БУМ!

Тори резко пригнулся, когда мимо полетел обломок разбитой колонны.

Кусок льда пронёсся над головой и ударился в наполовину открытую дверь.

Та даже не дрогнула.

Тори остался пригнувшись и только поднял глаза.

Разум кричал: беги назад.

Перед ним бесновались две линии.

Тори и сам неплохо владел клинком, но благословения Виса не получил, поэтому глаза не успевали находить двоих сражавшихся впереди.

Он вспомнил, что произошло совсем недавно.

У ворот Ледяного замка поднялся шум, и Тори пошёл доложить императору.

— Подерёмся?

Именно эти слова императора он услышал, войдя в кристальный зал.

А перед троном стоял человек.

Почему здесь человек?

Почему император поднимается?

Два вопроса одновременно вспыхнули в голове.

Ответа не было, и мысли на секунду остановились.

Ошарашенный Тори увидел, как человек двинулся.

Ш-Ш-ШРАК!

Его броня выглядела так, будто состояла из отдельных чешуек виверны, соединённых вместе.

В руках было копьё.

Человек поднял оружие.

Император встал.

Между ними ощутимо сгустилось тяжёлое давление.

«Нападение».

Тори уже открыл рот — и человек исчез.

БУМ!

Грохот.

Невидимая сила ударила в тело и отбросила его назад, словно Тори попал под самый центр урагана.

Спиной он врезался во что-то твёрдое.

К горлу подступила тошнота.

Ещё удар — и пол внезапно оказался перед лицом.

Только тогда Тори понял, что впечатался лбом в землю.

Держась за голову и шатаясь, он едва успел увернуться от обломка и снова посмотрел вперёд.

Каждый раз, когда две мечущиеся линии сталкивались, по залу расходилась невидимая ударная волна.

Тори не мог заставить себя сделать шаг.

Возможно, его сейчас раздавит, как гоблина, случайно забредшего в драку орков.

Но взгляд оторвать не получалось.

В голове всё перемешалось.

«Он сражается с императором?»

Тори был первым фэйри, который покорился императору.

Для него император был богом.

Как ещё назвать существо, способное сделать то, чего не могут ни люди, ни орки, ни фэйри, ни дворфы?

Что сказать о том, кто творит невозможное даже для магов и достигает мест, куда не способен добраться ни один воин?

Сильнейший воин фэйри однажды сказал о драконе:

— Даже если всю жизнь оттачивать Вис, не получится оставить на нём и царапины.

Лучший маг фэйри высказался почти так же:

— Против императора магией не пойдёшь.

И что тогда за человек направил копьё на подобное существо?

«Кто ты вообще такой?»

Тори отчаянно хотел узнать ответ.

***

Вот же хитрый ублюдок!

Делал вид, будто безоружен, а потом вытащил из одежды ледяное копьё.

Похоже на разновидность магии.

Стоило императору двинуть ногой, как его тело будто стало больше.

В тот же миг я оттолкнулся от пола.

Мы оба без остатка выпустили убийственное намерение и рванули навстречу.

Два разгона столкнулись посередине.

Я повёл Драконобой снизу вверх.

Император выставил острие своего копья прямо навстречу.

Такой трюк не всякий циркач повторит.

Точка встретилась с точкой.

Сила — с силой.

БУМ!

Удар прошёл по рукам, вниз по телу и добрался до коленей.

Я инстинктивно согнул локти, опустил корпус и одновременно просел на ногах, рассеивая отдачу.

Отдыхать никто не собирался.

Впереди мелькнуло несколько новых уколов.

Я перехватил Драконобой за середину древка и закрутил копьё, как мельницу.

ДАН-ДАН-ДАН-ДАН!

Отбивая удары, отступил на три шага.

Сбрасывал силу и следил за траекторией ледяного копья.

Звуки вокруг исчезли.

В мире остались только император и я.

Драконобой и ледяное копьё.

Острие пошло в голову.

Я чуть сократил дистанцию и одновременно ударил левой ногой по голени.

Нога — в его ногу.

Копьё тем временем скользнуло вниз и пошло в бедро.

Такой обмен я мог позволить себе благодаря Драконьей Чешуе.

Император отдёрнул ногу и стянул вниз копьё, прежде направленное мне в голову.

Траектория оказалась настолько плавной, будто именно это движение и планировалось с самого начала.

Я ответил тем же.

Делал вид, что целюсь в бедро, а сам резко поднял оружие.

Целью было не тело.

Оружие.

Древко Драконобоя ударило по лезвию ледяного копья.

БУМ!

Ударная волна толкнула грудь.

Я повернул корпус, сбросил силу и отступил.

Император сделал почти то же самое.

— Крепкое.

Я пробормотал.

Он кивнул.

С таким неподвижным лицом в карточной игре цены бы ему не было.

— Разумеется.

Из чего сделал?

— Материал тот же, что у двери.

А-а.

То самое, что десять тысяч лет твердевало в сердце ледника?

Наверняка прочнее стали с гор Балтиса.

