— Я слуга Сына Неба и никого иного. Ты вопрошаешь, отчего я должен верить, что мой Император избран Небесами, а не ты, но я вправе спросить тебя о том же. С чего мне верить двум неведомым шаманам? Если суждено разразиться войне, да будет так. В одном мы согласны: как только начнется битва, кто посмеет предсказать исход? — именно такими словами Городской Лорд проводил эмиссара, и на следующее утро Тянь провожал взглядом гонца, везущего Уусану ответное письмо, хотя на деле истинным посланием было то, что делегация кочевников возвращалась с пустыми руками.

Юноша наполовину ожидал, что градоначальник пойдет на сделку и продаст город. Уусан славился умением заключать подобные договоры и соблюдать их условия. Очевидно, у некоторых представителей элиты королевства еще оставался внутренний стержень. Поразмыслив над этим, заклинатель пришел к выводу, что Городской Лорд никогда не давал повода считать себя особенно слабым или продажным. Его нельзя было винить в неспособности искоренить кланы Цзинь или Лун. Подобная попытка привела бы лишь к гибели самого чиновника и всей его семьи без каких-либо реальных изменений.

Отказ от капитуляции тоже грозил смертью ему и его близким. Тем не менее градоначальник не попытался отослать родных прочь. Вскоре Тянь заметил старого кавалериста в прекрасных стальных доспехах с длинным красным плюмажем на шлеме, едущего по городу, а рядом с ним на породистом скакуне восседала ясноглазая девушка-подросток. Практик узнал Малышку Бай, ту самую девушку, которую он спас от убийц клана Цзинь в свой первый визит в Пылающее Знамя.

Она заметно повзрослела. Проведя всю жизнь в седле среди степей, девушка вряд ли могла претендовать на звание классической «нефритовой красавицы», зато в ней бурлила жизнь, звенел смех и чувствовалась дерзкая уверенность, должно быть, наповал разящая молодых солдат Армии Красного Плюмажа. Дед и внучка открыто ехали бок о бок по городским улицам. Весьма недвусмысленное послание для народа. Именно такой наглядной пропаганде люди охотно верили.

Малышка Бай явно росла в заботе и достатке. Отрадное зрелище.

Тянь задумчиво постучал пальцем по губам. Царь Ада Хэньшэнь упоминал о приближении подкрепления, хотя и добавил, что солдат будет «недостаточно». Юноша ожидал их прибытия со дня на день. Пусть этой армии не хватит для окончательного разгрома племен Юу, что бы это ни значило, возможно, их присутствие сделает открытое столкновение менее привлекательным для врага. Разумеется, кочевники могли снова отрезать город от остального Королевства Широкого Неба. А солдаты, лишенные линий снабжения, долго не живут.

Практик продолжил постукивать по губам в надежде подстегнуть работу мысли, однако это не принесло особых плодов. В конечном счете, эту проблему было не в его силах разрешить. Он вдыхал слишком много смертного воздуха. Слишком зациклился на сиюминутном и обыденном. Что мог сделать лично он из того, что не под силу простым людям, и при этом не взвалить на свою душу бесконечный груз греха?

Юноша потер заднюю сторону шеи, складывая воедино несколько разрозненных мыслей. Воины Юу обожали устраивать засады. Значит, можно обернуть это против них самих и устроить засаду на тех, кто сидит в засаде. Кочевники также не без оснований считали, что полностью контролируют время и место сражений. Высокая маневренность конницы обеспечивала им это преимущество. По крайней мере, так было бы, не окажись поблизости двух мастеров высоких сфер с летающими мечами и парящей лодкой.

И все же это казалось лишь легким покусыванием по краям проблемы, а не теми масштабными шагами, способными переломить всю ситуацию в корне.

«Сейчас самое время напомнить, что изучение организационной структуры имперской бюрократии в части, касающейся сверхъестественной активности, принесло бы немалую пользу».

— Ты имеешь в виду Министерство Ритуалов, верно? — моргнув, спросил Тянь и достал одну из своих книг.

«Верно. К слову, все это должно показаться тебе ОЧЕНЬ знакомым».

Юноша не понимал, к чему клонит наставник, но продолжил вчитываться в обязанности министерства.

— Сын Неба от имени Небесного Императора и своих обожествленных предков может даровать достойным... — даже в мыслях голос Тяня затих, и заклинатель начал задумчиво поглаживать подбородок.

