Плач, однажды начавшись, не подавал никаких признаков прекращения.

Пока Висконс разбирался с ситуацией, Лин быстро покинул город с Люси на руках и, не имея другого выбора, был вынужден разбить лагерь за городскими стенами.

Люси всё это время пыталась помочь, но каждый раз, когда она пыталась пошевелиться, она снова впадала в шок и начинала плакать, отчего Лин поспешно поставил палатку и уложил героиню.

Люси сказала, что чувствует тревогу, когда Лин исчезал из виду, поэтому ему пришлось оставаться рядом с ней, носильщик, обливаясь потом, в одиночку готовил всё необходимое до возвращения волшебницы.

Когда Тигрия вернулась, уладив вопрос с Висконом, она лишилась дара речи от увиденной ею нелепой сцены.

Как человек, испытывающий к Линю чувства привязанности и вины, она совершенно не могла понять поведение Люси в городе.

В конце концов, отряду героя из трех человек пришлось из-за неё обосноваться на окраине города, где им предстояло провести предстоящие дни.

Слухи об инциденте, спровоцированном Люси, наверняка уже распространились по городу.

А сейчас, пока никто не знал, Люси слышала жестокий шёпот Бездны, отчего она снова начинала плакать, позже она слегка успокаивалась, но вновь услышав упрёки своего меча, порочный круг повторялся.

Раньше Люси извинилась бы и признала бы свою ошибку, но теперь ей оставалось лишь молчать, вспоминая, что Лин сказал Арсиль.

Прошёл день, и Люси так сильно плакала всё это время, что в итоге упала в обморок от изнеможения.

Невозможно представить, сколько слез ей пришлось выплакать, чтобы героиня, одна из самых сильных физически существ, настолько истощилась.

Неудивительно, что у неё не было аппетита.

Люси успела лишь проглотить немного воды, которую ей дал Лин, опасаясь обезвоживания, и после этого она наконец уснула от полного изнеможения и только тогда Лин смог выйти из палатки и потянуться.

Его тело затекло от того, что он целый день держал Люси на руках.

Однако, когда Лин вышел на улицу, он заметил, что Тигрия тоже выглядела подавленной, и вздохнул.

«Тигрия, меня такие мелочи не беспокоят» — сказал он.

Он уже привык к этому, можно даже сказать, стал равнодушен к таким вещам.

«Это совсем не мелочи» — мрачно пробормотала Тигрия.

То, что Лин вёл себя так, будто это не имело значения, не означало, что это не было важно.

Волшебница даже не могла представить, сколько Линю пришлось подавить и вытерпеть, чтобы бы не проявлять эмоций в данной ситуации.

Но Линя это совершенно не волновало.

Даже сейчас, пока всё это происходило, демоны, вероятно, собирались, и ему нужно было получить разрешение Висконса, чтобы быстро искоренить их.

Если всё не удастся, он будет действовать самостоятельно, но лучше будет, если это возможно, получить разрешение.

«Всё решено?»

Речь шла о запрете, который Висконс наложил на песню.

Песня, которая стала популярной под названием «Героиня покраснела».

Эту песню, рассказывающую о личной истории Люси и её страстной любви к Рейнхольду, звучала повсюду, и даже Лин не мог её игнорировать.

«Менестреля, исполнившего эту песню, поймали сразу же, оказывается, он даже использовал магию, чтобы исполнить её, за что Висконс наказал его поркой».

«Порка? Не слишком ли это жестоко?»

«Вовсе нет, его обвинили в богохульстве против героини и императорской семьи, так что он должен быть благодарен, что сохранил голову».

И вправду, тогда он должен быть благодарен просто за то, что остался жив.

Богохульство и измена были одними из самых тяжких преступлений в Империи.

Лин больше ничего не мог сказать по этому поводу.

«О, и они изгнали его из города».

«Это немного несправедливо, возможно, новость о разрыве помолвки до него не просто ещё дошла».

«Вот почему информация — это сила, да и не знание законов не лишает тебя ответственности».

Лин понимал важность информации.

Даже сейчас он страдал от осознания того, что воспоминания о из прошлой жизни, всё больше расходились с реальностью.

«А ещё из-за слов Висконса распространился слух, что Люси бросил Рейнхольд».

«Ну... честно говоря, это по-своему правда, не так ли?»

Проблема была в том, что её отвергли довольно жестоко.

Люси нравился Рейнхольд, но рыцарь не питал к ней никаких чувств.

Это был теперь очевидный факт.

Поколебавшись мгновение, Тигрия снова заговорила неуверенным голосом.

«Э-э...»

«Ага?»

«Они также говорят, что героиня утешается с носильщиком из-за своего разбитого сердца».

Воображение людей поистине не знало границ.

Это заставило его рассмеяться, хотя в глубине души это оставило у него чувство разочарования.

Когда все разрешится, ему, вероятно, придётся жить одному где-нибудь вдали от людей.

