Стоило Риде назвать имя гостя, Туран сразу сжал ладонь Мейсы.

Она уже хотела повернуться к нему, но вовремя остановилась. Лицо осталось спокойным.

Хорошо хоть Солифа здесь нет.

При входе Солифа представили как бывшего странствующего рыцаря, нанятого носильщиком. Сейчас он отдыхал в доме для слуг и присматривал за Бидже. Притворяться Солиф умел, но встреча с родным отцом могла выбить из колеи кого угодно.

Рида как ни в чём не бывало продолжила:

— Господин Годис, это те самые молодые люди, о которых я рассказывала: Туран и госпожа Миша. Надо же, как удачно вы встретились.

Годис поднялся.

— Годис Бараха. Да пребудет с вами бесконечная слава Солнца.

Он говорил учтиво, почти церемонно. Только прищур выдавал, что Годис внимательно их изучает. Он не знакомился — он оценивал.

— Господин Туран, — начал он, снова садясь. — Тот ваш спутник, Сол... Вы знаете, из какого он Дома? Тогда я не придал значения описанию, но теперь понимаю: он удивительно похож на пропавшего наследника Бараха.

— Не знаю. Мы расстались вскоре после горячих источников.

Рида сочувственно развела руками.

— Вот видите, Годис. Боюсь, след оборвался.

Но тот не сдавался.

— Вы ведь недавно уничтожили пиратов в Южном море?

— Было дело. Название шайки я не запомнил. Они похищали людей и держали их в рабстве, так что я избавился от них.

Туран выдержал короткую паузу, будто только сейчас вспомнил нужную подробность.

— Кстати, Сола я тогда видел. У пиратов было три острова. Я разобрался с двумя и добрался до последнего, а он уже перебил там главарей.

Историю Туран придумал на ходу. Она звучала правдоподобно и частично совпадала с реальностью: Солиф действительно расправился с дворянами Бараха на пиратском острове. Теперь никто не мог уверенно сказать, участвовал ли Туран в той стычке или встретил друга уже после.

Полностью снять подозрения не получилось бы. Достаточно было посеять сомнение.

— И куда он отправился потом? — спросил Годис.

— На запад. Кажется, хотел перейти Небесный хребет и посмотреть, что находится за ним.

Солиф и правда говорил об этом, так что прямой лжи здесь не было.

Годис помолчал, затем перевёл взгляд с Турана на Мейсу.

— Сейчас вы путешествуете вдвоём?

— Недавно наняли слугу. Бывший странствующий рыцарь, человек работящий. В основном носит вещи.

За время пути по поместью Солифа успели заметить многие. Скрывать его существование было бессмысленно.

Глаза Годиса сразу расширились.

— Позволите мне встретиться с этим слугой?

Он, несомненно, подумал о маске бога Мимика. Годис знал характер сына и вполне допускал, что наследник Великого Дома способен прикинуться носильщиком.

Туран уже собирался холодно отказать, но Рида хлопнула в ладоши.

— Господин Годис, вы так увлеклись, что забыли о хозяевах дома. Я давно не видела молодых друзей и хотела бы поговорить с ними без допроса. Не будете ли вы любезны оставить нас?

— Великая госпожа, у меня ещё есть вопросы.

Он перебил её.

В гостиной сразу стало тихо.

Рида медленно опустила мундштук кальяна.

— Послушайте, Бараха.

Обычно она держалась лениво и добродушно, словно давно устала от всего на свете. Теперь её взгляд стал ледяным.

— Я приняла вас гостем. Больше двух недель кормила, поила и позволяла шарить по моему дому в поисках сына. А вы не даёте мне даже спокойно встретиться с друзьями. Ещё немного — и начнёте их пытать прямо у меня на ковре.

— Я лишь хотел...

— Я называла вас господином только потому, что старше и обязана подавать пример. Но, видно, зря. Решили: раз я вежлива, значит, об меня можно ноги вытирать?

Хрясь!

Трубка сломалась в её пальцах и упала на тигровую шкуру.

Годис побледнел. Он поднялся, коротко извинился и вышел.

Рида дождалась, пока дверь закроется, и устало вздохнула.

— Вот же приставучий человек. Простите меня, Туран, Миша. Привела гостя и устроила вам чёрт знает что.

— Он явно заинтересовался моим слугой, — сказал Туран. — Не попытается ли напасть на него без свидетелей?

— Если он тронет человека под моей крышей, из Мерема живым не выйдет. Даже представитель Дома Бараха не посмеет настолько потерять голову.

Рида позвонила в колокольчик. Появившемуся слуге она велела следить за Годисом и не подпускать его к гостевым помещениям.

— Давно он приехал? — спросила Мейса.

— Чуть больше двух недель назад.

Рида поморщилась, уже не сердито, а виновато.

