Вернувшись к морскому бою, где главную роль играли смертные, обе стороны могли полагаться лишь на прочные корабли, мощные орудия и боевые навыки команд, полученные в результате долгих и изнурительных тренировок.

Пиратская команда «Драгуны», которую тренировали элитные офицеры королевства, не говоря уже о боевых качествах своих членов, неоспоримо демонстрировала превосходство в вооружении, благодаря использованию опережающих эпоху судостроительных технологий.

Тяжелый крейсер «Утренняя Звезда».

【Спецификация】 Водоизмещение: 2340 тонн, длина: 56,42 метра, ширина: 14,90 метра, площадь парусного оснащения: 3213 квадратных метров, экипаж: 450 человек, максимальная скорость: двенадцать узлов.

【Вооружение】 Две сплошные орудийные палубы: 28 32-фунтовых орудий, 28 24-фунтовых орудий, 2 24-фунтовых носовых и кормовых орудия.

Малое каперское судно «Бригантина со смешанным парусным вооружением».

Водоизмещение 210 тонн, вооружена одной 24-фунтовой пушкой и восемью 6-фунтовыми пушками — для малого каперского судна такая огневая мощь была уже, пожалуй, чрезмерной.

На фок-мачте располагались прямые паруса, на грот-мачте — косые, и максимальная скорость легко превышала одиннадцать узлов.

К тому же, управление этим парусником было проще, чем обычным судном с прямым вооружением, требования к профессионализму и количеству матросов для такелажа были значительно ниже: без учёта канониров для нормального управления требовалось всего шесть членов экипажа.

Для истории развития парусного флота этой эпохи подобные корабли можно было смело назвать настоящими чёрными технологиями.

Кроме того.

Даже в отсутствие двух капитанов, являвшихся опорой команды, и всех пиратских офицеров, составлявших её ядро, преданность экипажа «Драгунов» была гарантирована, поскольку все они прошли ментальную проверку Айвена.

К тому же ментальная сеть по-прежнему преданно выполняла свою функцию, обеспечивая бесперебойную работу резервной системы командования во главе со вторым помощником «Утренней Звезды» Элеонором.

Вшух...

Поднялись чёрные паруса.

Пиратский флот, состоявший из «Утренней Звезды», шести крейсеров пятого ранга или аналогичных пиратских судов и пятнадцати бригантин, разделился на три эскадры.

Чёрный флаг с головой дракона хлопал на мачте, и, как и большинство других фракций, они под углом ринулись в яростную атаку на флот Отступника, над которым развевался флаг с коронованным черепом и кровоточащим скимитаром.

Сливающийся воедино грохот орудий не стихал ни на секунду, а густой пороховой дым заполнил почти всё пространство под куполом из тумана.

Подключившись к ментальной сети, второй помощник «Утренней Звезды» Элеонор чётко передал свои приказы временным капитанам:

— Приказ: первой эскадре изменить курс вправо на два румба, левому борту приготовить все бортовые орудия, зарядить сплошными ядрами!

На каперских судах, подобно стандартам военно-морского флота Королевства Фалетис, расчёт из шести человек, старший артиллерист, главный офицер-артиллерист и его помощник были в полном составе. Если бы они надели военную форму, то без проблем сошли бы за флот королевства.

— Слушаемся! Расчётам зарядить орудия сплошными ядрами.

Приказы не нуждались в последовательной передаче по цепочке, достигая цели мгновенно.

Под слаженным руководством пиратских офицеров покрытые копотью матросы в соответствии с регламентом умело заряжали пушки и наводили орудия. Хотя они ещё немного уступали регулярной армии, одного этого умения управлять артиллерией было достаточно, чтобы на голову превзойти обычные пиратские команды.

— Цельсь, огонь!

Бум! Бум! Бум! Бум!

В сверкании оранжево-красных вспышек выстрелов время от времени вырывались особенно ослепительные струи яростного пламени.

Поскольку весь флот был вооружён тяжёлой артиллерией, даже самые маленькие каперские бригантины могли представлять угрозу для мощнейших вражеских кораблей.

Впрочем, 24-фунтовые тяжёлые пушки на парусных судах были не по карману обычным пиратам: надёжными технологиями литья обладала лишь горстка передовых королевств на Старом Континенте.

По сравнению с обычными орудиями, в глазах правителей разных стран они приравнивались к огнестрельному и холодному оружию в прошлой жизни Айвена. Любой сбой в производстве, продаже или транспортировке мог привести к колоссальным материальным потерям и цепи серьёзных последствий.

И хотя у крупных пиратских команд почти всегда имелось несколько тяжёлых орудий в качестве главного козыря, до сих пор ни одна пиратская группировка, кроме Айвена, не обладала такими связями и влиянием, чтобы массово вооружать свой каперский флот подобным оружием.

А уж 32-фунтовых орудий, установленных только на «Утренней Звезде», с лихвой хватило бы для боя с линейным кораблём, не говоря уже о кучке пиратских судов.

