Тянь Цзыхао был готов к схватке, но все равно едва не пропустил направленную прямо в горло ци меча. Тело юноши скользнуло влево, и вдоль шеи пролегла длинная кровоточащая рана. Сначала кожу обожгло ледяным холодом, а затем окатило нестерпимым жаром. Только после этого заклинатель разглядел стойку противника: два пальца подняты на уровень переносицы, а сам летающий меч закладывает вираж для очередного захода на цель.

— Двое путников выглядят не совсем так, как он ожидал, и этот безумец сразу же бросается в бой. Он спятил, или в Сфере Небесного Человека все такие ненормальные? Стоит на одном летающем мече, а атакует вторым. Похоже, у них тут поголовное помешательство.

Практик рванулся вперед, используя иллюзорную работу ног и скользя подобно лунному блику по водной глади. Из его рукава стремительно вылетел дротик на веревке. Пусть для этого оружия у него и не нашлось подходящей техники небесного уровня, он все равно мог метнуть лезвие с чертовски огромной силой, а это уже кое-что значило.

Как оказалось, этого было недостаточно.

Вражеский мечник призвал свой клинок, с пугающей скоростью вернув его в руку. Резкий рубящий удар рассек оружие Цзыхао пополам: лезвие отлетело в сторону, а изуродованная веревка безвольно упала на землю. Юноша ощутил внезапный укол утраты, сменившийся нарастающей тревогой. Не считая Небесных Императорских Ласточек, у него не было надежного запасного варианта. А если скрытое оружие перестает быть скрытым, его ценность стремится к нулю. Хуже того, противник был готов к их следующему ходу.

Лижэнь не привыкла выжидать. Пусть ее копье со змеиным жалом и не подходило для сражений в Сфере Небесного Человека, зато боевые искусства вполне соответствовали этому уровню. Ослепительная линия пламени взвилась от земли и обрушилась на мечника. Противник с ругательствами отбил летящее острие, пока его летающий меч стремительно уносил хозяина назад по воздуху.

Тянь Цзыхао прищурился. Благодаря летающему мечу враг обладал почти идеальной маневренностью в трех измерениях. Скорее всего, полет тоже требовал затрат духовной энергии, но это количество явно оставалось в разумных пределах. Абсолютно все виденные им эксперты Небесного Человека предпочитали сражаться в воздухе. На самом деле юноша даже не мог припомнить ни одного случая, чтобы кто-то из них вел бой стоя на земле. Добавьте к этому второй, атакующий клинок меньшего размера, и выходило, что мечник превосходит их в боевой мощи, подвижности и дальности атак.

Это означало полную невозможность побега. Практик попытался бы решить дело миром, но этот человек нанес смертельный удар без малейшего предупреждения. Противник явно не отличался сдержанностью. Возможно, удастся обернуть его вспыльчивость себе на пользу?

— Какой доблестный воин. Напасть из засады, а затем трусливо сбежать. Боишься сойтись в ближнем бою? На самом деле, можно ли вообще назвать это искусством меча, если ты даже не касаешься рукояти и атакуешь издалека?

Голос Тянь Цзыхао разнесся на приличное расстояние.

— Невежественный глупец! — Клинок взмыл ввысь, окутанный слабой золотистой аурой, и юноша понял, что мечник собирает силы для мощного удара.

— Никакой ты не мечник. Ты просто грубый, кровожадный подонок, способный лишь убегать и метать огромные дротики. Ты из секты скрытого оружия? Назови свое имя, если способен вынести такой позор!

Цзыхао многому научился у Старшего Ловца Пустоты. И это явно было не то знание, которым он планировал воспользоваться в первую очередь.

— Я убью тебя! — Золотой меч вновь устремился вперед, вынудив Тяня вскинуть руки во взмахе трепещущих рукавов и полностью сосредоточиться на уклонении, в то время как Лижэнь отвела копье назад и метнула его в облаке ревущего пламени, воспользовавшись вражеским выпадом для собственной атаки; мечник грязно выругался и ушел в сторону, так и не заметив дротиков Небесной Ласточки, безжалостно вонзившихся ему в затылок.

Взмаха широких рукавов оказалось вполне достаточно, чтобы скрыть полет почти невидимых снарядов. Мечник высматривал подвох, но в приступе неконтролируемой ярости упустил из виду главную угрозу.