Почти уровень Драконобоя.

— Кто ковал?

Работа не хуже Райндохфа.

— Я.

Император указал на себя.

Рукастый гад.

Я нахмурился, глядя на тонкие предплечья.

— Такая сила в этих ручонках — жульничество.

Я собирался продавить его чистой мощью, раз оружие не ломается.

Не вышло.

Тонкие руки и худое подростковое тело показывали силу, превосходившую даже Дего.

Это уже нечестно.

И если кто-нибудь спросит, удалось ли хотя бы превзойти его техникой, я только головой покачаю.

Мгновенные решения.

Умение сбрасывать силу при контакте оружия.

Баланс, который не рушится даже при одновременной атаке вверх и вниз.

Такого не достичь одной природной одарённостью без огромного труда.

Даже если император — дракон.

То есть его мастерство копья явно намного выше девяноста.

Я покрутил Драконобой в руке.

Копьё взмешало воздух.

Император с тем же безразличным лицом поставил острие ледяного копья на носок и даже приподнял одну ногу.

Это не может быть боевой стойкой.

Дразнит меня?

Теперь я чувствовал точно.

Если сравнивать только владение копьём, император сильнее меня.

ХРУСТ.

Я наклонил голову в сторону, разминая шею.

Но значит ли это, что вариантов нет?

Снова взял древко обеими руками и направил вперёд.

Средняя стойка.

Одновременно выпустил Вис до предела.

Сила, покрывавшая всё тело, обрела форму, и поверх копья и брони легла тонкая голубая оболочка.

А это можешь?

Император сделал то же самое.

Всё тело окуталось серебром.

Вот как.

И Вис примерно моего уровня?

Я медленно и глубоко выдохнул и вспомнил всё своё копейное искусство.

А затем — голос артефакта, звучавший уже не раз.

[Владение копьём достигло предела.]

Девяносто девять.

Предел.

Что значит это слово?

Я умел пользоваться силой, которую дал артефакт.

Суть способности, полученной в награду за упорство и труд, заключалась в росте.

Я вспомнил самое начало — опыт, рост мастерства.

И сразу понял, что делать.

Глядя на меч Хвилькена, я повышал мастерство.

Общаясь с этими людьми, завершал собственное искусство копья.

Принцип прост.

А сейчас передо мной тот, кто владеет копьём лучше меня.

Если этот противник — предел, значит, я готов этот предел переступить.

БУМ!

Я изо всех сил ударил ногой в землю.

ДАН-ДАН-ДАН!

Копья встретились и сплелись.

Сжатый Вис сталкивался в воздухе и снова, и снова взрывался громом.

Я смешал в движения обман и специально показал маленькую щель.

Уклонился от прилетевшего укола.

Ледяное копьё ударило в колонну.

БУМ.

Колонна разлетелась и рухнула.

В потоке обломков я ткнул Драконобоем.

Император вернул оружие и скользящим движением отбил острие в сторону.

СКР-Р-Р-РАК!

Голубой и серебряный Вис встретились и породили радугу.

Между копьями одна за другой вспыхивали разноцветные искры.

Я попытался подсечь ногу.

Император поднял её, уходя, и тут же рубанул копьём сверху вниз.

Император уже танцевал.

И я тоже.

Танец, начавшийся с Тринадцатого вальса, стал танцем, насмехающимся над дуэлью.

А из него развернулся Оркестр безжалостного бога.

В какой-то момент я вообще забыл о противнике.

Острие прошло рядом со шлемом.

СКР-РАК!

Защита Виса была пробита.

Крепление забрала сорвало с одной стороны.

Оно повисло и мешало видеть.

Неважно.

Сейчас миром управляли пять чувств и шестое чувство.

Противник всё равно оставался передо мной яснее ясного.

Копьё в нижнюю часть тела.

Кулак в голову.

Между ними — ребро ладони.

Атаки приходили отовсюду совершенно свободно.

Укол вниз я избежал большим шагом назад.

Кулак, прилетевший вплотную в голову, принял болтающимся забралом, резко мотнув шеей.

БАХ!

Забрало окончательно отлетело.

А серебряный клинок, сформированный из ребра ладони, я встретил иначе: втянул шею и собрал Вис на лбу.

СКРРР!

По лбу будто прошёл прохладный ветер.

А затем оттуда вниз потекла горячая жидкость.

Неважно.

Тело уже двигалось само.

Копьё Абеля казалось суммой всех копейных школ мира.

Я воспроизвёл его технику.

Если бы Абель достиг восьмого этажа, его дождь копий выглядел бы так.

Сверху вниз посыпались сгустки Виса.

ДАН-ДАН-ДАН-ДАН-ДАН-ДАН-ДАН!

Император отбил каждый.

Человек, который, наверное, смог бы отбить даже настоящий дождь.

Пока он защищался, я вернул копьё и взмахнул полумесяцем.

Тяжёлый удар прошёл по диагонали через тело императора.

Но ощущения попадания не было.

Разрубленный силуэт стал послесвечением и исчез.

