Пока Чхэ Наён и Шин Джонхак ходили за водой, а Ким Сухо и Ли Ёнхан вовсю занимались разделкой свинины, Ю Ёнха поинтересовалась, нет ли у меня метлы.

Я вручил ей ту, что шла в комплекте с моим походным набором, и девушка принялась усердно подметать пол. Благодарю её стараниям, полуразрушенное убежище, до этого утопавшее в паутине, пыли и обломках кирпичей, превратилось в весьма приличную стоянку.

— Очень даже неплохо, – Ю Ёнха окинула взглядом проделанную работу и удовлетворённо улыбнулась.

Я тем временем установил портативную горелку, гриль и с комфортом устроился в походном кресле.

— Хва-а-ам… Ах да, послушай, я давно хотела спросить: почему я вообще не могу использовать магическую силу? На уборку этого места у меня ушло целых тридцать минут, хотя при обычных раскладах хватило бы и трёх, – спросила Ю Ёнха, сладко потягиваясь всем телом.

— Ты не можешь использовать ту ману, которую принесла с собой из нашего времени. Пригодная для этого мира энергия начнёт накапливаться в твоём теле только дня через два, а чтобы полностью освоиться с ней, потребуется как минимум неделя.

В оригинальной истории всё происходило точно так же. Мана прошлого, наводнившая мир сразу после Внезапного Призыва, разительно отличалась от стабильной энергии нашего времени. Она была куда более концентрированной, плотной, но при этом невероятно строптивой и тяжёлой в управлении. Каждому из них придётся знатно помучиться первую неделю, пока каналы маны не адаптируются. Однако в будущем этот опыт сослужит им отличную службу.

— А-а… Так вот в чём дело.

Этот голос принадлежал вовсе не Ю Ёнхе, а Ким Сухо. Он вместе с Ли Ёнханом как раз вернулся к костру и присел рядом со мной.

— Закончили?

— Ага, разложили всё аккуратно по частям.

— Эй, мы вернулись, – у входа показались Чхэ Наён и Шин Джонхак. Они аккуратно опустили на землю полные вёдра.

Ю Ёнха бросила быстрый взгляд на вёдра и притворно кашлянула:

— Кхм, ну что, может, уже сядем за стол~? – в её голосе отчётливо скользила радость от скорого свидания с раменом.

Теперь настал мой черёд. Я разжёг гриль, налил в котелок чистой воды и водрузил его на горелку. Сегодня в нашем меню значились сочная свиная грудинка и рамен.

Первым делом я выложил ровные ломтики грудинки на раскалённый гриль.

Пш-ш-ш-ш…

Мясо отозвалось аппетитным, ласкающим слух шипением. Едва вода в котелке забурлила, я забросил туда сразу несколько пачек лапши.

— Хе-хе… – Ю Ёнха переводила заворожённый взгляд с шипящего мяса на кипящий рамен с самым блаженным выражением лица, какое только можно было вообразить.

Спустя четыре минуты мы уже сидели тесным кругом вокруг исходящей паром еды, ведя неспешную беседу.

Свиная грудинка и рамен. Для Ким Сухо и Ли Ёнхана это была вполне привычная студенческая еда, чего нельзя было сказать об остальной троице, выросшей в холе и роскоши. Шин Джонхак и Чхэ Наён, несмотря на зверский аппетит, лишь нерешительно гипнотизировали свои порции взглядом. Глядя на них, Ю Ёнха тоже явно сдерживала свои порывы, боясь потерять лицо.

— Если поедите, ваша мана восстановится гораздо быстрее. Здешнее зверьё буквально пропитано концентрированной энергией, – подбодрил я их.

Услышав это, Шин Джонхак наконец первым потянулся за палочками. Заметив, что их негласный лидер сдался, Ю Ёнха с облегчением вздохнула и тут же наполнила свою чашу ароматной лапшой. Она аккуратно подцепила несколько нитей рамена и отправила их в рот.

Я тоже положил себе порцию, добавив к лапше сочный кусок поджаристой свинины.

— М-м?.. – Ю Ёнха, внимательно наблюдавшая за моими манипуляциями, недолго думая, подхватила кусочек грудинки и тоже опустила в свою пиалу, повторив моё сочетание.

Ам, ам.

Её аккуратный ротик заработал с невероятной скоростью, после чего девушка вдруг замерла, опустив голову. Её сжатые кулачки едва заметно подрагивали. Неужели это было настолько вкусно? Что ж, по её реакции сомнений не оставалось.

