«Не ожидал, что это сработает именно так».

Раон едва заметно улыбнулся, проверяя возросшие характеристики. Повышение всех показателей после двухдневного сна означало лишь одно: он буквально становился сильнее, пока спал.

Глядя на стол, уставленный дымящимися блюдами, он не смог сдержать смешка, пока по телу разливалась пьянящая эйфория от возросших характеристик.

У меня не зря было дурное предчувствие...

Гнев сверлил сообщение взглядом, глаза дрожали от неверия.

Как ты получаешь прибавку ко всем характеристикам просто от того, что спишь? Что за безумие?

Подобно пару над горячей едой, от макушки демона тоже исходил пар — морозный.

Как он вообще мог дать тебе эту дурацкую способность? Лень, ты проклятый идиот!

В тот момент, когда Гнев уже готов был обрушить ярость, Раон проворно подхватил ложку и отправил в рот порцию рагу из морепродуктов.

Я сделаю так, что ты больше никогда не сможешь уснуть! И ты будешь... О-о-о!

Как только сладковато-острый вкус рыбного рагу разлился во рту, Гнев внезапно замолк.

О-о-о!

Получив первую нормальную еду за долгое время, Гнев перестал контролировать ярость и стужу, застыв на месте и восхищенно восклицая.

Э-это прекрасно. Сначала сладко, а под конец обжигает остротой. Король Сущности обожает этот вкус!

Он указал на следующее блюдо, даже не пытаясь скрыть, как уголки губ тянутся к самым небесам.

Чего ты ждешь? Бери вилку и цепляй креветку в сливочном соусе! Немедленно отправь её в рот, как будто от этого зависит твоя жизнь!

«Но ты же говорил, что потерял аппетит».

Уверен, тебе этого не понять, ведь ты жрешь всё подряд, как животное, но аппетит – штука изменчивая: может внезапно появиться или исчезнуть.

«Даже так, смена настроения была слишком уж быстрой...»

Заткнись и ешь!

«Ладно, ладно».

Раон усмехнулся и взял вилку. Получив дополнительные характеристики, он мог со спокойной душой набить желудок.

Он прислушался к совету Гнева, утверждавшего, что следует начинать с легкой пищи и постепенно переходить к тяжелой, и медленно опустошал тарелки на столе.

Как тебе выбор Короля Сущности? Знания и опыт дегустатора так же важны, как и вкус самой еды.

«Даже не знаю. Я не почувствовал никакой разницы».

Вот почему я называю тебя животным. Ты ничего не смыслишь в деликатесах.

Гнев цокнул языком в ответ на столь жалкие слова.

В царстве демонов рестораны оцениваются по мишленовским стандартам. Чем лучше ресторан, тем больше черепов он получает, и Король Сущности – один из судей, определяющих количество мишленовских черепов...

«Все блюда неплохи, но рагу оказалось лучшим».

Они преподносят Королю Сущности горы еды каждый раз на Ритуале Бога Демонов, чтобы заслужить благосклонность...

«Независимо от вкуса, мне нужен суп, чтобы набить живот».

Пропустив слова Гнева мимо ушей, Раон просто пробормотал впечатления. В результате разговор зашел в тупик.

Пока Раон доедал оставшиеся блюда, игнорируя демона, за соседним столиком послышался шепот.

— Это он?

— Раон Зигхарт...

— Он правда победил сэра Холлина?

— Это невозможно! Он же совсем недавно стал мечником.

— Наверняка сжульничал. Вы же сами видели во время последней вылазки: есть зелье, временно увеличивающее силу и ауру.

— Вполне возможно.

— Но жрёт он, чёрт возьми, реально много, хотя даже не принадлежит к Центральному Боевому Дворцу.

Раон посмотрел на столик, откуда доносились голоса. Незнакомые лица. Похоже, мечники Центрального Боевого Дворца, вернувшиеся вместе с Каруном.

«Он сказал, что ущерб всё ещё незначителен».

