— Слушаюсь!

Хо Бон с энтузиазмом откликнулся на приказ.

Давно он не участвовал в настоящей битве — предвкушение боя заставляло кровь кипеть.

— Ну, кто первый?

Хо Бон вызывающе оглядел муриминов, затем поманил пальцем их лидера, Хон Пхаль Сона:

— Эй, ты же тут главный? Давай, покажи, на что способен.

Тон был снисходительным, словно мастер дает фору новичку.

— Да как ты смеешь, наглец!

Лицо Хон Пхаль Сона побагровело от ярости.

Главе пекинского отделения Ассоциации Мурима и нынешнему лидеру Клана Нищих было пятьдесят девять лет.

Достигнув пика Великого Мастера, он входил в элиту, именуемую «Двенадцать Звезд Мурима», и славился безмерным самомнением.

— Щенок, ты даже штаны подтягивать не научился, а уже тявкаешь на старших? Вместо того чтобы молить о пощаде...

— Щенок, говоришь?.. — Чон Ё Ун откровенно усмехнулся.

— Ах ты ж!..

Этот сопляк, которому на вид не дашь и двадцати пяти, смеет дерзить ветерану? Непростительно.

— Я научу тебя уважению!

Та-та-так!

Хон Пхаль Сон рванул вперед, используя шаги «Восьми Пьяных Бессмертных».

Двигался он хаотично, словно пьяный, но траектория оставалась непредсказуемой и молниеносной.

Пекинские муримины покачали головами.

Зная силу своего лидера, они были уверены: наглецу конец.

Правая ладонь Хон Пхаль Сона описала дугу, перекрывая пути к отступлению и целясь в жизненно важную точку.

Это была техника «Раскаяние Дракона» из легендарных «Восемнадцати Ладоней Усмирения Дракона».

— Получай!

— Куда?!

Хо Бон дернулся перехватить атаку, но Чон Ё Ун остановил его жестом:

— Нет. С этим разберусь сам.

— Что? Ах ты!..

Хон Пхаль Сон рассвирепел еще больше.

Его игнорируют?

Чон Ё Ун лениво вытянул указательный палец.

ТЫК!

— А?!

Палец Чон Ё Уна коснулся ладони Хон Пхаль Сона.

ХРУСТ!

Атака захлебнулась мгновенно.

Чудовищный импульс «Усмирения Дракона», идущий от ног, столкнулся с непреодолимой преградой.

От отдачи ноги Хон Пхаль Сона ушли в бетон по щиколотку.

Др-р-р!

— Ч-что происходит?

— Он остановил Ладонь Дракона... пальцем?!

Муримины не верили глазам.

Хон Пхаль Сон, вздув вены на лбу, тужился изо всех сил, пытаясь продавить защиту, а Чон Ё Ун стоял расслабленно, удерживая противника одним пальцем.

— Так кто из нас щенок? — спокойно спросил Владыка.

«К-кто он такой?!»

Глаза Хон Пхаль Сона забегали.

На таком уровне мастерства достаточно одного обмена ударами, чтобы понять истинную силу врага.

«Он скрывал силу?»

Нет. Просто Чон Ё Ун достиг уровня, когда мощь не ощущается, пока он сам этого не захочет.

Только равный ему, перешагнувший грань Верховного Мастера и достигший уровня Небесного Мастера, мог бы заметить скрытый потенциал.

Хон Пхаль Сон был силен, но эта вершина была ему недоступна.

«Позор!»

Лицо главы Клана Нищих горело.

Опозориться перед подчиненными — хуже смерти.

Нужно было что-то делать.

Он резко отдернул руку, отскочил назад и, сложив ладони в жесте уважения, произнес:

— Прошу прощения. Я не знал, что передо мной скрытый мастер. Не соблаговолите ли назвать свое имя...

Это был трюк.

Говоря эти слова, старик незаметно направил энергию в ногу, готовясь нанести подлый удар в пах.

Даже абсолютный мастер не устоит, если ему раздробят промежность.

Но...

БАМ!

— А-А-А-А-А!

Чон Ё Ун опередил его.

Он топнул ногой, пригвоздив стопу Хон Пхаль Сона к полу.

Удар был такой силы, что бетон раскрошился, а ступня превратилась в кровавое месиво.

— Старый нищий, твои уловки слишком примитивны.

— Угх... Ты... Ты-ы-ы...

