Тянь и Лижэнь парили над дымящимися руинами крепости. Бескрайние степи вокруг тоже представляли собой печальное зрелище. Жесткая зеленая трава оказалась безжалостно вырвана с корнем: сначала копытами мечущихся лошадей, затем магическими взрывами, а под конец выжжена адским пламенем. Изрытая земля пестрела едкими язвами от уничтоженных гу и глубокими кратерами от промахнувшихся заклинаний. Впервые с момента ухода из Пустошей Красного Камня юноша поймал себя на мысли, что какое-то место действительно заслуживает называться истинной пустошью.

— Я все жду, что откуда-нибудь выскочит кто-то еще, — пробормотала Лижэнь. Тянь лишь молча кивнул, продолжая цепко осматриваться по сторонам.

— К черту все это, если на меня внезапно набросятся, просто прикончи их за меня, — не выдержав десятиминутной напряженной тишины, Лижэнь сдалась первой.

— Справедливо, тогда начни с осмотра того, что осталось от Лорда Мертвое Сердце, а его кольцо я уже прибрал к рукам, — согласился заклинатель, демонстрируя спутнице подозрительно чистое пространственное кольцо. Подобная чистота вызывала сомнения исключительно по той причине, что девушка собственными глазами видела состояние еретика в момент его падения с небес. На определенном этапе разрушений определение человеческого тела переходило из разряда анатомии в область чистой философии.

— Зачем мне его осматривать, если кольцо уже у тебя?

— Потому что я заглянул внутрь, и хотя добра там навалом, ни одна вещь даже близко не похожа на личный тайник демонического еретика Сферы Небесного Человека.

— Я уже и забыла, насколько сильно ненавижу демонов, а из-за засилья этих мерзких гу в последнее время воспоминания о них и вовсе отошли на второй план, — пожала плечами воительница, спикировав к останкам того, что когда-то было владыкой крепости.

— Вынужден признать, гу навсегда займут особое место в моем сердце, а именно ту его часть, где они будут вечно гореть и кричать от боли, слившись в настолько дьявольскую массу страданий, что даже те самые подонки-демоны начнут заглядывать на огонек и предлагать мне успокоиться, выпить чашечку чая и, возможно, перекусить крекерами, — произнес Тянь, приложив руку к груди. Внутри него все еще горела крошечная масляная лампа сострадания, изрядно помятая и потрепанная жизнью, но ничуть не потускневшая. Вот только ни единая искра ее света не предназначалась для паразитов или их создателей.

— Но все же демоны...

— Я не утверждаю, что демоны чем-то лучше или хуже, я просто констатирую факт своей искренней, глубочайшей, абсолютной и безграничной ненависти к гу. Насколько мне известно, да и насколько я вообще хочу знать, они являются идеальной противоположностью моего Дао. Иными словами, они олицетворяют собой все то, ради противостояния чему и существует мой путь совершенствования, — ответил юноша, медленно дрейфуя в воздухе и пытаясь уследить за всеми направлениями одновременно. Получалось это откровенно скверно, но хоть какой-то результат приносило, а большего он сейчас сделать и не мог.

— А ведь я собиралась подарить тебе на день рождения демонического сверчка, говорят, их пение невероятно успокаивает.

— Серьезно?

— Серьезно собиралась подарить или серьезно успокаивает?

— И то, и другое?

— Нашла! Этот мерзкий ублюдок вживил его прямо в тазовую кость у самого основания позвоночника, с таким я сталкиваюсь впервые, да и это не кольцо вовсе, а пространственная бусина хранения. О небеса, какая же это мерзость, у меня просто нет подходящих слов.

— Дьявольская?

— Не будь таким засранцем, — Лижэнь снизу вверх свирепо зыркнула на своего спутника. — Спустись и взгляни сам, посмотрим, останется ли у тебя желание отпускать шуточки.

— Как-нибудь в другой раз, мне кажется, в крепости еще остались живые люди, давай проверим.