Раз Урек заявил, что урон Центральному Боевому Дворцу невелик, не помешает разрушить еще немного.

«Теперь ты доволен?»

Этого достаточно, ведь Король Сущности в наши дни ест не так уж много.

Гнев похлопал себя по животу, раздувшемуся, словно котел.

— ...

Заявляет, что ест немного, когда на столе громоздятся десять пустых тарелок. Очевидно, сейчас он куда ближе к Чревоугодию, чем к Гневу.

Раон тихонько вздохнул и, убрав за собой посуду, поднялся с места.

— Он всё равно долго не протянет.

— Поскольку за ним никто не стоит, его просто используют и выбросят подыхать.

— Он может и до этого не дожить.

Мечники за столом продолжали самодовольно чесать языками.

Шаг.

Раон подошёл к столику, пока они в открытую трепались о нём.

Треск!

Он надавил пальцем в центр столешницы, высвобождая силу Короля Разрушения. С жалобным треском в дереве образовалась искореженная дыра.

— Хватит шептаться за моей спиной. Если вам есть что мне сказать, говорите прямо в лицо, дорогие старшие.

Раон окинул взглядом их лица, а затем радостно улыбнулся.

— Вы только что говорили, что это невозможно, так не хотите ли проверить сами?

— Что?

— Можете лично убедиться, правдивы ли слухи, сойдясь со мной в спарринге.

— Отлично!

Длинноволосый мужчина, сидевший в центре, резко поднялся.

— Я лично проверю, сжульничал ли ты, чтобы победить мечников Центрального Боевого Дворца!

От него исходила мощная энергетическая волна. Мечник находился примерно на уровне Продвинутого Эксперта, и самоуверенность вполне соответствовала его мастерству.

— Милости просим.

Раон дернул подбородком в сторону двери.

— Выйдем наружу, чтобы без нужды не разрушать столовую.

Длинноволосый поморщился и вышел; Раон и остальные последовали за ним. Мужчина остановился в самом центре небольшой тренировочной площадки, прилегающей к столовой.

— Обнажи меч.

— Что насчет ауры?

— ...

Длинноволосый прищурился. Похоже, слухи о поражении Холлина всё-таки не давали ему покоя.

— Разумеется, можно. Нападай со всем, что у тебя есть!

— Лидер команды!

— Э-это опасно!

Остальные мечники пытались его отговорить, но длинноволосый пропустил их слова мимо ушей и изготовился к бою.

— ...Со всем, что у меня есть?

«Но ты всего этого не заслуживаешь».

Раон холодно улыбнулся и извлек клинок.

— Начать спарринг!

Длинноволосый скосил глаза, и один из мечников, взмахнув рукой, отдал команду.

— Ха-ап!

Длинноволосый мечник оттолкнулся от земли и рванул вперед. Благодаря натренированным мышцам и выверенной работе ног, он в мгновение ока оказался прямо перед Раоном. Последовавший удар не был нацелен на убийство, но таил в себе достаточную мощь, чтобы переломать парню кости.

«Значит, таков твой уровень».

Раон обрушил клинок по диагонали.

Лязг!

Оружие вылетело из рук длинноволосого. Воспользовавшись его замешательством, Раон с силой впечатал левый кулак ему в живот.

Хрясь!

Под сочный звук прямого попадания глаза длинноволосого закатились, и он рухнул навзничь. Изо рта пошла пена.

— Хм.

Раон закинул меч на плечо и обвел взглядом остальных мечников.

— Э-э...

— О-он что, выбил меч лидера команды одним ударом?

— У него разорвана рука. Как это...

— С-слухи о том, что он силен как тролль, оказались правдой?

Их губы дрожали при виде лидера, валяющегося без сознания.

— Следующий.

Король Разрушения вернулся спустя две недели.

***

Урек сидел за столом, в спешке строча какой-то документ, когда Рефф ворвался в дверь и в панике подбежал к нему.

— Генеральный Администратор!

