Голубая луна взирала на мир с ночного неба.

На открытой площадке Раон разматывал бинты, скрывавшие руки и ноги.

Хотя тело еще не до конца исцелилось, плоть почти полностью восстановилась. Казалось, можно снова приступать к тренировкам.

«Тогда...»

Он плавно оттолкнулся от земли, собирая ауру Культивации Десяти Тысяч Пламен.

Раон в мгновение ока обогнул озеро. Невероятно быстрая работа ног, за которой не поспевала даже собственная тень, однако лицо юноши оставалось мрачным.

— Тц.

Раон щёлкнул языком и свел ноги вместе.

«Все не то».

Первый шаг, показанный Гленном, казался настолько широким, что позволял достичь любой точки континента, и настолько свободным, что давал возможность совершить абсолютно любое движение.

Это не шло ни в какое сравнение с Небесным Продвижением из Шагов Высшей Гармонии, которое он только что использовал.

«Он говорил, этот шаг способен достичь чего угодно».

Гленн описывал Шаги Высшей Гармонии как всемогущие и совершенные. Звучало высокомерно и надменно, но, увидев эти движения воочию, спорить не приходилось.

«Мне не следует думать о скорости или силе».

Мощь Раона казалась ничтожной пылинкой по сравнению с силой Гленна. Ему требовалось работать над фундаментом ради общей картины, а не пытаться слепо копировать деда.

«Попробую ещё раз».

Раон применил Шаги Высшей Гармонии вместе с Культивацией Десяти Тысяч Пламен. Медленные, но тяжелые шаги напоминали яростный выпад несущегося бизона.

— И это тоже не то.

Раон покачал головой и поправил стойку. Он повторял всё снова и снова, отрабатывая Шаги Высшей Гармонии до самого рассвета.

— Проклятье...

Раон нахмурился, глядя на восходящее солнце. Освоить Шаги Высшей Гармонии оказалось непросто даже с талантом, ускоряющим обучение.

Честно говоря, он чувствовал, словно всё ещё блуждает в потёмках.

«Нет, наверное, так и должно быть».

Шаги Высшей Гармонии — это работа ног, воплощающая просветление Гленна, сильнейшего человека на континенте. Вполне естественно, что подобное боевое искусство так трудно освоить.

Ты всё ещё не выучил эту работу ног, хотя потревожил сон Короля Сущности ради тренировки? Ты настолько жалок, что доводишь меня до слёз.

Гнев вырвался из браслета и рассмеялся после целой ночи молчания.

Король Сущности всё понял с самого начала. Я начинаю испытывать жалость к человеческой неполноценности.

«Ладно, ты крут».

Раон коротко вздохнул и сел. Поскольку тело ещё не до конца восстановилось, накатила усталость от ночной тренировки.

Пфф, очевидно же, что у тебя трудности. Ты как червяк – ползаешь по земле и пытаешься смотреть в небо. Червяку лучше смотреть на своё, червячное небо.

— Червю лучше смотреть на червячное небо, да… — пробормотал Раон в ответ на колкость Гнева и посмотрел на Северную Могильную Гору, возвышавшуюся позади флигеля.

«Если подумать...»

Риммер говорил нечто подобное на Северной Могильной Горе. Объясняя природу атрибутов, эльф упомянул, что Раону нужно самому определить поток сродства.

«Интересно, относится ли это и к работе ног».

Раон заново проанализировал Шаги Высшей Гармонии. В исполнении Гленна они выглядели трансцендентными — не просто существующей в реальности работой ног, а таинственным шагом, способным преодолевать пространство и время.

«Я не на том уровне, да и не этого пытаюсь достичь».

Юноша покачал головой. То, к чему он стремился, было куда более приземлённым и реалистичным.

У него было лишь две цели: защитить людей во флигеле и вонзить клинок в горло Деруса Роберта. Больше ничего не нужно.

«И для этого...»

Раон выпрямил спину и закрыл глаза. Он сделал шаг, думая о тех, кого должен защитить, и о человеке, которого обязан убить, что бы ни случилось с телом.

Топ!

Возникла иная вибрация.

Интенсивный поток, зародившийся в контуре маны на подошвах ног, пронзил всё тело, подобно раскалывающей небеса молнии. В движениях воплотилась истинная свобода.

Он начал писать собственную картину.

Фоном служили шаги, воплощающие ту самую свободу, которая позволит защитить близких и свернуть шею заклятому врагу.

Вжик.

Раон открыл глаза. Взгляд горел ярко, подобно восходящему солнцу.

— ……

Юноша посмотрел на землю. Первый шаг сдвинул с места не тело, а разум.

