она твоя.

— Целиком твоя.

— Судьбоносная встреча, я к такому не притронусь, — с особой категоричностью заявила сестра Линь.

Тянь перевел взгляд на Лижэнь, которая ответила ему крайне снисходительной улыбкой. Юноша тяжело вздохнул и убрал шишку, молча запечатлевая это мгновение в памяти. Он непременно позаботится о том, чтобы отплатить за проявленную щедрость.

— Тогда выдвигаемся. Мы всегда сможем вернуться и насладиться музыкой в другой раз.

— Ох, но юность дается лишь однажды… — Ван и Су переглянулись, обменявшись понимающими улыбками.

— Брат Ван, я как раз начал изучать основы акупунктуры. Мои навыки пока далеки от идеала, но ты выглядишь довольно крепким. Как насчет того, чтобы стать моим тренировочным манекеном? Восковая фигура вечно выглядит так, словно кричит в агонии. Мне бы очень пошло на пользу созерцание твоего улыбающегося лица.

— С другой стороны, юность не стоит тратить на столь легкомысленные занятия. Идем, скорее идем, — брат Ван отважно зашагал прямо в кусты.

— Тропа находится в этой стороне, брат Подопытный Зверь. Я хотела сказать, брат Ван. Ах-ха-ха-ха, — Лижэнь указала направление острием своего копья.

— Какая крепкая, горячая молодежь пошла, — брат Ван поспешно изменил курс и направился к тропе. Девушки обменялись тройным лукавым взглядом, тихонько прыснули со смеху и тоже двинулись вперед, предоставив Тяню возможность догонять.

Юноша поднял голову, пытаясь разглядеть клочок голубого неба сквозь кроны каменных деревьев.

— Порой быть самым благоразумным в компании оказывается непомерным бременем.

Тропа вилась сквозь сосновый лес на протяжении нескольких сотен ярдов, пока не уперлась в каменные врата. Широкий проход преграждали массивные двустворчатые двери. На одной стороне располагалась небольшая чаша с водой, на другой горело пламя в точно таком же сосуде. Обе чаши выступали из створок на уровне груди, будто создатели конструкции до смерти боялись, что кто-то умудрится их не заметить.

Практики на мгновение переглянулись, после чего снова уставились на преграду.

— Это… проверка на сообразительность, чтобы узнать, догадаемся ли мы просто обойти ее? — поинтересовался Ван. Вопрос звучал вполне резонно. Врата выглядели строгими и внушительными, однако напрочь лишались привычной стены для крепления. Лесная чаща по обе стороны от прохода тянулась сплошной непрерывной стеной.

— Верно. Только на этот раз ты пойдешь первым, — согласилась Лижэнь.

Брат Ван с минуту стоял неподвижно, затем подобрал с земли камень и аккуратно бросил его левее створок. Снаряд поравнялся с краем врат и внезапно замер прямо в воздухе. Раздался громкий треск. Тянь никогда прежде не слышал звука ломающегося под ногами льда, и это было весьма досадно, поскольку подобный опыт мог бы подсказать ему причину, по которой булыжник мгновенно разлетелся на множество мелких осколков.

— О. Фильтр для идиотов, — Линь буквально излучала ауру мудреца. — Мы только что наглядно продемонстрировали, что стоит одному человеку разгадать секрет реки, как за ним тут же переправится целая толпа. При наличии крепкого разума и хорошего самоконтроля это не составляет особого труда. Однако теперь амбициозные, но совершенно бездарные личности возжелают шанса порисоваться. Поэтому они непременно выберут столь «простое» решение, попутно выкрикивая оскорбления и обещая встретить неудачников на финише.

— Сестра Линь говорит так, словно опирается на личный опыт, — осторожно заметила Лижэнь, пока остальные участники группы медленно кивали в знак согласия.

