С наступлением ночи на пятой тренировочной площадке на ногах остался лишь один человек — Раон.

— Мы, как и всегда, успели не только провести спарринги, но и навести порядок на площадке.

Раон усмехнулся, глядя на убранную территорию и мечников, хватающих ртом воздух, словно выброшенные на берег рыбы.

— Надо бы сказать тайфуну спасибо.

— Аргх...

— Хнык!

— Чёрт побери!

Услышав жизнерадостный голос Раона, мечники — в особенности те тридцать, что накануне разнесли всё в щепки, — лили кровавые слёзы, вцепившись в мягкую землю.

— Зева-а-аю...

Риммер, до этого валявшийся на помосте и видевший сладкие сны, поднялся, утирая слюну.

— Всё закончилось?

— Да.

— Жуть, это и впрямь пугает.

Его плечи вздрогнули при взгляде на разбросанных повсюду мечников.

— Как же я рад, что именно я твой начальник.

Риммер с ухмылкой похлопал Раона по плечу.

— Это ненадолго.

— Хм? О чём ты?

Раон улыбнулся и промолчал. Само собой, он имел в виду, что совсем скоро станет командиром Риммера и заставит того работать.

Отучить Риммера от азартных игр и заставить работать — вот одна из причин, по которой Раон хотел поскорее стать сильнее и повысить ранг.

— От твоей улыбки у меня дурное предчувствие...

Риммер покрылся холодным потом и отвернулся.

— В-в общем, я пошёл. И вам лучше разойтись, пока окончательно не надорвались.

Поскольку мечники уже выбились из сил, они так и остались лежать на земле, не проронив ни слова.

— Р-Раон...

Баррен приподнялся, дрожа, как осенний лист на ветру.

— Я ничего не имею против тренировок. Я люблю тренироваться, н-но тебе не кажется, что ежедневные спарринги в таком формате – это перебор? У нас есть и другие занятия: работа ног, оттачивание фехтования, закалка выносливости и тела, групповые построения с мечом.

Он продолжил, молитвенно сложив руки, словно умолял о пощаде.

— Раз за прошлый месяц мы достаточно наспарринговались, давай попробуем что-нибудь ещё. Я хочу систематических и разнообразных тренировок, как ты и обещал в самом начале!

— О чём ты?

Раон склонил голову с кислым выражением лица.

— Разве спарринг – не самый систематичный метод тренировки?

— Только если это единственный метод в мире! То, что происходит, даже тренировкой не назовешь – нас просто целыми днями избивают!

— Послушай. Вы закаляете тела, принимая мои удары, а уклонение от атак повышает выносливость. Более того, вы ночами напролёт отрабатываете работу ног и фехтование, лишь бы я больше вас не бил.

Раон загибал пальцы один за другим, перечисляя всё то, о чём просил Баррен.

— Закалка тела, повышение выносливости, отработка фехтования и работы ног. Всё упомянутое тобой уже включено в спарринги. Это же нагляднейший пример самой систематичной тренировки в мире.

— Э-это софистика! Спарринги не включают в себя отработку фехтования и работы ног, и мы уж точно ничего не закаляемся, когда нас просто избивают!

— Он прав! Нихрена это не закаляет! Боль ни капли не утихла, хотя нас дубасят уже целый месяц!

— Это не тренировка! Это отчаянная борьба за выживание!

Выкрикнул Баррен. Остальные мечники тоже повскакивали и замахали руками в знак согласия.

— Живое существо быстрее всего становится сильнее, когда его жизнь в опасности. Просто потерпите ещё немного.

— О-он сказал «живое существо». Он нас даже за людей больше не считает!

— Чёрт побери! До него не достучаться! Словно со стеной говорю!

— Проклятье!

Взвыли мечники, колотя кулаками по земле. Из-за нехватки сил от их ударов почти не поднималась пыль, и это заставило Раона ощутить к ним лёгкую жалость.