— Что здесь стряслось, пламя будто началось вон в том углу тренировочного плаца, а затем разлетелось повсюду, — Тянь указал рукой на руины, когда пара заклинателей стремительно приблизилась к строениям, где все еще горело, хоть и весьма неравномерно, фиолетовое пламя. Лижэнь в ответ лишь покачала головой.

— Огонь пошел не оттуда, он распространился изнутри вон той башни, — девушка тоже указала направление. — Полагаю, главный вопрос заключается в том, как и почему это произошло, но сперва давай выясним, в каком состоянии находятся выжившие.

Результаты их поисков заставили обоих практиков содрогнуться. Одно дело умом понимать весь ужас рабства, осознавать гибель множества людей в стенах крепости и признавать, что построенная на принуждении и страхе система обязана обладать инструментами для их насаждения. И совсем другое дело вживую зайти в тщательно выбеленные камеры размером едва ли шесть на шесть футов и осознать полное отсутствие какого-либо функционального предела по количеству запихиваемых туда несчастных. В одной такой камере Цзыхао насчитал восемь тел, в другой десять. Иные помещения считались вариантом получше: длинные комнаты с проходящими по устланному соломой полу цепями и трупами людей, обретших свободу лишь в смерти, но все еще прикованных к звенящему железу. Судя по царящему там зловонию, доступ к отхожему месту узникам не предоставлялся в принципе.

— Пусть матушка Мэн дарует вам утешение, пусть Царь Янь снимет ваше бремя, и пусть ваши следующие жизни будут полны мира и свободы, — тяжело вздохнул Тянь, почтительно сложив ладони вместе и поклонившись, понимая, что у этих порабощенных людей не было ни единого шанса на спасение в текущем воплощении. — И пусть в вашей следующей жизни бессмертные, которых вы повстречаете, будут развивать свою добродетель в той же мере, что и силу.

— Должен же был существовать какой-то способ их спасти, — лицо Лижэнь не сохранило ни кровинки.

— Они вообще не должны были нуждаться в спасении, идем, выжившие где-то здесь, — ответил юноша, и пара быстро двинулась по лишенным всяких украшений сугубо утилитарным коридорам, вымощенным широкими и надежно скрепленными раствором каменными плитами. — Такое покрытие легко мыть, да и обходится оно куда дешевле плитки. Полагаю, в этом месте подобное соображение играло ключевую роль.

Выжившими, строго говоря, оказались четверо заклинателей. Их духовное основание было полностью уничтожено чудовищным откатом массивов во время разрушения крепости. На груди и спинах каждого из них виднелись вырезанные с явно оккультной целью омерзительные печати и неестественные символы.

Цзыхао наугад выбрал одноглазого мужчину и нащупал его пульс. Секундой позже практик обреченно покачал головой, а последующий осмотр остальных лишь подтвердил отсутствие малейших улучшений.

— Как думаешь, сможешь стабилизировать хоть одного из них на время, достаточное для ответов на парочку вопросов? — поинтересовалась воительница.

— Попытаться я могу, но на самом деле без шансов, сдается мне, они уже мертвы, просто их тела еще не успели этого осознать. Нервная система практически полностью выжжена, частота сердцебиения запредельно высока, рассеивание ци и жизненной энергии достигло критической отметки, а присутствия шэнь я не ощущаю вовсе. Это просто дышащие трупы. Проверь наличие пространственных артефактов, возможно, ответы на любые твои вопросы найдутся в одном из них.

— Разве эти люди похожи на выходцев из Королевства? — спросила девушка после обыска, который не принес ни пространственных колец, ни ответов, зато изрядно преумножил количество возникших вопросов.

— Одеяния вроде пошиты в нашем стиле, но раз уж ты заговорила об этом, сами они действительно не похожи ни на кочевников из степей, ни на жителей Королевства, — ответил Тянь, открыв рот и тут же снова его закрыв.