Однако сам он по Цзыхао не промахнулся.

Юноша попытался уклониться, но лезвие все же вонзилось ему в бок. Ци металла взбесилась внутри тела, безжалостно разрывая ткани и мышцы. Практик физически ощутил, как клинок распорол ему внутренности. Тяжелая рана. Чертовски тяжелая рана.

— Прикончи его, сестра! — крикнул Тянь, наблюдая, как мечник покачивается на своем летающем клинке, неловко ощупывая что-то на груди непослушной рукой, в то время как Лижэнь с рычанием выхватила из пространственного кольца запасное копье и метнула его во врага; древковое оружие не выдержало вложенной мощи, распавшись прямо в воздухе и обрушившись на противника градом осколков и ураганом духовной энергии.

Цзыхао почувствовал, как поток энергии в клинке иссяк. Палка о двух концах. Ци металла перестала разрушать его изнутри, но внезапно потяжелевший кусок стали пополз вниз, еще сильнее распарывая плоть.

Заклинатель изо всех сил постарался лечь как можно аккуратнее. Боль была просто невообразимой. Он держал эмоции в железной узде, хотя желание истошно закричать буквально разрывало горло. Заплакать казалось самым правильным решением. Тем не менее юноша твердо решил не проронить ни слезинки. Он сосредоточился на дыхании, пытаясь спланировать свои дальнейшие действия для сохранения собственной жизни.

Вдалеке раздался глухой стук, затем шум стремительного падения и куда более громкий удар с отчетливыми влажными, хрустящими нотками.

— Думаю, большинство людей даже не представляют, с каким звуком размазживается голова. Я включаю сюда и всех простых смертных. Отчасти мне бы хотелось тоже этого не знать. Обыщи его тело и забери пространственное кольцо, сестренка. Если у него есть лекарства, они мне очень пригодятся, — произнес Тянь, пытаясь отвлечься от невыносимой боли, концентрируясь на мелких деталях и изо всех сил стараясь сохранить равнодушный тон.

— Твоя шея!

— Рана глубже обычной царапины, но ничего жизненно важного клинок не задел. Заживет с помощью повязки и толики медитации, — ответил юноша, чувствуя в ее словах сплошные рваные, обнаженные эмоции, в то время как в памяти всплывали наставления учителей: все вокруг могут поддаться панике, но лекарь обязан сохранять спокойствие и держать ситуацию под контролем. Прямо сейчас лекарем был он сам. А значит, он спокоен и контролирует ситуацию. А если это не так, придется притворяться, пока ложь не станет правдой.

Усилием воли он призвал свои дротики обратно. На таком расстоянии управлять Небесными Императорскими Ласточками было не сложнее, чем собственными руками. Снаряды действительно оставались невероятно малозаметными даже для его обостренного восприятия. При иных обстоятельствах мечник мог бы их заблокировать. Но история не знает сослагательного наклонения, враг был мертв, и Цзыхао совершенно не горел желанием последовать его примеру.

Оставшийся в ране меч так и норовил скользнуть глубже. Юноше приходилось крепко удерживать сталь, одновременно прогоняя по меридианам Сутру Подавляющей Ад, чтобы остановить стремительно распространяющийся сепсис. Слово «инфекция» даже близко не отражало масштаб бедствия. Требовалось серьезное хирургическое вмешательство. Хорошая новость заключалась в богатом опыте наложения швов. Плохая новость состояла в том, что практик никогда прежде не пытался сшивать собственные разорванные кишки прямо внутри брюшной полости. Ситуация явно не подходила для освоения навыков полостной хирургии. Оставалось лишь надеяться на наличие какого-нибудь чудодейственного небесного снадобья в трофейном кольце.

— Держи. Я не вижу ничего похожего на лекарства. По крайней мере, таких, которые могли бы помочь в твоем состоянии. Что мне нужно делать? — спросила Лижэнь.

— Стой на страже. Довольно скоро сюда кто-нибудь явится, чтобы изучить место схватки. Ты спрятала его тело? — произнес Тянь, закрыв глаза, тяжело вздохнув и протянув руку за кольцом.

— Да, и скрыла следы насколько смогла. Хочешь, я подхвачу тебя, и мы убежим в более укромное место?