Впрочем, интенсивность нынешних тренировок и так была значительно ниже той, через которую прошёл он сам.

Он тщательно следил за тем, чтобы не наносить необратимых увечий, в то время как тренировки в прошлой жизни то и дело оборачивались переломами и атаками, способными сделать его инвалидом.

— Значит, с этого момента...

— Мы продолжим спарринги.

— Уа-а-ах!

— Кья.

— Дерьмо...

Баррен в отчаянии стукнулся головой о землю, Рунаан беззвучно вскрикнула, а ругань Марты впервые прозвучала настолько жалко.

***

Когда остальные мечники разошлись, Раон остался один на тренировочной площадке и обнажил Ведущий Небеса.

Вжик.

Он решительно взмахнул Ведущим Небеса, пытаясь рассечь собственную тень, отброшенную лунным светом.

Вшух!

Он не использовал ни навыки фехтования, ни работу ног, однако Ведущий Небеса плавно вибрировал и вычерчивал серебряный след в тени, словно Раон исполнял некую благородную технику.

Он продолжал двигаться. Меч следовал за биением сердца, а не за указаниями разума. Отстранённый лунный свет, играющий на белом лезвии Ведущего Небеса, рассеивал вокруг величественное сияние.

Этот клинок вобрал в себя все техники, принципы и само дыхание, постигнутые юношей к этому моменту.

Разнородные свойства техник, ранее не способные гармонировать, медленно сливались воедино, порождая доселе невиданный дух.

Убийца назвал бы это смертоносным клинком, рыцарь — мечом правосудия, а танцор — изящным танцем. Настолько таинственным был меч Раона.

— Хаа...

Клинок остановился лишь тогда, когда пятнистый лунный свет заскользил по плечам Раона.

«Я продвинулся вперёд».

Он думал, что личное развитие застопорится, но вместо этого удалось сделать шаг вперёд. Хотя эти тренировки затевались с целью подтянуть остальных мечников, именно он в итоге добился наибольшего прогресса.

— И как так вышло?

Оставалось загадкой, каким образом он отточил мастерство, если всё это время лишь жизнерадостно дубасил мечников, которые постепенно набирались сил.

Видимо, он обладал некой чертой — становиться сильнее, избивая других, прямо как Лень, который черпал силу во сне.

— Может, избивать их ещё усерднее?

Раон усмехнулся, убирая Ведущий Небеса в ножны.

То, что ты сейчас сказал...

Гнев кивнул, указывая на него пальцем.

Ты определённо один из нас.

— Я же сказал, что нет!

***

Заместитель командира Текли подошёл к Гарону, закинувшему ноги на стол.

Сломанные конечности Текли уже срослись, но лицо всё ещё скрывала массивная повязка, напоминая о том, что раздробленная скула так и не зажила.

Бух!

Текли рухнул на колени перед Гароном и ударился головой о пол.

— Прошу прощения!

Он не смел поднять головы, несмотря на то, что сломанная скула вжалась в пол.

— Я-я проявил неосторожность! Умоляю, простите, это больше никогда не повторится!

— Знаешь, что я ненавижу слышать больше всего?

Гарон холодно улыбнулся и встал.

— Слово «неосторожность». Слышишь?

— Ах...

— Все идиоты вечно твердят: «Я проиграл из-за неосторожности», «Я бы выиграл, если бы не расслабился», «Это всё невнимательность». Ты понимаешь, что на самом деле всё дело лишь в их бездарности?

Его улыбка стала шире, а мечи, украшавшие комнату командира, откликнулись смертоносным резонансом.

— Хафф...

Текли побледнел и оцепенел.

— Будь у тебя подавляющая сила, ты бы прикончил противника даже будучи неосторожным. Ты просто слаб, вот и всё.

— М-мне жаль...

— Именно сейчас мы обязаны укреплять репутацию, а слова «позор» даже близко не хватит, чтобы описать принесённое тобой унижение. Тебе лучше назвать вескую причину, почему я не должен отрубить тебе голову прямо сейчас.