Разумеется, здесь стоит выразить благодарность сириусцам за их дружескую помощь Драгунам.

— Ах, ответный огонь!

— Д-докладываю! Попадание по ватерлинии, корпус пробит насквозь.

...

Очевидно, что пиратские корабли, которые обычно ставили во главу угла скорость, а по материалам и бронированию значительно уступали военным судам, столкнувшись с тяжёлой артиллерией, оказались немногим крепче бумажных скорлупок.

Под скоординированным натиском нескольких фракций, спустя более чем четыре часа кровопролитного сражения, некогда самая могущественная в этих водах эскадра Отступника была разорвана на куски набросившимися со всех сторон голодными волками.

Несмотря на превосходство в размерах и мощи, из-за сложного состава и хаотичной системы командования им явно недоставало такой же слаженности, как у Драгунов.

И, без сомнения.

Эпицентром битвы в этой акватории стало противостояние трёх флагманов пиратских королей: «Утренней Звезды» Изумрудного Света Аниты, «Крылатого Костяного Дракона» Мертвой Кости Рудольфа и «Пронзающего Зуба» Отступника Брэдли.

В лабиринте Рудольф не успел принять участие в осаде Брэдли, но в морском сражении «Крылатый Костяной Дракон» не остался в стороне.

Посреди хаоса боя «Утренняя Звезда» скользила по воде словно грациозный чёрный лебедь, «Крылатый Костяной Дракон» с его изодранными парусами напоминал скитающийся веками корабль-призрак, а усеянный зубами гигантских зверей «Пронзающий Зуб» был похож на обезумевшего слона, сносящего всё на своём пути.

Даже сражаясь один против двоих, он не утратил своего доминирующего нрава.

Чтобы заслужить право служить на флагманах пиратских королей, матросы, безусловно, проходили строжайший отбор, отличаясь высочайшей преданностью и непоколебимой волей к бою.

За время долгих лет совместной службы они невольно перенимали черты характера своих лидеров.

В особенности это касалось команды «Пронзающего Зуба»: облачённые в униформу из кожи и с вытатуированными эмблемами пиратского короля, они наглядно демонстрировали своим противникам, что такое настоящая свирепость.

Осознав, что «Утренняя Звезда» превосходит их в скорости, обладает сокрушительной огневой мощью и даже необъяснимым образом уклоняется от их залпов, благодаря носовой фигуре Счастливая золотая монета...

Они без малейших колебаний, при поддержке других пиратских судов, резко развернулись и на всей скорости пошли на таран не успевающего уклониться «Крылатого Костяного Дракона», развязав отчаянный абордажный бой.

Грохот!

Как только корабли сблизились, пираты уровня рыцарей-учеников, составлявшие значительную часть команды «Пронзающего Зуба», с яростным ревом ринулись вперёд.

— Ура-а-а!

— Убейте их! Пусть отведают ярости Отступника!

На борту «Крылатого Костяного Дракона» скрывалось множество трупов-марионеток, принадлежавших Рудольфу — официальному магу на пике своего развития. Именно они составляли главную мощь корабля. Однако в отсутствие пиратского короля никто не мог отдавать приказы этим ужасающим мертвецам.

В первые же секунды абордажа команда «Крылатого Костяного Дракона» оказалась в невыгодном положении.

Разумеется, «Утренняя Звезда» не могла допустить, чтобы «Крылатого Костяного Дракона» отправили на дно, поэтому ей пришлось приблизиться к другому борту «Пронзающего Зуба» и также вступить в абордажный бой.

В обычной ситуации тяжелому крейсеру с низкими бортами следовало бы избегать подобного сценария, но для «Утренней Звезды» это отнюдь не было слабым местом.

— Непобедимы!

Будучи самым ценным ядром пиратской группировки, команда «Утренней Звезды» первой получила Оживлённые звериные шкуры, и процент оснащения этим артефактом был самым высоким среди всех.

А-а-у-у!

Две пиратские команды, уже схлестнувшиеся в хаотичной битве, внезапно увидели, как на палубу «Пронзающего Зуба» неудержимым потоком хлынула стая «монстров» в волчьих шкурах, больше похожих на свирепых хищников, чем на людей.

И смела всё на своём пути!

На острове, который уже давно вернулся в состояние покоя.

— Свяжите их и наденьте сверхъестественные оковы.

Анита отдала приказ.

Заботясь о будущем развитии флота, Анита, несмотря на то что доминировала на поле боя благодаря своей силе третьего ранга, не собиралась наживать лишних врагов. Помимо захвата дерзнувшего напасть на Драгунов еретика-алхимика, она лишь взяла в плен всех подчиненных Отступника.

Более того, после завершения ритуала и снятия ограничений, Анита практически не вмешивалась в бой, лишь прикрывая тылы своих сверхъестественных.

Эта партия подчинённых, на обучение которых ушло столько времени, в конце концов, начала постепенно взрослеть.

