Ёну слез с отца и побежал к Сынёну. Тот поднял его на руки и ущипнул за пухлую щёчку.

— Ещё нет. Ёну, ты покушал?

— Да, дядя! От тебя потом пахнет.

— Потому что я тренировался. Иди поиграй, дядя сейчас примет душ.

— Хорошо!

Молча наблюдавшая за ними заведующая Кан тихо подошла и подобрала окурок. Квон Хидже, засунув руки в карманы, слегка усмехнулся, наблюдая за ним.

— Заведующая Кан, дайте ребёнку что-нибудь перекусить.

— Да-да, сделаю, господин Квон.

— Желательно фрукты.

— Поняла.

Заведующая Кан, ответственная за домашние дела, побежала к Ёну. Сынён взял пульт и выключил телевизор.

— Кофе будете?

— Нет.

Квон Хидже в деловом костюме, но без галстука, плюхнулся на диван в гостиной, запрокинул голову, прислонился к спинке и закрыл глаза.

— Ты точно не поедешь со мной в Таиланд, Чжу Сынён?

— У меня много дел в Корее. Если я уеду, кто позаботится о Ёну?

— Так ты, оказывается, прирождённый нянька?

— Всё благодаря вам, господин.

Сынён ехидно улыбнулся и подошёл к кофемашине.

Пока заведующая Кан заботилась о ребёнке, Чжу Сынён сам варил кофе. Своими умелыми движениями он легко мог бы убедить любого, что у него есть сертификат бариста. Свежие зёрна оставили на эспрессо плотную кремовую пенку.

Однако Сынён без сожаления вылил напиток на лёд. Горячая жидкость растопила кубики, и кофе тут же смешался с водой. Квон Хидже, наблюдавший за этим, протянул руку.

— Я передумал. Давай стакан.

Я так и знал.

Чжу Сынён передал кофе и сел напротив Квона Хидже с бутылкой спортивного напитка. Он, сжав лёд зубами, медленно поворачивал стакан, словно он был с виски.

— Ёну стал чаще капризничать. Вчера сказал, что ему нужна не просто учительница, а мама. Интересно, откуда этого набрался.

На его лице мелькнула сухая улыбка. Грозный Квон Хидже перед своим ребёнком превращался в обычного отца. Он беспокоился, что его сын, росший в закрытой среде, не сможет нормально социализироваться. А ещё переживал, что статус неполной семьи может травмировать ребёнка, поэтому постоянно окружал Ёну женщинами. Но все они, которых Квон Хидже приводил изображать мать, имели свои собственные цели, никак не связанные с мальчиком.

Для окружающих Квон Хидже был неотъемлемой частью корейского финансового мира, а также успешным руководителем крупной развлекательной компании. Под его контролем находилось более пятидесяти предприятий. Как легальные, так и нелегальные методы позволили ему расширить свою империю, что стало основой для всей группировки «Сихян».

Молодой, успешный и богатый предприниматель Квон Хидже.

Женщины пытались подобраться к нему под предлогом материнской заботы о Ёну, но все терпели неудачу. Квон Хидже не интересовался фальшивками — ему нужна была настоящая мать для его ребёнка.

— Ёну смышлёный мальчик. Не просто женщина, а именно мама.

Сынён усмехнулся, и Хидже, тяжело вздохнув, покачал головой.

— Он пока ничего не понимает.

— Я подыщу ему репетитора. В этот раз настоящего учителя, а не очередную фальшивку.

— Я слышу упрёк в твоих словах, Чжу Сынён.

— А разве не так? Я сам займусь этим вопросом.

Чжу Сынён поднялся и, оставив задумавшегося Квона Хидже, направился в спальню. Войдя в ванную, он начал раздеваться, открыл кран с горячей водой и включил экран, установленный на стене.

На нём появился фрагмент новостей, которые он смотрел недавно. Репортёр, оказавшись на месте аварии, описывал ДТП, указывая на сломанное дерево.

«Все три человека, погибшие в аварии, оказались обычными офисными работниками, а уровень алкоголя в их крови составил 3.7 промилле. Сообщается, что они выпивали в баре неподалёку и попали в аварию по дороге домой».

«Обычные офисные работники»? Смешно.

Что-то пошло не так. Машина должна была упасть в реку. Так и было задумано, план был идеальным.

Но автомобиль врезался в ограждение и дерево, а жертва, которая сидела за рулём, исчезла. Она сама выбралась? Или кто-то вмешался?

Сынён выключил новости и позвонил управляющему Яну.

— [Да, директор.]

— Что произошло? Почему трое? И почему они погибли не там, где должны были?

— [Прошу прощения, директор.]

Лицо Сынёна исказилось от злости после этих слов.

— Извинениями не отделаешься. Похоже, кто-то плохо выполнил свою работу. Ты хоть информацию о жертве собрал?

— [Все улики были уничтожены. Ничего нет.]

— Бля... Почему ты так хуёво работаешь в последнее время?

— [Простите.]

Сынён, мокрой рукой заправляя волосы назад, стоял под струями воды, всё ещё держа телефон у уха.

— Извинения не помогут. Найди всё, что связано с той женщиной. Сегодня же.

— [Да. Я постараюсь.]

Это невозможно. Чжу Сынён собственноручно стёр все данные из клуба.

Зная это, управляющий Ян всё равно ответил, что постарается. Это значило, что шансов нет.

Сынён бросил телефон на пол и провёл руками по лицу.

— Сука...

---

От пронизывающего холодного ветра губы Чэа посинели. Стоя в больничной одежде, она обхватила себя руками, пытаясь найти парковку, о которой говорил Чхве Сохун.

— Да. На какое-то время, вам, мисс Хан Чэа, придётся остаться здесь.

— Почему?

— Потому что это опасно. Я же говорил — по их плану вы должны были погибнуть.

Чэа глубоко вздохнула, чтобы не показать свой страх. Она должна была умереть.

Почему я?

Снова тревожные мысли накрыли её с головой.

Машина устремилась вглубь подземной парковки. Когда скорость снизилась, ярко-красные стоп-сигналы тянулись длинным хвостом. В тусклом освещении подземного паркинга были припаркованы дорогие машины, одна лучше другой.

Чхве Сохун остановился недалеко от лифта и, заглушив двигатель, сказал:

— Выходите.

Чэа, всё ещё настороженно глядя на него, вышла из машины и последовала за прокурором. Он по-прежнему ничего не объяснял, а она не стала спрашивать.

Её отражение в дверях лифта выглядело удручающе. Толстая повязка прикрывала рану на лбу, пальто прокурора висело на ней, как на вешалке, а немытые жирные волосы выглядели настолько плохо, что даже прикасаться к ним не хотелось.

Наверное, на них ещё и кровь…

Чэа вспомнила, как кровь стекала по лицу в момент аварии. От этой мысли ей стало противно, и она на мгновение зажмурилась.

Лифт остановился на последнем, 27-м этаже.

Из двух дверей, ведущих к пентхаусам, Сохун подошёл к левой — номер 2704.

— Сюда. Чуть позже добавим ваш отпечаток пальца, мисс Хан.

После короткого звукового сигнала дверь открылась. Квартира оказалась ещё более просторной и стильной, чем она могла себе представить. В воздухе витал приятный, свежий аромат. Весь дом отражал характер и привычки владельца.

Чэа стояла на пороге, не решаясь зайти. Чхве Сохун оглянулся, а потом подошёл и снял с её плеч своё пальто.

— Примите душ, потом начнём. Фильмы лучше смотреть в более комфортных условиях, не так ли?