Раон нахмурился.

«Он меня благодарит?»

В голове это не укладывалось.

Он вдребезги разбил стратегию, которую Кейн так старательно выстраивал, одолел его в дуэли, а под конец нанес удар в грудь, поэтому совершенно не понимал, с чего бы тому склонять голову в знак благодарности.

— У тебя такой вид, будто ты ничего не понимаешь.

Кейн ухмыльнулся, словно именно такой реакции и ожидал.

— Я верил, что в этой тотальной битве мы разгромим вас несмотря ни на что. Раскусил ваши характеры и оценил силу ещё до начала сражения, чтобы обеспечить нам победу при любом раскладе.

— Это и вправду было довольно опасно.

Изучение характеров Марты и Баррена, а также их стиля фехтования, помогло Кейну выработать успешную стратегию. Не отправь Раон Рунаан вернуть их, оба выбыли бы прямо там.

— Верно. Опасно, но победить нам так и не удалось. Я-то думал, после первой маленькой стычки всё уже предрешено. Никак не ожидал, что твоё восприятие окажется острее моего, и что ты так искусно скрываешь присутствие. Да и от Марты с Барреном я таких перемен не ждал.

Кейн тяжело вздохнул.

— И напоследок: я даже представить не мог, что проиграю тебе в бою один на один. Аура – единственное, в чём я был абсолютно уверен, ведь во время восстановления только и делал, что медитировал. И всё же, до сих пор в голове не укладывается, как я умудрился проиграть такому крохотному пламени.

Он всё ещё считал Культивацию Десяти Тысяч Пламен слабой техникой. Глубокое заблуждение, но поскольку переубеждать его нужды не было, Раон промолчал.

— Эта битва меня и вправду многому научила. Нужно всегда помнить: во вражеском лагере может найтись кто-то сильнее, пусть даже моложе возрастом, и ни на миг не терять бдительности.

Раон заглянул Кейну в глаза. В них читалось глубокое удовлетворение, словно тот досыта наелся восхитительной еды. Казалось, всё сказанное было его абсолютно искренними мыслями.

«Не так уж он и плох для члена прямой линии».

Всё звучало в точности так, как тот и сказал. Всегда нужно учитывать вероятность, что враг скрывает истинную мощь. В бытность ассасином Раон считался лучшим именно потому, что готовился к любому повороту событий.

— Понимаю.

Раон кивнул Кейну и обвёл взглядом ресторан.

Ученики пятой тренировочной площадки и шестой теперь непринуждённо болтали и смеялись за едой, словно старые друзья.

— О чём ты думаешь, когда взмахиваешь мечом?

— Ни о чём я не думаю, просто следую инстинктам. И я уже велела тебе проваливать!

Даже Марта, до этого огрызавшаяся на всех подряд, растаяла от обилия комплиментов и начала понемногу поддерживать беседу. Совсем чуть-чуть, но всё же...

— Такая сила воли совершенно естественна для того, кто стремится стать мечником Зигхарт.

— Воистину. Мечник Зигхарт подставит под клинок левый бок после удара в правый, если это принесёт победу.

Баррен и Декаль хохотали вместе, раскрасневшись, словно пьяные.

Хрум-хрум.

Закончив разговор с Карин, Рунаан уплетала фрукты. Угощение явно пришлось ей по вкусу: перед ней уже возвышалась целая гора плодов, из-за чего девушка ужасно напоминала белку.

«Как любопытно».

Странно было видеть, как они сблизились после столь яростной схватки.

Услышав о совместном пиршестве, Раон ожидал гнетущей атмосферы, как на похоронах. Но жестоко ошибся. В ресторане царило настроение маленького праздника.

— Ты тоже странный.

Пока Раон размышлял о причинах происходящего, уплетающий курицу Кейн усмехнулся.

— Почему?

— Разве тебе не интересно, почему те, кто ещё недавно готов был перерезать друг другу глотки, теперь так дружелюбны?

— Хм...