— Я сейчас занят.

— Это экстренная ситуация!

Услышав об экстренной ситуации, Урек нахмурился и поднял голову.

— Говори быстрее.

— Раон... этот сумасшедший ублюдок снова начал всё крушить.

Округлые подбородки Реффа затряслись от муки.

— Я пошёл туда, заслышав о происшествии, и обнаружил десятерых вернувшихся вчера мечников: они валялись на земле без сознания с закатанными глазами.

— Ха-а... Какая причина на этот раз?

— Я не смог их расспросить, они же в отключке, а по словам этого ублюдка Раона, он лишь защищался, потому что они первыми полезли в драку...

— Сукин сын...

Урек с силой проскрежетал ногтем по деревянному столу. Наверняка те и правда сами нарвались, но не было никакой необходимости вырубать всех до единого.

Избиение одного уже отбило бы у остальных желание лезть на рожон. Значит, он размазал всех намеренно.

— Как их состояние?

— Жизням ничто не угрожает. Тем не менее, им придется восстанавливаться около двух недель, а еще...

— Еще?

— Во время спарринга были разрушены стена и д-довольно дорогое дерево...

— Дерево? Погоди-ка! Где произошел бой?

— На небольшой тренировочной площадке рядом со столовой, и дерево переломилось, когда рухнула стена.

— Т-только не говори мне...

Урек тупо уставился на стол.

— Да, это дерево Сайран.

— А-а-аргх! Раон!

Дерево Сайран стоило баснословных денег: его тонкий аромат обладал бодрящим эффектом, отгоняя сон. Урек впал в ступор, осознав, что Раон умудрился уничтожить именно его.

— Общий ущерб, который он нанес, теперь перевалил за десять тысяч золотых...

Это пугало. Хотя Карун обычно не отчитывал подчиненных за растраты, десяти тысяч золотых вполне хватит, чтобы вывести его из себя.

— Ч-что нам делать?

— Увести всех.

— Что?

— Передай всем, чтобы никогда не лезли к нему и просто игнорировали, даже если он сам к ним подойдет!

— П-понял!

Рефф отдал честь и выбежал наружу.

Урек хлопнул себя по лбу, в спешке дописал документ и направился в кабинет Каруна, расположенный в самом сердце Центрального Боевого Дворца.

— Ха-а...

Он вздохнул, словно ощипанная курица, и уставился на массивную черную дверь.

«У меня дрожат руки и ноги».

Отправившись в неспокойный регион, Карун Зигхарт не просто остановил войну — он буквально стер в порошок одну из фракций.

Он управился бы за две недели, если бы не дополнительные приказы Гленна. Его сила поистине подобала одному из самых могущественных монстров Зигхарта.

Однако монстр, похоже, пребывал не в духе, и от исходящей от него давящей ауры по спине бежали мурашки. Толщины двери не хватало, чтобы сдержать кипящее раздражение.

«Думаю, это и так очевидно».

Учитывая слухи о том, что Раон крушит инвентарь, избивает мечников и одолел Холлина — вице-лидера Отряда Стремительной Молнии — гнев Каруна был вполне естественным.

«К тому же это пятно на репутации Центрального Боевого Дворца».

Центральный Боевой Дворец не считался самым сильным, но слыл самым отважным. И хотя большая часть бойцов отсутствовала из-за миссии, распространение дурных слухов после сокрушительного поражения от Раона — простого новичка — было неизбежно.

Безупречное выполнение миссии принесло им славу, но Раон своими выходками обесценил её в несколько раз.

«Проклятый Риммер...»

Поначалу Рефф хотел поймать распускающего слухи и отрезать ему язык, но искать никого не пришлось. Сумасшедший рыжеволосый эльф трепался об этом на каждом углу, даже не скрываясь.

Тук-тук.

Поклявшись когда-нибудь избить Риммера, Урек постучал в дверь тыльной стороной ладони.

— Войдите.

