Остаток дня путники провели в тишине. Они давно привыкли к монастырскому быту, и хотя братья и сестры определенно не давали обета молчания, времени за медитациями проводили великое множество. Двое юных послушников тоже переняли эту привычку. Тянь Цзыхао искренне радовался покою, поскольку голова раскалывалась от боли. Провести весь день в созерцании, конечно, скучно, однако бывали вещи и похуже.

— В конце концов у меня назрел вопрос, — прервал тишину юноша. — Просто чтобы прояснить: ты на самом деле не богата? А я-то был абсолютно уверен в обратном.

— Я не богата. Состоятельнее тебя, конечно, но ты вообще самый нищий человек во всех пустошах. Никогда бы не подумала, что такое возможно. Честно говоря, никто не верил в подобное. Клянусь небесами, тебе удалось перещеголять в бедности даже еретиков.

— Мне постоянно это твердят, а я никак в толк не возьму, — ответил практик. — Я не чувствую себя нищим. Порой мне действительно не хватает денег или очков заслуг на какие-то вещи, но это не такая уж большая проблема. Все как-то само собой образуется.

— За твое питание платит секта, за твое оружие тоже платит секта из тех средств, что сама же тебе и выдала за работу на благо секты, причем оружие это создал кто-то работающий на секту из материалов, собранных другими людьми в секте, — тихо рассмеялась Хун Лижэнь. — Ты живешь в храме, построенном сектой на земле, принадлежащей секте, изучаешь писания, созданные и собранные сектой, носишь форму, выданную сектой... Улавливаешь закономерность?

— Ну да? Я ведь послушник секты.

— А откуда у секты берутся все эти блага, чтобы одаривать тебя?

— Понятия не имею, — пожал плечами Тянь. До этого момента он никогда всерьез не задумывался о подобных вещах, принимая сложившийся порядок как данность.

— Ты вообще знаешь, что такое арендная плата и налоги?

— Да, они часто упоминаются в книгах, которые заставляет меня читать старший брат Фу.

— А как насчет гигантской небесной баржи, чья главная задача заключается в международной торговле, по крайней мере, если верить моим старшим сестрам?

— А что значит «международная торговля»?

— Торговля между государствами. Хотя в нашем случае это скорее обмен между сектами. У одной из моих сестер была младшая, которая сейчас находится во Внутреннем дворе и работает там клерком. Оказывается, «Летний Поток» совершает безумно долгие торговые рейсы, длящиеся по десять, а то и двадцать лет. Баржа забирает в каждом месте целые океаны товаров и перевозит их до тех пор, пока не найдет место для выгодной продажи. На борту трудится столько ремесленников, что хватило бы на целую мануфактуру, там же разбита немаленькая ферма для выращивания духовных трав и есть еще куча всего остального. Этакий гигантский летающий монастырь, пытающийся заработать для секты как можно больше богатств.

— Сложно вообразить, — тихо усмехнулся юноша. — Я ведь был там, внутри, но все равно с трудом могу такое представить.

— Вот именно. Требуется уйма денег, чтобы позволить тебе жить как оборванцу.

Практик принялся мысленно препарировать услышанное, словно сложную головоломку. С одной стороны, секта не относилась к нему как к кому-то особенному. Старший брат Фу относился, старейшина Жуй Яньцзы тоже, тетушка У и другие послушники проявляли заботу, но никак не учение в целом. Тянь получал ровно то же самое, что и остальные, плюс-минус пара мелочей. Положение казалось чуть лучше благодаря принадлежности ко Внешнему двору Храма Западного Города, однако лично с ним это никак не связывалось.

С другой стороны, девушка была права. В храме прислуживали смертные. Послушникам приходилось проводить инвентаризацию зерна, дабы удостовериться в надлежащем выполнении поставок простолюдинами. И это зерно бралось не из пустоты.

— Слишком масштабно, я этого не понимаю, — заговорил юноша совершенно внезапно после нескольких часов молчаливых раздумий, заставив погрузившуюся в чтение книги Хун Лижэнь испуганно вскрикнуть. — Зато я знаю, на что надеются и чего ждут от меня братья, и пока мне этого достаточно. А со всем остальным разберусь позже.

— Лишь бы братья были довольны, да?

— Да.

— Везет тебе, — вздохнула девушка.

На следующее утро они выступили в путь прямо перед рассветом. Нарастающий дневной свет нещадно слепил глаза после столь долгого пребывания в темноте. Кольца-компасы безошибочно указывали обратную дорогу к складу снабжения. Ничего не оставалось, кроме как двигаться вперед. Заклинатели успели отойти на час пути от скалистого хребта, служившего им лагерем, когда заметили еще один караван.

— Знаешь, что это за животные? — спросил юноша.