— У нас огромная семья. Проводится невероятное количество совместных мероприятий, каждое из которых тайно или совершенно открыто оценивается старейшинами, а результаты используются для определения объема ресурсов и поддержки в будущем. Я никогда раньше не бывала на подобных испытательных полигонах, но происходящее кажется мне пугающе знакомым, — ответила Линь. Произнеси она эти слова во времена пребывания в Поместье Ветров, в ее голосе прозвучала бы горечь, однако сейчас заклинательница говорила лишь с легкой иронией.

— Вот как? Нам определенно стоит как-нибудь обсудить это, — щека Вана дернулась в подобии ухмылки, но его взгляд оставался прикованным к рассыпанным по земле осколкам камня. — Есть идеи, как одолеть эти врата?

— Мгм. Полагаю, механизм все еще не настроен на индивидуальную проверку, поэтому испытательный полигон находится на стадии отсеивания основной массы участников. Готова поспорить, решение требует командного взаимодействия и хорошей работы головой.

Эти слова вызвали куда более воодушевленные кивки. Линь придала лицу бесстрастное выражение, хотя Тяню показалось, будто девушка изо всех сил скрывает удовольствие от всеобщего внимания. Должно быть, в прошлом ей очень нравилось обучать принцев и принцесс.

— Опираясь на правила первого барьера, давайте предположим отсутствие каких-либо скрытых секретов в окружении, — продолжила Линь. — Для прохождения также не требуются узкоспециализированные навыки. Подсказки должны обнаружиться при простом осмотре преграды. Врата состоят из камня, несут в себе огонь и воду. Нам следует проверить створки и убедиться, что они действительно запечатаны, но помимо этого можно сделать логичный вывод о необходимости манипулировать присутствующими здесь стихиями.

— Предположительно, по одному человеку на контроль каждой стихии, пока остальные открывают двери, — сестра Су прищурилась, постукивая большим пальцем по костяшкам, словно производя в уме сложные вычисления.

— Может ли все оказаться настолько банально, что потребуется лишь добавить огонь и воду к соответствующим элементам на вратах? Возможно ли решить эту загадку с помощью обычной фляги и переносного уголька? — задался вопросом брат Ван.

— Вполне вероятно, однако это грубо нарушает предполагаемое правило о том, что для прохождения испытаний не требуется приносить вещи извне, — Лижэнь отрицательно покачала головой. — До сих пор на этом полигоне наблюдалось практически полное отсутствие как огня, так и воды. Река состоит из магических змей, деревья высечены из камня, а кроме обезьяны брата Цзыхао мы не встречали никакого не взрывающегося пламени. Если только создатели не рассчитывают, что мы вернемся, выловим из потока змею и принесем ее сюда?

В этот момент Тянь уловил явную перемену в музыке леса. Юноша начал вглядываться в кроны деревьев, пытаясь обнаружить причину искажения мелодии.

— Брат Цзыхао? — Лижэнь резко обернулась в его сторону. Тянь не ответил, продолжая неотрывно смотреть на ветви. Сестра Су собиралась что-то сказать, но послушно замолчала, когда Лижэнь предупреждающе подняла руку.

— Подобная перемена… Я не могу точно распознать ее, поскольку этот лес звучит иначе, чем все чащи, в которых мне доводилось бывать, однако в этом кроется нечто до боли знакомое, — тихо произнес Тянь. — Нечто такое, что бьет в гонг внутри моего сознания, приказывая немедленно бежать или готовиться к бою.

Взгляд практика непрерывно скользил по округе. Изменения охватывали обширный участок леса и приближались с пугающей скоростью.

— Похоже, нам не придется приносить с собой ни воду, ни огонь, брат Ван, — веревочный дротик Тяня змеей выскользнул из рукава и лег прямо в ладонь.

— Вот как? — Брат Ван немедленно выхватил щит и молот. Остальные вооружились с не меньшей проворностью.

— Именно. Обезьяны в этом лесу обладают огнем и кровью. Сюда несется целая стая, вероятно, не меньше нескольких сотен особей, — предупредил Тянь. — Мы примем бой, прикрывая тылы вратами. Если можете провести какие-либо дополнительные приготовления, делайте это прямо сейчас, поскольку отступление в наши планы больше не входит.