Интерлюдия: Алистер, Изгнанник

Монстр.

Король-Мудрец выдернул монстра из глубин ада и спустил её на меня, словно чудище из кошмаров в обличье юной женщины.

— Хозяин, вам не следует вставать.

— Я в порядке, — боль от раны в боку вспыхнула, едва я устроился в кресле «кабины» Древнего судна. Уроки, которое когда-то дал мне отец, помогли взять управление на себя. Спустя мгновение я уже вёл корабль по небесам почти на одних инстинктах. Я был свободнее всех, кто жил внизу, на планете. Отсюда я видел её изгиб, а звёзды над головой превращались в бесконечное море. — С этим я точно справлюсь, Белфорд.

Мой фамильяр кивнул, а я снова поморщился от острой боли в рёбрах.

Когда люк закрывался, в меня просто запустили камнем, но если бы я не увернулся, то погиб бы. Тот снаряд, летевший с бешеной скоростью, лишь скользнул по мне, сломав два ребра. Не уйди я с траектории удара, осколки костей вонзились бы мне в лёгкие и был бы мне конец.

Полный ненависти взгляд твари, которую Король-Мудрец вытащил из бездны, оказался единственным светлым пятном в нашем поспешном бегстве.

Однако я знал наверняка: она всё ещё идёт по моему следу и не остановится, пока я не умру.

— Хозяин, впереди станция.

— Протокол связи запущен, — я скривился, когда в интерфейсе на Древнем языке вспыхнули восемнадцать предупреждений.

Пятнадцать из них нам были знакомы, но три оказались новыми. Энергетические запасы на исходе. Невозможно поддерживать орбиту. Оборонительный периметр разрушается. Я понял. Этот укромный остров, скрытый магией и давно утраченными технологиями, доживал последние дни. Поднимающиеся Цитадели, должно быть, сорвали древние печати, которыми наши предки некогда нас укрыли.

— Возможно, мы в последний раз ступаем в это священное место, — сказал я.

«Серебряная Слеза» получила своё имя благодаря форме. Восемь поколений назад эта станция впервые откликнулась на наш транспорт, когда нам удалось поднять его выше облаков. Как и подсказывало название, структура висела в воздухе, вытянутая каплей, а почти весь её корпус представлял собой ровную, гладкую, серебристую поверхность без видимых входов. В первых записях говорилось, что обшивка у той была безупречной... но за прошедшие века она сильно пострадала.

Чёрные пятна и ожоги покрывали корпус, с каждым нашим визитом всплывало всё больше тревожных сигналов, и теперь я ясно видел: дни её сочтены.

Но нам нужно лишь одно, последнее мгновение здесь.

Обшивка раскрылась, и наш корабль сам влетел внутрь... Мы дождались, пока откроются створки, и лишь затем выбрались. Мы вдохнули прохладный, чистый воздух и пошли по ангару металлического исполина, чувствуя невероятную лёгкость, так как мы были слишком далеко от планеты. Загораясь тусклым голубым светом, вспыхнули лампы, озаряя пустой зал, где когда-то, должно быть, стояли десятки транспортов. Беглого взгляда на панели хватило, чтобы понять: неработающих отсеков стало больше, чем во время моего предыдущего визита.

Это место угасало, но оно сослужит нам последнюю службу.

— Следуй за мной, остальные пусть остаются в транспорте. Убедись, что кабина заперта.

— Да, хозяин, — Белфорд выполнил приказ и последовал за мной через тесные коридоры.

Станция была чудом, но по замыслу – компактной. Последнее прибежище среди звёзд, когда все прочие лежали в руинах. Сколько труда и крови стоило Древним поднять её ввысь в их закатные дни? Этот вопрос я надеялся когда-нибудь изучить в свои последние годы, передав дела наследнику. Этому не суждено случиться. Академии больше нет.

— Что мы ищем? — спросил он.

— Последнее хранилище этого места, то, что мы здесь оставили.

Отсюда мы забрали осквернённый клинок, чтобы доставить его Завоевателям, и то было предпоследнее хранилище. Где меч теперь, я не знал, но Король-Мудрец наверняка нашёл способ с ним управиться: запечатал в свинец и отправил в ближайшую плавильню. Для нас эта вещь потеряна, а все прочие сокровища, некогда скреплённые печатями, давно использованы и исчезли. Здесь же хранилось последнее, самое могущественное сокровище. Мой бок ныл, когда я вошёл в зал, где когда-то стояли мои предки; Белфорд маячил у меня за спиной, чтобы в случае чего поддержать. Мы добрались до финальной двери прежде, чем я совсем выбился из сил. Дверь отъехала в сторону, открыв главное сокровище.

— Вот оно... хррк.

Боль расцвела у меня в груди.

Я перестал чувствовать ноги.

А затем я рухнул вперёд, в лужу крови, растекающуюся из того места, где ещё недавно билось моё сердце.

Белфорд перешагнул через меня и взял в ладонь последнее, финальное сокровище, сокрытое здесь Древними.

Я понял, что произошло, в одно мгновение... и выбрал свои последние слова.

— Ты пил мою кровь, пока я лежал без сознания, пока ты якобы помогал мне.

— Именно так, мой дорогой хозяин. Именно так, — голос Белфорда был полон веселья, особенно когда он читал древние письмена и разглядывал сокровище. Покончив с чтением, он почти не медля разжал челюсти, утыканные рядом за рядом зубов... и проглотил его. Стекло и запретное зелье скользнули в его глотку. Это причинило ему боль. Те из моей свиты, кто остался в транспорте, умрут, чтобы насытить его. — И вот теперь, впервые за многие столетия... моя родословная свободна.

