— Ха-а-а.

Раон перевёл дух, чувствуя, как жажда крови монстров сдавливает сердце.

Как ты планируешь выжить?

«Раскрою чувства насколько это возможно и буду сражаться».

Порой невозможно пошевелиться, даже всё осознавая, особенно когда защищаешь тех, кто за спиной.

Раон оглянулся через плечо. Никто не мог сражаться — перед падением всех зацепило взрывом.

Ты наконец-то осознал всю глупость того, что натворил? Собачьей смерти не избежать.

«Не узнаешь, пока не попробуешь».

Король Сущности никогда не лжёт. Не перекрыв одну из сторон, ты не защитишь их всех. Какое жалкое зрелище – пойти на поводу у привязанности!

Морские чудовища ринулись к ним, словно прислушавшись к Гневу.

«Жалкое, значит?..»

Раон усмехнулся и выпустил клинок ауры. Багровое лезвие очертило полумесяц, разрубая группу морских чудовищ надвое.

«Здесь ты прав».

В прошлой жизни он видел бессчетное множество людей, чья привязанность вела их к гибели, и даже пользовался этим во время убийств. Однако ни о чём не жалел. В конце концов, сейчас он мечник Раон Зигхарт, а не ассасин Раон.

«Я выстою».

Он раскрыл океан восприятия и сконцентрировал ауру Культивации Десяти Тысяч Пламен. Раз уж спрыгнул вниз, то решил сражаться на пределе возможностей, пока всех не спасёт.

Просто выстоять недостаточно. Отдай тело Королю Сущности. Я заморожу всех этих монстров и спасу людишек.

«Так вот в чём крылась цель? Давненько ты не показывал истинную натуру».

С самого начала это оставалось единственной целью Короля Сущности...

«Помолчи, дай сосредоточиться».

— Господин Раон! Уклоняйтесь!

Раон взмахнул мечом, проигнорировав предложение Гнева под предостерегающий крик Дориана. Вскинув голову, он увидел падающую из рук парня длинную каменную глыбу.

Грохот!

Валун врезался в землю, глухой стеной перекрыв правую сторону.

— Хаап!

Поверх валуна Дориан навалил обломки разрушенной крепостной стены, чтобы сделать преграду повыше.

«Значит, это не обычный подпространственный карман».

Тот не просто обладал огромной вместимостью, но, похоже, временно снижал вес извлекаемых предметов. Подобный артефакт должен иметь как минимум уникальный ранг.

— Я же говорил, верно? Всему найдётся применение! Вот как нужно использовать валуны!

— Хах...

Раон горько усмехнулся. Похоже, Дориан прекрасно помнил, как его отчитывали за таскание с собой булыжника.

— Э-это всё, что в моих силах! Пожалуйста, продержитесь во что бы то ни стало!

Дориан неловко улыбнулся и показал большой палец.

— Хорошо, спасибо.

И этого хватало.

С перекрытым правым флангом, центром и левой стороной оставалось защищать лишь два направления. Несравнимо проще, чем в самом начале.

Он что, правда только что использовал валун вот так?! Аргх!

Казалось, Гнев теряет рассудок от абсурдности действий Дориана, глядя на того снизу вверх.

— Подходите!

Раон шагнул вперёд и, вложив в голос ауру, издал оглушительный рёв.

— Кр-р!

— Ки-и!

— Кр-р-р!

Свирепый рык заставил монстров на миг опешить, но вскоре они вновь ринулись в атаку, движимые голодом и безумием.

— Кр-р-а!

Первым налетел орк. Взмахнув ржавым топором, он метил в голову, но Раон отбил удар Клыками Безумия и снёс твари голову.

— Ки-и!

Следом опустилась железная дубина гнолла — тоже прямо в череп. Однако Раон извернулся и одним взмахом меча разрубил врага надвое.

Вжик!

Сквозь хлещущую из гнолла кровь обрушился смертоносный топор. Внезапная атака орка-воителя, выжидавшего удобного момента за спинами остальных.

Лязг!

Он плашмя подставил клинок, блокируя удар, и тут же, словно молния, последовала вторая атака воителя.

«Жутко, даже когда предвидишь удар».

Пусть океан восприятия и позволял насквозь читать движения орка-воителя, от исходящей жажды крови по спине всё равно пробегал холодок. Боевая энергия и свирепый дух монстра пугали куда сильнее его физической мощи.

Скрежет!

Раон крутанул мечом, сияющим белизной холодного снега. Клинок завертелся ветряной мельницей, отбрасывая топор.

Остановив клинок в нижней точке, Раон нанёс восходящий рубящий удар. Орк-воитель попытался заблокировать лезвие боевой энергией, но тщетно.

Вжик!