Этот шаг стал воплощением воли — боевым искусством, которое можно постичь, лишь вложив в него душу.

Грубый набросок Шагов Высшей Гармонии, который планировалось закончить сегодня, завершился в одно мгновение.

[Вы освоили «Шаги Высшей Гармонии».]

[«Шаги Высшей Гармонии (Одна Звезда)» добавлены в черты.]

Раон сжал кулаки. После освоения Шагов Высшей Гармонии — техники, которая, казалось, никогда ему не поддастся — чувство триумфа и эйфории захлестнуло с двойной силой.

[Скорость изучения Шагов Высшей Гармонии вернулась в норму.]

Способность к обучению, позволившая освоить Шаги Высшей Гармонии, исчезла в идеальный момент — ровно тогда, когда техника была постигнута.

Поскольку солнце уже медленно поднималось из-за горизонта, стало ясно: дар продержался всего одну ночь.

«Выйти на тренировку сразу же оказалось правильным решением».

Без этой способности не удалось бы освоить Шаги Высшей Гармонии даже за год, не говоря уже об одной ночи. Пренебречь ранами ради тренировки было единственно верным выбором.

Что это...?

Холод Гнева яростно задрожал, словно пламя свечи на ветру.

Что ты наделал? Как ты сделал это за такое короткое время?

— Твои слова стали ключом.

Ключом?

— Ты сказал, что червь должен смотреть на червячное небо.

И что с того?

— Как ты и сказал, у меня есть собственная цель, а у Гленна – свои желания и стремления. Вот почему мне не нужно точь-в-точь копировать деда. Я вложил свое желание в эту работу ног.

Раон с дерзкой ухмылкой добавил: «И всё получилось».

Даже так, ты не должен был освоить эту работу ног настолько легко.

— Ты прав. Твоя система здорово помогла, увеличив скорость обучения. Только сейчас понял, что всё это произошло благодаря тебе. Я очень благодарен.

Кх, Король Сущности никогда не делал ничего подобного...

Синий холод Гнева раздулся и выглядел так, будто готов взорваться в любую секунду.

— Не злись. Я просто констатировал факт.

Раон улыбнулся и погрозил пальцем. И как раз в тот момент, когда юноша собирался спровоцировать демона ещё сильнее, заставив взорваться от ярости, до него донесся голос.

— Раон!

Сильвия выскочила прямо из окна позади флигеля. Сейчас она выглядела такой же проворной, как Риммер.

— Я же велела тебе отдыхать! Почему ты в таком виде?

— Ох.

Раон вздохнул. Он не боялся монарха царства демонов, но не смел перечить маме.

***

Раона затащили в комнату Сильвии, и женщина выглядела куда более злой, чем Гнев.

— Раон, что мама тебе говорила?

— Д-даже не знаю...

Раон почесал затылок и отвёл взгляд.

— Я ясно сказала прекратить тренировки, пока полностью не поправишься!

— В-возможно, ты так и сказала...

Он прекрасно помнил эти слова, но отвернулся, пытаясь притвориться, будто ничего не знает.

— Честное слово!

Сильвия сморщила нос и скрестила руки на груди.

«Ух...»

Под строгим взглядом Сильвии Раон чувствовал себя ещё более неловко, чем во время боя с Демоном Кровавого Безумия. И никак не мог понять, почему выслушивать эти нотации настолько тяжело.

— Раон.

Сильвия подалась вперёд, заглядывая сыну в глаза. Её взгляд был полон беспокойства и печали. Раон опустил голову, не в силах вынести столь тяжелого взгляда.

— Да.

— Я знаю, почему ты так усердно тренируешься, — ппродолжила она, ласково поглаживая его по плечу.

— Хочешь стать сильнее, потому что беспокоишься обо мне и о флигеле.

— ……

Губы Раона слегка дрогнули. То ли потому, что она была его мамой, то ли потому, что они провели вместе так много времени, Сильвия безошибочно читала его мысли.

«Хотя дело не только в этом».

Никто не должен знать, что его поступками двигала ещё и жажда мести.

— Спасибо. И прости меня. Это исключительно вина мамы, что тебе приходится так думать.

— Но...

— Ты даже не представляешь, как я была счастлива узнать, что ты стал лучшим учеником, победил в спарринге и добился огромных успехов на задании. Однако...

Сильвия погладила его по плечу, плотно сжав губы.

— Тебе не нужно делать всё это ради меня. Помни, о чём мама говорила раньше: ты должен делать то, чего хочешь сам, ради себя, а не ради нас.

Говоря это, она мягко улыбалась. Эта безмятежная улыбка служила доказательством искренности, что ещё сильнее тронуло сердце юноши.