Гарон сорвал со стены клинок и приставил его к горлу Текли, всем видом показывая, что не шутит.

— В этот раз я выложусь на полную с самого начала! Раон Зигхарт... я собственными руками похороню этого высокомерного ублюдка! Прошу, дайте мне ещё один шанс!

Хотя из разбитой щеки и лба брызнула кровь, он всё так же исступлённо бился головой о мраморный пол.

— Звучит как полная чушь от того, кто вырубился с одного удара!

— Только потому, что это был кулачный бой! В фехтовании я ему ни за что не проиграю!

Текли и впрямь ощутил жуткую ауру монстра по имени Раон, но всё это из-за рукопашной схватки. Он не сомневался, что сможет смыть позор, как только в ход пойдут клинки.

— Хм...

Гарон медленно опустил занесённый для удара меч.

— Я разрублю его на куски той самой техникой, которой вы меня одарили! Прошу, дайте последний шанс!

— Что ж, ладно. Раз я вложил в тебя столько сил, пускать их на ветер прямо сейчас было бы расточительно.

— Ах, с-спасибо вам!

— Однако!

Глаза Гарона полыхнули демоническим светом, когда он свирепо уставился на Текли.

— Если ты снова проиграешь, то на куски разрубят уже тебя.

***

Риммер, откликнувшись на зов Гленна, переступил порог зала для аудиенций в поместье лорда, где не появлялся уже очень давно.

— Я смотрю, жизнь у тебя лёгкая и беззаботная, раз так раздобрел.

Гленн нахмурился при виде пухлых щёк Риммера.

— Зачем вы так жестоко? Вы смотрите на меня как хищник на бедного кролика.

Подбородок Риммера задрожал — он мастерски разыгрывал испуг.

— И что же ты такого делал, чтобы наесть такие бока? Баклуши бьёшь и даже с детьми больше не занимаешься?

— Просто у меня совсем нет работы.

— Нет работы?

— Да. Вообще-то, Раон...

Он выложил Гленну всё, что стряслось за минувший месяц.

— ...Поэтому моих ребят каждый день безжалостно колотят.

— И они не пытаются сопротивляться? — спросил Гленн, слегка склонив голову.

— Ещё как пытаются. Прогуливали, сбегали, прятали тренировочные мечи, а на прошлой неделе и вовсе разнесли всю площадку.

— И как на это отреагировал Раон?

— Растоптал все их планы. Заставил голыми руками таскать землю и восстанавливать площадку, распотрошил карман Дориана, чтобы возместить нехватку мечей... Я даже не представляю, что он сотворил с симулянтами, но возвращались они полумертвыми от страха.

Риммер хихикнул, добавив, что Раон действительно потрясающий парень.

— Значит, дети должны были стать сильнее.

— О, да. Поскольку каждый день им приходится тренироваться на грани выживания, их рост поражает. Будто тусклый светлячок вспыхнул ясным лунным светом.

— Настолько?

— Сейчас это совершенно другие люди, к тому же они в разы отточили боевые искусства, которыми вы их наградили. Сами они, правда, этого ещё не осознали, ведь их по-прежнему нещадно избивают.

— Услышав такое, мне самому захотелось увидеть их в деле.

Гленн кивнул, решив понаблюдать за ними во время дуэли. Жёсткая линия его губ слегка смягчилась.

— Чем больше я наблюдаю за Раоном, тем больше понимаю, насколько он одарён, — с улыбкой продолжил Риммер. — Раньше я считал его гением, зацикленным исключительно на собственном развитии, но ошибся. У него поистине чудовищный талант возвышать других. Как я и думал, мой дорогой ученик определённо обладает задатками короля.

— Он был моим внуком задолго до того, как стал твоим учеником.

— Но ведь учеником-то он стал раньше, разве нет?

— Что за вздор?

Лица обоих мужчин, ещё секунду назад с улыбкой восхвалявших величие Раона, исказились недовольными морщинами.