— Дедушка, ты говорил, что дух может зародиться практически в чем угодно, так?

«Именно так».

— И для этого вовсе не обязательно, чтобы рядом кто-то умер?

«Вовсе нет. Это способствует процессу, но не является обязательным условием».

— Можем ли мы каким-то образом использовать наших духов для победы над их духами?

«Обычно пытаться использовать то, в чем мы не смыслим, против тех, кто в этом разбирается, является заведомо проигрышной стратегией. К твоему счастью, пусть ты и невежественен, смертные такими не являются. Это не просто возможно, это обычная практика. Разумеется, у меня есть способ попроще и получше».

Дедушка Цзюнь изложил свою задумку, заставив Тяня застонать и спрятать лицо в ладонях. Самого по себе этого было бы недостаточно. Старец дал это понять предельно ясно. Но это стало бы еще одной крупицей, которую они могли бросить на чашу весов, еще одной каплей силы.

Что еще он мог предпринять?

«Медицина. Ты не единственный Бессмертный Доктор в городе».

— А разве не единственный?

«Вспомни о Непокорном Хоу. Возможно, он и прозябал в Хижине Бамбуковой Медицины, но все же сумел подняться по карьерной лестнице. Он потратил буквально десятилетия на работу в медицине и при лазаретах, прежде чем достиг Девятой стадии. Его фундамент в лекарском искусстве куда прочнее, чем у любого местного шарлатана. По правде говоря, прочнее даже твоего. За исключением того, чему тебя обучил Ловец Пустоты, разумеется».

Повисла пауза.

«Я скучаю по нему, и мне не зазорно в этом признаться. Было так приятно видеть родственную душу, живущую в свое удовольствие».

Тянь почувствовал внезапное желание извиниться за то, что не ведет жизнь отъявленного разбойника, но вовремя взял себя в руки. Надо полагать, дедушка на самом деле не хотел, чтобы он...

«Просто бегал по округе, убивал людей и забирал их добро. Или выманивал его обманом, грабил гробницы, крал природные сокровища у чудовищ. Вот истинный путь к бессмертию. Паршивые условия в этих краях серьезно тормозят твое развитие. Чем скорее ты пристроишь Малыша Ханя и заберешь вторую половину ученика Ловца Пустоты, тем быстрее мы сможем вернуться к нормальной духовной практике».

— Я уверен, что это неправильно.

В голове раздался призрачный смешок. «Что, думаешь, тебе будет лучше запереться в пещере на пару десятилетий, терпеливо прогоняя один и тот же цикл дыхания год за годом, по капле накапливая ци? Нет уж. Удел глупцов. Иди и убивай больше монстров и чудовищных созданий. Чем больше звериных ядер мы сможем интегрировать в твое энергетическое тело, тем лучше».

После явной заминки дедушка добавил значительно более осмотрительным тоном: «Хотя я бы ввел тебя в заблуждение, не упомянув, что многие даосские практики, вполне почтенные мастера, внесшие реальный вклад в развитие учения, верят, что прежде чем уйти в закрытую медитацию, необходимо накопить заслуги. И сделать это можно, в том числе, став полезным, высоконравственным членом общества. Я не утверждаю, что они правы. Просто отмечаю, что это стоит иметь в виду».

— Как твои успехи? — спросил Тянь, призвав к себе Хоу.

— Процветаю, благодаря вам, Ваше Преосвященство.

— Твоя база культивации улучшилась. Уже вернулся на Восьмую стадию. Отличная работа.

— Дарованное вами Искусство Очищения Сердца Огненным Дыханием властно и великолепно. Словно тигру приделали крылья. Теперь мне осталось лишь убедиться, что я действительно тигр.

Юноша подавил желание покачать головой. Тигры, безусловно, обладали силой, но ему требовался лекарь, а не мастер техники трансформации.

— Как продвигаются тренировки в боевых искусствах?

— Боевые братья и сестры оказались весьма любезны, поделившись со мной своей мудростью и позволив участвовать в спаррингах. Это... сбило с меня спесь. Но теперь у меня появилась хотя бы толика уверенности в себе.

— Не будь уверенным, даже на малую толику, — произнес Тянь, окинув мужчину оценивающим взглядом и покачав головой. — У тебя нет для этого ни малейших оснований. Тебе нужно гораздо, гораздо больше практики. К несчастью, я взваливаю на твои плечи еще одну работу вдобавок к той, что у тебя уже есть.

