Тянь Цзыхао и Хун Лижэнь устроились на веранде гостевого дома. Юноша все еще блуждал в отголосках собственных воспоминаний, но изо всех сил старался поддерживать беседу.

— Понятия не имею, почему ты решил, что это сработает, — покачала головой Лижэнь и тяжело вздохнула.

— Я и не решал. Вернее, вообще не задумывался об этом в таком ключе.

— А?

— Система наставников и учеников, как и, соответственно, институт Прямых учеников, полностью строится на страхе и привязанности, — пожал плечами Тянь. — Внутренний двор представляет собой проклятое змеиное гнездо, где предательство стало обыденностью. Слишком много страха. Слишком мало привязанности.

— Думаю, это скорее особенность сферы Небесного Человека в целом, а не только Внутреннего двора нашего Монастыря. Ты считаешь, что это взаимосвязано. Что вся эта грязь происходит из-за того, что они... Ох, понимаю. Монастырь изолирует себя, чтобы не допустить утечки главных секретов и защититься от Внутреннего двора. Им нужен Внутренний двор для сбора ресурсов и защиты территорий, но без обещания лучших техник никто не станет стараться. Поэтому они открывают доступ к большинству искусств Внутреннему двору, намекая, что Ключевые ученики получают полный доступ ко всему самому ценному.

— А чтобы стать Ключевым учеником, истинное откровение Дао не требуется. Достаточно лишь способностей и, смею предположить, заслуг. — Тянь Цзыхао улыбнулся, ведь все действительно складывалось в единую картину. — Это также объясняет, почему Искусству Ступающего по Небу обучают далеко не всех. Вероятно, для этого требуется такая степень постижения Дао, которая доступна не каждому.

— Не стоит исключать и банальное высокомерие. Ограничение доступа к лучшим техникам духовной практики лишь для самых одаренных практиков звучит не так уж безумно. К тому же это означает, что прямые ученики всегда остаются самыми сильными, сохраняя за собой контроль. Они выступают истинными наследниками секты. Получают ее от своих наставников. Учитель на день становится отцом на всю жизнь, или, по крайней мере, до момента оглашения завещания, — подытожила Лижэнь.

— Все это вполне логично. Даже разумно. — Практик покачал головой, тогда как его спутница промолчала. Очередная безупречно выверенная цепочка решений, приведшая к катастрофическим последствиям.

— Нам бы стоило переименовать Монастырь. Вместо того чтобы порочить имя достопочтенного Древнего Журавля, мы могли бы назваться сектой «Непредвиденных Последствий» или Обителью «Ищущих Добродетель Идиотов», — Тянь Цзыхао едва удержался от смеха.

— В кои-то веки мы не можем обвинить во всем Звездное Сито. Готова поспорить, он перенял это от своих учителей. Скорее всего, тогда это считалось традицией. Может, и сейчас считается, я не знаю. — Девушка закрыла глаза, ее голос зазвучал тише. — Мастер секты будет в ярости. В еще большей ярости.

— Почему?

— Я не собираюсь принимать Искусство Ступающего по Небу и не стану брать себе наставника.

Тянь позволил ее словам ненадолго повиснуть в воздухе. На небе проступали звезды. Они выглядели так прекрасно, ни на миг не утрачивая своего первозданного великолепия.

— Почему?

— Потому что ты мой спутник на пути Дао. Потому что я твердо намерена разорвать этот идиотский порочный круг. И потому что мне совсем не хочется доверять свое будущее незнакомцу. К тому же, не думаю, что это как-то навредит моему пути. — Она обменялась с ним многозначительным взглядом. Хун Лижэнь не вдавалась в подробности о том, где именно раздобыла Тело Богоубийцы Десяти Солнц, но, судя по всему, к нему прилагалась методика культивации Ци и Шэнь. Тянь задумался, обладает ли подобным свойством Сутра Подавляющей Ад Высшей Добродетели. Юноша сильно сомневался в этом, поскольку искусство явно предназначалось для иных целей.

— Логично.

— А ты что будешь делать? Возьмешь технику послабее?

— Возможно, на какое-то время. Думаю, я поступлю так, как подобает любому приличному практику сферы Небесного Человека, и отправлюсь странствовать. Что-нибудь да подвернется.

— Глупости, — Лижэнь закатила глаза, а затем нахмурилась. Она подалась вперед, сводя брови еще сильнее. — Это... определенно какая-то чушь...

— М-м-м. Хорошая новость в том, что теперь, находясь на стадии Небесного Человека, я смогу очень быстро довести Небесных Императорских Ласточек до базового уровня мастерства. Мне все равно осталось закончить только десятый дротик. Пришествие Весны работает просто отлично. Придется подыскать какие-нибудь боевые искусства, но для таких вещей у нас есть очки заслуг. О, кстати об этом. — Юноша протянул ей духовные камни. Лижэнь молча забрала их, ведь добавить к сказанному было решительно нечего.

