На следующий день Элбридж вместе со старостой Тибо отправился к месту происшествия.

Староста с помощью магии разрыл землю, чтобы проверить корни растительного магического зверя, однако по их состоянию было невозможно с уверенностью сказать, мертво чудовище или всё ещё живо.

Но одно было ясно точно: по сравнению со вчерашним днем зверь выглядел совершенно обессиленным. Тибо явно испытывал облегчение даже от этого.

— То, что он еще не регенерировал — уже большое дело.

— Вы говорили, что в прошлый раз он восстановился за один день? — уточнил Элбридж.

— Да. И так, что любой бы заметил: он снова был цел и невредим. Сейчас ситуация выглядит намного лучше. Девять шансов из десяти, что он сдохнет… Но всё же нам стоит понаблюдать за ним ещё пару дней.

Всё складывалось удачно.

Однако Элбридж замялся, прежде чем высказать то, что тревожило его душу.

— Помочь всего один день и получить за это эликсир… Мне кажется, что это слишком щедрая награда.

Он мог сказать это только потому, что рядом не было Маркуса.

Конечно, Элбридж не собирался возвращать эликсир. Но ему стало бы спокойнее, если бы он мог помочь деревне чем-нибудь еще.

Однако староста лишь покачал головой:

— Главное не то, сколько времени вы на это потратили, а то, насколько сложную задачу вы выполнили. Знания о ядовитом вехе и мастерство, позволившее ввести его сок… Не будь у вас хотя бы одного из этих качеств, вы бы не справились с этим монстром и за десять лет. Пожалуйста, не чувствуйте себя обязанным.

— Вы точно в этом уверены?

— Абсолютно. Но если ваша душа всё же не на месте, то в течение тех нескольких дней, что вы здесь пробудете, можете помочь жителям с работой… Хотя нет. Будет здорово, если вы просто поиграете с заскучавшей детворой. Взрослые здесь постоянно заняты, поэтому мы не можем уделять детям достаточно внимания.

— И этого действительно будет достаточно?

— Более чем.

— Хорошо.

Только тогда Элбридж наконец почувствовал облегчение.

***

Элбридж вернулся в деревню, со всей душой настроившись развлечь ребятишек, но на этом поприще его уже вовсю опередил Ромбель. Местная детвора буквально глаз не сводила с дворфа, которого видела впервые в жизни.

«Раз так, то мне тут особо нечего делать…»

В итоге Элбридж решил использовать свободное время, чтобы преподать Маркусу несколько уроков владения мечом.

Однако скорость, с которой наемник осваивал клинок, превзошла все ожидания.

Даже будучи парнем, который в обычной ситуации махал мечом как попало, не имея никакой базы, он на удивление легко повторял движения, показанные Элбриджем.

— Вы ведь говорили, что никогда не обучались фехтованию?

— Да. Всё, что я умею — это то, что впитало мое тело во время беспорядочных реальных боев.

Физическая подготовка Маркуса была сносной, но его истинная ценность заключалась в голове.

Он почти никогда не забывал то, чему его учили хотя бы раз, и часто сам понимал смысл и ключевые моменты движений еще до того, как Элбридж успевал их объяснить.

«А он сообразителен. Я думал, он обычный наемник, но он оказался неограненным алмазом».

С такими талантами он превзошел бы многих паладинов.

Конечно, Маркус был уже не молод, и у него накопилось немало вредных привычек из-за хаотичного стиля боя. Но он был слишком хорош, чтобы закончить свою жизнь простым наемником.

— На сегодня давайте остановимся на отработке этого движения.

— С остальными движениями мне всё ясно, но… Я совершенно не понимаю, зачем нужно это последнее. Его же даже в реальном бою не применишь.

— Оно нужно, чтобы стереть ваши плохие привычки. Маркус, ваши плечи и верхняя часть тела слишком сильно раскачиваются при каждом шаге.

Поскольку авторитет инструктора был непререкаем, Маркус продолжил тренировку без лишних слов.

А за закончившим объяснения Элбриджем внимательно наблюдал один человек.

