— ПРОБУДИТЕСЬ! — старший брат Су плотно прижал ладони друг к другу на уровне сердца, сложив их подобно острию копья, и рявкнул так громко, что Тянь попятился, тряся головой в попытке избавиться от звона в ушах.

— Внимание! — громкому хлопку в ладоши и окрику брата Су предшествовало резкое пробуждение крестьян от ступора, обернувшееся жуткой суматохой; Тянь совершенно не представлял, что делать с толпой вопящих и рыдающих взрослых, но старший послушник прекрасно знал свое дело, и юноша мог лишь гадать, как тому удавалось вкладывать в голос такое очарование, чьи тон и вибрации цепляли паникующих смертных подобно рыболовным крючкам, притягивая их взгляды и заставляя умолкнуть хотя бы на мгновение.

— Моя фамилия Су, я послушник Храма Древнего Журавля в Западном Городе. Вас похитил еретический практик по прозвищу Окровавленный Тесак Ван. Мы его убили. Мы вас спасли. Вы не обязаны отрабатывать спасение или выплачивать нам какое-либо вознаграждение. Однако вам необходимо покинуть это место. Ступайте по этой тропе и найдете деревню. Уходите прямо сейчас, дабы мы могли очистить сию обитель от зла.

К тихому изумлению Тяня, этого оказалось вполне достаточно. Что-то в тоне и манерах наставника внушало крестьянам безоговорочное повиновение. Они бросились вверх по дороге со всей доступной им скоростью. Старший брат Су проводил их взглядом, а затем повернулся к юноше.

— Вот и всё. Я быстренько пробегусь по округе, прикончу этих шершней и соберу ценности, которые ты мог упустить. После этого ты поможешь мне с уборкой.

— Мы собираемся... убираться? Зачем? Старший брат? — поспешно добавил Тянь, обращаясь к наставнику.

— Ты хочешь, чтобы в этой пещере завелись злобные призраки и адские бесы?

— Никак нет, старший брат.

— Тогда мы обязаны навести порядок. Но не волнуйся, всё не так сложно, как тебе кажется.

— Нищий ублюдок, ты забрал его кошель? — поинтересовался старший послушник, когда Тяня вскоре позвали в залитый кровью зал, где над дверью на месте огромного гнезда теперь виднелось лишь подпаленное пятно.

— Я возьму один кристалл за сопровождение на задании и компенсацию расходов на снаряжение, а остальное забирай себе, у него и впрямь ничего не было, я даже свисток проверил, — произнес Су, бегло осмотрев содержимое переданного Тянем кошеля, презрительно хмыкнув и бросив мешочек обратно.

Тянь заметил, что теперь в теле Вана появилось несколько новых отверстий, которых не было раньше.

— Вещь сделана добротно, но это всего лишь костяной свисток, настроенный на управление насекомыми. Абсолютно заурядная пустышка. Что касается тесаков, то это просто качественная сталь. За душой у него не оказалось ни спрятанного руководства, ни зашифрованной карты сокровищ. Честно говоря, он настоящий позор для всех еретических практиков.

«Я согласен. Совершенно разочаровывающе, хотя ты многому научился». Дедушка Цзюнь умел произносить слово «разочаровывающе» так, будто оно обозначало самое глубокое моральное падение из всех немыслимых.

— Не забивай себе этим голову, со временем ты поймешь, что я имею в виду, а пока обрати внимание на всю эту ритуальную утварь, видишь цепи, резные узоры на полу и особые загоны для людей? От всего этого придется избавиться как для предотвращения появления инь-духов, так и для того, чтобы какой-нибудь отчаявшийся крестьянин не вздумал скопировать весь этот ужас в надежде обрести бессмертие, — произнес брат Су, чья привычная улыбка вернулась и стала чуточку шире, в то время как Тянь толком не знал, как реагировать на предыдущие заявления.

Тянь кивнул. В конце концов, это напоминало своеобразное купание. Идея омовения в чужой крови ради достижения бессмертия не была лишена определенной логики. Довольно слабой логики, ведь если бы метод действительно работал, им бы пользовались все без исключения. Но доля здравого смысла в этом присутствовала.

— Не то чтобы этот кровавый ритуал хоть когда-нибудь срабатывал. Улавливаешь суть? Кровавый?

— Честно говоря, брат Су, я сейчас не в том настроении, чтобы смеяться.

— Да, полагаю, тебе не до веселья, младший брат, но к такому привыкаешь на удивление быстро, просто шокирующе быстро, и вскоре весь этот кошмар превращается в обыденную рутину, так что подойди и позволь мне показать, как именно мы уничтожаем подобные вещи.

Процесс оказался незамысловатым. Всё содержимое пещеры было безжалостно вырвано из стен и свалено в кучу посреди комнаты. Крайне неприятное занятие для мальчишки со сломанной ключицей. Брат Су щедро рассыпал поверх мусора несколько больших щепоток оранжевого порошка, а еще одну порцию насыпал себе на ладонь.