— Вы не имеете права так говорить, раз в обычной жизни даже не относитесь к нему как к внуку! Вот когда перестанете мять перед Раоном лицо и скажете: «Любимый мой внук, иди-ка дедушка тебя обнимет!» – вот тогда и поговорим, а до тех по... ах!

Риммер судорожно замотал головой, заметив сгущающуюся над макушкой грозовую тучу.

— Я-я беру свои слова назад! Он ваш внук! Ну конечно же ваш!

Ещё один такой удар, и он гарантированно отправится на тот свет. Этого следовало избежать любой ценой.

Вууу!

Туча, из которой вот-вот готова была ударить молния, бесследно рассеялась стоило Риммеру извиниться.

— Значит, никаких проблем нет.

— Нет, одна проблема всё-таки есть.

Хоть это и была проблема, Риммер говорил о ней на удивление легко.

— И что же это за проблема?

— Очевидно, дело в мечниках. Их стресс копился больше месяца и сейчас достиг критической отметки. Вполне вероятно, что совсем скоро они просто скажут: «Да пошло оно всё, убивай, если хочешь».

Поскольку отряд Светлого Ветра продолжал впахивать по ночам, а днём их нещадно избивали, рассудок учеников балансировал на грани. Ещё чуть-чуть, и они окончательно сломаются.

— И как Раон намерен с этим справляться?

— Он ничего не предпринимает, хотя прекрасно видит проблему. Более того, интенсивность тренировок только растёт.

Риммер прищурился.

— Как будто он специально провоцирует бунт.

***

Перед рассветом.

Мечники Светлого Ветра, некогда пышущие жизнью, теперь шатались как зомби, глядя в пустоту остекленевшими глазами. Их выносливость и сила воли иссякли.

— Я умираю.

— Мгм...

— Чёрт...

Баррен, Рунаан и Марта выглядели ничуть не лучше, хотя и обладали самой несгибаемой волей. Они продержались чуть дольше остальных, но вскоре и их начало штормить.

— Э-эм, сэр Баррен...

Крейн подковылял к Баррену и безвольно осел на землю.

— Такими темпами мы и правда подохнем.

— И что с того?

— Давайте устроим забастовку.

— Забастовку?

— Да, просто ляжем и будем игнорировать приказы заместителя командира.

Он специально повысил голос, чтобы услышали все. Мечники, заинтересовавшиеся этой идеей, медленно повернули головы.

— Разве тогда он не изобьёт нас ещё сильнее?

— Ещё сильнее? Нас лупят каждый день, каждую секунду. Куда уж сильнее? И вообще, мы делаем это не ради отдыха, а ради выживания!

Крейн указал пальцем на товарищей.

— Посмотрите на них. Разве они похожи на пышущих энергией подростков? Они полуживые, в них ни капли сил не осталось! Давайте потребуем пару дней передышки, чтобы просто не отбросить коньки. Иначе мы тут либо сдохнем, либо покалечимся.

— Хм...

Баррен закусил губу. После недавнего фиаско Крейн не вызывал особого доверия, но в этот раз зерно истины в его словах было.

Раз уж даже он сам, Рунаан и Марта дошли до ручки, остальным приходится ещё тяжелее. Такими темпами они реально рискуют заработать необратимые увечья.

— Заместитель командира, бесспорно, силён, но в наставничестве он зелёный новичок. Посмотрите сами, он без остановки лупит нас кнутом, напрочь забыв о прянике!

— Твоя правда.

Как и сказал Крейн, Раон хлестал их кнутом два месяца подряд. В таком темпе загнали бы даже первоклассных скакунов.

— Если мы все разом заляжем в знак протеста и заявим, что выбились из сил и не можем шевелиться, даже заместителю командира придётся пойти на уступки.

— Да. Давайте попробуем.

— Я-я тоже за.

— Я больше этого не вынесу.

— Как ни тошно слушать Крейна, но в этот раз он прав.