Тот самый мальчик, которому староста Тибо в первый день наколдовал лягушку.

«Кажется, его зовут Осрик».

Осрик подошел к рыцарю и спросил:

— Братик, а ты не мог бы и меня научить?

На самом деле, трудно было найти мальчишку его возраста, который бы не восхищался мечами.

— Научить могу. Но я не даю поблажек только из-за того, что ты еще ребенок.

— Ничего страшного. Я со всем справлюсь.

Большинство тех, кто так говорил, быстро сдавались.

И Осрик не стал исключением.

Чтобы десятилетний мальчишка мог вынести тяжелые тренировки, помимо упорства, нужен был мощный мотив, перекрывающий все трудности. Например, глубокая психологическая травма.

Но Осрик был обычным ребенком, не переживавшим никаких потрясений, поэтому он быстро выдохся и плюхнулся на землю.

— А можно мы продолжим тренировку попозже, а сейчас ты расскажешь мне какую-нибудь интересную историю?

Типичная детская реакция.

Да и Элбриджу это было куда больше по душе, чем мучить Осрика тренировками.

— Интересную историю? Хм. Что бы тебе рассказать…

Элбридж решил поведать мальчику историю о Священном городе Соленионе.

Когда спокойный рассказ Элбриджа дошел до Великого Фестиваля, Осрик издал звук восхищения.

— Вау. Каких только богов не бывает на свете.

— Именно. В мире до сих пор полно богов и религиозных орденов, о которых я даже не подозреваю.

— Когда-нибудь я обязательно должен побывать в Соленионе. Хотя бы из любопытства, чтобы посмотреть, как живут люди из других орденов…

— Из других орденов?

Последняя фраза Осрика наводила на одну мысль.

О том, что абсолютно все жители этой деревни поклоняются Богу Вечного Плавания.

Конечно, случаи, когда люди, верующие в одного бога, собирались вместе и основывали деревню, не были редкостью.

Но Элбридж всё равно насторожился. Особенно после недавних событий в горном городе Баркунтоле.

— Осрик. А вас тут, случайно, взрослые не ругают, если вы решите поверить в другого бога?

— Нет, не ругают.

— И всё же в этой деревне нет никого, кто последовал бы за другим богом?

— Ну… получается, что так.

— Должно быть, сила, которую дарует Бог Вечного Плавания, очень нужна вашей деревне?

— Ага. Нам говорили, что если следовать за Богом Вечного Плавания, то деревня всегда будет жить в мире и согласии.

Сила, весьма похожая на силу Бога Медной Чаши, символизирующего мир в общине.

Было ли дело в божественной силе или нет, но деревня и правда выглядела дружной и мирной.

Однако на этом слова Осрика не закончились.

— И есть еще одна, самая важная вещь…

— М?

— Я говорю тебе это только по секрету, потому что ты кажешься хорошим человеком. Но ты не должен рассказывать взрослым, что это я тебе рассказал. Понял?

Маленьким детям очень трудно хранить секреты. И Осрик не был исключением.

Элбридж инстинктивно почувствовал, что сейчас услышит нечто необычное.

— Договорились. И что же это?

— Я слышал, что однажды, когда этот мир будет разрушен, только Бог Вечного Плавания сможет спасти нас.

— …?

Элбридж с трудом пытался осмыслить услышанное.

— Я не совсем понимаю, о чем ты. Можешь рассказать чуточку подробнее?

— Нам сказали, что наступит день, когда люди больше не смогут жить на земле. И когда это случится, только Бог Вечного Плавания сможет нас спасти.

— …Вот как? И каким же образом он вас спасет?

— Бог Вечного Плавания приготовил деревню, точь-в-точь как наша, высоко в небесах. Чтобы, даже если земля будет уничтожена, жители нашей деревни смогли мирно жить на небесах.

Элбридж не поверил своим ушам.

Ни в одной религии не проповедовали подобных историй.

Что еще за грядущее разрушение мира? Он никогда не слышал ни о чем подобном ни от одного ордена.