— Хочу ли я этого? Да. Стоит ли нам так поступать? Нет, — ответил юноша, переключая внимание на пространственный артефакт. — По крайней мере, этот парень знал толк в сборах. Я уж было испугался повторения истории с Пожирателем Солнца. Запасы снадобий здесь куда лучше, чем ты думаешь.

Необходимость поддерживать отстраненный тон действительно помогала. Это давало еще одну точку концентрации помимо изматывающей боли. К тому же, если подобное поведение успокаивало Лижэнь, усилия определенно того стоили.

— Раневая паста из золотарника. Предназначена специально для исцеления повреждений с высоким содержанием ци металла. Думаю, весьма приличного качества, хотя мне не с чем сравнивать, — вынес вердикт Цзыхао, достав небольшую баночку, принюхавшись, зачерпнув пальцем желтоватый комок, внимательно его осмотрев и осторожно попробовав на вкус.

— Как ее наносить? — спросила воительница, вернув себе копье со змеиным жалом и прочесывая небеса свирепым взглядом.

— Просто размажь по порезу и наложи легкую повязку. К сожалению, она предназначена только для наружного применения. Мне все равно придется проводить операцию, — произнес практик, изо всех сил стараясь придать голосу такое звучание, будто ему всего лишь предстояло отмыть котелок от пригоревших остатков сегодняшнего ужина.

— Настало время выяснить, как выглядит теоретически необоснованное, но практически верное иглоукалывание, — пробормотал юноша, наскоро очищая свои дротики, которые совершенно не подходили для акупунктуры, но оставались единственным доступным вариантом на данный момент.

— Брат?!

— Ох, я сказал это вслух. Упс. А ведь у меня так хорошо получалось разыгрывать отстраненного доктора. Смотри в оба, сестренка. Вся надежда только на тебя.

Дротики Небесной Ласточки действительно не годились для акупунктуры. Какими бы тонкими они ни казались, для медицинских целей их толщина была чрезмерной. И все же это не имело особого значения. Возможность управлять снарядами силой мысли освобождала руки для другой работы, превращая лезвия в превосходные иглы. Заклинатель начал вводить их в акупунктурные точки, призванные парализовать нервы в брюшной полости и притупить болевые ощущения.

Он не смог сдержать короткого вскрика. Инструменты оказались слишком громоздкими для подобной ювелирной работы.

Тяжело дыша, Тянь сосредоточил восприятие на собственном животе. Полагаться на зрение в такой ситуации было невозможно, требовалось использовать ци и стихийное чутье для поиска поврежденных тканей.

Последующие два часа превратились в медленное, мучительное исследование и хирургическое вмешательство. Грубая акупунктура срабатывала на одних органах, но оказывалась совершенно бесполезной на других. Внутренности постоянно сдвигались или натягивались. Цзыхао считал себя весьма искушенным знатоком болевых ощущений, но вскоре даже у него закончился словарный запас подходящих эпитетов. Откуда-то доносился шум, однако юноше приходилось его игнорировать. Органы были скользкими, покрытыми кровью, желчью или еще менее приятными субстанциями, и имели скверную привычку пульсировать в самый неподходящий момент.

Практик едва не пропустил открывшееся кровотечение. Поистине скверный момент. Он был абсолютно уверен в целостности этого участка при последней проверке. Лихорадочный осмотр выявил новые крошечные порезы и кровоточащие ранки. Остатки ци металла, все еще запертые в организме, продолжали свои попытки убить хозяина тела. Юноше пришлось прервать операцию, чтобы отчаянно стянуть чужеродную энергию воедино Искусством Притяжения Демонов и перемолоть ее Сутрой Подавляющей Ад.

Так проходила вся процедура: стоило только почувствовать, что ситуация берется под контроль, как мгновенно возникала новая проблема. С осложнениями приходилось справляться быстро и безошибочно, понимая, что второго шанса на исправление может и не представиться.

— Мне нужно просто нанести пасту на рану, а затем наложить легкую повязку, верно? — спросила запыхавшаяся Лижэнь, пока Цзыхао сидел с закрытыми глазами, полностью сосредоточив внимание на своих повреждениях, и отстраненный, слегка раздраженный голос лекаря дался ему на удивление легко.

