Искусство водного побега оказалось самым необычным переживанием Тянь Цзыхао с момента его вступления в Сферу Небесного Человека. Юноша был совершенно уверен, что во времена пребывания на стадии Земного Человека эта техника казалась ему непостижимой, однако теперь, когда он научился уверенно применять свою ци вовне, все обрело предельно ясный смысл.

— По сути, это лишь развитие концепции луны, пересекающей воду. В данном случае светило скользит над озером и сквозь него, а само тело становится текучим и иллюзорным, — произнес практик, стремительно носясь взад-вперед у речного берега, пока Лижэнь наблюдала за ним с суши, скрестив руки на груди.

— Хотя на самом деле все иначе.

— То есть совершенно иначе. Скорее это похоже на то, как твоя ци непрерывно циркулирует вокруг тела, забирая воду спереди, пропуская ее по контуру и отбрасывая назад. Или в любую другую сторону, противоположную направлению твоего движения. Затем энергия частично возвращается. Кажется, я постоянно теряю крошечную долю силы, но это кажется вполне логичным.

— И как долго ты способен поддерживать такой темп?

— Для меня это весьма эффективно, но не забывай про мое подходящее телосложение и искусство культивации, — ответил юноша, нырнув под воду и тут же вынырнув обратно. С небрежной легкостью он стоял прямо на водной глади, сверкая в лучах солнца. — Тебе, вероятно, придется сложнее, однако мы можем прибегать к этой технике короткими рывками, а затем медитировать или неспешно плыть на лодке.

— Оно того стоит? Насколько быстро ты можешь двигаться?

— Позволь мне это выяснить, — произнес заклинатель и бросился вперед, рассекая толщу реки без единой ряби на поверхности.

— Ты же понимаешь, насколько нелепо выглядит ситуация, когда человек, не умеющий ни держаться на воде, ни плавать, берется за исследование техники водного побега? — справедливо подметила Лижэнь, однако ее спутник уже стремительно удалялся, продолжая набирать скорость.

Ощущения были поистине опьяняющими. Только это слово крутилось у него в голове: опьяняющие. Вода давила со всех сторон, но страх исчез без следа. Река поддерживала его, мягко скользила по коже и говорила с ним через странные, приглушенные звуки. Восприятие практика пылало, чутко улавливая ци воды и населяющих ее живых существ, находя нужный поток и сливаясь с ним в едином порыве. Цзыхао физически ощущал, как его тело становится органичной частью этой огромной водной стихии, позволяя без малейших усилий скользить сквозь нее.

Лишь когда в даньтяне заныла тупая боль, он осознал, что совершенно потерял счет времени. К счастью, заплыв проходил по течению, и теперь оставалось лишь вернуться назад. Двигаться против потока оказалось сложнее и не так приятно, но юноша справлялся со своей задачей. До определенного момента. Вскоре ему пришлось потратить последние крохи ци на рывок к берегу, где заклинатель без сил рухнул на землю, жадно хватая ртом воздух, пока жжение в груди настойчиво напоминало о том, каким же он был идиотом, зайдя так далеко без всякой на то причины.

Влекомый привычкой, он принялся практиковать Пришествие Весны, но вскоре фыркнул и остановился. Жизненная энергия находилась в полном порядке, а вот запасы ци истощились до предела.

«Сейчас самое подходящее время опробовать улучшенное Искусство Бескрайнего Северного Моря».

— Лижэнь придет в ярость, если я заставлю ее проторчать на берегу пару часов, пока сам буду медитировать. Я бы точно взбесился.

«Потянись своей ци. Попытайся почувствовать ее дыхание».

— Как долго я плыл? — спросил вслух Цзыхао, когда, прислушавшись к совету и потянувшись своим восприятием, обнаружил, что спутница мчится по реке в его сторону, находясь на весьма значительном расстоянии.

«Около часа».

— И как далеко я заплыл?

«Скажем так, она будет в ярости, когда доберется сюда. Эта девчонка начала бежать уже довольно давно».

— Ох.

Дедушка провел Тяня через улучшенную версию Искусства Бескрайнего Северного Моря. Отдельные изменения казались едва уловимыми: в одном месте ци текла чуть быстрее, в другом замедлялась, одна акупунктурная точка полностью исключалась из контура, зато добавлялись три новые. Даже сам метод фильтрации воды легкими претерпел изменения, из-за чего ци металла скапливалась в груди до весьма дискомфортного уровня.