— Даже заместитель ничего не сделает, если мы всей толпой уйдем в отказ.

Мечники стянулись к Баррену и Крейну. Среди них оказались даже Рунаан, Марта и Дориан.

Ради хотя бы крошечной передышки даже эта троица пошла бы на что угодно, ведь за последние два месяца никто из них так нормально и не сомкнул глаз.

— Решено: как только появляется Раон, падаем на землю и не двигаемся. Предателям – смерть!

— Да!

— Мгм.

— Поняли.

Все тридцать три мечника Светлого Ветра, не считая Раона и Риммера, впервые выступили единым фронтом.

Вскоре, в час утренней тренировки, появился Раон с объёмным мешком за спиной. Увидев распластавшихся по площадке мечников, он нахмурился.

— И что вы устроили?

— Я больше не могу...

— Пальцем пошевелить не могу...

— Я на пределе...

— Умираю...

Мечники так и не сдвинулись с места, стоня, что у них нет сил подняться.

— Я правда всей душой рвусь тренироваться, но энергии не осталось ни капли. Силы меня покинули, — выдавил Баррен, вяло указывая пальцем на свой полузакрытый, мутный глаз. — Умоляю, дай нам передышку... или просто убей на месте.

Все до единого мечники, валяющиеся на полигоне, последовали его примеру и раскинули конечности звездой.

— Означает ли это, что вы сможете продолжить тренировки, как только выносливость и энергия вернутся?

— Разумеется. Именно поэтому нам нужно как минимум три дня покоя.

— И мы не согласимся на меньшее. Три дня, и точка!

— Точно!

Ученики во главе с Барреном стояли на своём: им срочно требовался отдых. Они искренне хотели тренироваться, но физически были полностью истощены.

— Истощены, значит. Отлично.

Раон сбросил мешок на землю и развязал горловину, извлекая на свет более тридцати деревянных шкатулок.

— Потому что как раз прибыла вторая награда, которую мы запрашивали в Порване – Эликсиры Благословений.

Он лучезарно улыбнулся, демонстрируя деревянную шкатулку с мерцающим зельем. Но для отряда эта светлая улыбка показалась страшнее дьявольского оскала.

— Э-эликсир?

— Почему именно сейчас?..

— Уах, за что...

При виде этих шкатулок мечники не находили в себе сил ни радоваться, ни рыдать.

Ведь несмотря на радость от получения драгоценного зелья, они осознавали: эликсир восстановит их силы до краев, а значит, избиения продолжатся.

— Раз выносливость и энергия вернутся сразу после приёма эликсира, вы же сможете продолжить тренировки, верно?

Раон усмехнулся, наблюдая, как ученики с перекошенными от ужаса лицами тянут к нему дрожащие руки.

«Я прекрасно знаю, о чём вы думаете».

Разумеется, такое совпадение не было случайностью. Эликсиры доставили одновременно с мягкой землёй, но Раон утаил их, предвидя, что рано или поздно назреет подобный бунт.

— Кха! Чёрт побери! Да чтоб тебя! — заорал Баррен, вскакивая и выхватывая эликсир.

Он проклинал богов за то, что те послали зелье в этот самый миг — любое другое время, днём раньше или позже, оказалось бы куда удачнее.

Они жаловались, что Раон не даёт им пряников. Что ж, вот он, дьявол его дери, расщедрился на пряники. Жаль только, что пряники оказались отравленными!

— Хнык...

— Всё кончено. Меня снова будут избивать.

— Я не могу сбежать. Я не вижу ни единого способа сбежать!

— Бог мёртв.

Мечники до крови кусали губы, судорожно сжимая шкатулки. Зелья, конечно, радовали глаз, но от осознания надвигающихся побоев к горлу подкатывал ком, а на глаза наворачивались слёзы.

— Н-ничего не попишешь. Пьём эликсиры, а соберёмся здесь попозж...

— Погодите.