— Без понятия, у них четыре ноги, как у лошади, но в остальном... — Хун Лижэнь пожала плечами. — Похоже, они несут на себе и груз, и пассажиров. По одному человеку на каждую... чем бы эта тварь ни была. И двигаются они крайне медленно.

— Мое искусство восприятия еще не слишком отточено, но неужели та женщина несет младенца? — прищурился Тянь Цзыхао, насчитав в караване около двухсот человек, укутанных в плотные, но куда более просторные, чем у него, одежды.

— Несет. И она там не одна такая. Смотри, на той... штуковине... едут двое детей, — указала пальцем девушка, совершенно игнорируя тот забавный факт, что им с Тянем тоже было всего по тринадцать лет.

— Смертные. Через пустоши идут обычные смертные. В толпе наверняка затесались практики, но ощущения совсем иные, нежели от торгового каравана.

— Как минимум, они тащатся гораздо медленнее, — согласилась послушница. — Что им здесь понадобилось?

— Понятия не имею. Готов поспорить, эти люди направляются к той скрытой пещере. При их черепашьем шаге дорога займет несколько часов, а то и большую часть дня.

— Звучит логично. Это хотя бы объясняет наличие всех тех ниш в стенах. Но как их до сих пор не сожрали местные твари? — задалась вопросом Хун.

— Ни малейшего представления.

— Не думаю, что среди них есть практики. Кажется, это сплошь смертные, — произнесла девушка, наблюдая за тяжело бредущей вереницей людей.

— С чего ты взяла?

— Просто предчувствие. Посмотри, с какой скоростью они плетутся. Когда торговая гильдия нанимает мастеров Гу на выходе из Ущелья Черного Камня, в этом есть определенная логика. А перед нами мигрирующее племя. Заклинателям здесь совершенно нечем поживиться, вдобавок вырубка такого пространства в холме потребовала титанических усилий. Никто не стал бы делать подобное за просто так.

Практики еще несколько минут следили за шествием, дивясь невиданным горбатым скакунам и развевающимся на ветру просторным одеяниям смертных. Некоторые путники даже соорудили простейшие теневые навесы, прикрепив их к седлам, чтобы ехать хоть в какой-то прохладе. Юноша счел это весьма остроумным решением. Таскать зонт на протяжении целого дня было бы утомительно, однако прелесть задумки он оценил в полной мере. Здешнее солнце буквально просверливало насквозь.

— Гигантские скорпионы. Демонизированные птицы. Те мелкие роющие жуки, что тысячами выскакивают из песка, и у каждого жало толще моего большого пальца. Каждый. Проклятый. День. Как они вообще выживают? — Тянь не желал просто так отступаться от этой загадки.

— Не знаю. Может, именно потому, что они смертные? Если бы некий трюк работал и для заклинателей, мы бы им вовсю пользовались.

— Так не бывает. Мир устроен иначе.

— Хочешь подойти и спросить?

— Нет, — со вздохом отозвался юноша. — Братья четко вбили мне в голову одну истину: ничего хорошего от взаимодействия смертных и практиков не жди.

Хун Лижэнь кивнула, и они вновь сорвались с места. Позади них племя продолжало прокладывать путь сквозь сыпучие пески. Осторожно, но без тени страха. Люди знали, что очи Божьи неусыпно следят за ними.

_____________________________________________________________

— Вот нечто подобное я и ожидал увидеть, — тихо пробормотал Тянь Цзыхао.

Триста ярдов пустошей превратились в своеобразный сад изваяний, целиком вылепленных из песка. Фигуры напоминали грубо сработанных людей, наполовину оплавившихся, а затем обтесанных суровыми ветрами. Над статуями плясали тусклые алые языки пламени, заметные даже в ярких лучах полуденного солнца.

— Не могу сказать, что это зрелище успокаивает, — неохотно кивнула девушка. — Хоть картина и больше похожа на те Пустоши Красного Камня, с которыми я знакома. Слышишь этот тихий визг?

— Да, и он вовсе не тихий, просто звук идет на очень высокой частоте. Мы не воспринимаем ушами большую часть вопля, но мое искусство восприятия улавливает вибрации.

Послушники завороженно наблюдали за мерцающим огнем. Застывшие лица песчаных статуй искажала невыносимая мука.

— Обойдем? — предложила Хун.

— По очень широкой дуге, — согласился Тянь.

— Есть мысли, что это вообще такое?

— Никаких. Идем по очень широкой дуге.

И они пошли.

— Обычно в таких вещах виноваты либо звери, либо еретики, — заметила девушка.

— А кто сказал, что это не их рук дело?

— Справедливо.