Теперь это выглядело так, словно босс третьего ранга лишь взмахнул рукой, и тысячи его приспешников с поднятыми скимитарами бросились в атаку, прорубая себе путь от Южных Врат Небес до самой восточной дороги Пэнлая — зрелище поистине впечатляющее.

Когда Айвен, заложив руки за спину, лёгким шагом вышел на поле боя, его пиратские офицеры уже завершили все приготовления.

— Командир!

— Господин, вы вернулись!

А среди пленных его внимание привлекла «палка», состоящая практически из одного только туловища. Присмотревшись, Айвен скривился от отвращения.

— Тц, какое жалкое творение.

Он обнаружил, что этот субъект был не только наполовину биологическим организмиом, а наполовину алхимическим механизмом, но даже в сохранившихся участках плоти явно прослеживались следы разнообразных колдовских модификаций.

Среди них он без труда узнал собственную Марионетку из плоти, Искусство сшивания Школы Некромантии, био-трансплантацию Школы Везалия, модификацию патогенов Школы Токсичной Чумы...

Живот и грудь покрывали густые, словно сороконожки, не до конца зажившие швы.

Как и следовало ожидать, его живот был набит отвратительными трансплантатами и какой-то другой дрянью.

Впрочем, неважно, он ведь не искал себе помощника. Изначально он как раз собирался создать проблемы этим еретикам-алхимикам ради второго тома «Ритуала плоти», так что этот неудачник, сам пришедший к нему в руки, подвернулся как нельзя кстати.

Заметив едва уловимое злобное выражение на лице Айвена, Самуэль вмиг растерял всю свою былую спесь и, извиваясь, взмолился о пощаде.

— Господин, не убивайте меня, я маг Алхимической школы! Я готов служить вам, живым от меня будет куда больше пользы!

— Не волнуйся, я знаю, кто ты такой. Если будешь сотрудничать, то получишь шанс сохранить себе жизнь.

Самолично укрепив на нём антимагическую печать, он велел пиратам строго за ним присматривать, и временно оставил этого еретика-алхимика в покое.

Прошло ещё около получаса.

Когда Рудольф с несколькими подчинёнными, наконец, выбрался на поверхность острова, обе группы объединились и, не обращая внимания на остальных, сразу же направились к берегу.

Хотя им удалось вырваться из лабиринта, в конце концов, это было логовище древнего божества, и они совершенно не собирались здесь задерживаться.

Вот только перед тем как ступить на борт одержавших убедительную победу и прибывших за ними кораблей, Айвен строго приказал всем своим людям не утаивать ни единого сокровища с острова, они должны были выбросить абсолютно всё. Ведь эти богатства не были его желанием, и он не был готов платить за них дополнительную «цену».

Он был абсолютно уверен, что сущность, о которой говорят «пребывающий в пучинах океана в ожидании часа возвращения на поверхность, чьи глаза видят всё вокруг, а уши слышат каждый шорох», всё ещё наблюдает за этим местом, пытаясь ухватиться за любую их оплошность, чтобы затем оставить их здесь навсегда.

Кроме того, что он лично предупредил военные корабли Тюльпанов, заботясь о своих, за мелкими проступками остальных Айвен следить уже не мог.

Неизвестно, что ещё пришлось пережить Рудольфу в лабиринте, но он принял в точности такое же решение, как и Айвен.

На борту «Утренней Звезды» Айвен посмотрел на одного из пленников.

— Проводник господин Уэллс? Настало время вам проявить себя.

— Да-да, господин, поверьте мне, я непременно безопасно выведу вас из Туманного моря.

Изумрудный Свет и Мертвая Кость уже благополучно спаслись, в то время как его покровитель Брэдли так и не появился.

В такой ситуации любой умный человек поймёт, какой выбор сделать.

Вскоре.

Силы двух пиратских королей почти не стали задерживаться для зачистки поля боя: флот поднял паруса и на максимальной скорости растворился в тумане.

Помимо флота Тюльпанов, за ними последовали несколько самых проницательных капитанов, в то время как подавляющее большинство кораблей устремилось к острову, усыпанному золотом и драгоценными камнями!

— Ха-ха-ха, все сокровища наши!

— Мы разбогатели!

...

А позади них, в месте, окутанном непостижимой пеленой.

С человеческой точки зрения, в колоссальном, грандиозном и в то же время невероятно искажённом дворце, погружённом в мрачный холод, раздавалось омерзительное бульканье мутных пузырей.

Высокий демонический бог в высокой шляпе, с восемью щупальцами, сжимая в руках длинную флейту, выводил визгливые мелодии, сливающиеся в единый хор с бульканьем грязной воды.

Словно он о чём-то тихо нашёптывал.

Но для человеческого уха эти звуки были неразличимы, а их смысл — непостижим.

Единственное, что можно было сказать наверняка — по Туманному морю уже разошлась круговая рябь, и это было лишь начало, а не конец.