— Колдуны из другой страны? Кем они были: еретиками, рабами? Да и вообще, можно ли назвать их даосами? — недоумевала Лижэнь, на что ее спутнику оставалось лишь беспомощно развести руками, ведь откуда ему было знать то, чего не понимала даже она?

Один из чужеземцев забился в конвульсиях, которые, к счастью, продлились совсем недолго. С последним хриплым выдохом татуировки на его теле пошли рябью, словно поверхность пруда под порывом ветра, а когда судороги окончательно прекратились, мужчина испустил дух.

Вскоре за ним последовали и остальные. Обменявшись полными бессилия взглядами, юноша и девушка убрали трупы в кольца и продолжили свой мрачный путь.

Практики собрали абсолютно все тела. Каждого раба, каждого отступника, каждую лошадь, курицу и собаку. Любое живое существо, нашедшее свою смерть в этом проклятом месте, было подобрано, запечатано защитными талисманами и сложено для последующего сожжения. Оставлять трупы в пределах досягаемости еретиков категорически воспрещалось, ведь те могли сотворить с мертвой плотью слишком много жутких вещей. Расчистка внешнего поля боя и вовсе грозила обернуться настоящим кошмаром. Им предстояло сложить исполинские погребальные костры и предать огню целые племена.

— Что именно ты пытаешься найти? — спросил Цзыхао.

— По правде говоря, вообще все, что удастся обнаружить. Думаю, все ценное для заклинателей уже припрятано в пространственных кольцах еретиков, однако это место служило крупным караван-сараем на пути работорговцев. У них здесь наверняка хранятся запасы всевозможных ресурсов и обычных товаров без пульса. Как только мы удостоверимся в их чистоте и отсутствии скверны, сможем переправить все это обратно в Пылающее Знамя. В нынешней ситуации любая толика дополнительных припасов не будет лишней, верно?

Наземный склад лежал в руинах, но значительная часть уцелевших внутри припасов вполне годилась для использования. Нашлось хранилище и в подвальных помещениях, где в прохладной земле лежали корнеплоды, а рядышком аккуратно складировались бочки с засоленным мясом и ферментированными овощами, тщательно сохраненными для долгих зимовок.

— Насколько мы уверены, что перед нами именно говядина и свинина? — с сомнением протянула Лижэнь.

— Если верить накладной, то это баранина. Признаюсь, моей первой мыслью тоже была человечина, но согласно вот этим записям, — Тянь потряс в воздухе учетной книгой, обнаруженной на столике у дверей, — это маринованный барашек. Я прекрасно понимаю, что лично к этому мясу ни за что не притронусь, но, судя по всему, оно совершенно безопасно для употребления людьми. Да и я прямо сейчас усиленно прогоняю сквозь него свою ци для проверки.

Девушка лишь хмыкнула. Она занималась ровно тем же самым.

В конечном итоге они до отказа заполнили четыре пространственных кольца припасами для смертных, оружием, доспехами, фуражом и вообще всем, что могло принести хоть какую-то пользу. Обчистив крепость до голых стен, компаньоны обрушили уцелевшие постройки и предали огню все, что осталось. Лишь после этого началась мрачная работа по зачистке степей. Практики действовали быстро, благо опыт в подобных делах у них уже имелся. Впрочем, приятнее от этого процесс не становился. Поднявшийся на рассвете столб черного дыма наверняка был виден на многие ли по всей степи. Тянь поневоле задумался о том, какие мысли сейчас роились в головах приближающихся караванщиков или степных кочевников.

— Будь я на месте шамана, ни за что не позволила бы своему племени задержаться здесь хотя бы на секунду, да и вождей вряд ли придется долго убеждать в необходимости держаться подальше, — покачала головой Лижэнь. — Доставай летающую лодку. Это определенно успех, даже если на душе скребутся кошки. Пора возвращаться домой и как следует отмыться.

Цзыхао распечатал пространственную бусину Мертвого Сердца почти сразу же, как только они поднялись в воздух.