— Я так и знал.

Кейн кивнул, подтверждая догадку.

— Сказать почему? Потому что они сражались.

— Это я знаю. Но почему сражение...

— Не просто потому, что сражались, а потому, что бились под именем Зигхарт.

Он указал на учеников, увлечённо обсуждавших сегодняшнюю битву.

— Все мы – Зигхарты. Никто не прибегал к подлым трюкам, каждый выложился на полную ради победы. И всякий, кто скрестил сегодня клинки, прекрасно это осознаёт.

Поразмыслив, Раон согласился с ним. Он и сам чётко ощущал эмоции Кейна, когда их клинки сошлись. Победа была единственным желанием противника.

— Выложившись без остатка, они чувствуют облегчение независимо от исхода боя. Они не притворяются дружелюбными, а на самом деле стали немного ближе.

Сказав это, Кейн залпом осушил стакан с соком, словно то было пиво.

— Вот как?..

Теперь он понемногу начинал понимать, почему они так легко сошлись, и почему ему самому было так тяжело это осознать.

«Потому что в прошлой жизни всё было иначе».

Тотальные битвы тоже входили в программу тренировок, когда из него растили ассасина.

Однако, в отличие от здешних порядков, там слабые расставались с жизнью, несмотря на тренировочный формат. Он и помыслить не мог о друзьях, лишь в отчаянии благодарил судьбу за то, что дожил до рассвета.

«Именно так всё и должно быть».

Если люди, обучающиеся в одном месте под одним именем, сражаются друг с другом изо всех сил, то результатом становится именно то, что он видел перед собой.

Однако прежние инструкторы хотели вылепить из него не человека, а покорного пса. Поскольку суть обучения сводилась к убийству, подозрительность и взаимная ненависть были вполне естественным исходом.

— В бою ты сохранял такое спокойствие, словно старый воин, прошедший через бесчисленные сражения. А сейчас выглядишь на свой возраст. Очень уж ты странный.

Кейн улыбнулся, пережёвывая мясо. Казалось, он вовсе не насмехается, а искренне наслаждается беседой.

— Разве?

Раон улыбнулся в ответ. Конечно, в эту улыбку он вложил совершенно иной смысл.

«Я и вправду ничего не знаю».

Тело крепло, техники убийства и боевой опыт никуда не делись, но вот человечности ему не хватало больше, чем кому-либо в этом зале. Это была улыбка стыда.

— Хаа...

Он медленно вздохнул и посмотрел в окно. Заходящее солнце мягко слепило глаза.

Возможно, дело было в самой ситуации или в словах, всколыхнувших воспоминания о прошлой жизни.

В памяти всплыли образы прошлого.

Времена ещё до того, как он получил кодовое имя «Раон». Воспоминания о днях, когда он, до побеления костяшек сжимая кинжал, изо всех сил боролся за выживание, заполнили разум.

Дети, бросавшиеся на него с намерением убить на тренировках в условиях реального боя. Из-за масок он даже не знал их лиц, но они могли бы жить так же беззаботно, как эти ученики, не забери их в то проклятое место.

Они бы встретили друзей, радостно смеялись и болтали друг с другом. Возможно, столкнулись бы с трудностями, но прожили бы куда лучшую жизнь, избежав столь бесславной смерти. Руки Раона задрожали от скорби.

«Верно. Всё это из-за...»

Деруса Роберта.

Всё из-за этого проклятого лжеца, бывшего короля юга. Давно дремавшая ярость к нему вновь затопила сердце.

— Раон?

***

Звонкий голос Рунаан вырвал скрипящего зубами Раона из водоворота мыслей.

Тц, эта проклятая девчонка смеет вмешиваться!

Голос Гнева, полный горького разочарования, раздался из браслета. Похоже, демон втихую подпитывал его эмоции.

«Ты просто нечто...»

П-подожди! Зачем ты отпускаешь такой прекрасный гнев?! Развивай его и дальше! Разве тебе не нужно отомстить? Король Сущности...