Даже если бы нечто подобное существовало, и если бы простой верующий мог об этом знать, то Элбридж, как единственный паладин своей богини, узнал бы об этом самым первым.

А история о деревне на небесах звучала еще более нелепо.

Насколько было известно Элбриджу, не существовало бога, способного по своему желанию возносить верующих на небеса. Тем более бог, не имеющий ни единого места в Пантеоне.

К тому же история о небесной деревне подразумевала еще одну деталь.

Мало того, что каждый житель деревни служил Богу Вечного Плавания — это означало, что абсолютно все, кто служил Богу Вечного Плавания, жили именно в этой деревне.

До сих пор самым закрытым богом, которого Элбридж когда-либо встречал, был Бог Стальной Наковальни. Но даже он не считал, что все его верующие обязаны оставаться в горном городе. Он лишь пресекал приток иноверцев.

Элбридж не подал виду и просто подыграл мальчику:

— Какой, оказывается, у вас невероятный бог. Аж захотелось узнать о нем побольше.

Осрик, удовлетворенный такой реакцией, с явным облегчением на лице продолжил:

— В общем, если покажется, что миру приходит конец, ты тоже приходи к нам в деревню вместе с теми двумя дядьками и начни верить в Бога Вечного Плавания. Наш староста — хороший человек, так что он наверняка примет еще троих.

— Обязательно так и сделаем. Спасибо, Осрик.

Элбридж погладил Осрика по голове и с напряженным лицом поднялся с места.

***

— Богиня.

Богиня Ржавого Щита, видимо, смотрела куда-то в другую сторону, потому что не отреагировала на зов сразу.

— Богиня. Богиня.

Только после того, как Элбридж с расстановкой позвал ее несколько раз, она запоздало отозвалась.

— Мое самое возлюбленное дитя. Твоя богиня здесь.

— Богиня. Я с таким нетерпением ждал вас.

Богиня Ржавого Щита принялась оправдываться.

— Элбридж. Богиня Весеннего Дождя и Мха принесла мне угощения из своих подношений, поэтому я немного задержалась. Это не значит, что твоя богиня пренебрегает своим единственным паладином и отвечает с опозданием. Это была встреча, чтобы пожелать друг другу получить не одно, а целых два места в конце года, так что я никак не могла отказаться.

Однако, несмотря на оправдания, Богиня Ржавого Щита казалась немного довольной. Должно быть, ей польстила ситуация, когда Элбридж так отчаянно искал ее внимания.

— Я также искренне надеюсь, что у вас будет два места, и приложу все усилия, чтобы мы могли рассчитывать даже на три.

— Твоя богиня с радостью принимает твои намерения, Элбридж. Но скажи, зачем ты так отчаянно звал меня? Обычно такого не случается…

— По очень важному делу. Из-за Бога Вечного Плавания.

— А, та мелкая рыбешка, у которой нет ни одного места… Да. И в чем же проблема? Неужели этот выскочка не знает своего места и посмел затеять ссору с единственным паладином твоей богини?

— Нет. На самом деле, совсем недавно…

Элбридж пересказал Богине Ржавого Щита историю, которую услышал от Осрика.

Услышав это, Богиня тоже стала серьезной.

— Разрушение земли? Твоя богиня никогда о подобном не слышала. А создание небесной деревни для верующих — это вообще небылица чистой воды.

— Я, конечно, никогда не заглядывал на небеса, но подумал о том же, поэтому и обратился к вам с молитвой.

— Я разузнаю об этом поподробнее. Что за фрукт этот Бог Вечного Плавания…

Реакция богини заставила подозрения Элбриджа, которые только-только начали утихать, вспыхнуть с новой силой.

Имя бога, о котором никто никогда не слышал. Совершенно чуждое учение. Искусный маг, называющий себя архиепископом.

Всё это от начала и до конца было очень странным.

Элбридж начал осторожно бродить по деревне, следя за перемещениями старосты Тибо.

«На первый взгляд в нем нет ничего странного…»

Тибо был занят весь день.