— Вернувшись домой, я увидела портрет беглеца и рассказала семье, что встречала похожего молодого человека. Просто занятная история, ничего больше. Один из моих внуков услышал про награду и передал сведения Дому Бараха. За это обещали неплохое магическое устройство.

Для Риды такая вещь была дешёвой игрушкой. Молодой дворянин вполне мог на неё польститься.

— Теперь понятно, — сказал Туран.

— Я уже отчитала мальчишку. И всё же прошу прощения. Не хотела втягивать вас в эту семейную грязь.

— Вы не обещали хранить тайну. Мне не за что вас винить.

Он принял извинение без лишних слов. Они пришли просить о помощи, и ссориться из-за чужой глупости было бессмысленно.

* * *

Некоторое время говорили о дороге, море и старых знакомых. Когда напряжение спало, Туран перешёл к главному.

— Миша тяжело ранена. Мы надеялись, что вы возьмётесь за лечение.

Рида оглядела Мейсу с головы до ног.

— Где же рана? На вид всё прекрасно. Даже лучше, чем в нашу прошлую встречу. Тогда она была тощая, кожа да кости. Сейчас хоть на человека похожа. Ещё немного отъестся — совсем хорошо будет.

Мейса неловко улыбнулась. Пожилым людям почти вся молодёжь кажется недокормленной, пока не начинает застревать в дверях.

Она приподняла одежду и показала опоясывающий поясницу шрам.

Улыбка исчезла с лица Риды.

— Что это?..

— Нас ранил сильный магический зверь, — ответил Туран. — Мы кое-как соединили тело, но восстановить ноги не удалось.

— Если он сумел так покалечить вас, то был сильнее Айкуля.

Туран представил, как обезьяний царь бросается на великого морского змея. Даже до усиления Солифа Айкуль считался грозным существом, однако в той битве его, скорее всего, смяли бы за несколько ударов.

— Намного сильнее.

— Тогда вам повезло выжить. Ладно, просьба несложная. За работу Целителя моего уровня обычно отдают столько золота, что им можно набить целую комнату. Но после истории с Годисом сделаю бесплатно.

— Благодарю вас, госпожа Рида, — сказала Мейса.

— Пустяки. Сейчас всё исправим.

Рида положила ладонь ей на живот и призвала ману.

Через миг её лицо изменилось.

Она резко отдёрнула руку и уставилась на Мейсу.

— Миша... Кто вы такая?

Туран ответил прежде, чем молчание стало опасным.

— Я хотел предупредить. Она гораздо сильнее, чем кажется. Поэтому мы и пришли именно к вам.

Рида переводила взгляд с одного на другую. Видимо, перебирала в памяти Великие Дома и пыталась вспомнить дворянку такой силы с похожей внешностью.

— С вами всегда столько тайн, Туран.

— Вы сможете помочь?

Она проворчала что-то себе под нос и снова приблизилась к Мейсе.

— Сначала разберусь, что там внутри.

На этот раз осмотр был долгим. Рида велела Мейсе поднять одежду выше и осторожно ощупала шрам со всех сторон. Туран отвернулся.

Вскоре за спиной прозвучало:

— Плохо.

— Насколько? — спросила Мейса.

— Даже не знаю, как сказать помягче. Вас залатали слабой восстановительной магией, да ещё в спешке. Внутри всё срослось как попало. Кишки и сосуды хотя бы соединились, иначе вы бы умерли. Но кости, мышцы и нервы... Их просто прижали друг к другу и заставили зарасти.

Теперь Рида поняла, почему Туран нёс Мейсу на руках.

Причин было две. Во-первых, после ранения половины тела соединили слишком грубо. Во-вторых, магическое устройство с восстанавливающим зельем оказалось слишком слабым для мага её уровня. Оно спасло жизнь, но не могло вернуть тело в прежнее состояние.

Исправить старую кривую заплатку было тяжелее, чем залечить свежую рану.

— Значит, вы не справитесь? — тихо спросил Туран.

— Справится глава Дома. Мне его силы не хватит.

Мейса уже почти сравнялась с главами Великих Домов. Чтобы насильно перестроить её тело, нужен был тот, чья исцеляющая магия подавляла её собственную силу.

— Услуги главы Дома бесплатными не будут, — сказал Туран.

— Даже за золото он может отказаться. Такая работа высосет уйму маны.

Главы Домов редко покидали родовые владения не из лени. Их сила защищала семью, вассалов и город. Осэль мог съездить к горячим источникам, поскольку у Рабитас почти не было врагов, но добровольно ослаблять себя надолго он не стал бы.

Рида помолчала и добавила:

— Хотя один способ есть.

— Какой?

— Свежую рану лечить проще, чем старую. Если заново разделить тело и сразу соединить правильно, расход будет меньше.

Туран почувствовал, как Мейса рядом застыла.

Смысл был предельно ясен: ей предлагали ещё раз отпилить нижнюю половину тела.