Не успел он постучать дважды, как изнутри донесся властный голос. Урек перевел дух и медленно открыл дверь.

Скрип.

Как только дверь распахнулась, на него обрушилась волна угрожающей ауры. Почувствовав, как пересыхает кожа, Урек нервно сглотнул и опустился на одно колено.

— П-приветствую мастера Дворца!

Карун обожал формальности, к которым Гленн оставался равнодушен, поэтому он дождался завершения почтительного поклона и лишь затем кивнул.

— Встань.

— А, да!

Голос Каруна сочился гневом. Урек схватился за колотящееся сердце и поднялся на ноги.

— Докладывай.

От этого слова по коже побежали мурашки. Карун требовал отчета обо всем произошедшем, без утайки.

— Я-я составил об этом письменный отчет.

— Я желаю услышать это из твоих уст.

Карун бросил взгляд на отчет и отложил бумаги в сторону.

— П-понял. Сначала я следовал приказам мастера Дворца и попытался выяснить способности Раона...

Урек описал всё, что произошло с Раоном, сгорбившись, словно старик, чтобы выглядеть как можно более жалким.

Он добавил, что время от времени лишь следовал приказам, а Рефф действовал по собственному усмотрению. Урек всеми силами пытался подчеркнуть, что в случившемся нет его вины.

— ...И сейчас он отдыхает после того, как покинул первую пещеру.

Глаза Каруна вспыхнули пугающим блеском, когда он услышал, что Раон смог продержаться в первой пещере.

— К-к счастью, мне удалось выполнить приказ. Его сила и ловкость на уровне тролля, а с помощью ауры он способен одолеть даже Пикового Эксперта. И хотя он ещё не стал Мастером, несомненно, вскоре он упрется в барьер на пути к следующему рангу.

Урек продолжил, пытаясь угадать настроение Каруна.

— Тот факт, что он продержался в первой пещере, где мана искажена, позволяет сделать вывод: одна из изученных им техник обладает особым свойством. Использовать против него формации, искажающие ману или вызывающие головокружение, было бы неразумно.

Карун хранил молчание, в глазах мерцал тусклый свет. Похоже, он был согласен.

— А теперь самое важное. У него есть слабость.

— Слабость?

Карун впервые подал голос.

— Да!

Урек понял, что это его шанс, и быстро закивал.

— Он получил обморожение в спарринге с Холлином, хотя подвергся лишь незначительному воздействию льда. Когда я увидел его в пещере, рука всё ещё была красной, значит, он крайне уязвим к холоду.

— К холоду, говоришь?..

— Сейчас об этом уже все забыли, но контур маны Раона изначально блокировал лед. Мы определенно можем вонзить этот смертоносный кинжал ему в спину.

Видя интерес Каруна, Урек сделал шаг вперед и сжал кулак.

— Используя лед, мы сможем избавиться от него малой кровью.

— Действительно.

Давящая жажда крови рассеялась. Урек чувствовал, как пот градом катится по спине, но понимал: ему удалось выжить.

— Что нам теперь с ним делать?

— Оставьте его в покое и ничего не предпринимайте.

Карун пренебрежительно махнул рукой.

— Раз уж он одолел Холлина, для его нейтрализации потребуется как минимум Мастер. Но если мы пошлем Мастера, люди поднимут нас на смех, обвинив в использовании подавляющей силы против семнадцатилетнего мальчишки. Просто оставьте его в покое, времени осталось не так уж много. Ему в любом случае суждена недолгая жизнь.

— Превосходное решение.

Урек и сам пришел к такому же выводу, но не упустил случая польстить. На самом деле его поражало, что Карун, несмотря на ярость, смог принять столь взвешенное решение.

— Однако тебе всё равно следует начать подготовку.

— Под подготовкой вы имеете в виду...

— Нам понадобится козел отпущения, который возьмет на себя вину после того, как этот сопляк станет калекой.

— Ах!

— Эдем... нет, Балдер может стать отличным кандидатом.