— Бери меньше, чем хочется, наноси тонким слоем. Под завязанный бинт должен свободно проходить палец. Но ради всего святого, не вздумай мазать меня прямо сейчас, я же нахожусь посреди операции!

— Я и не собиралась.

Тянь приоткрыл один глаз и взглянул на спутницу. Ее шляпа превратилась в лохмотья. Руки вдоль и поперек исполосовали длинные порезы, но воительнице удалось уберечь жизненно важные органы от серьезных травм.

— Выше по реке обосновались разбойники Сферы Земного Человека, за спинами которых стоит эксперт Небесной стадии. Она явилась разузнать о причинах схватки и поискать легкую добычу. К счастью, эта дамочка оказалась ненамного сильнее нас и не горела желанием разменивать плоть на плоть, а кости на кости. Я не убила ее, но заставила спасаться бегством, — усмехнулась девушка, несмотря на крайнее изнеможение.

— Умница, сестренка!

— Не бери в голову, она не сломала мне ни единой кости, так что порезы затянутся довольно быстро. Сосредоточься на себе.

— Мгм.

Работа требовала ювелирной точности. Чертовски кропотливой точности. В какой-то момент юноша едва не выпустил хирургическую иглу и пережил секунду абсолютного, первобытного ужаса, представив, как кусок металла свободно блуждает в его брюшной полости. Ему удалось удержать инструмент самыми кончиками большого и указательного пальцев, чувствуя, как дрожит сталь, готовая вот-вот сорваться вниз. Ощущая зов бездны.

Спустя целую вечность, длившуюся куда дольше желаемого, практик закончил наложение швов. Возможно, стежки вышли не идеальными, но, по крайней мере, ничто не кровоточило, не протекало и не усугубляло ситуацию. В его арсенале имелись мощные техники телесной закалки. Остальное можно было исцелить с помощью духовной практики и времени.

— А вот теперь можно наносить мазь.

— Ты отлично справляешься. Тонкий слой, а затем аккуратно обмотай бинтом. Меч не прошел навылет, так что о спине можешь не беспокоиться, — подбодрил девушку Цзыхао, подавив непроизвольное вздрагивание, когда Лижэнь бросилась к нему и принялась бережно втирать пасту в раны.

— Как все прошло? — спросила она, и тревога в ее голосе полностью отражалась на лице.

— Со временем я полностью восстановлюсь. И не так уж много этого времени потребуется, учитывая все мои техники закалки тела. У него нашлось что-нибудь ценное в пространственном кольце? Как только я отыскал мазь, сразу же бросил копаться в вещах.

— Внутри целая куча барахла, но самое важное, на мой взгляд, вот это, — она продемонстрировала белый нефритовый жетон шириной в два пальца, на котором была выгравирована изящная картина восходящего солнца с длинными лучами, расходящимися по всей длине таблички.

— А-а. Доказательство принадлежности к секте. Вроде наших колец.

— Думаю, да. Помнишь, в чайной кто-то упоминал Секту Лучезарного Рассвета или что-то в этом роде? Почти уверена, что он был одним из них. И судя по содержимому кольца, они не относятся к еретикам. Раньше я о них не слышала, но этот парень явно явился сюда, чтобы убивать приверженцев демонических путей.

— Он мог болтать об этом просто для прикрытия своих злодейских замыслов. Бродить по округе и убивать встречных без разбора — звучит не слишком ортодоксально.

Воительница лишь покачала головой. Юноша тяжело вздохнул. Его первым деянием в светском мире в статусе Небесного Человека стал обыкновенный бандитизм. И по какой-то неведомой причине это казалось невероятно уместным. Оглядываясь назад, практик понимал, что всего этого можно было избежать, просто надев форменные мантии и продемонстрировав знаки отличия родной школы. Однако он нисколько не сожалел об убийстве. Цзыхао раскаивался лишь в тех проблемах, которые теперь неминуемо обрушатся на их головы, но уж точно не в лишении жизни этого ублюдка.

Он мог простить многое. И действительно многое прощал. Юноша считал себя весьма терпимым человеком. Да, его слегка задевало, когда его называли женоподобным, но с этим вполне можно было смириться. Однако этот мечник причинил боль Лижэнь. И вот этого Тянь простить никак не мог.