Не может же это быть частью этикета, который она не изучала? В конце концов, она точно видела, как другие леди самостоятельно заполняли свои бальные карточки. Порассматривав бальную книжечку некоторое время, она пришла к выводу, что не так уж это и важно.

— ...

Приглушенный шепот вывел Айлин из задумчивости. Все еще держа карточку в руке, она огляделась и тут же в смущении опустила голову. Инцидент во время триумфального шествия повторился — внимание всех присутствующих было приковано к Айлин. Люди с потрясенными выражениями на лицах перешептывались, глядя на женщину, окруженную высокими, сильными мужчинами.

На этот раз вельможи сразу же узнали Айлин. В светских кругах давно ходили слухи о том, что великий герцог опекает дочь своей покойной няни.

— Ах. Это та, которую лелеет его светлость...

— Что? Так это она. Хм... Должен сказать, я немного удивлен.

— Странно, не правда ли? Поверить не могу, что она явилась на банкет, даже не дебютировав!

— Слышала, что ее семья переживает не лучшие времена.

— Полагаю, солдаты делают это по приказу его светлости?

Шепотки кинжалом резанули по сердцу Айлин, оставив глубокую рану. Услышав недобрые пересуды, она испытала жалость к солдатам, настаивавшим на танце с ней. Не появись она здесь, каждый из них танцевал бы с той леди, которую бы выбрал сам.

Поразмыслив, она поняла, что уже давно не практиковалась в танцах. Если бы сейчас кто-то повел ее под руку, она, несомненно, наступила бы ему на ногу. Тогда Айлин приняла решение: она извинится перед солдатами, которые пригласили ее на танец, и будет придерживаться своего первоначального плана — просто поздравить Чезаре и удалиться. Айлин оглянулась на Диего, который первым вписал свое имя в ее бальную карточку.

— Сэр Диего.

— Сенон и Мишель немного опоздают. У них есть кое-какие дела. Возможно, они и вовсе не смогут явиться — зависит от того, как все пройдет.

Это было не то, что она хотела спросить, но, тем не менее, его ответ вызвал у нее интерес.

— Правда? Очень жаль. Мне бы хотелось увидеть и их то...

Не успела она договорить, как Диего прервал ее с озорной улыбкой, придающей ему вид уличного артиста:

— Может, выпьем по чашечке чая? Я купил вам куклу. Должен признаться, она просто потрясающая. Великолепный гигантский кролик.

Что же это за кролик такой, что его вид может быть столь впечатляющим? Девушка не могла даже предположить. Пока Айлин была поглощена рассказом о кукольном кролике, Диего и Лотан обменялись короткими взглядами.

— Айлин, — Лотан широко улыбнулся, и его по-медвежьи грубоватое выражение лица смягчилось, — вам, должно быть, было не по себе по дороге сюда? Мне следовало лично заехать за вами, приношу свои извинения.

— Ну что вы, совсем нет. Его превосходительство обо всем позаботился... — Айлин поправила очки и нерешительно добавила, — он прислал кое-кого, чтобы помочь мне с подготовкой. Однако мне показалось, что я слишком обременяю его, поэтому я отправила ее обратно. Если бы знала, что все так обернется, то приложила бы больше усилий.

Последнее замечание невольно привлекло к ней все внимание рыцаря. Будь у нее возможность спрятаться, она бы давно это сделала. Лотан от души рассмеялся, глядя на смущенную Айлин.

— У нас были бы проблемы, если бы вы «приложили больше усилий», юная мисс.

— Верно. Тогда бы все мужчины ринулись к нашей леди, — вслед за Лотаном дал свой комментарий и Диего.

Айлин растерянно моргнула, не понимая, о чем они говорят. Не могли же они сказать нечто подобное всерьез? И вдруг она вспомнила, о чем изначально собиралась спросить.

— Кстати, насчет танцев...

— Миледи! Вы уже осмотрели сад? Он сильно изменился, — прервал ее очередным вопросом Лотан. Он выдержал паузу, но Айлин ждала, что он скажет дальше. Это заставило Лотана продолжить, — я имею в виду оранжерею. Да. Они привезли новое растение под названием «Ориент», если мне не изменяет память. Оно прибыло с Востока.

— О-Ориент? — заикаясь от возбуждения, произнесла Айлин.

— О да. Слышал, что это очень ценное растение.

Когда Чезаре приезжал в императорский дворец, он предоставлял ей полный доступ к изучению дворцовых садов. Воспоминания о прогулках среди растений, которые она видела только на страницах книг, по-прежнему были живы в ее памяти. Однако последние три года Айлин не имела возможности посещать дворцовые сады в отсутствие Чезаре.

— Было бы неплохо осмотреть сады до прибытия его превосходительства?

— Вы не против?