Чем больше времени проходило, тем больше ему не нравилось находиться среди других людей.

«Лин... где ты? Лин...?»

Из палатки донёсся слабый голос.

Люси снова проснулась после непродолжительного сна.

Её дыхание стало прерывистым, как только она заметила, что Линя нету рядом.

«Я здесь».

«Лин... ты вышел из-за меня? Я тебе помешала?»

«Нет, я просто не хотел мешать тебе спать».

«Нет, совсем нет, ты же знаешь, я не могу спать, не слыша биения твоего сердца».

Тигрия, прислушиваясь к разговору из палатки, почувствовала, как в ней нарастает раздражение.

Голос Люси, хотя и ослаб, и звучал едва заметно, но был с нотками зависимости.

Несмотря на то, что Люси была виновата, она продолжала цепляться за Линя.

Но Тигрия находилась в такой же ситуации, отчего ей было трудно критиковать.

Но у неё было такое чувство, будто Люси украла у неё Линя.

«Доставка почты!»

Не дав ей погрузиться в плохие мысли, пришло письмо от Всемирной почтовой службы.

Учитывая скорость доставки, даже получатель её собственного письма, должно быть, был несколько удивлен срочной просьбой Тигрии, но согласился с ней, раз выслал срочный ответ за огромную сумму.

Хотя она сделала это, не посоветовавшись с Линем, цель осталась прежней.

Волшебница взяла письмо и направился обратно в романтический город, пока носильщик успокаивал героиню.

«Проводить личную встречу два дня подряд... Не думаю, что у вас есть достаточно срочные проблемы для столь тесного общения, не так ли?»

Висконс по-прежнему сохранял снисходительное отношение, его зачёсанные назад волосы блестели от масла.

«Заместитель командующего, я запрашиваю разрешение на проведение операции по зачистке от монстров и демонических сил, которые в настоящее время собираются».

«…Твой тон изменился, раньше ты говорила как чопорная марионетка».

«Я не думаю, что мы когда-либо были теми людьми, которые в целом много общались с друг другом».

«……»

Висконс нахмурился из-за холодного ответа Тигрии.

Но если Тигрия и преуспевала в чём-то лучше Линя, так это в том, что не проявляла никакого интереса ни к чему, кроме своих непосредственных интересов, пока это не причиняло прямого вреда, поэтому она застыла с бесстрастным лицом, ожидая ответа на свой запрос.

Висконс усмехнулся и саркастически переспросил.

«И почему я должен это допустить, волшебница?»

«Даже если силы противника невелики, уровень угрозы зависит от того, кто ими командует».

«Вы хотите сказать, что это зависит от командира?»

«Пример: армия Лоуэллины славится своей военной элитой за счёт командования герцогини, но если принцесса без военного опыта возьмет управление армией города, они просто превратятся в хорошо обученную толпу».

На лице Висконса отразилась вспышка напряжения.

Заместитель командующего был прекрасно осведомлён об амбициях своей госпожи, герцогини Ирен, он не просто знал о них — он активно их поддерживал.

Однако открыто сравнивать свою госпожу с соперником и делать столь прямолинейное замечание перед всеми, кто мог за этим наблюдать, было делом рискованным.

«Но» — продолжила Тигрия — «если кто-то вроде вас, вице-командующего Гарена, или генерала Хайнела возьмет на себя командование, то эта элитная армия станет силой, с которой придется считаться, она будет способна выиграть сотню сражений».

«К чему ты клонишь? Демонические силы всегда действовали под руководством одного правителя, а с исчезновением Королевы Демонов нет командира, способного ими командовать».

«Вы, должно быть, уже получили сообщения о существовании Демонического отряда, все они исключительно умны и могущественны».

«У простого воина и генерала совершенно разные роли, насколько мне известно, этот отряд демонических воинов проникал на территорию нашей империи только для распространения пропаганды устрашения или участия в небольших стычках, нет никаких сообщений о том, что они командуют армиями».

«То, что они не проявили себя в роли лидеров, не значит, что они не способны на это».

«Если это так, то я ни в коем случае не могу дать разрешение на проведение этой зачистки, не зная всех сил противника».

«Даже если в бой отправится только отряд героя?»

«Вас будет всего двое, носильщик — это просто мёртвый груз, ваша затея по сути самоубийство».

«Теперь носильщик достаточно силен, чтобы иметь решающее значение на поле боя».

«Ну, я не видел его в действии, поэтому не могу знать».

Висконс полностью отвернулся.

«Я не дам разрешения на выдвижение войск».

При этом решительном заявлении Тигрия раскрыла свою последнюю карту.

«Знаете ли вы, что у меня есть прямая линия связи с королевской семьей?»

«…Вы хотите сказать, что собираетесь напрямую обратиться за одобрением к герцогине Декарлун?»

«Нет, совсем нет, это было бы... нарушением субординации».