— Ох.

— Вот тебе и ох, — скривилась воительница, с явным остервенением вонзая шест в пространство.

Человеческие органы вполне ожидались. Бочки с кровью тоже не стали сюрпризом. Глубоко оскверненные, откровенно демонические материалы и подавно являлись обыденностью для подобных личностей. Тянь и понятия не имел, что железо может кричать и бурлить искаженными от муки лицами, то всплывающими на поверхность, то исчезающими в глубине металла, однако внутри лежали два тяжелых тесака, делавших именно это. Неожиданно, но все еще в рамках некой извращенной нормы. В конце концов, речь шла о невероятно богатом демоническом заклинателе, павшем жертвой разрушительной отдачи сразу двух масштабных массивов. Дай ему шанс продемонстрировать свои истинные возможности, и исход битвы мог бы оказаться совершенно иным.

Чего юноша совершенно не ожидал увидеть, так это нерожденных младенцев. Очевидно, человеческих. Некоторые все еще плавали в амниотических пузырях, другие оказались закопчены и нанизаны на кожаные ремешки. Все они были раскрашены и умащены какой-то жуткой скверной. Возможно, они служили сосудами для демонов, а может, и своеобразными семенами. В руках Мертвое Сердце они представляли собой лишь ценные ресурсы для практики. Еретик собрал весьма внушительную коллекцию. К каждому трофею крепилась крошечная бирка, аккуратно перечисляющая биографическую историю плода вместе с датой его «рождения».

— Иногда мне хочется, чтобы Маленькое Сокровище был сейчас рядом, — пробормотал Тянь. — Потеряли ли мы добродетель из-за того, что устроили битву прямо над головами простых смертных, повлекшую за собой сотни жертв? Или же приобрели заслуги за уничтожение этих чудовищ?

— Я не знаю. Правда не знаю. Мы ведь не пытались убивать невинных, мы просто...

— Проявили к ним безразличие. Не пожелали, чтобы забота об их жизнях хоть как-то повлияла на наш идеальный план. Высшее благо, которое по чистой случайности потребовало смертей и страданий тех, кто слабее нас. Да уж, ты и впрямь начинаешь лучше понимать старших мастеров, стоит лишь примерить их шкуру! — Горечь в его голосе делала каждое слово почти физически болезненным. Но хуже всего было то, что юноша прекрасно осознавал свою ложь самому себе.

Они сожгли не просто «сотни» тел. Счет шел на тысячи. Любого взрыва, способного заставить Цзыхао беспомощно кувыркаться в небесах, с лихвой хватило бы для уничтожения любых смертных в зоне поражения. То, что начиналось как точечные убийства, в итоге обернулось настоящей бойней. Практик не имел ни малейшего представления о грядущих последствиях, но твердо знал одно: они непременно наступят, и будут поистине ужасающими.

— Как бы то ни было, мы добыли пару сундуков, доверху набитых духовными камнями, и, как бы больно мне ни было это признавать, колоссальное количество медикаментов, а смертного золота и серебра теперь столько, что можно использовать его в качестве балласта для кораблей, — попыталась найти хоть какойто позитив Лижэнь. — Не говоря уже о стопке заклинаний для изучения и приличной горе непроклятого снаряжения. С такой поддержкой Город сможет продержаться чуточку лучше и немного дольше. И... у нас на примете есть еще две крупные крепости для налетов. Теперь враги знают о нашем приближении и в следующий раз подготовятся куда лучше, но это также означает, что мы как минимум временно сковали часть их сил.

— Все это замечательно, но по-настоящему важно лишь одно — деньги, ведь мы только что крепко ударили по кошельку Разрезающего Нити, а в этом мире не найдется ни единого человека, будь то еретик или праведник, который стерпит подобное. Наша цель прикончить его и наконец выбраться из этих проклятых степей стала еще на один шаг ближе, — кивнул Тянь, запрокинув голову и прикрыв глаза. — Ура! Мы побеждаем!