— Этот Хоу ждет ваших приказаний!

— Пусть по меркам Хижины Бамбуковой Медицины ты и не дотягиваешь до звания полноценного лекаря, но уж точно превосходишь любого из местных целителей. Я проверю твои знания, а затем отправлю наблюдать за работой здешних врачевателей. Надеюсь, когда меня не будет рядом, ты сможешь взять на себя исцеление раненых. И я не прошу делать это даром. Я переписал кое-какие сведения о травах и их свойствах, которые окажутся куда точнее виденных тобой трактатов, а также добавил заметки по акупунктуре. Повторюсь, качество этих знаний крайне велико. Значительно лучше всего, чем располагает Монастырь Древнего Журавля. Намного лучше.

Взгляд Хоу остекленел, и он едва не пошатнулся. Тянь его прекрасно понимал. Ему бы тоже не понравилось, если бы с небес на него свалилась вторая тяжелая работа.

— Однако к руководству по акупунктуре прилагается дополнительное требование. Если ты когда-нибудь совершишь серьезную врачебную ошибку, будь то в диагнозе или технике, ты обязан изучить свой промах, извлечь из него урок, исправить последствия настолько, насколько это в твоих силах, а затем возложить всю вину за неудачу на никудышные наставления даоса Благословение Земли. Не спрашивай, кто это такой. Просто обязательно вини его во всем. И, если потребуется, прояви в этом вопросе фантазию. Если ты когда-либо передашь эти знания другому, и я дам на то дозволение, этот человек также должен будет принять данное правило, как и все последующие ученики, и так далее по цепочке.

Разобравшись с делами Хоу, Тянь погрузился в медитацию, размышляя о том, что еще практик Сферы Небесного Человека может сделать для подготовки города к осаде. Связь и логистика были следующими очевидными пунктами: доставка припасов и координация разрозненных частей армии. Заклинатель знал, что именно этим занимались боевые тетушки и дядюшки в Пустошах Красного Камня. Его собственные мелкие курьерские поручения были лишь той рутиной, на которую старшим не хотелось тратить время. Настоящие курьеры все находились на Небесной стадии, стремительно летая по воздуху и доставляя пространственные кольца, доверху набитые бесценным снаряжением. Не говоря уже о переброске самих заклинателей на различные передовые базы.

У Тяня не было небесной баржи, так что перебрасывать войска он не мог. Ему еще предстояло решить проблему блокады. И это будет непросто. Точнее, это было предельно просто: ему нужно было перебить всех Великих Шаманов, вот только легкой задачей это назвать никак нельзя. Нет, сейчас не время об этом думать. Что же он мог сделать...

Все сводилось к тому, чтобы не позволить связи между Пылающим Знаменем и остальной частью королевства оборваться окончательно. Это походило на партию в го. Пока у камней есть пространство для дыхания, все в порядке. Они погибают, когда оказываются отрезаны. Но у Тяня не было ни единой лишней фигуры, чтобы перекинуть мост над пропастью. Или... все же была?

У него действительно имелась одна запасная фигура. Требовалось лишь использовать ее в правильном месте и в нужное время. У юноши была идея, где именно это место могло находиться, а до тех пор он точно знал, куда молодого человека можно пристроить с наибольшей выгодой.

Малыш Хань тем временем нежился в ванне. По-настоящему расслаблялся. Юноша обожал водные процедуры, и наставник всячески его в этом поддерживал. Тянь специально поручил ученику собрать благовония с приятными ароматами, любые нелекарственные травы, которые ему нравилось добавлять в воду, а также выбрать набор мягких сортов мыла. Состоялось целое совещание по поводу оптимального размера и формы бадьи, после чего заказ передали искусному плотнику. Затем последовали долгие обсуждения способов нагрева воды и поддержания нужной температуры, за которыми последовали договоренности со слугами Городского Лорда. В общем, было сделано все необходимое, чтобы время, проведенное в ванне, исцеляло душу. Решимость Ханя мыться не реже раза в день казалась странной, но это также означало, что его мышцы и нервы могли полностью расслабиться. А полноценный отдых был жизненно важен для духовного роста.