— Ох, чую, меня потом просто наизнанку вывернет от этой жирноты… – проворчала Чхэ Наён, но, глядя на уплетающих за обе щёки Джонхака и Ёнху, всё же решилась пойти на штурм свинины. Жирный, сочный кусок мяса исчез во рту девушки.

— Э?.. Да почему оно такое вкусное?! – сделав всего пару жевков, изумлённо пробормотала она.

Я лишь понимающе улыбнулся:

— Это ведь свинья, которая выросла на чистой мане.

— Что?

— Этот кабан обитал в зоне, где концентрация маны превышает показатели священной горы Пэктусан.

Животные, выросшие в условиях столь высокой плотности магических полей, по своим вкусовым качествам на голову превосходили любой домашний скот. Но поскольку подобные зоны в нашем времени почти всегда являлись строгой частной собственностью конгломератов, достать такое мясо было невероятно трудно и дорого. Проще говоря, эта свинина была «высшего класса», способной удовлетворить даже взыскательный вкус Чхэ Наён.

— Вау, серьёзно? Потрясающе! – Чхэ Наён принялась орудовать палочками с утроенной энергией. Почувствовав серьёзную угрозу своей доле, Ю Ёнха тоже заметно ускорилась.

Следующие тридцать минут над лагерем стояла оглушительная тишина, нарушаемая лишь довольным чавканьем. Когда с трапезой было покончено, Чхэ Наён сыто навела на меня кончик своих палочек:

— А тебе, кстати, удивительно идёт.

— М-м? Ты о чём?

— Да об этих волосах и бороде. Стал похож на какого-нибудь персонажа из исторических дорам. Ну, знаешь, из тех брутальных воинов, которые вечно строят из себя крутых одиночек.

Ким Сухо, сидевший по правую руку от меня, тоже с улыбкой вставил свои пять копеек:

— И то правда. Хаджин, у тебя борода растёт прям как у какого-нибудь иностранца.

— Как у западной модели?..

— Ну, насчёт модели не уверен.

«Западная модель»… Я горделиво расправил плечи, предпочтя промолчать. Пусть со стороны это и казалось случайностью, на самом деле я потратил немало времени, аккуратно подравнивая свою растительность на лице.

Однако в этот момент Ю Ёнха едва слышно пробормотал под нос:

— Ну да, видимо, чем меньше твоего лица видно, тем лучше ты выглядишь…

— Что? А ну повтори, я не расслышал.

— А-а где тут у нас водичка~? – судя по всему, фраза вырвалась у неё чисто подсознательно, так как она сразу же испуганно отвела взгляд в сторону.

— Кстати, а ты тут вообще мылся? Выглядишь, без обид, довольно чумазым, – без обиняков спросила Чхэ Наён.

— Конечно мылся. Стабильно раз в два дня хожу на местный ручей.

— Чего?! Эй, погоди, так вода, которую мы только что пили, она…

— Это совсем другой ручей, успокойся. К тому же мы её вскипятили.

— И всё равно как-то… – Наюн по-прежнему недовольно морщилась.

— Борода… – тем временем Шин Джонхак, сидевший рядом с ней, задумчиво потирал собственный подбородок. У меня закралось стойкое подозрение, что недели через полторы мы сможем лицезреть Джонхака с точно такой же щетиной.

Как бы то ни было, с шутками пора было завязывать. Я громко хлопнул в ладоши:

— Внимание, народ. Собираемся в круг. Сейчас я разложу вам текущую ситуацию по полочкам.

Этот прыжок во времени был делом рук призрака. Но какой бы могущественной ни была душа умершего, в обычных условиях она никогда бы не смогла забросить живых людей в далёкое прошлое. Путешествие во времени– это сакральный феномен, который доселе ни разу не фиксировался в магической практике. Чистой воды «чудо».

Однако этому призраку удалось сотворить крупицу подобного чуда.

— Он использовал Осколок Башни.

Я достал из кармана и продемонстрировал ребятам тускло светящийся фиолетовый кристалл, после чего повернулся к Шин Джонхаку:

— Башня Времени ведь находилась на территории Ведьминых гор, верно?

— Да... Мой дед полностью покорил её ещё двадцать лет назад.

Чудо. Только награда за прохождение Башни могла обладать силой, близкой к сотворению подобных вещей. Когда Башня оказывается полностью пройденной, она сжимается, оставляя после себя колоссальный сгусток чистейшей концентрированной маны. Эти так называемые «Кристаллы Башни» обладают самыми разными свойствами в зависимости от первоисточника. К примеру, левитирующий камень, удерживающий на плаву остров Клэнси, был Кристаллом Башни. Точно так же, как и океанический камень, и камень информации.

