— ...

Элиша рассматривала его. Однако когда мужчина поднял на неё свои красные глаза и посмотрел в ответ, она быстро опустила взгляд. Ей было интересно, что его слова значат, но она решила не задавать лишних вопросов.

Кэрол поспешно шагнула вперёд, встав между ними.

— Верховный генерал, пожалуйста, пойдёмте со мной в поместье... Садитесь в мою карету и...

— У меня есть свои стандарты, леди, — резко сказал Люцерн, прерывая её, хотя в его словах появился намёк на вежливую речь, но они всё ещё звучали оскорбительно для Кэрол. — Если бы я отправился в поместье с вами, все вообразили бы, будто у меня роман с женой моего кузена. Хотите стать предметом насмешек своих слуг? Если нет, то не стоит быть такой опрометчивой. Тем более, мне противно думать, что между нами что-то на самом деле может быть.

Лицо Кэрол побледнело. Её губы задрожали, как у ребёнка, который вот-вот расплачется.

Всё это время Элиша не поднимала светловолосой головы, продолжая сохранять вежливый поклон.

---

— Убедитесь, что работа той девушки будет подальше от поместья Джейкоба. Если Люцерн, которого не интересуют женщины, возжелал её, то Джейкоб также захочет её. Кэрол взволнована этим, — сев в карету, прошептала Кэрол своей помощнице, няне. Няня согласно кивнула в ответ.

— Вы не жестокая девушка. Следовательно, вам нужно быть осторожнее.

— Да, Кэрол собирается отругать служанок, когда Люцерна и Джейкоба не будет рядом. Но не сегодня. Это заставит их помалкивать.

---

— Этот чёрная карета...

Экипаж шумно затормозил у главного входа огромного поместья.

Дворецкий, который всё это время смотрел в окно пустым взглядом, внезапно распахнул глаза шире в удивлении, и бросился к входной двери.

— Прибыл младший внук!

А вот и Люцерн, от которого даже кровь герцога Картье стыла в жилах! Верховный генерал, безжалостный и жестокий убийца, прошедший через ад войн.

Узнав об этом, слуги принялись шептаться между собой.

Шаг. Шаг.

Люцерн шагал по ковру песочного цвета, вышитому золотыми нитями. Его люди, одетые в рыцарскую форму, следовали за ним.

Когда он, наконец, остановился, один из слуг герцога встал на колено и натёр до блеска его прекрасные кожаные сапоги. Стоило слуге завершить свою работу, Люцерн дёрнул ногой, словно отряхивая с подошвы грязь. Так он проявлял своё превосходство.

Слуга отступил на несколько шагов, а вместо него пред Люцерном встал дворецкий, который продолжал взволнованно потирать ладони.

— Добро пожаловать, сэр Люцерн. Герцог ожидает вас.

— Я принёс интересный подарок к дню рождения герцога.

— Он предпочтёт, чтобы вы называли его "повелителем".

На эти слова Люцерн ответил с усмешкой:

— Как типично для него.

Словно титул, данный империей, был ничем по сравнению с его положением главы семьи. Его дед всегда подчеркивал, что он патриарх Картье.

— Но этот мешок, случайно, там не... — дворецкий заметил, что большой мешок на плечах его людей словно начал промокать, поэтому захотел спросить о том, что внутри.

— Осторожнее с кровью, — прошептал Люцерн. При этих словах его сопровождающие улыбнулись и наклонили мешок, и капли крови громко полились на ковёр.

— Это подарок на день рождения моего дедушки.

— Что вы имеете ввиду? Что там внутри?

Дворецкий сомневался в своих глазах. Ведь кровь, что лилась перед ним, была зелёной.

— Он сам сказал мне принести подарок на день рождения в этом году.

Люцерн говорил далеко неуважительно, ведь старик должен был уже вот-вот отойти в мир иной. Дворецкий сделал вид, что не расслышал его слов.

— Я нашёл кое-что особенное. Подарю самую качественную кожу в мире.

— ..!

Дворецкий испуганно воскликнул, увидев часть шеи дракона, виднеющуюся из мешка.

---

Дворецкий позвал слуг, чтобы они украсили голову дракона и каким-либо образом сделали её похожей на подарок.

Слуги выполняли его приказ едва не плача, и украсили голову дракона, которая была размером со взрослого мужчину, шёлком и цветами.

— Это действительно Люцерн де Кайас? — шёпотом спросил один слуга своего старшего коллегу, который очень долго работал в этом поместье.

— Да.

— Не могу поверить, он незаконнорождённый... скорее — больше, чем кто-либо...

— Да, знаю, этот его гордый взгляд благороднее, нежели у прочих чистокровных дворян.

— Да.

Слуга кивнул, услышав то, о чём сам подумал. Человек со сверкающими красными глазами и блестящими черными волосами. Ему показалось, что он увидел бога, спустившегося с небес. Гость был величественным, статным и могущественным. По сравнению с ним внуки семьи Картье...

Слуга тут же перестал думать об этом, так как не имел на это абсолютно никакого права. Герцог Картье и его семья не приветствовали слуг, у которых были собственные мнение и мысли. Им нужны были только послушные исполнители прямых приказов, не более.

---

Обод огромного резного серебряного стол был усыпан алмазной пылью. Столешница была покрыта шёлковой тканью. Однако в центре можно было увидеть не бесконечное количество еды, на таком же бесконечно большом столе, а голову мёртвого дракона с высунутым длинным языком.

Пёстрые цветы украшали голову дракона. Это крайне странное и гротескное зрелище. Рядом со всем этим, Люцерн спокойно пил чай.

— Мой дедушка не придёт. Я ухожу в свою комнату.