Грудь орка-воителя вскрылась по диагонали, и он замертво рухнул навзничь с закатившимися бельмами.

— Цык.

Раон щёлкнул языком.

«Даже дух не перевести».

Вибрация земли и падающая тень. Сверху обрушился ледяной тролль, а из недр вырвался акулий крот.

Вжух!

Он отвёл меч назад, нанося колющий удар, словно копьём. В то мгновение, когда акулий крот вынырнул на поверхность, а ледяной тролль рухнул вниз, вырвавшееся из клинка пламя поглотило обоих чудовищ.

— Кр-р...

— Ки-и-и...

Твари замерли в ужасе при виде огненного цветка, стирающего ночную тьму.

— Ки-э-эк!

Сзади раздались омерзительные звуки. Это вопило морское чудовище — Оркус, похожий на осьминога. Как и подобает разумной твари, он раздавал приказы, размахивая щупальцами.

Гул!

Монстры разом сорвались с места, устремившись к беззащитным солдатам за спиной Раона и полностью его игнорируя.

— Проклятье.

Раон до крови прикусил губу. Солдаты отвлекали тварей на крепостных стенах, но этого не хватало — чудовищ было слишком много. Рассчитывать на помощь Милланда тоже не приходилось: стоило тому покинуть центр, как крепость неминуемо рухнула бы.

«Придётся разбираться в одиночку».

Заставив кольца огня резонировать, он до предела распахнул океан восприятия. Используя Культивацию Десяти Тысяч Пламен, Раон топнул ногой и совершил выпад мечом, окутанным ревущим пламенем.

Клыки Безумия разорвали орка на куски, а Комбинированный Звёздный Меч отсёк троллю конечности.

Раон обрушил мощь Культивации Десяти Тысяч Пламен на кишащую зелёную волну. Огненное дыхание разошлось полукругом, испепеляя полчища перед ним.

— Ха-а.

Раон тяжело выдохнул. Несмотря на истощение тела, разум и чувства становились лишь острее и яснее. Впервые за долгое время он ощутил, как рассудок полностью подчиняет себе плоть.

Грохот!

Возведённая Дорианом стена содрогнулась. Морское чудовище с огромными клешнями, крат, прорвалось сквозь преграду, разбив валун вдребезги.

Разлетающиеся словно из катапульты каменные глыбы грозили раздавить раненых солдат. Раон рубанул Клыками Безумия. Лезвие яростно изогнулось, отбивая груды камней, и в тот же миг левая рука выхватила Клинок Реквиема.

Один-единственный удар, напитанный призрачной энергией. Этого хватило, чтобы головы кратов разлетелись ошмётками, невзирая на их прочные панцири.

— Ки-э-эк!

Сзади вновь раздался вопль Оркуса.

«Вот оно».

Прицелившись в волну, уловленную океаном восприятия, Раон рассёк пространство раскалённым мечом. Багровый клинок ауры взрезал ночной воздух, разрубая синего осьминога надвое.

— Вы не пройдёте, пока не одолеете меня.

Раон скрестил два клинка и с силой впечатал ногу в землю. Из трещин тут же вырвались багровые потоки.

***

Милланд сощурился, наблюдая, как Раон в одиночку сдерживает натиск тысяч монстров.

Поначалу он принял это за безрассудную браваду.

Списал на излишнюю самоуверенность юнца, опьянённого парочкой мелких побед.

Ведь защитить тридцать раненых солдат в этом кромешном аду казалось невозможным.

Однако Раон стоял насмерть. Дориан, конечно, подсобил, перекрыв правую сторону валуном, но именно Раон отбивал непрекращающиеся атаки тварей.

Даже не имея возможности нормально перевести дух, он убивал орков, испепелял троллей и крушил кратов, демонстрируя бесподобное мастерство.

Благодаря его безупречной защите с голов беззащитных солдат не упало ни единого волоса.

«Его чувства... Они за гранью нормального».

Чувства, превосходящие даже его мастерство.

Восприятие Раона стояло на ступень выше его силы. Выверенное фехтование, опирающееся на невероятно острые чувства, превратилось в несокрушимую стену, укрывшую солдат.

«И он продолжает становиться сильнее».

Он использовал эту гибельную ситуацию как трамплин для роста. Впервые за долгие десятилетия защиты крепости Хабун Милланд видел подобное.

— Келлан!

Не сводя глаз со спины Раона, Милланд окликнул капитана Рыцарского Ордена Ночной Лисы.

— Да!

— Спасайте раненых солдат.

— Простите? Но...

— Всё в порядке.

Милланд кивнул, глядя, как Раон прикончил Оркуса клинком ауры.

— Он удержит рубеж. Спускайтесь и вытаскивайте раненых!

Милланд крепче сжал меч. Видя, как Раон творит невозможное, он почувствовал, как в старое тело вливаются новые силы.