Юноша сделал вдох, втягивая в себя змеящийся поток прохладного воздуха, почти закручивающуюся воронку энергии. Его легкие наполнялись все сильнее, далеко за пределами того объема, на который он был способен еще пару минут назад. Заклинатель также чувствовал, как накапливается сама ци: энергия стихии воды устремлялась в тело и пропитывала меридианы, став более чистой и плотной. Тонкие нюансы складывались в поистине мощную трансформацию. Если раньше Искусство Бескрайнего Северного Моря с каждым вдохом втягивало десять частей ци, то теперь этот показатель приблизился к двенадцати, а то и почти к тринадцати.

— В Великой Северной Тьме обитает огромная рыба, и имя ей — Кунь, — пробормотал практик. — И такому исполинскому зверю должно требоваться колоссальное количество энергии просто для поддержания жизни. Теперь я все понимаю.

Он закрыл глаза и возобновил культивацию, прекрасно осознавая, почему дедушка запрещал использовать эту вариацию в присутствии Ловца Пустоты. Нельзя сказать, что само искусство претерпело радикальные метаморфозы, однако улучшения оказались настолько впечатляющими, что подобный младший ученик ни за что не смог бы разработать их самостоятельно. Особенно не будучи признанным гением.

Ему удалось провести несколько циклов медитации, полностью истощив свои силы к тому моменту, когда Лижэнь материализовалась из облака пыли в состоянии неописуемого гнева.

— Ты придурок!

— Я идиот, мне нет оправдания, — тут же вскинул руки Цзыхао.

— Ты просто сбежал! Ты же знаешь, как я ненавижу, когда ты вот так сбегаешь!

Юноша подавил острое желание заявить, что сделал это не нарочно. Хоть это и было правдой, подобные оправдания прозвучали бы слишком жалко даже для его собственных ушей.

— Прости. Мне очень жаль. Я просто потерялся в ощущениях от подводного плавания. Пожалуй, опьянел от них — это самое точное слово.

— Фантастика. Мой спутник на пути Дао не притрагивается к спиртному, но все равно умудряется вести себя как винный призрак. Никогда. Больше. Не. Сбегай!

Ее глаза сузились в щелочки, а ладони медленно сжались в кулаки.

— Не буду.

— Хорошо, — заставила себя сделать глубокий вдох воительница. — Хорошо. Я... посижу здесь минутку и восстановлю дыхание.

Тянь молча кивнул и снова сел, прикрыв глаза и погрузившись в практику Пришествия Весны. Однако по какой-то неведомой причине покой ускользал от него, а нить внимания оставалась неразрывно привязанной к присутствию Лижэнь.

Девушка не смотрела на него несколько часов. Поначалу практик замечал ее ярость, которую она изо всех сил старалась держать в узде. Затем на смену гневу пришел стыд, потом снова злость и опять раскаяние. Этот цикл повторялся множество раз, прежде чем установилось шаткое равновесие. Энергия ян могла подавлять инь какое-то время, но не способна была властвовать вечно, и в конце концов воительница погрузилась в чувство стыда.

— Мне не нравится, когда ты убегаешь, — пробормотала она, опустив взгляд на свои руки. — Иногда я боюсь, что тебя ранят там, где я не смогу прийти на помощь. А временами страшусь, что тебя украдут у меня. Причем в самом широком смысле этой фразы. Вдруг ты провалишься в скрытый грот, или тебя утащит богиня, либо пролетающий мимо дракон, или похитят пираты и увезут в другое королевство. Вдруг тебя завербует харизматичный старейшина невообразимой силы и сделает своим наследным учеником. Или ты встретишь какую-нибудь нефритовую красавицу и решишь, что она любовь всей твоей жизни. Ту, которая не побоится... обнажиться. И в эмоциональном, и во всех остальных смыслах.

— Знаешь, я ненавижу даоску Шу, — произнесла Лижэнь, покачав головой и встретившись взглядом с юношей, который до этого позволил тишине заполниться звуками речного берега, плеском волн и шелестом ветра в траве. — Не так чтобы сильно. Пожалуй, «ненавижу» — слишком громкое слово. Но недолюбливаю. Потому что она воплощает все то, чем я не являюсь. И пусть ты выбрал меня, в голове постоянно звучит тоненький голосок, нашептывающий, что ты не порвал с ней окончательно. Что ты оставил запасной вариант. На всякий случай.

— Я бы никогда не...

— Я знаю. Знаю! Это очередная проклятая иллюзия. Тот шепчущий голос — мой внутренний демон. Это мои страх, гнев и вина. И стыд. Я не должна злиться на тебя. Могу злиться на весь мир, но только не на тебя. Однако...