— Пожалуйста, подождите. Он будет готов через минуту... — дворецкий смущённо попытался уговорить его подождать ещё немного.

"Готов"? Странное слово. Люцерн нахмурился в тот момент, когда дверь открылась. В комнату вошли женщины в пёстрых платьях.

— Что это?

— Это... — дворецкий быстро и обеспокоенно зашептал Люцерну на ухо: — Все они падшие аристократки, семьи которых обладали высоким титулом, но в итоге всё потеряли... Ни у одной из них нет ни единого родственника, следовательно, они единственные наследницы титула их семей...

— Вы ещё не сдались? Что это за абсурдная ситуация?

Гнев словно сочился из самого сердца Люцерна. Женщины вздрогнули от пугающей яростной энергии, исходящей от него. Но они не ушли и остались стоять пред ним. Брак с самым красивым генералом империи был слишком желанным для павших дворянок.

— Прочь, пошли вон!

Когда выражение лица Люцерна стало откровенно угрожающим, дворецкий быстро выпроводил девушек.

— Что сказал мой дедушка?

— Он сказал: "Во имя наследования пэра". Это абсолютно необходимо для того, чтобы вы стали настоящим аристократом.

— И? — рыкнул Люцерн.

— Есть ли смысл отдавать другим земли, которые были завоёваны вами?

— Ха.

Люцерн засмеялся, он носил звание генерала, но по статусу был рыцарем. А следовательно своим детям он мог бы передать только этот статус. Ни титулов, ни земли.

Это был его предел как незаконнорожденного сына: рыцари не могли владеть собственными землями и поместьем. Хотя всё изменилось бы, если бы он женился на леди с титулом и стал членом её семьи.

Он мог бы использовать титул, до тех пор, пока в браке не родится сын. Многое можно сделать, если становишься аристократом с поместьем и наследственным титулом, хоть и временным. Так же можно было бы захватить территорию другого лорда во время войны, сделав её своей.

— Почему вы всё время пытаетесь сделать нечто подобное? Я не нуждаюсь в подачках ни от этой семьи, ни от другой. Разве нет?

Дворецкий опустил взгляд, не в силах ничего сказать.

— Но ведь ваши желания и амбиции...

— Да, я отлично знаю о собственных недостатках и сам разберусь с ними. Или дворецкий желает помочь мне в этом? — спросил Люцерн, ласково проглаживая эфес меча. Дворецкий зажмурился и поднял голову.

— В следующий раз я обязательно дам вам список слуг и позабочусь о том, чтобы вас обслужили те, к кому благосклонны.

Люцерн слегка успокоился.

— Могу я сказать кое-что самонадеянное, сэр? Просто выберите любую женщину и женитесь на ней. Если вы станете настоящим аристократом, у вас будет больше преимуществ.

— ...

— Прошу, хотя бы из уважения к господину...

Люцерн засмеялся.

— Проявление уважение — это то, что нравится только тем, кто не принадлежит к клану Картье. Хоть это и не моя семья, но я знаю это наверняка.

---

Наступила ночь.

Элиша сидела на узкой кровати, глядя на малиновый плащ на своих коленях. Все "залоги" спали в одной комнате. В комнате их было трое, включая Элишу. Но, пусть их и было трое, лишь одна свеча освещала их ночь.

"Он всё тот же опасный человек."

Элиша провела ладонью по плащу.

"Люцерн де Кайас."

Элиша, которая работала с информаторами Джейкоба, знала о Люцерне всё.

"Великий генерал, герой империи. Младший внук герцога... единственный потомок из герцогского дома, кто унаследовал особые способности."

Согласно правилам наследования империи, если мать была низкого происхождения, ребёнок перенимал её статус. Мать Люцерна была простолюдинкой, и уже давно скончалась, поэтому он не представлял опасности для других наследников семьи Картье.

Кроме того, отец Люцерна являлся младшим сыном нынешнего герцога, который тоже умер, как только родился его ребёнок.

Несмотря на то, что он был незаконнорожденным сыном, сиротой и простолюдином, нельзя было отрицать одарённость Люцерна и тот факт, что он был самым образованным человеком в герцогском доме.

Словно его таланта недостаточно, он унаследовал ещё и мифические красные глаза, которые гордо демонстрировали змеиное происхождение семьи Картье.

Это указывало, что ребёнок, рождённый от родителя низшего происхождения, обладал особыми способностями семьи Картье. Когда его силы проявились, поговаривали, сам герцог вдруг ослабел и осел на пол.

"А ещё он известен как сумасшедший псих — дьявол войны."

Люцерн впервые оказался на поле боя, когда ему было тринадцать. Он был отправлен на смерть, в надежде, что его разрубят на куски.

Но каким-то чудом, имея под своим командованием всего пятнадцать солдат, он одерживал удивительные победы: был вырублен лес, наводнённый злобными монстрами, и две деревни освободились от вражеского гнёта. Новости о его исключительных триумфах распространились по всей империи, словно лесной пожар, шокирующий население, перевернувший общество с ног на голову.

Даже сейчас, годы спустя, об этом всё ещё говорят в трактирах и постоялых дворах.

На следующий год герцог снова отправил его на передовую. Но Люцерн вновь вернулся победителем. Потом его отправили за границу. А затем...

Он начинал как рыцарь, но теперь, когда ему исполнилось двадцать пять, уже стал верховным генералом, возглавляющим все войска империи. Всё это он заполучил без помощи семьи Картье.

Поэтому его назвали двумя именами.

Первым было "Верховный генерал", а вторым — "Кайас". "Кайас", а не "Картье".

_________

Пэр - высшая знать.