В глазах Каруна промелькнул пугающий блеск. Казалось, ради плана он готов пожертвовать даже младшим братом.

— Я-я постараюсь разработать план.

От леденящего ужаса Урек покрылся мурашками и низко поклонился.

— Ах да, младший молодой господин отправился в пятую пещеру...

— Не говори о нём.

Карун решительно рубанул рукой воздух.

— Я думал, он стал чуть сильнее, но его взгляд безнадежно испорчен.

— Э-э...

Урек вздрогнул, совершенно не ожидая подобных слов.

— В нем нет ни капли злобы или жестокости. Я планировал вырастить его, благо задатки имелись, но такой слабак с кротким нравом не стоит моего внимания.

— Т-тогда, во время Церемонии Отбора...

— Да, я не собираюсь его выбирать. Избавься от него, как от третьего и четвертого.

— ...

Фраза «как от третьего и четвертого» означала, что Баррену не место в Центральном Боевом Дворце. Урек не понимал этого решения, но Карун был здесь Богом, и оставалось лишь слепо повиноваться.

— И разберись с теми идиотами, которые поддались на жалкую провокацию Раона.

— Понял.

Урек вежливо поклонился, а затем покинул кабинет.

«Он настолько бессердечен, что становится страшно...»

Но это также доказывало, что он достоин преданности.

***

Раон жаждал вновь примерить амплуа Короля Разрушения, но после первого дня попытки не увенчались успехом. Никто больше не лез в драку и не поддавался на провокации.

Урек и Рефф не давали ему «случайно» портить инвентарь, а сильные воины вроде лидера Дивизии, вице-лидера Дивизии и лидера Отряда и вовсе не показывались на глаза.

Он убивал время, круша имущество под предлогом тренировок. Незаметно пролетели пять дней, ознаменовав конец стажировки.

— Вы усердно трудились весь этот месяц, и в будущем...

Раон прищурился, глядя на Реффа, толкающего унылую речь с трибуны.

«Он умен».

Должно быть, Карун понял, что сражаться бессмысленно, и приказал мечникам Центрального Боевого Дворца полностью игнорировать парня.

«Отличный способ решить проблему».

Чтобы справиться с ним, требовался воин уровня Мастера — лидер Дивизии, вице-лидер или лидер Отряда, но в случае поражения они бы лишь опозорились, а от победы ничего не выиграли. Метод Каруна, пресекший любые столкновения, оказался весьма действенным.

«Что ж, я сделал всё, что хотел».

Урон Центральному Боевому Дворцу грубо оценивался тысяч в пятнадцать золотых, плюс ему удалось избить более двадцати мечников — если не больше. Раон ни о чем не жалел: он учинил достаточно разрушений и заработал громкое имя.

Раону было любопытно посмотреть на лицо Каруна, но тот так и не появился до самого конца. Какой мелочный тип.

Должно быть, тебе понравилось выпускать пар, круша всё направо и налево в свое удовольствие.

Гнев покачал головой, бормоча, что это был ужасный поступок.

— ...Пожалуйста, станьте уважаемыми мечниками Зигхарта, применяя знания, полученные здесь.

Рефф наконец закончил скучную речь, и немногочисленные мечники зааплодировали. Разумеется, овации предназначались Баррену, а не Раону.

— Ты возвращаешься прямо сейчас?

Баррен повернул голову.

— Да. Здесь больше нечего делать.

— Тогда давай немного поговорим.

Он указал на небольшую тренировочную площадку, жестом приглашая следовать за ним. Раон кивнул и пошел следом.

— Я знаю, что ты ненавидишь моего отца.

Баррен обернулся и прислонился спиной к стене в самом конце тренировочной площадки.

— Естественно, что ты злишься, ведь он начал первым.

Несмотря на грубую внешность, взгляд парня оставался поразительно ясным.

— И что ты пытаешься мне сказать? Хочешь, чтобы я перестал с ним враждовать?

Раон небрежно встретился взглядом с Барреном.