— Говорю тебе ещё раз: твоя мама сейчас счастлива как никогда, поэтому не нужно надрываться. Двигайся в собственном темпе, Раон.

Более восьмидесяти процентов ран уже зажило. Некоторые упражнения на самом деле пошли бы на пользу в нынешнем состоянии, и Сильвия прекрасно это понимала.

Однако, встретившись с ней взглядом, Раон так и не смог произнести это вслух.

— ...Я понял, — кивнул Раон с трепещущим сердцем.

— Обещаешь?

— Угу.

— Отлично!

Сильвия хлопнула в ладоши и встала. Она ярко улыбнулась, совершенно иначе, чем мгновение назад.

— Заходите!

— Да!

Дверь открылась по её зову, и все горничные флигеля, включая Хелен, вереницей вошли внутрь.

— А-а?

У Раона отвисла челюсть. Он чувствовал, что прислуга толпится снаружи, но никак не ожидал, что мать позовёт их внутрь.

— Вы всё слышали, верно? Немедленно докладывайте, если Раон попытается тренироваться или хоть как-то нагружать тело.

— Да, миледи!

Горничные лучезарно улыбнулись и поклонились.

— Ха-а.

Раон покачал головой и протяжно вздохнул.

— Она меня подловила...

Кю-ха-ха-ха! Как же приятно смотреть, как тебя обводят вокруг пальца.

***

— Хуфф!

Баррен издал вздох, тяжёлый, как свинцовая глыба.

«Я слишком рассеян».

Щёки залил румянец стыда при воспоминании о дне битвы с Эдемом. Всё, на что его тогда хватило, — это громко кричать, будучи не в силах хоть как-то помочь.

Осознание того, что он бы умер, не окажись рядом Раона, заставляло сгорать от унизительной неловкости.

— Нужно размяться.

Не желая ни с кем сталкиваться, он отправился на небольшую тренировочную площадку, затерянную в углу пристройки.

Несмотря на скромные размеры, площадка содержалась в идеальном порядке. Баррен обнажил меч и сделал взмах.

Вжик!

Удушающее чувство отступило вместе со звуком клинка, рассекающего ветер. Баррен продолжал наносить удары, с удовлетворением отрабатывая работу ног.

Сколько прошло времени?

Когда Баррен очнулся от транса и поднял голову, на тренировочной площадке уже собралось несколько мечников и учеников.

— Ха-а...

Баррен утёр пот со лба рукавом и вложил меч в ножны.

«Удалось избавиться от никчёмных мыслей».

Тренировка оказалась верным решением — вся былая рассеянность бесследно улетучилась.

«Пора возвра...»

Как раз в тот момент, когда он собрался возвращаться в Центральный Боевой Дворец, до него донеслись голоса.

— Господин Баррен!

— Давно не виделись!

Это были дети из побочной ветви. Из-за уязвлённой гордости они даже не пошли на шестую тренировочную площадку после провала экзамена на пятой.

— Вы уже тренируетесь после всего случившегося?

— Как и ожидалось от господина Баррена!

Восклицали они со сверкающими от восторга глазами.

— Просто пришёл размяться, потому что был не в духе.

— Не в духе... А! Понимаю!

Широколобый парень справа прищурился и кивнул.

— Значит, эти россказни всё-таки ложь!

— О чём ты?

— Слухи о том, что Раон убил Зелёного Демона Войны и на равных сражался с Демоном Кровавого Безумия. Это ведь враньё, верно?

— Я тоже так подумал. Да ни в жизнь этот подлый выскочка не убил бы Зелёного Демона Войны и не стал бы выигрывать время, чтобы остальные могли спастись.

— Должно быть, инструктор Риммер сам всё сделал, а потом приписал заслуги Раону. В конце концов, инструктор в нём души не чает.

И хотя Баррен не проронил ни слова, они уже сами себя убедили, что вся история Раона — сплошной вымысел.

«Как же мерзко. Эти оборванцы из пристройки совсем потеряли стыд...»

— Эй.

Баррен оскалился и свирепо уставился на двух учеников. Столкнувшись с подавляющей аурой, болтуны вздрогнули и затравленно захлопали глазами.

— Вы считаете, что клан Зигхарт – это какой-то сброд, раздающий почести без должного расследования?

— Простите?

— А, э-это...

— Раон Зигхарт убил Зелёного Демона Войны и не отступил ни на шаг перед Демоном Кровавого Безумия. Если бы не он, никто из учеников, включая меня, не вернулся бы живым.

— Угх!

Подкошенные рычащим голосом Баррена, представители побочной ветви рухнули на землю.