«Да исчезни ты уже».

Кх! Ах ты ублюдок...

Раон загнал Гнев обратно в браслет.

— Хаа.

Пусть Гнев немного и вмешался, эмоции были абсолютно искренними. Он убьёт Деруса Роберта, чего бы это ни стоило.

— Я в порядке.

— Угу.

Он слегка улыбнулся пристально смотревшей на него Рунаан, и та снова принялась за фрукты. За едой она и правда была вылитая белка.

— Раон Зигхарт.

Покончивший с курицей Кейн окликнул его, постукивая пальцами по столу.

— У меня есть предложение.

— Предложение?

— Как насчёт того, чтобы время от времени устраивать подобные стычки между тренировочными площадками? Можно один на один. Да и ещё одна тотальная битва, как сегодня, на мой взгляд, пошла бы всем на пользу.

В ресторане повисла тишина. Похоже, Кейн произнёс это слишком громко. Ученики прервали разговоры и теперь уставились на них.

— Хм...

Окинув взглядом детей, Раон не заметил никого, кому бы эта идея пришлась не по душе.

Марта хмурилась, отчаянно жестикулируя и призывая отклонить предложение, но так как она оказалась в меньшинстве, он просто проигнорировал её.

— Да, звучит неплохо.

— Круто, я так и знал!

Кейн хлопнул по столу и поднялся.

— Ого!

— Отныне будет жарко!

— В следующий раз я не проиграю!

— Мечтать не вредно! Мы точно снова победим!

Голоса зазвучали громче. Ученики искренне радовались новому соперничеству и завязавшимся связям.

— Проклятье!

Кроме одного человека.

Марта выругалась и свирепо уставилась на Раона.

Тот хладнокровно проигнорировал этот взгляд и посмотрел в правый конец зала. Важные персоны, от которых зависело решение по предложению Кейна, были заняты совершенно другим.

— Погоди, хочешь сказать, оплата еды не входит в цену проигранного пари?

— Разумеется, нет. Я хоть раз говорил, что ты платишь за еду из-за проигрыша? Я просто попросил тебя раскошелиться.

— Но я же уже дал тебе деньги!

— То был лишь аванс.

Вместо того чтобы обсуждать бои учеников или их ошибки, Риммер и Метун жарко спорили о ставках.

— Да это какой-то бред...

— Это абсолютно разные вещи. Цена пари обычно измеряется золотыми монетами. Ну же, давай их сюда. И за еду тоже плати.

Риммер протянул руку, расплываясь в наглой ухмылке.

— Ты, наверное, единственный эльф на свете, обладающий такой жадностью.

— О, спасибо за комплимент.

— Слов нет. Я просто в бешенстве.

Метун с силой впечатал в ладонь Риммера тяжёлый мешочек с золотыми монетами.

— Спасибо, господин простофи... то есть клиент. Обращайтесь ещё.

Заполучив деньги, Риммер поднялся с кружкой пива.

— Эй, детишки, сегодня вы на славу потрудились. Завтра хорошенько отдохните, а послезавтра увидимся на тренировочной площадке!

Он махнул рукой и покинул ресторан.

«Далеко ты не уйдёшь».

Раон усмехнулся и скользнул следом.

«Нельзя позволить ему одному снимать все сливки».

***

— Я побеждаю каждый раз, когда ставлю на Раона!

Риммер в приподнятом настроении летел к игорному дому.

«Раон – мой талисман на удачу!»

Эльф изрядно понервничал, когда ученики начали всухую проигрывать, но в конечном итоге они с лихвой оправдали ожидания.

Стоило Раону сделать свой ход, как безнадёжная ситуация перевернулась с ног на голову, принеся идеальную победу. Казалось, Риммер больше никогда не проиграет, пока делает ставки на этого мальчишку.

— Пари со стопроцентной вероятностью выигрыша – да это же золотая жила! Хочу проворачивать такое каждый день.

— В мире не существует подобных пари.

— А?