В отличие от многих надменных магов, он активно применял свою магию, чтобы помогать жителям. А когда магию использовать было нельзя, он засучивал рукава и помогал людям вручную. Когда же он выматывался так, что едва мог двигаться, он шел играть с детьми.

Возможно, именно благодаря таким поступкам жители деревни не испытывали робости перед своим старостой и по совместительству архиепископом, искренне обожая его.

И всё же Элбриджу удалось разглядеть на лице Тибо едва уловимое чувство вины.

***

Элбридж подозвал Маркуса с Ромбелем и поделился с ними своими мыслями.

Выслушав его, оба согласно кивнули.

— А ведь и правда странно, если подумать. Как такое может быть: архиепископ есть, а храма нет? — произнес Ромбель.

На слова дворфа Маркус выдвинул контраргумент:

— А разве дом старосты не служит им заодно и храмом? Это, конечно, тоже странно… но это не значит, что храма совсем нет.

— И в таком храме они селят чужаков? Чушь собачья.

Мнения разделились, но вывод был один.

— Для начала давайте осмотрим дом старосты.

К счастью, все трое жили и питались в доме старосты Тибо, так что их нахождение там не вызвало бы у жителей никаких подозрений.

Осматривая дом, Маркус поднял тонкую книжицу и сказал:

— Взгляните сюда, сэр Элбридж. Вот же книга с учением. Как я и думал, этот дом одновременно служит им и храмовым пространством.

Священное писание было одним из самых типичных предметов, хранящихся в храмах.

Но Элбридж придерживался иного мнения.

— Здесь нет более важной вещи.

— Какой же?

— Книги Откровений. Книги, в которой каждый орден записывает все полученные до сих пор божественные оракулы. Она обязательно должна находиться в резиденции архиепископа или в храме.

Конечно, Книга Откровений Ордена Ржавого Щита хранилась в храме Солениона, а не в походном рюкзаке Элбриджа. Если бы Элбридж записывал абсолютно все откровения, которые получал от богини, это стало бы весьма богохульным деянием само по себе.

Но это был крайне редкий случай. Почти все остальные ордена хранили Книгу Откровений в своих храмах.

— Может, он ее спрятал?

— Это не та вещь, которую есть смысл прятать. Наоборот, её обычно выставляют напоказ с великой гордостью.

Внимание Ромбеля привлекло нечто иное. Бесчисленные религиозные символы, расставленные по дому.

Чаши, керамика. Всякий хлам, отдаленно напоминающий святые реликвии.

Острый глаз дворфа подметил одну странность.

— Вот этот кусок ткани выставлен тут как святая реликвия, но ему от силы лет двадцать-тридцать. А эта керамика… Это просто старая антикварная ваза, на которой вырезали эмблему ордена. Видите здесь следы? Орнамент выскребли ножом и залили краской.

Подозрительно. Чем больше они присматривались, тем подозрительнее всё это выглядело.

Пока все трое, сгрудившись вместе, внимательно разглядывали керамическую вазу, раздался знакомый голос.

— На что вы там так внимательно смотрите?

— …!

Элбридж и Маркус вздрогнули от неожиданности.

Это был староста Тибо. Он незаметно вошел в дом и теперь смотрел на их троицу.

Однако Ромбель, казалось, даже не заметил его появления.

Не поднимая головы, он продолжал внимательно изучать вазу и произнес:

— На что смотреть? Подойди и взгляни сам. Тут трещины видны.

— Трещины? — переспросил староста Тибо.

— Ага. Вот здесь…

Тибо наклонил голову, чтобы посмотреть туда, куда указывал Ромбель.

И в этот самый момент Ромбель, словно молния, взмахнул керамической вазой, которую держал в правой руке, и со всей силы обрушил ее на висок старосты.

Хрясь! Дзынь—

Керамика разлетелась вдребезги, а староста Тибо, потеряв сознание, безвольно осел на пол.

— …

От такой внезапной развязки Элбридж и Маркус лишились дара речи.

Как теперь выпутываться из этой ситуации?

После короткой паузы Ромбель пожал плечами и невозмутимо сказал:

— Честно говоря, у нас же не было другого выхода, верно?