Практики постарались обогнуть жуткую коллекцию на значительном расстоянии, из-за чего случайно наткнулись на группу скорпионов, двигавшихся во встречном направлении. Оказалось, гигантские членистоногие тоже не горели желанием приближаться к горящим статуям. Между чудовищами и двумя заклинателями завязалась короткая, но воодушевленная дискуссия о природе Дао, и, несмотря на численное превосходство противника, сладкий голос разума Внешнего двора Храма Западного Города одержал верх.

Однако победа далась не без потерь.

— У тебя есть противоядие? — осведомилась Хун Лижэнь. — Я бы предпочла использовать запасы секты, а не свои собственные. Те пилюли, что дала бабушка, стоят довольно дорого.

— Да, антидота от скорпионьего яда у меня навалом, — отозвался Тянь, у которого хватало и собственных проблем. Его защитный костюм оказался сильно порван. В запасе имелись ремонтные наборы, вот только они предназначались для мелких заплаток, а никак не для штопки гигантских дыр.

— Возможно, я стала относиться к этим тварям слишком пренебрежительно после того, как перебила их великое множество, — пробормотала девушка. Юноша испытал сильное двойственное желание: безжалостно подколоть спутницу и одновременно с этим держать рот на замке. Ему тоже досталось. Практик решил молча передать противоядие и сосредоточиться на починке одежды. Теперь ему придется полагаться исключительно на закаленное тело, чтобы справиться с проникающей сквозь прорехи пылью и чужеродной ци.

В качестве стандартной меры предосторожности он на время работы переключился на технику Бьющего на опережение. Ничего заслуживающего внимания не обнаружилось. Заклинатель вновь вернулся к штопке. Затем осторожно перевел взгляд на песок, мягко приложил к нему раскрытую ладонь и, секунду спустя, сам распластался на земле.

— Брат Тянь?

— Тсс.

Поверхность скрывала нечто подозрительное. Какую-то невероятно слабую вибрацию, едва складывающуюся в ритмичный узор. Юноше пришлось до предела напрячь искусство восприятия и сконцентрировать все внимание на нервных окончаниях кожи, дабы распознать этот отклик. Возможно, тревога была ложной. Но главная особенность чтения вибраций через песок заключалась в одном непреложном факте: если ты вообще способен что-то почувствовать, значит, это «что-то» подобралось вплотную.

— Сестра... к нам что-то приближается.

— М-м? — Он услышал, как послушница поднялась на ноги, ощутив ее движения как глухие барабанные удары, отдающиеся в песке. — С какой стороны?

— Пока не уверен. Перестань топтаться на месте.

Хун Лижэнь замерла. Тянь Цзыхао раскинул руки и ноги как можно шире, пытаясь определить источник подземной дрожи.

— Вон там, — произнесла спутница. Юноша поднял голову и проследил за направлением ее пальца. Вокруг не было ничего, кроме бескрайней пустыни и дрожащего в пыли раскаленного воздуха.

— Я ничего не вижу.

— Да вон же... оно длинное, но я не могу разобрать очертания.

— Оно движется к нам? — спросил Тянь и тут же покачал головой. — Не обращай внимания, глупый вопрос. Мы сможем от него убежать?

— Нет. — Девушка заняла устойчивую стойку, крепко сжимая в руках копье.

Практики слегка разошлись в стороны: Тянь медленно раскручивал дротик на веревке, а его спутница положила древко копья на плечо. Теперь юноша тоже мог различить размытый силуэт, оказавшийся гораздо выше и ближе, чем ему бы того хотелось. Распознать природу существа пока не удавалось.

— Буду признателен, сестра Хун, если ты поделишься хоть какими-то наблюдениями.

— У твари приземистое, плотное тело, покрытое, судя по всему, невероятно длинной шерстью. Не знаю, сколько у нее лап, но явно меньше, чем у многоножки, и больше, чем у скорпиона. Больше я ничего не могу сказать.

Это наверняка работало ее искусство восприятия. Тянь покачал головой.

— Существо сжимается... оно атакует! — закричала Хун Лижэнь.

Тянь бросился влево, а его напарница метнулась вправо. Раздался свист, подобный гуляющему в бамбуковой роще ветру, и из песка, где заклинатели стояли долю секунды назад, словно проросли сотни тонких как волос игл. Неведомая тварь проступила чуть четче. Длиной футов десять, ростом выше самой девушки, а эти жуткие волоски торчали во все стороны еще на добрых три-четыре фута.

Почти невидимое, стремительное, усеянное длинными иглами чудовище, способное метать их с расстояния в двадцать футов. Тянь мысленно поклялся, что как только вернется на Склад Снабжения, тут же перестанет тянуть резину и обзаведется нормальным дальнобойным оружием. Но сейчас оставалось лишь одно: выжить и победить!