Когда он успел оказаться снизу?

Оттуда взлетело что-то тяжёлое.

Я рефлекторно отпустил древко, прижал обе руки к телу и сложил их крестом.

БУМ!

Удар встряхнул всё тело.

Я почувствовал, как пробивается Вис.

Ах ты подлый гад.

В тот миг, когда тяжёлая сила продавила грудь, всё стало понятно.

Этот ублюдок выше восьмого этажа.

ФУ-УХ!

Тело улетело в воздух.

Следом за мной рванула чёрная тень, и из неё хлестнула длинная серебряная плеть.

Нет.

Не плеть.

Копьё.

Копьё, поверх которого многократно наложен Вис.

Думаешь, я здесь сдохну?!

Я выкрутился в воздухе и схватил падающую серебряную линию рукой.

ХРУСТ!

Перчатка Драконьей Чешуи лопнула.

Другой рукой я машинально вытащил дымовую бомбу и швырнул вниз.

ХЛОП!

Дым взорвался.

Мгновение невесомости.

Император успел учуять запах до того, как облако его накрыло, и отступил.

Потом меня впечатало в поверхность.

ТУНГ! ТУ-ДУН!

Мир завертелся.

Я использовал отскок, перекувыркнулся назад и остановился.

Одно колено на земле.

Одна ладонь упирается в пол.

Я смотрел вперёд.

Дым закрывал глаза, но скрыть присутствие друг от друга не мог.

— Особый яд Пикси, ящерица паршивая.

Сразу после слов из глубины груди поднялось что-то горячее.

— Кхе!

Я закашлялся.

Передняя часть Драконьей Чешуи окрасилась красным.

По губам тоже потекла горячая жидкость.

Фух.

Чуть не сдох.

— Давно хотелось вырвать тебе рот за эту «ящерицу».

Голос императора донёсся из-за дыма.

— Попробуй.

Допустим, дракон реален.

Подействует ли на него яд?

Смешно.

Даже я, став Рыцарем Виса восьмого этажа, способен вытеснить большинство ядов из тела.

А дракон?

Нет, обычным ядом его не взять.

Но дракон не реален.

Дракон — воображаемое существо.

Он не принадлежит к существам, живущим в том же мире, что и я.

Дракон — бесплотная сущность, которая не способна существовать здесь, если не займёт тело того, кто живёт на этом континенте.

Если искать сравнение — что-то вроде призрака.

Дым не рассеивался, а собирался плотной стеной.

И яд в нём был далеко не обычным.

Смесь Пикси пугала даже меня.

Вдохнёшь как следует — и можно отправиться на тот свет.

Состав создавался специально против Рыцарей Виса, а я сам участвовал в испытаниях.

Совсем не безобидная штука.

— Насекомое. Назойливый человек.

Император пробормотал.

Впервые в голосе отчётливо прозвучало раздражение.

Что?

Можешь убить, а не получается — обидно?

Я вытащил из кармана проволоку с крючком размером с палец и бросил.

ДЗИНЬ.

Крюк зацепился за Драконобой.

Я дёрнул — и копьё скользнуло прямо в руку.

Поднялся.

Три-четыре глубоких вдоха — и боль уже терпимая.

За дымовой стеной невидимые глазу чувства буквально орали об опасности.

Ага.

Вот это уже дракон.

Бесплотная сущность, занявшая человеческое тело, перестала скрывать себя.

Позади человеческой оболочки Вис сгустился и обрёл форму.

Именно так люди всегда изображали дракона.

Массивное тело.

Два крыла.

Четыре лапы с когтями.

Огромная голова.

И чешуя, покрывающая всё целиком.

Говорят, в далёкой древности, когда драконы действительно существовали в мире, они выглядели именно так.

«А ведь правда ящерица».

Это была моя единственная мысль.

— Может, хватит играть?

Сказал дракон.

Поскольку сейчас он пользовался человеческой формой, бесплотное давление исходило от тонкой руки.

Император вытянул ладонь, свободную от ледяного копья.

Перед ней начал собираться дым.

Я видел это собственными глазами — и всё равно не верил.

Дым сжимался всё плотнее, пока не превратился почти в маленький камень.

Ну да.

Вот это уже похоже на дело.

— Я — прародитель магии и единственный верховный владыка, оставшийся на этой земле.

Пафоса хотя бы хватает.

— Я исполню великое желание — уничтожу всех людей — и вновь сойду на эту землю единственным богом.

Эй.

Это уже перебор.

— Поклонись.

Дракон показал настоящее присутствие.

Сгустившийся перед ладонью дым вдруг беззвучно исчез.

— Встань на колени и подставь шею. Я лично отрублю тебе голову.

Не смесь с человеком.

Чистое присутствие исходного существа.

По всему телу побежали мурашки.

Да уж.

Даже для меня требовать сражаться с таким чудовищем в одиночку — немного жестоко.

Ладно.

Попробуем.

Я снова сжал Драконобой.

Если бы собирался сдаться на этом месте, не начинал бы вообще.