— И этот рот.

Чон Ё Ун протянул руку к лицу врага.

ХВАТЬ!

— Уп!

Ладонь пробила визор шлема и вцепилась в губы Хон Пхаль Сона.

Хватка была железной.

— Слишком много болтаешь.

— Ммм! Ммм!

Хон Пхаль Сон попытался ударить ладонью, чтобы освободиться, но Чон Ё Ун был быстрее.

РЫВОК!

— Ы-ы-ы!

Резкое движение — тело мастера полетело на пол, но пальцы на губах не разжались.

ХРЯСЬ! БУМ!

— А-А-А-А!

Хон Пхаль Сон катался по полу, зажимая лицо руками.

Чон Ё Ун брезгливо отбросил в сторону оторванные губы вместе с куском кожи.

Муримины онемели от ужаса.

— У-у-у-у...

Хон Пхаль Сон завопил, брызгая слюной и кровью:

— Ш-што фы фтаиите?! Ф-фачите ефо! (Что вы стоите?! Мочите его!)

Без губ речь стала невнятной, а вид — жалким.

Но еще больнее было то, что никто не двинулся с места.

Их лидер, одна из Двенадцати Звезд, уничтожен в одностороннем порядке.

Кто в здравом уме полезет на такого монстра?

«Вы...»

Хон Пхаль Сон был в отчаянии.

Он думал, они помогут.

— А они не дураки, — заметил Чон Ё Ун, подходя ближе.

От его ауры веяло такой жаждой убийства, что Хон Пхаль Сон побелел.

«Убьет?»

Ирония судьбы.

Тот, кто приказал убить свидетелей, теперь сам боялся смерти.

Он пополз назад, бормоча:

— П-пофушай... Я... Я гхава пехинсхого оффеления... Есхи убьеф мени, Ашшосиация... (Послушай... Я глава пекинского отделения... Если убьешь меня, Ассоциация...)

ВЖИК!

Чон Ё Ун не стал слушать.

Взмах — и правая рука Хон Пхаль Сона отлетела в сторону.

— А-А-А-А! Моя уха! Моя уха!.. (Моя рука!)

Чон Ё Ун холодно произнес:

— И что мне твоя Ассоциация?

«О-он... не боится Ассоциации Мурима?»

Ассоциация — это власть.

За ней стоит правительство.

Никто не смеет бросать ей вызов.

Но Чон Ё Уну было плевать.

Владыка снова занес руку для удара.

Хон Пхаль Сон заверещал:

— Пофади! Пофади! Я офыбся! Я не ушнал мафтера! (Пощади! Я ошибся! Я не узнал мастера!)

— Ошибся? Плати за ошибку.

Мольбы не действовали.

В отчаянии Хон Пхаль Сон разыграл последнюю карту:

— У мени есфь дочфь! Она софсем одна! Есхи я умху, она профадет! (У меня есть дочь! Она совсем одна! Если я умру, она пропадет!)

Давил на жалость.

Чон Ё Ун посмотрел с презрением:

— Смешно. А у них, — он указал на выживших, — семей нет?

— Э-это...

Выжившие смотрели с ненавистью.

Человек, желавший убить их, чтобы прикрыть задницу, теперь ползал в ногах, умоляя о пощаде.

— Убейте его!

— Тварь! Он не заслуживает жизни!

Крики слились в один приговор:

— Смерть!

— Слышал? — усмехнулся Чон Ё Ун. — Глас народа.

Он занес руку.

— Н-нет! Не хочу умирахь! (Не хочу умирать!)

РЫВОК!

Желание жить было настолько сильным, что Хон Пхаль Сон, забыв о боли, прыгнул в толпу подчиненных, решив использовать их как живой щит.

— Думаешь, спрячешься?

Чон Ё Ун протянул руку, собираясь притянуть его телекинезом.

Вздрог!

«Что это?»

Внезапно в цех ворвалась волна чудовищно зловещей энергии.

Не просто холод — ощущение самой смерти.

Энергия была настолько мощной, что её почувствовал не только Чон Ё Ун.

— Ч-что это?

— Эта аура...

Муримины обернулись к входу.

Ш-ш-ш-ш!

Пол и стены у входа начали покрываться белым налетом.

Не лед — материя теряла цвет, словно из неё высасывали жизнь.

Серый бетон белел и рассыпался в прах.