— Если ещё раз услышите, как кто-то несёт подобную чушь – тащите их ко мне. Я лично заткну им пасти.

— А, да!

— Простите нас!

Баррен покинул площадку, напоследок одарив дрожащих учеников презрительным взглядом.

— А-а...

Направляясь к Центральному Боевому Дворцу, он остановился и поднял глаза к небу.

«Вот оно что».

Наконец-то пришло понимание, отчего на душе скребли кошки и подкатывала такая тошнота.

«Всё потому, что я до сих пор не мог признать его».

Он изо всех сил старался нагнать Раона, лишь осознав, сколько титанических усилий тот приложил.

И когда Баррену показалось, что разрыв сократился, Раон вновь вырвался вперёд — двигаясь намного быстрее и уходя далеко за пределы досягаемости.

В турнире против Королевства Оуэн, в сражении против орков и в этой миссии Баррен не проявил себя ничем особенным. А достижения Раона всякий раз оказывались просто ошеломляющими.

«Я просто завидовал...»

За внешней нелюдимостью Раона скрывался прирожденный лидер. Он умел просчитывать любые ситуации наперёд и обладал сокрушительной мощью.

На словах Баррен заявлял, что догонит его, но глубоко внутри банально завидовал чужим талантам.

— Ха-ха-ха!

Он искренне расхохотался. Зависть — вполне естественная человеческая эмоция. Признав это, Баррен ощутил невероятное облегчение.

«Я оказался не таким уж безупречным».

Однако демонстрировать столь уродливое чувство окружающим он не собирался. Его нужно запереть глубоко внутри и сжечь, словно топливо, чтобы когда-нибудь настигнуть Раона.

«Я уже говорил, что не сдамся».

Баррен закусил губу и зашагал к Центральному Боевому Дворцу. Теперь его шаг стал куда легче.

***

— Молодой господин, вы, случайно, не собираетесь на тренировку?

Хелен подступила к Раону, стоило ему выйти из комнаты.

— Нет...

Раон покачал головой и направился в холл.

— Молодой господин, куда вы идёте?

Вторая горничная подозрительно оглядела его наряд.

— На прогулку.

— Хмм, хорошей прогулки.

Раон махнул рукой и распахнул парадную дверь.

— Молодой господин? Неужели вы вышли на тренировку...

— Нет.

Слуга, протиравший окна снаружи флигеля, едва завидев юношу, тут же поинтересовался его планами.

— Молодой господин...

— На тренировку...

Обитатели поместья, встречавшиеся на пути к саду за флигелем, с назойливым постоянством допытывались, куда он идёт и чем намерен заняться.

— Просто гуляю! Гуляю я! — скривился Раон под прицелом глаз горничной, развешивающей бельё во дворе, и чуть ли не бегом устремился в сад.

— Фух!

Раон перевел дух. Он с головой угодил в ловушку Сильвии. Никто другой не смог бы обвести его вокруг пальца, но перед матерью он во многих смыслах оставался безоружен.

«Так дело не пойдёт...»

Горничные пользовались любой возможностью, чтобы прятаться по кустам и вести слежку.

Стоило бы ему только применить работу ног в такой обстановке, как Сильвия тут же выскочила бы, словно кукушка из часов.

«Ну и ладно».

Какое облегчение, что всё это произошло уже после освоения Шагов Высшей Гармонии. Попадись он в момент действия ускоренного обучения — было бы до слёз обидно.

«Думаю, иногда полезно делать перерыв».

Раон расслабленно откинулся на спинку садовой скамьи. Убедившись, что подопечный не собирается напрягаться, горничные тоже ослабили бдительность.

— М-молодой господин!

Тихую идиллию с освежающим ветерком и ароматом свежей травы разорвал крик, донёсшийся со стороны флигеля.

— У нас беда!

Раон распахнул глаза и обернулся: к нему бежала горничная, готовая вот-вот расплакаться.

— Хм?

Встревоженный тон девушки заставил юношу мгновенно подняться со скамьи.

— Г-господин Раден Зигхарт пришёл с визитом.

— Раден?

Это имя было ему знакомо.

Это был сын четвертого сына Гленна — Балдера Зигхарта. Судя по слухам, он недавно вернулся в поместье с очередным достижением.

— Зачем он здесь?

— Я-я не знаю. Едва появившись, он сразу же набросился на миледи...

Раон больше ничего не слышал. «Миледи» и «набросился» — только эти два слова набатом звенели в ушах.

— Где этот ублюдок?

Глаза Раона заволокло непроглядной тьмой, прямо как в те страшные дни, когда он был ассасином.