***

​

​

Мальчик видел сон.

​

Сон о мире, идущем к гибели.

​

— Все на колени! Воплощение бога ведет нас!

— Смотрите на меня, ведь я — сын Его! Его именем я покараю белых!

​

Классовые конфликты, порожденные маной, резали ему глаза. Как сверхчеловек Аша возомнили себя аристократами, так и сверхчеловек Земли провозглашали себя сынами божьими.

​

— Мы так больше не можем! Чем усерднее мы работаем, тем беднее становимся, а богачи лишь бесконечно богатеют!

— Мы хотим хлеба!

​

Разрыв между богатыми и бедными из-за затянувшейся экономической депрессии пронзал слух. Плач голодных детей и крики разъяренных рабочих одновременно терзали барабанные перепонки.

​

— Пять демонов, перешедших через разлом, оскверняют наши земли и души! Нельзя больше терпеть! Священная война! Больше священных войн!

— Бог велик!

​

Зловоние из уст религиозных лидеров, жаждущих власти, и запах новых религиозных войн, ведущихся с оружием в руках, ударили в нос. Это был запах крови, пороха и горелых трупов.

​

— Заставьте господствующий класс дрожать перед лицом коммунистической революции! Пролетариям нечего терять, кроме своих цепей, а обретут они весь мир.

— Рабочие всех стран, соединяйтесь!

​

Пламя, которое, казалось, погасло, вспыхнуло вновь. Начавшись в империи и других странах, огонь революции, готовый сжечь весь мир, обжигал кожу. Поверх ожога от Нового Советского Союза возникал новый ожог.

​

Все сплелось воедино. Самозваные боги, жаждущие ложной власти; бедняки, мечтающие о равном конце; религиозные фанатики, жаждущие силы; революционеры, знающие лишь радикальные методы… Все они двигали стрелки часов.

​

Тик-так, тик-так, часы конца света на Земле неумолимо приближались к полуночи.

​

Никто не останавливался. Ибо верили, что конец еще далеко, а сила — прямо под носом. Верили, что без асимметричного оружия никогда не одолеть Америку.

​

Так и Земля, и Аша погибнут из-за собственной глупости. Это предрешенное будущее. Будущее, которое наступит, если мы не вмешаемся.

​

Имперская столица, исчезнувшая в ядерном пламени, — это лишь начало. Сотни тысяч погибших, даже не понявших, что произошло, — лишь превью.

​

Но это можно предотвратить. Если появится новый лидер, способный направить этот мир на верный путь, можно остановить любой конец.

​

Ты был рожден для этого.

​

В мире без Главного героя…

В мире…

…?

​

Но ведь имперская столица не подвергалась ядерному удару?

​

В этот момент, почувствовав неладное, мальчик проснулся.

​

​

***

​

​

Особенности американских боевых искусств можно описать одной фразой.

​

Простота — залог успеха. Чем проще, тем сильнее.

​

Вершиной этой особенности, как ни крути, был Альфа-луч — основное боевое искусство Альфы-1. Донельзя простое и ясное искусство: пускать красные лучи из глаз.

​

Насколько прост принцип, настолько же прост и способ защиты от луча. Либо быть достаточно быстрым, чтобы уклониться от преследования, либо отразить его более мощной силой.

​

Американцы, столкнувшиеся с Чхон Ёмёном, прекрасно знали об этом факте. Поэтому, как только они увидели красный луч, исходящий из его глаз, они смогли среагировать.

​

!

​

Первым был чернокожий телохранитель. Вместо того чтобы уклониться от Альфа-луча, он рефлекторно выбросил кулак. Но сила луча превосходила силу кулака, и красный свет пронзил его руку насквозь, начисто отсекая локоть.

​

— OFR!

​

Как только Ёмён собрался моргнуть еще раз, Чон Ёнсоп отдал приказ к ответным действиям. Оставшиеся двое телохранителей, не сговариваясь, взрывным образом выбросили ману, захватывая пространство.