«Мертвая зона» стремительно расширялась, подбираясь к людям.

— Не может быть...

Все замерли.

Сквозь стену просочилось Нечто.

Шух!

«!!!»

Призрак, но в три раза крупнее обычного.

Окутан сияющим облаком белых частиц, словно в свадебном платье из света.

— А-Альфа! Это Альфа!

Муримины сразу поняли: перед ними босс S-ранга.

Ключ к закрытию Врат.

«Дерьмо».

Хон Пхаль Сон выругался.

Альфа пришла сама, но сражаться он не в состоянии.

Он оглянулся: Чон Ё Ун тоже смотрел на монстра.

«Он заинтересован».

Любой мастер захочет убить S-ранга ради Ядра.

В голове созрел план.

Шанс! Если натравить этого монстра на Альфу...

— Посхушай! Сейчас не время драться! Давай объефиним сихы! Я огдам тебе Ядро, только... (Послушай! Сейчас не время драться! Давай объединим силы! Я отдам тебе Ядро, только...)

В этот момент...

— А-а-а-а! — закричал один из муриминов.

— Что там еще?

Хон Пхаль Сон обернулся и застыл.

Тень от Альфы коснулась ноги бойца.

Ботинок побелел. Затем нога.

Ш-ш-ш-ш!

— Ч-что за хрень?! Нога! Я не чувствую... А-а-а! Нет!

В мгновение ока тело побелело, словно статуя из мела, и рассыпалось.

Мертв.

— Б-бежим!

— Назад!

Муримины в панике отпрянули.

Альфа шла вперед, и мертвая зона вокруг расширялась, убивая всё, чего касалась.

Ш-ш-ш!

«Что за чудовище...»

К обычным Призракам нельзя прикасаться.

К этой твари нельзя даже приближаться.

— А?

Произошло нечто странное.

Вжух!

Из тела погибшего поднялось облачко частиц, сформировавшись в фигуру.

— Призрак!

— Из трупа вылез Призрак!

Лица людей побелели.

Самое жуткое — у нового Призрака было лицо того самого погибшего.

Словно душа стала монстром.

В шлемах затрещала рация:

Пш-ш! Это... пш-ш... Западная группа-1... Всем... группам... пш-ш...

Голос Пэн Нын Гёма.

Связь прерывалась.

Пш-ш! Среди Призраков... видели... членов восточной группы... Похоже... Призраки — это не монстры... это... люди... А?! Они используют боевые... пш-ш!

Связь оборвалась.

Но смысл был понятен.

— Невероятно...

— Значит, все эти Призраки, которых мы убивали... были людьми?

Муримины были в шоке.

Заметили сходство с людьми, но правда оказалась страшнее.

Альфа превращала жертв в новых Призраков.

Вжик!

Новый Призрак бросился на бывших товарищей.

— Ха!

Один из мастеров, Ха Хён У, глава врат Великого Спокойствия, выступил вперед, формируя Ци сабли.

— И что с того? Они уже мертвы! Если это товарищи, мы должны упокоить их души! Ха!

Он нанес мощный удар саблей.

Вжух!

Но случилось невозможное.

Призрак уклонился, используя технику шагов.

— Что?!

Более того, в руке Призрака сгустились частицы, образуя полупрозрачный меч.

— Меч?

Призрак атаковал.

Не просто взмах — полноценная техника меча.

«Меч Раскалывающий Облака» — коронный прием погибшего Кам Юна.

«Он использует боевые искусства?!»

Ха Хён У в панике попытался блокировать удар саблей, усиленной Ци.

Призраки боятся жара, блок должен сработать.

ДЗЫНЬ!

— Не может быть! Он заблокировал Ци?!

Призрачный меч выдержал удар реальной сабли, окутанной Ци.

Частицы клинка были настолько плотными, что имитировали Ци Меча.

Шух!

Призрак свободной рукой ударил Ха Хён У в грудь.

Тот рефлекторно попытался блокировать ладонью.

Касание!

— Кха!

В момент контакта тело Ха Хён У побелело.

Жизнь покинула мастера мгновенно.

Бум!

— Хён У-у-у! — закричал его друг.

Но это было только начало.

За спиной Альфы, проходя сквозь стены, начали появляться десятки, сотни новых Призраков.

«?!»

Это были муримины из уничтоженных южных групп.

Армия мертвых мастеров прибыла.