Они смотрели, как разгораются звезды, наслаждаясь уютным молчанием в обществе друг друга.

— Послушай, Лижэнь?

— Да?

— Не хочешь раздеться и поваляться со мной на земле? Почему-то сейчас мне хочется только этого. Не совсем понимаю, к чему это приведет, но очень горю желанием выяснить. У тебя возникают такие же порывы? И... мы можем?

— Она могла бы просто сказать «нет», — произнес Тянь Цзыхао, сидя на кровати в своей келье и глядя на висящую на стене картину.

«Она и сказала "нет". Просто добавила к этому еще много всего остального».

— Я впервые сталкиваюсь с подобными порывами. Немного понимания с ее стороны было бы весьма кстати.

«Немного голого понимания?»

— Я имею в виду... — К собственному приятному удивлению, Тянь поймал себя на том, что расплывается в широкой ухмылке. — Толика голого понимания звучит просто восхитительно.

«У меня есть хорошая и плохая новость на этот счет, и это одна и та же новость».

— Мы займемся этим. Когда-нибудь, но не сегодня.

«Именно так».

— Проклятие?

«Э-э-э... она исходит из того, что проклятие существует, и в каком-то смысле так оно и есть. Воспринимай это не как магическое заклинание, а скорее как стремление самого мира из кожи вон лезть, лишь бы причинить тебе боль. В любом случае, только ей решать, когда она будет готова, точно так же, как ты сам решаешь это для себя. Сейчас твои гормоны бушуют, и ты не представляешь, как с этим справляться. Дай себе время. Привыкни к новому себе. А потом посмотришь, как у нее обстоят дела. Кроме того, советую отвлечься, чтобы не зацикливаться на этих новых желаниях. Например, ты вообще в курсе, что только что прорвался в сферу Небесного Человека?»

Заклинатель рассмеялся и обратил свой внутренний взор вглубь собственного тела. Там действительно открывался колоссальный простор для исследований.

— Мне нужны ругательства покрепче. На что я сейчас смотрю? Я выгляжу так, будто объят пламенем, но при этом состою из кипящего пара?

«Духовная энергия — крайне любопытная штука. Она выступает одной из фундаментальных сил мироздания, являясь при этом буквально воздухом. Твои предшественники на пути духовной практики потратили чудовищное количество времени, пытаясь облечь в слова то, что представало перед их взором, результатом чего стало множество эмпирических наблюдений и откровенно сырых теорий в их поддержку. Все это не было бесполезным. Хочу, чтобы ты уяснил предельно четко: в их трудах крылась определенная ценность и смысл. Просто в лучшем случае они неполны, зачастую вводят в заблуждение, а нередко и вовсе в корне ошибочны».

— Звучит тревожно, но на мой вопрос это никак не отвечает.

«У меня был феноменально раздражающий опыт работы с даосской культивацией. Прямо сейчас ты переполнен духовной энергией. Она интегрируется в твое тело, причем гораздо глубже, чем когда-либо прежде. По сути, вся та атмосферная энергия, которую ты поглощал и перерабатывал в жизненную силу, теперь проходит дополнительный этап и трансформируется обратно в ци. В еще большее количество ци. Постарайся уловить суть».

Тянь Цзыхао кивнул. Средний даньтянь всегда преобразовывал жизненную энергию в ци, просто теперь он проделывал это в невероятно огромных масштабах.

«Ци — это своего рода заряженный "воздух", если использовать терминологию, знакомую всем, с кем ты будешь это обсуждать. Этот воздух течет по твоим меридианам, омывая каждую крупицу плоти потоками энергии».

— Звучит неплохо. Но почему это выглядит именно так?

«Потому что твое тело невероятно хорошо развито. Оно было многократно перековано, закалено бессчетное число раз, а твоя жизненная энергия уплотнена и очищена до поразительной степени. Ты мог заметить, что только что играючи прошел через скорбь, способную стереть в порошок целый храм обычных практиков сферы Земного Человека. И дело тут вовсе не в накопленной благодати или защитных формациях. Все дело в твоем теле».

— А. И теперь эта накопленная энергия покидает мои мышцы и превращается в ци.

«Мысли шире. Запомни, речь идет о физиологических процессах. Энергия не течет лишь в одном направлении. Она циркулирует. Твоя жизненная сила преобразуется в ци и, по сути, становится гораздо более летучей и активной. Часть ее направляется в верхний даньтянь и трансформируется в шэнь, силу мысли, но еще большая доля завершает цикл в сети меридианов и возвращается обратно в твою смертную плоть».

— В тело, которое было многократно закалено и доведено до совершенства.