Непреодолимое увлечение Айлин растениями пересилило ее желание вернуться домой. Зардевшись, она попросила Лотана проводить ее до сада, и Лотан милостиво согласился, словно предвидел ее просьбу. Покинув банкет и направившись к оранжерее, Айлин вспомнила, что пыталась сказать весь вечер.

— Ох...

Лотан, шедший впереди, озадаченно обернулся, услышав вздох Айлин. Как бы отвечая на невысказанный вопрос, она со страдальческим выражением лица показала ему бальную карточку на запястье.

— Должно быть, из-за меня у вас не было возможности потанцевать с другими леди. Чувствую себя ужасно. Поэтому я планировала просто поприветствовать его светлость и уйти, не танцуя.

— Пожалуйста, не делайте этого, мисс Айлин.

В ответ на убедительную просьбу Лотана Айлин слабо улыбнулась.

— Хорошо. Станцуем одну песню, Лотан? Однако остальных нам нужно будет освободить.

— ...Думаю, это будет вполне приемлемо.

Ответ Лотана принес Айлин огромное облегчение и развеял ее тревоги. Смеясь и непринужденно беседуя, они дошли до оранжереи.

— Пожалуйста, не торопитесь и наслаждайтесь зрелищем.

— А что же вы, сэр Лотан?

— Мне следует вернуться на прием. О дороге назад можете не беспокоиться.

Судя по всему, он собирался прислать кого-нибудь, чтобы проводить ее обратно. Поблагодарив его, Айлин в одиночестве вошла в оранжерею. Внутри стеклянной оранжереи было довольно влажно. Сквозь прозрачную крышу, лаская листья, проникал лунный свет. Продолжая двигаться вперед, Айлин осматривала помещение в поисках невиданных доселе растений с Востока. Вдруг она услышала слабый скрип. Повернувшись, Айлин обнаружила, что дверь за ее спиной приоткрылась.

— Сэр Лотан?

Обернувшись, Айлин попыталась убедиться, не вернулся ли Лотан. И застыла на месте. В оранжерею присущим ему неторопливым шагом вошел Чезаре.

Он был одет в парадный мундир, лишь немного отличавшийся от того, что был на нем во время триумфального шествия. В свете луны этот человек выглядел еще более грозно. Его губы тронула мягкая улыбка, словно намекающая на тайный поцелуй.

Айлин робко склонила голову. Изящным движением она переставила ногу, осторожно согнув колено и мягко приподняв подол платья, — жест величайшего почтения.

— Ваше превосходительство, великий герцог Эрже.

— Леди Элрод, — нарочито формально отозвался Чезаре.

— За победу, ваша светлость... Я... — неуверенно произнесла она свои поздравления, не зная, соответствует ли ее речь этикету.

Но прежде чем она успела обдумать сказанное, раздался смех.

Айлин тихонько подняла голову.

На освещенном луной лице мужчины играла яркая усмешка, а красные глаза горели полумесяцем. Айлин не могла не плениться красотой его лучезарной улыбки. Полностью поглощенная им, она наконец спросила:

— Я совершила ошибку?

— Нет, вовсе нет, — Чезаре улыбнулся, покачав головой, — это наводит меня на ностальгию по прошлому.

Он протянул руку к Айлин и постучал по танцевальной карте кистью, обтянутой кожаной перчаткой.

— Айлин, не окажете ли вы мне честь станцевать со мной?

Ловким движением он вежливо изъял книжечку и осмотрел ее. Мимолетно улыбнувшись, Чезаре изучил подписи, сделанные внутри, а затем вписал свое имя в пустующую первую строчку.

[Чезаре Траон Карл Эрже]

Подпись была написана уверенно, без резких штрихов, свидетельствующих о нерешительности. Как будто она всегда там стояла.

Поставив элегантную подпись, Чезаре нежно прикоснулся к запястью Айлин, аккуратно возвращая бальную карточку на место. Айлин взглянула на болтающуюся на руке книжечку, и уголок ее губ дрогнул. Кто-нибудь посторонний вполне мог принять ее за какой-нибудь военный документ.

«Я и не предполагала, что его превосходительство действительно пригласит меня на танец».

***

Ей не осталось ничего другого, как неуклюже раскачиваться в такт танцу. Айлин живо представила себе взгляды и перешептывания, которые ей предстоит выдержать, танцуя с Чезаре.

Бесполезно было искать оправдания, беспокоясь о том, что она запутается в шагах. Айлин знала, что Чезаре успокоит ее и, направляя, поведет в танце. Он и в самом деле вполне был способен на это. В конце концов, именно Чезаре учил ее бальным танцам.

Она помнила, как он держал ее за маленькие ладошки и кружил. Однако искусство танца так и не поддалось ей. Еще в самом начале ее мать вмешалась и сделала ей строгий выговор.

— Как ты только осмелилась проявить такое неуважение к принцу! Тратишь его время на свои уроки танцев!