​

Это было уже не просто похищение студента, а серьезная попытка противостоять боевому искусству из ранга Десяти сильнейших. Однако боевое искусство, к которому готовились телохранители и Чон Ёнсоп, было Жуайёз, а не Альфа-луч.

​

!!!

​

Прежде чем накопленная мана успела окутать их тела, второй и третий лучи с интервалом в мгновение прорезали комнату ожидания. Вскоре, под характерный гул лучей, конечности остальных телохранителей одна за другой отделились от тел.

​

Если бы они подготовились заранее, если бы хотя бы знали, что он использует Альфа-луч, они бы не проиграли так бездарно… но исход битвы всегда решается в долю секунды.

​

Единственным, кто показал достойный ответ, был Чон Ёнсоп. Имея в запасе мгновение, он взмахнул своим жезлом с колокольчиками, Хванджурёном, навстречу четвертому лучу.

​

— Восемь Божественных Генералов, Сесаль!

​

Синее заклинание, вырвавшееся вместе со сложной формулой, столкнулось с лучом. Дзинь! Чон Ёнсоп не выдержал удара и отступил назад.

​

Колокольчики на Хванджурёне задрожали, издавая шумный звон. Даже если это Альфа-луч, неужели это действительно сила студента? В тот момент, когда он, преодолевая шок, готовился к контратаке…

​

Вспыхнуло!

​

Пламя заполнило его поле зрения. Жар, более интенсивный, чем любое другое огненное заклинание. Это был Жуайёз.

​

Столкнувшись с жаром, Чон Ёнсоп стиснул зубы.

​

Два боевых искусства из Десяти сильнейших, подряд? Огюст был стариком с ПТСР, но этот ублюдок Альфа-1, он вообще…!

​

В голове проносились мысли, вызывая головокружение, но ситуация не давала ему передышки.

​

В мгновение ока, за одну секунду, нет, за долю секунды, он отбросил все лишние мысли и напряг мозг, ища лучший способ противостоять Жуайёзу и Альфа-лучу одновременно.

​

Вскоре разум нашел ответ. Нужно использовать силу Репризы, чтобы отмотать время назад.

​

Но его чувства отвергли разум. Сила, дарованная Пророком, была предназначена для борьбы с врагом судьбы.

​

Уж лучше получить Альфа-лучем, чем использовать эту силу против мальчишки, ровесника его сына, к тому же явно не являющегося Героем.

​

И это упрямство решило исход битвы.

​

— Самсальбан, Чесаль!

​

В тот момент, когда Чон Ёнсоп изо всех сил взмахнул атакующим заклинанием и полупрозрачное синее заклинание оттеснило пламя Жуайёза…

​

Красный луч пронзил его правое плечо.

​

​

****

​

​

Младшая из Сестер-жертв, «зеленая овца» Исис, помахала людям рукой.

​

— Спасибо за поддержку!

​

…Вы, ублюдки.

​

Злобные фанаты, не знавшие, какую брань она проглотила, ликовали, а репортеры без конца щелкали затворами камер. Исис еще раз фальшиво улыбнулась и сказала:

​

— Скоро начнется следующий матч, пожалуйста, вернитесь на трибуны!

​

Однако лишь немногие повернули назад. Большинство перелезали через ограждения, протягивая бумажки для автографов или тыча микрофонами, требуя интервью.

​

— Госпожа Исис! Если Ёмён победит сегодня, вы встретитесь с ним в следующем матче. Скажите пару слов о своих ожиданиях!

— В деревне спортсменов ходят непристойные слухи! Вам есть что сказать по этому поводу!?

— Насколько нам известно, вы заключили рекламный контракт с известной компанией нижнего белья. Вы случайно не носите его прямо сейчас?

​

От вопросов о следующем матче до откровенных сексуальных домогательств. Исис, раздававшая автографы фанатам, сдерживала импульс размозжить головы репортерам.

​

Те самые, что на прошлой Олимпиаде травили меня, призывая к самоубийству. Теперь еще и выпендриваются.