«А значит, оно способно вместить прорву энергии. Различные даньтяни, в особенности нижний даньтянь, удерживают наибольший объем, однако плоть тоже не отстает. Мои поздравления. Твой тяжелый труд принес свои плоды. Теперь у тебя есть тело, которое едва ли могло бы лучше подходить для накопления духовной энергии. Разумеется, всегда есть куда расти, но, не считая Лижэнь, я сомневаюсь, что во всей секте найдется хоть один человек с лучшим фундаментом на пороге сферы Небесного Человека».

— И как же устроена духовная практика в сфере Небесного Человека?

«Внутри тебя сокрыто три вида энергии, двумя из которых ты теперь можешь с легкостью управлять, а третью способен задействовать лишь отчасти».

— Жизненная энергия, ци и шэнь.

«Верно. Каждую из них необходимо развивать. Существует множество способов и направлений для их совершенствования. Практика ци, если говорить в общих чертах, сводится к извлечению максимального количества энергии из воздуха и ее предельно плотной упаковке внутри твоего естества. Ты создаешь внутри себя некий резервуар ци, по сути, жидкую духовную энергию. Представь, что весь тот пар, который ты сейчас наблюдаешь, конденсируется, подобно влаге, собирающейся на листе и превращающейся в росу. Попутно тебе предстоит и дальше углублять фундамент своего тела, а также работать над шэнь... во что я сейчас вдаваться не стану по определенным причинам».

— Слишком затратно?

«Да, но дело не только в этом. Ты только что сорвал огромный куш. ОГРОМНЫЙ. Признаться, я не видел столько энергии с того самого дня, как мы встретились. Все по-настоящему веселые вещи нам пока не по карману, однако теперь мы в состоянии заняться одним из моих самых-самых любимых дел. Улучшениями».

— Улучшениями?

Дедушка Цзюнь усмехнулся, и перед внутренним взором Тянь Цзыхао возник жутковатый образ старика, заливающегося смехом при виде того, как полыхает дом его врагов.

«Вот что ты сейчас сделаешь. Разыщи столько техник культивации ци и шэнь, сколько сможешь унести. Если помнишь, тебе причитаются копии сданных искусств. Тех самых, что ты снял с Пожирателя Солнца. Секта уже должна была закончить их перевод. Полноценный синтез я сейчас, пожалуй, не потяну, но взять тот низкосортный мусор, которым владел этот бродяга, и превратить его во что-то хотя бы второго ранга? С этим я точно справлюсь. Этого хватит, пока ты не отправишься в странствия и не начнешь охоту за по-настоящему ценными вещами».

— Судя по твоим словам, ты бы не стал оценивать Искусство Ступающего по Небу слишком высоко?

«Третий ранг, учитывая общее качество вашей секты. В лучшем случае — высшая ступень третьего ранга. Для сравнения, Сутру Подавляющей Ад Высшей Добродетели, несмотря на идиотский замысел со статуэткой, я бы поставил на верхнюю границу второго ранга. Она превосходно справляется со своей задачей, но реализация чертовски замороченная, да и конечный результат имеет свои ограничения. Впрочем, ее можно применять самыми разными способами, и все они крайне полезны и могущественны. Тело Богоубийцы Десяти Солнц, которое практикует Лижэнь, находится на нижней границе первого ранга, и я бы оценил его еще выше, если бы не все эти побочные эффекты и ограничения».

— Оно настолько хорошее?

«Гораздо лучше, чем вы оба можете себе представить. Она думает, что оно лишь делает ее сильнее и выносливее. Ох, какой же сюрприз ее ждет».

— И какой же?

«Если я отвечу, то испорчу весь сюрприз. Да и, подозреваю, первую часть правды она осознает уже совсем скоро».

— Что ты...

Раздался оглушительный грохот. Что-то врезалось в стены с такой чудовищной силой, что вплетенные в них магические заклинания вспыхнули гневным светом, пробуждаясь к жизни.

Тянь выскочил из своей комнаты как раз вовремя, чтобы увидеть, как с грохотом распахивается дверь кельи Лижэнь.

— Цзыхао, Цзыхао, ты должен это увидеть! — голос Лижэнь доносился из разных концов сада, но глаза Тяня едва успевали следить за ней. Вокруг мелькало лишь размытое сине-белое пятно, когда она передвигалась с поистине нечеловеческой скоростью.

— Что это за техника передвижения?!

— Это результат развития моего тела, — произнесла Хун Лижэнь, с грохотом остановившись прямо перед ним. — Я могу использовать ци, чтобы двигаться быстрее. Намного быстрее. Ты хоть представляешь, каково это будет в сочетании с правильной янской техникой передвижения? Луна, Пересекающая Озеро для уклонения, и вот это — для путешествий на дальние расстояния или внезапных рывков. Я буду абсолютно неудержима!