— Когда Башня Времени спрессовалась в Кристалл, часть её избыточной магической энергии вырвалась наружу. За долгие годы эти остатки сгустились и сформировали вот такой осколок, – я продемонстрировал им кристалл размером едва ли с ноготь. — Именно эта кроха и есть Осколок Башни. Призрак умыкнул его силу и затянул нас в этот записанный мир.

Записанный мир. Согласно концепции моего романа, это было нечто отдалённо похожее на параллельную вселенную, но со своими важными нюансами.

Ю Ёнха, судя по её лицу, смутно уловила суть, а вот Ким Сухо лишь озадаченно наклонил голову вбок:

— Записанный мир?

— Именно. Это замкнутое магическое пространство, которое с абсолютной точностью воспроизводит определённый отрезок прошлого. Оно функционирует по тем же законам физики, что и реальный мир, но при этом абсолютно никак не способно повлиять на наше настоящее.

— Оу…

Я продолжил вводить их в курс дела. Следующим пунктом шёл враг, которого нам кровь из носу необходимо сокрушить.

— И в этом самом месте заправляет Джинн, именующий себя Асурой. Его, точно так же как и нас, притянул сюда призрак. К слову, это не тот самый легендарный Асура, так что можете особо не паниковать.

Асура. Когда я впервые наткнулся на него здесь, у меня едва челюсть не отпала. Я ведь дал ему в черновиках вполне приличное и красивое имя Чхонхва (Тысяча Цветов). С какого перепугу он вдруг решил переименоваться в Асуру?! А если об этом прознает настоящий Асура, м?

— Он использует «кристаллы маны», чтобы стремительно накачивать свою силу.

Кристаллы маны – это естественные образования, возникающие при переходе высококонцентрированной энергии в твёрдое состояние.

— Прости, у меня вопрос, – Ю Ёнха вежливо подняла руку. — Но как он может становиться сильнее за счёт кристаллов маны? Человечество научилось безопасно использовать их только ближе к двухтысячным годам.

— Он их просто жрёт.

— Э?..

Для обычного человека употребление кристалла маны внутрь означало мгновенную и мучительную смерть. Даже если бы кому-то чудом удалось выжить, накопленная внутри энергия устроила бы такой конфликт с родной маной организма, что разорвала бы все внутренности к чертям. Однако этот Джинн являлся исключением из правил.

— Похоже, слившись с призраком, он обрёл уникальную способность. Его организм способен переваривать кристаллы маны без каких-либо побочных эффектов.

— Значит…

Лица ребят мгновенно посуровели. Здешний Асура определённо превосходил по силе свою первоначальную версию из романа. Впрочем, ситуация не была критической. Против других антагонистов мне пришлось бы несладко, но конкретно для этого самопровозглашённого Асуры я являлся идеальным противовесом.

— То есть, этот Асура – наш единственный противник? – уточнил Шин Джонхак.

Я покачал головой:

— Нет, есть кое-кто ещё. Но прежде чем мы перейдём к ним, я объясню, как нам выбраться отсюда обратно в своё время. – я перекатил фиолетовый осколок по ладони. — Как я уже говорил, этот Осколок Башни – фундамент, на котором держится весь этот иллюзорный мир прошлого. Асура разместил подобные кристаллы в ключевых точках этой зоны. Без них он не сможет удерживать материализацию прошлого.

— Значит, наша задача – выкрасть их?

— Именно. – я развернул перед ними карту собственного изготовления. — Один кристалл находится непосредственно в мэрии Квангмёна, второй – на водонапорной башне на северо-востоке, третий – на оружейном складе на западе, четвёртый – на стальной вышке на юге…

Всего нам необходимо собрать шесть таких кристаллов. Как только они окажутся у нас, мы соберём их в одном месте и одновременно уничтожим. Иллюзия прошлого тут же развеется, и мы вернёмся домой. Разумеется, Асура попытается натравить на нас все пять тысяч подконтрольных ему жителей Квангмёна, чтобы помешать этому.

— Если не считать саму мэрию Квангмёна, каждую из остальных пяти точек охраняет по одному доверенному приспешнику Асуры.

Пять приближённых Асуры. Если говорить положа руку на сердце, в прямом столкновении у меня не было бы против них ни единого шанса, какие бы уловки я ни изобретал. Тут всё упиралось в совместимость характеристик. Вот такой парадокс: я мог в одиночку одолеть их босса, но был абсолютно бессилен против его элитных слуг.