— Ты, должно быть, заметил, как много внимания в твоей технике духовной практики уделяется дыханию, и наверняка чувствовал, как ци проникает внутрь подобно струйкам холодного, плотного воздуха, — старший брат Су бросил взгляд на Тяня. — Потому что на нашем уровне, на стадии Сферы Земного Человека, ци по своей сути именно этим и является: воздухом с высокой плотностью энергии, и у нас нет надежного способа выпускать её из тела, ведь энергии просто не хватает плотности, и пока мы не сможем преобразовать её в Ци Бессмертных, она будет банально растворяться в атмосфере при выходе наружу, что служит еще одной причиной, почему в своих боевых искусствах мы в основном используем жизненную энергию тела.

Тянь кивнул. Это полностью совпадало с тем, чему его учили. Это также объясняло, почему большинство боевых искусств, практикуемых в Храме, опиралось на использование оружия. Даже такая техника, как его Громовая Ладонь, требовала прямого физического контакта, а ее проникающая сила имела удручающе малый радиус действия.

— Летающие мечи представляют собой специально созданные артефакты, и они способны по-настоящему «летать» на короткие дистанции лишь тогда, когда ты достигнешь Девятой стадии. Ты чудом избежал огромных трат, ведь именно по этой причине они являются самым дорогим оружием в арсенале Храма. Двести очков заслуг.

Тянь поморщился. Его дротик на веревке обошелся всего в десять.

— Итак, как же нам тогда поджечь этот Порошок Сжигания Стали, ведь обычное пламя его даже не согреет? — старший послушник выжидающе посмотрел на Тяня.

Юноша лихорадочно соображал. Когда дедушка задавал ему подобные вопросы, разгадка обычно крылась в их недавнем разговоре. Огонь не справится, использовать ци напрямую нельзя, потому что она превращается обратно в воздух при выходе из тела, а на их уровне ци и есть холодный воздух... но ведь огню нужно дышать. Он вспомнил слова наставника. Пламя подобно зверю: корми его, давай ему дышать, и оно будет расти.

«Могут ли две холодные вещи создать горячую?»

— Извините, если это прозвучит глупо, старший брат, но нужно ли на него подуть? Каким-то особым образом?

— Вовсе не глупо, младший брат, абсолютно верно, и я рад видеть, что ты был внимателен, ведь секрет заключается в том, чтобы намеренно сделать выдох, насыщенный духовной энергией, которая почти мгновенно смешивается с обычным воздухом, но на долю секунды образует небольшой сгусток сконцентрированной ци, — отозвался Су. — Это требует некоторой сноровки, но не является тайным искусством, поэтому я насыпал порошок в кулак, оставив небольшое пустое пространство вокруг, и теперь достаточно лишь короткого выдоха...

Ослепительно белое пламя вырвалось из кулака брата Су, и он проворно швырнул загоревшийся порошок в кучу мусора. Остатки пыли вспыхнули мгновенно, и вскоре вся гора дерева, металла, костей и крови была охвачена огнем. Температура в пещере за считанные секунды поднялась от прохладной до невыносимо жаркой.

— На выход, для тебя здесь слишком горячо. Мне тоже становится некомфортно!

Оказавшись снаружи, брат Су спокойно продолжил свой урок. Так, словно он только что не предал огню место массовой человеческой резни.

— Мне говорили, что это особым образом очищенные металлы. Я имею в виду Порошок Сжигания Стали. Сам я никогда не питал интереса к алхимии или искусству создания артефактов. По сути, это старая добрая концепция развития пяти стихий. Формально ци вообще не имеет стихийной принадлежности, но если уж на то пошло, она тяготеет к воздуху. А воздух, как тебе прекрасно известно, является производным от Дерева.

— На самом деле, я никогда этого не понимал.

— На самом деле, я никогда этого не понимал, старший брат.

— Прошу прощения, старший брат Су.

— Продолжай в том же духе, у тебя уже получается лучше. Я тоже этого не понимаю, но это неоспоримый факт. Все представляет собой цикл: Земля порождает Металл, Металл порождает Воду, Вода порождает Дерево, а Дерево порождает Огонь. И пламя, исчерпав себя, превращается в пепел и грязь. Иными словами, обратно в Землю.

Брат Су присел на корточки и начертил на земле пентаграмму, пометив каждый угол иероглифом и соединив их стрелками по часовой стрелке. Схема выглядела логично. Затем он добавил стрелки поменьше, соединяющие разные символы, в основном тоже по часовой стрелке, но пропуская один шаг. От Воды к Огню, от Огня к Металлу, от Металла к Дереву, от Дерева к Земле, от Земли обратно к Воде. Цикл порождения и подавления первоэлементов. Простая концепция, которая, однако, согласно книгам, насильно всученным Тяню братом Фу, обладала бесконечной сложностью в своих перестановках.

— Если бы присутствовали все пять стихий и находились в балансе, система была бы стабильной. Но когда мы дуем на Порошок Сжигания Стали, Вода отсутствует. Добавляя ци к специально очищенному металлу, мы запускаем цикл порождения без сдерживающего влияния Воды на Огонь. Нам необходимо предоставить Дерево, то есть Воздух, который и есть наша Ци, чтобы компенсировать отсутствие Воды для его создания. И поскольку стихия Огня питается бесконтрольно, она воспламеняет порошок. А сам состав создан для того, чтобы гореть при чудовищно высоких температурах и обращать обычные материалы обратно в землю.