Тянь, возможно, и был мелочным, но не до такой степени, чтобы саботировать развитие собственного ученика. Он даже предложил нанять музыкантов, чтобы те играли во время купания, но, по словам Ханя, он бы не смог расслабиться, если бы за ним наблюдала толпа людей с инструментами. Что было вполне справедливо. Психический отдых значил ничуть не меньше физического. К этому нельзя было относиться легкомысленно.

— Ученик Хань, когда закончишь омовение, зайди ко мне. Не торопись. Это может подождать, — произнес Тянь, качнув головой и понимая, что сейчас он собирается поступить со своим учеником несправедливо во многих отношениях, не так ли?

Хань знал его достаточно хорошо, чтобы воспринимать подобные слова всерьез. Он не стал торопиться. Тянь был этому только рад. Вероятно, это был последний раз, когда мальчик мог нормально отдохнуть перед тем, как... кто знает, что будет дальше. Наставник неспешно объяснил свою задумку и обрисовал, к чему в конечном итоге должно привести развитие событий.

— Мягко говоря, мы могли бы назвать это поиском пути к жизни через смерть. Иными словами, если все пойдет так, как я предполагаю, ты, скорее всего, погибнешь. Я надеюсь, что этого не случится. Искренне надеюсь, что сделал достаточно для твоей подготовки. Но поскольку к моменту твоей смерти я, вероятно, уже буду мертв, лучшим моим поступком станет попытка задержаться на пути вместе с Лижэнь, чтобы составить тебе компанию в Преисподнюю.

— Учитель говорит слишком много. Когда я могу приступить? — спросил Хань, уже достав свою грифельную доску и начав водить по ней кистью.

— После того как я дам тебе одно последнее наставление. Мои старшие братья говорили мне это, но я никогда к ним не прислушивался. Жаль, что ты не дал мне договорить, прежде чем произнес эти слова, тогда у тебя был бы шанс извлечь из них пользу. Запомни: в любой ситуации, где замешана армия, никогда, ни при каких обстоятельствах, как бы заманчиво это ни звучало, никогда и ни за что не вызывайся добровольцем!

Тянь отыскал Защитника Города в одном из кабинетов поместья Городского Лорда. Как оказалось, высшая военная власть в Пылающем Знамени принадлежала не Генералу Красного Плюмажа, а этому на удивление бодрому старцу. Он сидел с прямой, как у истинного солдата, спиной. Если бы Тяню сказали, что перед ним простой вояка, снявший доспехи, он бы охотно поверил. Свой титул этот человек заслужил по праву. Защитник не был заклинателем, но накопил достаточно внутренней энергии, чтобы оказаться на самом пороге духовной практики.

Комната, в которой он отдыхал, совершенно не походила на личные покои, скорее на место, где он чего-то ожидал. А тем временем он коротал время за чтением, наслаждаясь чашкой чая и сладким ароматом свежего воздуха, веющего из сада.

— Смею ли я узнать, что читает Защитник Города?

Старый солдат и бровью не повел при внезапном появлении за окном седоволосого юноши в потрепанных погребальных одеждах. Тот факт, что они находились на втором этаже, давал определенные подсказки относительно личности Тяня.

— Один из классических трактатов о войне. Возможно, Небесный читал его?

— Мое чтение в основном сводится к медицине, истории и этике. Я не изучал никаких руководств по ведению войны. Что же заставило вас так улыбнуться при чтении? — ответил Тянь, мысленно удивившись титулу «Небесный», которого ему раньше слышать не доводилось. Юноше не помешало бы немного поднять настроение. Может, в военных трактатах тоже встречались шутки.

— Военная тактика подобна воде, что бежит с возвышенностей и стремительно несется вниз, — Защитник Города прочистил горло. — Итак, на войне путь состоит в том, чтобы избегать сильных сторон и наносить удары по слабым. Вода прокладывает свое русло сообразно природе земли, по которой течет. Воин кует свою победу в зависимости от врага, с которым сталкивается. Посему, так же как вода не имеет постоянной формы, так и на войне нет неизменных условий. Того, кто способен изменять свою тактику в зависимости от противника и благодаря этому одерживать верх, можно назвать Генералом, рожденным Небесами.

Старый солдат аккуратно закрыл книгу. Тянь поймал себя на том, что тоже улыбается, хотя, вероятно, и по другим причинам. Даосские генералы. Он готов был поклясться, что таких не существует, но вот он здесь, и снова оказался неправ. Однако на этот раз он был рад своей ошибке. Возможно, у этой затеи все же был шанс увенчаться успехом.