Тигрия на мгновение замолчала.

«Но я обязана регулярно докладывать о текущем состоянии отряда героя, а также немедленно сообщать о любых особых происшествиях».

Особые происшествия? Лицо Висконса побледнело, когда он понял, что она имела в виду.

«Все вооружённые силы Лоуэллины издевался над носильщиком отряда героя, насколько мне известно, герцогиня Декарлун всегда была особенно недовольна подобным поведением».

«Это потому, что носильщик заслужил презрение солдат! Да и вы сами к нему так относились!»

«В любом случае, такое отношение выглядит нехорошо, особенно после успешного завершения миссии по убийству Королевы Демонов».

Висконс пытался спорить, но он прекрасно понимал, что его госпожа не одобрит подобные жалобы.

«И вдобавок ко всему — продолжила Тигрия — по всей Лоуэллине разносится эта неподобающая песня, которая практически разрушила психическое состояние героини Люсиены Эстель, об этом стоит немедленно сообщить».

Хлоп!

«Как ты смеешь мне угрожать?» — Висконс ударил кулаком по столу, в гневе вскакивая.

«Заместитель командира».

Даже когда Висконс пытался запугать её, Тигрия не дрогнула.

«Наш отряд героя сейчас разбил лагерь за городскими стенами, мы даже не можем войти в Лоуэллину из-за нервных срывов у Люсиены и издевательств над носильщиком».

«Ты!»

Сжав кулаки, Висконс быстро что-то нацарапал на листке бумаги, несмотря на спешку, почерк его оставался изящным и изысканным, скрепив документ своей печатью, он подал его Тигрии.

«Вот разрешение на зачистку, забирай и сгинь с глаз моих».

Но Тигрия, как всегда дотошная, внимательно проверила содержимое разрешения на месте, и только убедившись, что всё в порядке, она сложила бумагу и спрятала её в карман халата.

Затем она достала письмо, которое ранее получила от Всемирной почтовой службы.

«Заместитель командира».

«Что тебе ещё нужно… наглая ты девка!..»

«Я являюсь официальным представителем королевской семьи, назначенным непосредственно дворцом, поэтому всё, о чём я вам только что сообщила, уже доложено герцогине Декарлун, исполняющей обязанности правителя».

Висконс поспешно схватил письмо, которое передала ему Тигрия, он побледнел, узнав печать герцогини Декарлун.

«Я не обязана отчитываться перед вами, но я поделюсь тем, что передала герцогиня Декарлун».

«Герцогиня что-то сообщила отряду героя...?»

«Всё верно, сообщение было кратким».

Тигрия отряхнула халат и небрежно бросила слова.

«Я приношу извинения и сожалею о том, что случилось».

Это была вина Висконса, что его госпоже пришлось унижаться и приносить извинения.

Его лицо исказила уродливая гримаса.

«Я ожидаю дальнейшего гладкого сотрудничества, заместитель командующего».

Тигрия ещё тщательно спрятала разрешение на зачистку, выданное ранее.

Это поможет Линю.

Хотя она сделала это сама и без его разрешения, результат был бы полезен для него.

Конечно, Лин будет доволен.

Волшебница с нетерпением ждала радости носильщика.

Она не могла не почувствовать волнения, надеясь, что он похвалит её за усилия.

Но…

«Теперь ты чувствуешь себя лучше?»

«Нет… Я просто хочу побыть так ещё немного».

Как только она заметила вдалеке две обнимающиеся фигуры, шаг Тигрии замедлился.

Ей не терпелось показать Линю разрешение и получить его похвалу, но вид героини, прижимающееся к Линю и трущуюся щекой о его шею, заставил её волнение остыть.

Она извинилась перед героиней и помогла ей помириться с Линем, но Люси хотела лишь монополизировать его.

Тигрия провела весь вчерашний день и это утро, помогая Люси хоть немного восстановиться, поэтому теперь, когда её задача была выполнена, ей, несомненно, пора было быть с Линем.

По крайней мере, с этого момента и до вечера Лин должен был полностью принадлежать ей.

«Это несправедливо» — пробормотала Тигрия.

Она подумала, что, поскольку Лин им обеим нравится, они смогут вместе заботиться о нём.

«Я тоже хочу побыть наедине с Линем» — прошептала она.

Но бесконечная жадность Люси лишала её места возле него.

«Я тоже хочу поговорить с Линем».

Но правда была в том, что...

«Я хочу Линя для себя, только для себя, навсегда».

Медленными, тяжелыми шагами она несла себя вперед.

С каждым шагом в сердце Тигрии начали прорастать семена собственничества и ревности.

---

Редактор: Многие наверно заметили, что Тигрия могла не сообщать Ирен про ситуацию и всё равно получить разрешение, по сути она чисто чтоб навердить заместителю написала герцогине, так сказать, отомстила за Линя.

Всем спасибо за прочтение главы!