Тянь слегка улыбнулся. Все встало на свои места. В этой стройной концепции было нечто притягательное. Юноше казалось, что теперь, понимая суть процесса, он может его контролировать, и это вызывало приятное чувство. Пусть даже другим практикам требовались тысячелетия, чтобы по-настоящему постичь и обуздать пять первоэлементов. По крайней мере, эта крупица фундаментальных знаний была теперь надежно заперта внутри него.

Закон пяти камней, возможно. Прямо как то, чему учил его дедушка на свалке. Осознав этот принцип, он сможет использовать его для понимания других вещей. Сможет достичь большего. Тянь ощутил внезапный укол благодарности по отношению к старшему брату Су и старшему брату Фу. Должно быть, именно поэтому они продолжали вбивать в него знания. Чтобы он мог продвинуться дальше и свершить больше. А затем благодарность испарилась так же стремительно, как и появилась.

— Старший брат, неужели... старший брат Фу...

— Ты всё понял в точности наоборот.

— Простите?

— Ты думаешь, что эта ситуация была специально подстроена мной или братом Фу, но это не так, это банально опасная и стрессовая миссия, имеющая высокую вероятность выявить любые скрытые изъяны характера, однако мы бы никогда не стали опираться на разовое испытание со столь высокими ставками, чтобы определить, кому жить, а кому умереть, — произнес наставник. — Ну, почти никогда, и уж точно не с чертовым ребенком, тем не менее, я требую, чтобы ты понял одну вещь: если бы по твоей вине те люди погибли, я бы абсолютно точно позволил тебе сдохнуть от собственной глупости, ведь существует принципиальная разница между немедленной казнью и отказом в спасении, пусть даже итог один и тот же.

— Ох. Это полезно знать, старший брат.

— Правила существуют для управления группой, и это единственный способ обеспечить порядок, а в праведной системе это еще и величайшая защита для слабых, — вздохнул брат Су. — Наши устои требуют соблюдения определенного уровня нравственности, и за этим ведется строжайший контроль, ты больше не один, младший брат, ты уже давно не один, так что пришло время учиться жить в обществе.

На обратном пути Тянь ненадолго остановился в кустах и нарвал большую горсть ягод. Вместо того чтобы съесть их, он бережно завернул плоды в лоскут ткани и спрятал под мантию.

— Ягоды Гусиной Причуды, младший брат? Они, конечно, съедобны, но на вкус не очень-то приятны.

— Да, старший брат. Я знаю. Это для подарка.

— А? ТЫ? Кому? Кому это ты собрался дарить подарки? — брат Су неожиданно выскочил прямо перед ним, выглядя пугающе заинтересованным.

— Одному больному человеку, старший брат. Я пытаюсь жить в обществе.

---

Тянь рассудил, что собрал достаточно ингредиентов для лекарства. Он одолжил немного бумаги, чернил и кисть у своих недоверчивых старших братьев, после чего сел писать письмо.

Дорогая сестра Хун,

Это мое первое письмо. Я Тянь Цзыхао. Я не знаю, когда у меня день рождения, но думаю, что мне двенадцать лет. Мне кажется, тебе тоже двенадцать. Ты знаешь, когда у тебя день рождения? Я знаю, что скоро состоится следующий спарринг, и беспокоюсь, что твоя голова слишком больна, чтобы хорошо сражаться. Больным людям следует оставаться в постели. Но твои наставницы, скорее всего, не позволят тебе отлеживаться, поэтому я сделаю так, чтобы ты поправилась.

Я посылаю тебе лекарство. Тебе нужно будет растолочь лягушачьи мозги, ягоды и листья в большом котле или просто в яме в земле, затем залить все это водой, а потом засунуть туда голову и кипятить, чтобы целебный отвар смог проникнуть внутрь и вылечить твой мозг. Ты должна кипятить его силой воли. Именно так работают лекарства. Если ты хочешь, чтобы у тебя между пальцами на ногах появились перепонки, чтобы стать больше похожей на лебедя, можешь заодно сварить и свои ступни. Вдруг сработает.

Не позволяй им обманывать тебя пилюлями. Пилюли полны примесей вроде металла, а металл есть нельзя, иначе мы бы питались собственными котелками. Ни в коем случае не ешь котелок, как бы сильно ни был болен твой мозг. Котелки есть нельзя. Ты сломаешь зубы, а сломанные зубы приносят очень, очень сильную боль.

Пожалуйста, напиши мне ответ. Я еще никогда в жизни не получал писем. Если ты не знаешь трехсот базовых иероглифов, ничего страшного, я думаю, многие из наших старших братьев тоже их не знают. Я иногда вижу, как они тренируются в каллиграфии, и их почерк просто очень неряшлив. Просто постарайся изо всех сил.

Тянь Цзыхао