— Я... — голос Мейсы дрогнул.

Память о боли никуда не делась. Туран видел, как она побледнела и стиснула пальцы.

Через несколько секунд Мейса заставила себя кивнуть.

— Я выдержу. Если иначе ноги не вернуть, делайте.

Рида одобрительно кивнула.

— Смелая девушка. Я поговорю с главой.

— Даже после повторного разреза вы сами не справитесь? — спросил Туран.

— Будь ранена рука или нога, можно было бы лечить частями и отдыхать. Но нельзя приклеить половину живота, сходить пообедать, а потом продолжить. Здесь нужен такой запас маны, чтобы закончить всё за один раз.

Спорить было не с чем.

Оставался вопрос цены.

— Что вы готовы предложить? — спросила Рида.

— У нас есть деньги.

У них оставались золото и серебро, добытые на острове. Если этого окажется мало, Туран был готов выполнить для Рабитас трудную работу.

Рида кивнула.

— Сегодня же поговорю с Осэлем. Когда у мальчика появится время, обсудим условия вместе.

Она назвала главу Дома «мальчиком» с такой непринуждённостью, что Туран предпочёл сделать вид, будто не услышал.

Он поднял Мейсу на руки и вышел из гостиной.

В коридоре их уже ждал Годис.

— Господин Туран.

Годис Бараха стоял у стены. Похоже, после изгнания он никуда не ушёл.

Туран остановился.

— Если вы снова хотите увидеть моего слугу, ответ прежний. Не позволю придираться к человеку из-за сходства с вашим сыном.

— Нет... Тогда хотя бы возьмите это.

После выволочки Годис заметно сдулся. Вместо нового спора он протянул письмо.

Обе руки Турана были заняты. Мейса посмотрела на него, затем взяла конверт сама.

— Если вы снова встретите того Сола... или наследника Бараха, прошу, передайте ему.

Годис ушёл с опущенными плечами. Судя по всему, действительно хотел только оставить письмо.

— Внутри может быть ловушка? — спросила Мейса.

— Маны нет. Обычная бумага.

Это ничего не гарантировало, но прямой опасности реликвия не чувствовала.

* * *

Вернувшись в отведённые им комнаты, Туран сразу позвал Солифа и Бидже.

Солиф вошёл первым и посмотрел на Мейсу.

— Ну что, починили? Хотя по вашим лицам вижу, что нет.

— Нужна сила главы Дома, — ответил Туран.

— Вот дерьмо.

Солиф явно прикинул цену, но продолжать не стал. Мейса мрачно смотрела в пол.

Туран окружил комнату воздушным барьером, чтобы разговор никто не услышал.

— Есть ещё кое-что. Это касается тебя.

— Что случилось?

— В поместье твой отец.

Лицо Солифа перекосилось. Не от страха и не от ненависти — он просто не мог поверить в такую нелепость.

— Он? Здесь? Какого чёрта?!

— Его отправили искать тебя. Когда я упомянул нового слугу, он сразу заподозрил неладное. Лучше не встречайтесь. Обмануть его получится только чудом.

— Да я сам не уверен, что выдержу.

Солиф редко говорил о родителях. Туран не знал, любил ли он их, презирал или давно вычеркнул из жизни. Сейчас в голосе не было ненависти. Только растерянность.

— Он передал тебе письмо.

— Письмо?

Мейса отдала конверт. Солиф вскрыл его, пробежал глазами первые строки и сразу посерьёзнел.

Чем дальше он читал, тем сильнее кривился.

— Зря открыл. Лучше бы выбросил.

— Что там? — спросила Мейса.

— Всё, что и ожидалось. Обвинения, упрёки, семейная честь. Чёртова проповедь.

Он протянул письмо Турану.

Годис писал старомодно и витиевато. Каждую простую мысль он прятал за таким количеством церемониальных слов, что до смысла приходилось продираться. Мейса читала через плечо Турана, а потом не выдержала и подвела итог:

— Твоя мать страдает после твоего побега. Возможно, ты убил дворян, которых послали вернуть тебя. Если это правда, ты должен явиться, покаяться и принять прощение главы Дома. Примерно так.

— Прощение? — Солиф фыркнул. — Сначала объявили розыск, а теперь милостиво простят. Пусть засунут милость себе в задницу.

Туран продолжал читать. В нескольких местах порядок слов был странным, а пробелы стояли там, где им не полагалось быть.

— Подождите.

— Что? — спросил Солиф.

— Здесь что-то не так.

Мейса наклонилась ближе. Туран показал ей все странные места подряд.

— А... Поняла. Мать показывала мне такие шифры. Нужно идти по диагонали и брать по две буквы.

Она провела пальцем по строкам.

— Что получается? — Солиф подался вперёд.

Мейса медленно прочла спрятанную фразу:

— «Никогда не возвращайся».