Ба-бах!

Мощный взмах меча смёл всех монстров прямо перед ним.

— Держать оборону!

От устремлённого в небо клинка полыхнуло мощным жаром. При виде луча света, соединившего лезвие с луной, глаза солдат загорелись тем же оттенком.

— Эта ночь скоро кончится. Держите позиции и разбейте их!

***

— Ты что, даже черепом-бомбой нормально управлять разучился? Навыки-то заржавели, — усмехнулся мужчина в синей мантии, глядя на обвалившуюся посередине крепостную стену.

— Мой контроль был достаточно безупречен, чтобы одурачить самого Милланда. Всё дело в том парне с поразительными чувствами, что выпустил клинок ауры.

— Что за нелепое оправдание... хм?

Он хмыкнул, глядя на блондина-мечника, спрыгнувшего с крепостной стены.

— Чего этому психу не сидится на месте?

— Это он.

— Что?

— Тот юнец. Именно из-за него сработало моё обнаружение опасности, и это он только что разрезал череп-бомбу.

— Хм...

Мужчина в синей мантии прищурился.

— И всё же он не выглядит кем-то особенным.

— Сам увидишь, — бросил человек в чёрной мантии, и его собеседник, сморщив нос, уставился на Раона.

«Выглядит как обычный безрассудный сопляк».

Да, силён для своих лет и весьма отважен, но больше ничем не выделяется.

— Парень такого уровня... хм?

Мужчина осёкся, и его глаза расширились.

«Что?»

Атака орка-воителя, прикрывшегося трупом гнолла, была идеальной, однако юнец отбил её, словно знал о ней заранее.

Самое странное, что это повторялось снова и снова. Орки, тролли и даже краты — он предвидел, куда придутся удары, и приканчивал тварей одним махом. Его чувства оказались настолько острыми, что граничили с мистикой.

— ...Его восприятие намного превосходит мастерство. Как такое вообще возможно?

— Не будь у меня чутья шамана троллей на опасность, он бы уже давно меня засёк.

— Хм, его фехтование поразительно смертоносно. Один удар – один труп. Какой странный малый: использует столь безжалостную технику, защищая при этом других.

— И это ещё не всё.

Мужчина в чёрной мантии указал на Раона, предлагая присмотреться.

— Ах!

Мужчина в синей мантии, почёсывая подбородок, наблюдал за Раоном и вдруг издал сдавленный вздох.

— Н-не может быть, неужели он только что...?

— Да. Он становится сильнее прямо сейчас.

Голос мужчины в чёрной мантии понизился, став глухим, словно сырая земля.

***

Орк ударил топором. Раон прочитал поток движения и разрубил монстра вместе с оружием.

Медведь-волк взмахнул когтями. Раон отразил удар и вскрыл ему глотку.

Ледяной тролль взревел и бросился в атаку. Его огромный кулак пульсировал боевой энергией.

Крошечная брешь в этой энергии образовалась лишь после шести столкновений. Задействовав Культивацию Десяти Тысяч Пламен, Раон вонзил клинок в уязвимое место, разрывая сердце тролля, и тот рухнул на колени.

Он не пользовался глазами. Океан восприятия. Раон читал движения врагов сквозь призму ледяной волны, созданной разумом.

Раон содрогнулся.

Его концентрация достигла пика, словно грифель карандаша после долгой заточки.

Дыхание врагов, сокращения их мышц — всё это отчётливо представало перед внутренним взором.

Он рубил, рубил и рубил.

Всякий раз, когда монстры рушились словно костяшки домино, всякий раз, когда спасённые солдаты исчезали за его спиной, разум ликовал, будто сбрасывая оковы.

Он вспорол грудь акульему кроту ещё до того, как тварь успела вынырнуть из-под земли.

Он обезглавил крата, не дав тому времени укрепить панцирь.

Он разрубил мантакурна размером с крепостные ворота одним-единственным ударом.

Опьянённый восторгом разум заставлял сердце бешено колотиться.

То, что казалось невозможным, стало реальностью.

Не осталось ничего, что не смог бы рассечь его смертоносный клинок, и не осталось места, куда не дотянулся бы его шаг.

Небосвод менялся всякий раз, когда алая кровь застилала взор.

На ночное небо вернулся яркий свет, и вновь взошла полная луна.

А когда луна наконец скрылась, перед ним не осталось ни единого живого монстра.

Раон, наконец, поднял голову.

Утренние сумерки озарили окровавленную землю, и под этим благодатным светом высилась гора трупов.

[…подавляющая мощь.]

[…предельная концентрация.]

[«Гласия» осво…]

Раон рухнул без сил, глядя на восходящее золотое солнце, а не на системные сообщения.