— Нет, ты вправе довести дело до конца, раз начал не ты. Однако...

Пока Раон размышлял о том, что услышать подобное от него было весьма неожиданно, Баррен продолжил.

— Он мой отец. Я до сих пор помню, как он лично вручил мне тренировочный меч и учил фехтованию, когда мне было пять лет.

— ...

— Моей целью всегда было добиться признания отца. Пока не вышло, но однажды я заставлю его посмотреть на меня.

— Понятно.

Раон кивнул. Подобно тому, как он сам защищал Сильвию, когда её осуждали все обитатели поместья, Баррен, похоже, считал узколобого и мелочного Каруна прекрасным отцом.

Все люди разные. В прошлой жизни Раон этого бы не понял, но теперь, обладая куда большим опытом, он в какой-то мере разделял чувства Баррена.

— Вот почему я остановлю тебя, если ты затеешь драку с моим отцом. И я поступлю точно так же, если всё произойдет наоборот.

— Наоборот? Хочешь сказать, ты остановишь своего отца, если он попытается меня убить?

— Да.

Баррен решительно кивнул.

— Не знаю, что ты обо мне думаешь, но ты – мой соперник и мой благодетель.

— Впрочем, можешь забыть о том, что я спас тебе жизнь.

— Ты спас мне жизнь, но я называю тебя благодетелем потому, что ты заставил меня осознать собственное упрямство. Пожалуйста, больше ни о чем не спрашивай, это слишком неловко.

Баррен опустил голову. Густо покрасневшие уши с головой выдавали смущение. Раон не испытывал дискомфорта от того, что его назвали благодетелем, вероятно, потому, что у них было много общего.

Эти дерьмовые глаза выглядят не так уж здорово без злобы.

Гнев недовольно фыркнул. Раньше парень раздражал его высокомерием, а теперь не нравился тем, что перестал задирать нос. Угодить королю демонов было поистине сложной задачей.

Раон облизнул губы, глядя вслед удаляющемуся Баррену. Как ни жаль было это признавать, но он не собирался оставлять Каруна в покое.

На самом деле, даже оставь он его в покое, Карун нанес бы удар первым. Рано или поздно их вражде суждено было закончиться.

Со смертью Каруна.

***

Яблочный мясной пирог, ананасовое печенье, ананас...

Раон возвращался во флигель под аккомпанемент Гнева, напевающего о том, чего бы ему хотелось съесть.

— Хм?

На центральной дороге, еще мгновение назад совершенно пустой, стоял высокий мужчина средних лет.

Широкие плечи и волевой подбородок придавали ему мужественный вид. А исходящее от незнакомца давление было настолько внушительным, что по спине пробегали ледяные мурашки.

Он был Мастером, причем достиг этого уровня уже давным-давно. Могущественный воин шагал навстречу, сверкая синими глазами.

— Я Айяд, лидер Дивизии Белого Лотоса. Перейду сразу к делу, Раон Зигхарт. Вступай в Дивизию Белого Лотоса и стань моим мечом.

— Я не хочу.

Раон тут же покачал головой.

— ...А?

Хотя с виду казалось, что Айяда ничто не способно удивить, он вмиг растерял самообладание.

— Требовать, чтобы я стал вашим мечом, в первую же встречу – слишком внезапно.

— Н-но я слышал, что ты любишь переходить прямо к делу?

Мужчина в замешательстве слегка склонил голову набок.

— Мне нравится быть прямолинейным с другими, но я не люблю, когда другие прямолинейны со мной.

Раон пожал плечами, всем видом показывая, что это совершенно очевидно.

— Ха...

Поскольку Айяд никак не ожидал столь решительного отказа, его взгляд на мгновение потерял фокус.

Вполне нормально сбиться с толку, если не знаешь всей правды.

Гнев ехидно усмехнулся, высунув голову из браслета.

А именно – что этот парень сумасшедший и в очередной раз слетел с катушек.

«Значит, я в здравом уме, верно?»

…