— Что ж… В таком случае план действий предельно ясен, – подытожил Ким Сухо.

Я согласно кивнул, попутно сладко зевнув. На часах был уже час ночи. Самое время для боковой.

— Время позднее. Объявляю пятичасовой отдых – это поможет вам быстрее восполнить запасы маны. Для начала… давайте распределим, кто пойдёт в ночной дозор.

***

Рассвет. Я открыл глаза, почувствовав лицом прохладный утренний ветерок. За сорок дней, проведённых в этом месте, я привык спать урывками. На протяжении всех шести недель одиночества мой сон редко длился дольше часа за раз – я никогда не знал, в какой момент могут нагрянуть враги. Был даже случай, когда мне пришлось целые сутки без движения просидеть на дереве, пока внизу патрулировали территорию.

— Хм-м.

Тем не менее, утренний воздух приятно освежал, а тело чувствовало себя отдохнувшим. Я выбрался из палатки, чтобы сделать лёгкую разминку. Подойдя к выходу из нашего полуразрушенного убежища, я застал на посту Чхэ Наён. На неё мягко падали синеватые полутона предрассветных сумерек.

Почувствовав мои шаги, девушка слегка повернула голову:

— Уже проснулся?.. – заметив меня, она тепло улыбнулась.

— Ага. Вижу, твоя очередь караулить.

— Да это проще простого.

— Вот как?

Заметив, что мои отросшие до плеч волосы растрепались, я привычным движением собрал их в хвост. Чхэ Наён тем временем разглядывала меня с нескрываемым любопытством.

— Слушай, а тебе самому с такими патлами не тяжело? Они у тебя уже почти такой же длины, как мои.

— Есть немного. Но я не могу их состричь, иначе рискую схлопотать проклятие от мага проклятий.

— У них там даже маг проклятий имеется?..

— Да. Ходит тут повсюду со своей куклой вуду.

Я неторопливо подошёл ближе к Наюн и лёгким жестом согнал её со своего мотоцикла, на котором она так уютно устроилась.

— Тц… – цыкнула она, но послушно перебралась на дежурный стул.

Усевшись, она устремила взгляд вдаль. Я проследил за вектором её мыслей. На горизонте лениво разворачивался утренний пейзаж. Небо ещё искрилось редкими звёздами, а земля внизу утопала в буйной, сочной зелени. Мне вдруг стало дико интересно, о чём думает Чхэ Наён, созерцая этот осколок давно ушедшей эпохи.

— О чём задумалась?

— А? Да так… Размышляла, почему этот призрак не мог перенести меня, скажем, в двухтысячный год вместо этого дремучего 1972-го.

— …

Я не был настолько непроходимым тупицей, чтобы не понять скрытый смысл её слов. Двухтысячный год – время, когда её мама была на самом пике своей жизни. Я молча перевёл взгляд на темнеющий вдали лес.

Внезапно Чхэ Наён обронила фразу, которая застала меня врасплох:

— Ну, уверен, ты и сам об этом думал.

— ?.. – я повернулся к ней. Девушка говорила тихо, упорно продолжая смотреть исключительно вперёд.

— Извини. Мне не стоило заводить такие разговоры при тебе. Просто забудь.

При её словах в моей памяти невольно всплыли образы моих собственных родителей. Впрочем, я поспешил отогнать эти мысли – они причиняли слишком много боли.

Заметив мою реакцию, Чхэ Наён, до этого украдкой наблюдавшая за мной, мгновенно сменила тон на более жизнерадостный:

— О, кстати говоря, моя мама ведь как раз родилась в 1972 году!

— Значит, она родила тебя в довольно зрелом возрасте.

— В те времена это было в порядке вещей. Она постоянно была по уши в делах. Уверена, в молодости у неё просто физически не хватало времени и душевных сил, чтобы заводить детей. – Наюн задумчиво побарабанила пальцами по сиденью моего мотоцикла, после чего тихо повторила: — Моя мама родилась в 1972 году... В больнице Сунгмо.

Больница Сунгмо. От нашего текущего местоположения до неё было от силы тридцать минут езды на мотоцикле. Если бы это был реальный мир, конечно.

— Мы не сможем пробраться в центр Сеула. Границы этого записанного мира жестко ограничены этой областью.

— А-а~ Вот оно как, – попытавшись скрыть накатившее разочарование за едва слышным вздохом, Чхэ Наён натянуто улыбнулась. — Какая жалость~