Стоило Баррену отдать команду разойтись для усвоения зелий, как Раон поднял руку.

— Вам не стоит пить их прямо сейчас.

— Что? О чём ты?..

— Вы же в курсе, что Эликсир Благословений усваивается эффективнее, если принять его на абсолютном пределе выносливости и ауры? Так что давайте сперва проведём спарринг, а выпьете вы его сегодня вечером, когда всё закончится.

Раон с улыбкой постучал деревянным клинком по земле, приглашая нападать.

— Сегодня мне придётся приложить чуть больше усилий, чтобы вы выжали из эликсира максимум пользы.

Его тренировочный меч со свистом закрутился, словно лопасти мельницы. Давление ветра, исходящее от клинка, заставило зубы учеников выбивать нервную дробь.

— Чего застыли? Нападайте уже.

— Ах...

Глядя, как Раон вежливо манит его пальцем, Баррен окончательно убедился в своей правоте.

«Этот ублюдок – дьявол».

«Даже не просто дьявол. Он – сам король демонов!»

***

Три месяца, полных стенаний и бесконечных проблем, пролетели незаметно. Наступило утро дуэли между Светлым Ветром и Золотым Гербом.

Большая тренировочная площадка, где должно было состояться столкновение, уже с самого утра была забита до отказа.

— Интересно, кто сегодня победит?

— Очевидно же, что победителем выйдет Золотой Герб. Пусть Светлый Ветер и считается восходящими звёздами, но по одним только именам участников ясно – это совершенно разные весовые категории.

— Никто даже не в курсе, на каких миссиях пропадал Золотой Герб. Сейчас правит бал эпоха Светлого Ветра.

— Но сегодня они будут мериться не репутацией, а клинками. У Золотого Герба явное преимущество, в среднем по отряду они на голову выше.

— Раз уж нас ждут дуэли тридцать пять на тридцать пять, ставлю на победу Золотого Герба со счётом примерно 30:5.

— Но ведь в Светлом Ветре есть Раон Зигхарт, одолевший апостола!

— Раон один. Даже если он выиграет свой бой, это никак не повлияет на общий исход.

Зрители на трибунах, пусть и едва знакомые между собой, без умолку обсуждали грядущее событие, сгорая от предвкушения.

Большинство ставило на победу Золотого Герба, отдавая при этом дань уважения потенциалу Светлого Ветра.

Пока толпа гудела в ожидании, главные двери полигона распахнулись, и внутрь шагнул отряд Золотого Герба.

Источая подавляющую, колючую ауру, они уверенно направились к арене в центре площадки.

— Чувствуете это давление? Серьёзно верите, что они сольют соплякам из Светлого Ветра?

— Уверен, не отстрани их от заданий, они бы огребли славы куда больше Светлого Ветра.

— И не говори! Ты только взгляни в их глаза. Чистые голодные звери!

Ощущение сокрушительного давления, исходящего от Золотого Герба, лишь укрепляло эти догадки.

Грохот!

Вскоре после появления Золотого Герба массивные двери распахнулись во второй раз, впуская Светлый Ветер.

В их облике не читалось ни следа той свирепой уверенности и боевого духа, что продемонстрировали предшественники. Напротив, то, как они безмолвно брели к арене, заставило трибуны всерьёз за них забеспокоиться.

— Ч-что с ними такое?

— Выглядят какими-то забитыми.

— Может, струхнули, когда ощутили давление Золотого Герба?

— Скорее всего. Наверняка осознали, что противник на несколько голов выше.

— Да я же по миру пойду! Поставил всё состояние на Светлый Ветер, потому что верил Раону!

— Похоже, зрелище будет так себе.

Глядя на подавленный вид Светлого Ветра, толпа загудела, пророча дуэли быстрый и односторонний финал.

Раон же лишь улыбался, окидывая взглядом трибуны, словно наслаждаясь всеобщей реакцией.

— Они правы. Этот бой будет совсем неинтересным.

Ведь он завершится их безоговорочной победой.