— Однако ты человек, а испытывать гнев свойственно людям. Другой вопрос — как именно ты поступаешь с этой злостью, — ровным тоном ответил Цзыхао. — Нас учат контролировать свои эмоции, а тебя — даже больше, чем остальных.

— Да, и я работаю над этим. Просто... это чувство постоянно рядом. Этот страх и вина за то, что... — девушка спрятала лицо в ладонях. — Цзыхао, я настолько запуталась, что боюсь хороших событий в твоей жизни больше, чем плохих. Перспектива того, что ты уйдешь и построишь счастливую, блестящую судьбу, оставив меня позади, пугает сильнее, чем мысли о возможном нападении или ранении. Потому что если ты пострадаешь, я смогу тебя спасти, а если погибнешь — отомщу за тебя. Но что, черт возьми, мне делать, если ты будешь счастлив без меня?

У Тяня не нашлось для нее ответа.

Они в молчании бежали по тракту, держась параллельно руслу реки. Двигались настолько стремительно, что крестьяне в полях замечали лишь промелькнувшую тень. Этот бег разительно отличался от неспешной прогулки — им хотелось мчаться вперед со всех ног, отчаянно пытаясь скрыться от собственных переживаний.

Странствие продолжалось до самого заката, окрасившего небосвод в ослепительные оранжево-золотые тона. Внезапно юноша ощутил присутствие других практиков. Почти все они находились на стадии Земного Человека, однако один явно достиг Сферы Небесного Человека и был сильнее любого из них двоих, судя по плотности ци, хотя вряд ли превосходил их совместную мощь.

— Мы уже добрались до Павильона Ветров? — поинтересовался Цзыхао.

— Не должны были. Насколько я понимаю, он находится дальше от реки. Думаешь, это речные пираты? Мы как раз приближаемся к месту слияния Длинношеей и Зеленой Реки, а последняя пользуется дурной славой из-за обилия разбойников.

В воздухе повисла невысказанная надежда на то, что это действительно были бандиты.

— Хм? — практик уловил стремительно приближающуюся с запада духовную энергию. Ци Небесного Человека, причем не того, кого он почувствовал ранее, и совершенно иную по своей природе. Она казалась более острой, с металлическим привкусом и агрессивно выраженным аспектом ян. — Видишь что-нибудь?

— Нет... да. Заклинатель на летающем мече. Он заметил нас и повернул в эту сторону.

Незнакомец спикировал прямо со стороны солнца и замер в десяти футах над их головами. Он был облачен в белоснежное одеяние, спину которого украшал золотой меч в окружении лучей восходящего светила. На лбу красовалась белая повязка, а из-под густых бровей смотрели ясные, проницательные глаза. На поясе висел единственный клинок в черных ножнах с украшенной серебром рукоятью, обмотанной потертой красной кожей.

— Чрезмерно рослая девица, от которой разит ци ян и Дао копья, и низкорослый, женоподобный юнец, смердящий парфюмом. Очевидно, вы оба являетесь порождением неких противоестественных методов культивации, а ваши мерзкие техники парной практики лишь усугубляют этот отвратительный фундамент. Оба вырядились крестьянами, скрыли лица и, несомненно, устроили засаду на проходящих мимо экспертов, несмотря на вопиющую нищету своего положения.

— Могу легко разгадать вашу тактику, — презрительно фыркнул мечник. — Так называемая воительница бросается вперед с копьем, пока ее псевдомужчина прячется в тылу, разбрасывая яды и скрытое оружие. Какая мерзость. Небесное Дао явно ослепло, раз позволило подобному отребью вознестись в Сферу Небесного Человека, однако оно все же сохранило крупицу милосердия, послав вас на верную смерть под моим драгоценным клинком, прежде чем вы успеете навредить еще большему числу невинных душ и накопить силу.

— Наконец-то дошло, — задумчиво кивнул Тянь Цзыхао, а затем ударил кулаком о ладонь. — Эта поговорка не давала мне покоя долгие годы, но юный герой мигом развеял все сомнения. Независимо от того, как развернутся события в ближайшие несколько минут, пожалуйста, прими мою искреннюю благодарность за столь ценный урок.

— Какая еще поговорка? Уж не сомневайся, единственное, чему я намерен тебя научить, так это тому, как подохнуть собачьей смертью, — озадаченно нахмурился незваный гость.

— Очень глупая, но настолько популярная, что ее повторяют все кому не лень. Держу пари, ты и сам недавно ею бравировал. Быть может, даже сегодня.

— Идиот меча ищет смерти, и ему невероятно повезло, ведь сегодня его заветное желание обязательно исполнится, — произнес практик, разминая пальцы со счастливой улыбкой, скрытой под тканью повязки.