​

Она подавила вырывающуюся жажду убийства, схватила диктофон, который репортер сунул ей прямо под нос, и сказала:

​

— Прошу прощения, не могли бы вы обратиться с вопросами в наше агентство?

​

Конечно, никакого агентства у нее не было. Если уж на то пошло, самим агентством можно было назвать правительство Кореи.

​

Репортеры, достаточно сообразительные, чтобы понять ее предупреждение, быстро отступили. А те, кто не понял — хрусть! — отступили только после того, как она раздавила диктофон в своей руке.

​

— Ну что ж, всем удачи, возвращайтесь осторожно! Увидимся в следующий раз!

​

…Если встретимся в следующий раз, я действительно размозжу вам черепа. Проглотив проклятия с улыбкой на лице, Исис направилась в сторону комнат ожидания спортсменов.

​

Правительственные тренеры и телохранители, ожидавшие ее, пытались увести ее в деревню спортсменов, но Исис отмахнулась от них, сославшись на зятя.

​

Было поистине приятно видеть, как те, кто обычно выпендривался, требуя подчинения приказам, поджимали хвосты, стоило только упомянуть имя зятя.

​

«Те, кто просто наблюдал, пока меня донимали репортеры, еще смеют отдавать приказы?»

​

Конечно, вернуться в деревню спортсменов и помочь сестре было бы неплохо. Но она не была настолько глупой, чтобы упустить шанс остаться с зятем наедине. Для такой глупости вполне хватало Саломеи или сестры Сири.

​

Ну, в любом случае.

​

Коридор, ведущий к комнате ожидания зятя, был тих. Это было благодаря тому, что зять притворялся хулиганом и говорил, что «не любит, когда вокруг люди»… но, может, из-за этой тишины? Внезапно с той стороны коридора раздался грохот! Звук чего-то разбивающегося был отчетливо слышен. Это было направление комнаты ожидания зятя.

​

Как и у любого молодого дракона, тело Исис среагировало быстрее, чем она успела подумать. Она сорвалась с места и на полной скорости помчалась по коридору.

Вслед за остро натянутой маной одновременно готовились магия и божественная сила, и фон коридора быстро проносился мимо.

​

Когда до комнаты ожидания оставалось всего несколько шагов, кто-то попал в ее поле зрения. Преступник? Нет, знакомое лицо.

​

Лицо, которое корейцы ненавидели больше всего.

​

— …Чон Юнсон.

​

У него был такой уставший вид, будто он только что проснулся. Вроде бы он не наносил удар в спину зятю… Пока Исис скрытно завершала заклинание атаки, Чон Юнсон посмотрел на нее.

​

— А, Исис, как хорошо, что ты здесь.

​

— Хорошо, что я здесь?

​

— Мне казалось, что если я пойду один, будет трудно остановить… В общем, пойдем к Чхон Ёмёну.

​

— Вместе? С тобой? С чего бы это?

​

Когда Исис съязвила, лицо Чон Юнсона слегка помрачнело. Однако вместо объяснений он повернулся спиной и направился к комнате ожидания.

​

Это означало, что раз им все равно по пути, он не будет обращать на нее внимания.

​

Некоторое время сверля его спину взглядом, Исис обогнала его и помчалась к комнате ожидания зятя. Сейчас важнее был зять, а не Чон Юнсон.

​

И спустя мгновение, добравшись до комнаты ожидания зятя, она с грохотом распахнула дверь ногой и ворвалась внутрь.

​

— Зять! Ты в порядке…!

​

Увидев, что творится внутри, она не смогла закончить фразу. Из-за рук, аккуратно валявшихся на полу, словно срезанных лазером? Или из-за американских телохранителей, лежавших без сознания с отрубленными конечностями?

​

Нет, не из-за этого. Ее поразили слова Чон Ёнсопа, впечатанного в стену комнаты ожидания.

​

— Т-так вот оно что. Альфа-1 уже… а, знал… ты, ты… не Герой.

— ….

​

— Г-Герой этой эпохи… это мой сын.