Он поспешно обернулся на приятный голос за спиной. Раон ледяным взглядом буравил мешочек с золотом в руке инструктора.

— Р-Раон? Почему ты здесь? Шёл бы поесть ещё...

— Похоже, вы немало сорвали, поставив на нас.

— Эм...

— И это ведь не первый, и даже не второй раз, верно?

— Угх!

В точку по обоим пунктам. Благодаря Раону Риммер и впрямь озолотился. Безо всяких шуток.

— Половина.

Раон поднял палец, указывая на мешочек.

— Половина?

— Раз уж куш сорван благодаря нам, будьте любезны, потратьте половину на учеников.

— П-половина – это грабёж!

— К завтрашнему дню от этих денег всё равно ничего не останется.

— Да я могу утроить этот капитал! Кто знает?

— Ни разу не видел, чтобы вы хоть что-то выиграли в игорном доме.

Мальчишка фыркнул. Риммер досадливо поморщился: сопляк бил не в бровь, а в глаз. Впрочем, на этот раз всё будет иначе. Интуиция прямо-таки кричала о надвигающейся удаче.

— У меня превосходное предчувствие. Я сорву десятикратный куш и пущу половину на...

— В этом нет нужды. Нынешней половины нам будет предостаточно.

— Я не хочу! Это всё моё...

— Тогда в будущем на моё содействие можете не рассчитывать.

— Что?

— Раз уж сразу видно, когда инструктор делает ставку, я могу и специально поддаться.

— Да ты ни за что на такое не пойдёшь... Хм.

Риммер обречённо застонал. Ледяное спокойствие в глазах Раона не оставляло сомнений: он не шутит.

«Я ч-что, перегнул палку?»

А ведь и правда, он постоянно наживался на спаррингах с Барреном и Мартой, забирая всё до последней монеты.

— Я не прошу отдать деньги мне лично, я прошу потратить их на пятую площадку.

— Хаа, ладно. И что же это? Что тебе нужно?

— Кое-что я понял во время битвы с шестой тренировочной площадкой.

Раон впервые за разговор едва заметно улыбнулся и пояснил:

— То, что нужно ученикам, это...

***

Два дня спустя.

— А? Что это?

— Манекен?

— Это тренировочный манекен для фехтования.

Глаза учеников заблестели, когда они окружили манекены, выстроенные на левой стороне площадки.

— Манекен для отработки ударов?

— Да. Если ударить по такому мечом, он поглощает удар и отдаёт обратно ещё большую силу. Говорят, это отлично тренирует перед реальным боем.

— Серьёзно? Но откуда они вдруг взялись?

Ученики с любопытством склонили головы, разглядывая диковинку.

— Инструктор расщедрился.

— А?

— Серьёзно?

При этих словах Раона десятки удивлённых взглядов скрестились на Риммере, вольготно развалившемся на помосте.

— Вы сами почувствовали это в прошлой битве: из-за жесткой отдачи при столкновении клинков легко потерять хватку или повредить запястье. Должно быть, он заказал манекены, чтобы мы натренировали руки.

— Ого...

— Неужели наш игроман и вправду...

— Выходит... Он потратил на нас свой выигрыш с того пари?

— Инструктор...

Ученики сгрудились вокруг Риммера, глядя на него полными восхищения глазами.

— Хм...

Даже откровенно недолюбливавший Риммера Баррен широко распахнул глаза от удивления.

— Да-да. Тренируйтесь усердно.

Риммер вымученно улыбнулся и вяло отмахнулся.

«Какие же они, чёрт возьми, дорогущие».

Заказ влетел в такую копеечку, что от выигрыша не осталось и половины золота. В расстроенных чувствах эльф поставил всё, что оставалось, и с треском пролетел. В итоге он действительно оказался без гроша в кармане, в точности как и предсказывал Раон.

Тем не менее, губы Риммера тронула лёгкая улыбка, когда он наблюдал, с каким азартом его ученики колотят новые манекены.