Тьма медленно застилала мне взор, по мере того как стихала боль.

— А теперь я заберу последнее чудо, оставленное моими истинными создателями, — Белфорд упивался собственной бравурой и ложью, в которую верили он сам и его предки.

Это хранилище содержало многое. Что-то называли сокровищами. Другое – опасными ценностями. Он и его порода были из числа последних. Не по-настоящему смертные, но и не конструкты из технологий и магии. Скорее оружие, в котором когда-то видели надежду, но в итоге признали неудачей. Мне хотелось его поправить, но я знал лучше. Нужно было тщательно выбирать последние слова, пока жизнь моя ускользала, а тьма подступала всё ближе. Мой последний ход был близок.

— Это завершит меня, — говорил он, — несмотря на то, что ты растратил все дары, предназначенные мне и моему роду.

Он ударил с такой точностью лишь затем, чтобы я не умер сразу. Он сделал это... чтобы поглумиться, чтобы я прочувствовал его предательство и он потешил свои низменные инстинкты.

И чтобы я до конца верил в ту ложь, которой его кормили, прямо как законченный, абсолютный дурак.

Вместо того чтобы доставить ему удовольствие, я, удовлетворив любопытство насчёт собственного поражения, решил действовать.

Из чистой, незамутнённой злобы.

Я заговорил на древнем языке, как учил меня отец, так, как положено было отдавать приказы Белфорду и его роду:

— Приоритетная команда: запуск протокола самоуничтожения.

Я услышал усмешку в его голосе, когда он ответил:

— Я перерос тебя, дорогой мой хозяин. Я перерос тебя в тот миг, когда в последний раз напился твоей крови. Ты был нужен мне лишь затем, чтобы попасть сюда и забрать моё наследие.

Вопреки всему, вопреки тому, что моё тело переставало меня слушаться, а чувства мои гасли, и вопреки тому, что мысли мои должны были быть о провалах и сожалениях, я лишь рассмеялся и заговорил с ним напоследок.

Это не убьёт его.

Не с той ценностью, которую он поглотил. Но те, кто последовал за мной сюда, не станут для него пищей, и вред ему будет нанесён немалый.

Он завладеет тем, что осталось от Академии, но мои самые верные и одарённые не падут от его клыков.

— Дурак, — прошептал я, собрав остатки сил, лёжа в собственной крови. По крайней мере, я уберёг своих последних преданных спутников от позора погибнуть от руки глупца и бездушного оружия. — Эти слова предназначались не тебе. Они предназначались «Серебряной Слезе».

Я не знал, как именно отреагировал Белфорд, исказилось ли его лицо от ужаса или удивления, но знал одно: услышав меня, он мгновенно сорвался с места и побежал.

Но дело было сделано.

Взвыли сирены.

Синие огни сменились алыми и начали мигать.

В последний раз взревел великий, страшный механизм.

Зная это, я позволил себе вспомнить Академию: её залы мудрости, зелёные поля и земли, населённые истинными наследниками Древних.

Место, где мы жили как властители над всеми прочими расами, чтобы однажды вернуть себе весь мир, а затем и звёзды.

Умирая, я хранил в сердце надежду на будущее.

Король-Мудрец вырезал Детей Эльм и рассеял их, чтобы они больше никогда не обрели силу.

До сих пор он покоряет и порабощает их, заставляя творить свою волю.

Возможно, однажды он станет истинным властелином мира, возьмёт в свои руки штурвал самого мироздания и подчинит всех остальных.

Этот мир был нашим.

Нет.

Этот мир и все звёзды были нашими.

С этой последней мыслью, под оглушительный вой сирен, разнёсшийся по «Серебряной Слезе», я ощутил лёгкую дрожь, пробежавшую сквозь мою остывающую кровь, а затем последовала яркая вспышка, прорезавшую на миг тьму моего взора.

А потом не стало ничего.

---

Призрачный Чемпион. У них был Призрачный Чемпион. Неудивительно, что Академии так долго всё сходило с рук.

— Айя, приготовь приоритетное сообщение для Морган. У нас проблемы.

Мы снова были у крепости Кузнецов и координировали предстоящий удар по одному из генералов Повелителя Смерти. План был прост: вышибить опорные столбы из-под босса, пока тот не останется в одиночестве. Как бы он ни был силён и могуч, править и вести армии в одиночку он не мог.

— Я читал о твари, которую она описала в своём докладе. О той, что спасла высшее руководство Академии.

— Пошлю гонца за связным, который сейчас наготове, — ответила Айя. — Какой уровень приоритета?

— Критический. У них нет шанса убить ту тварь, с которой они столкнулись.

Призрачный Чемпион был мерзким, событийным юнитом, который даёт кучу преимуществ на Слое Интриг. Этакая попытка Древних создать супершпиона: по сути, живая тень с парой кусков плоти, которые привязывают её к материальному миру. Если уничтожить «мясо», он просто отращивает новое и возвращается. Пока не достанешь саму «тень», живая часть будет возрождаться снова и снова.

— Ей нужно засыпать эту штуку тонной заклинаний, — сказал я. — А не просто... швырнуть в неё кирпичом или чем-то таким.

Морган сейчас кайфовала, рубясь на передовой. Юнит Владыки Демонов в бою использует уйму оружия, выковывая его на ходу из пламени и стали, а затем заставляя взрываться облаком осколков после каждого удара. Мечи, клейморы, секиры и прочее крушат десятки ветеранов, полностью улучшенных Юнитов, и он прекращает это только тогда, когда ты снесёшь ему половину здоровья.

После этого он начинает кастовать все самые сильные заклинания в игре, и тогда уже пора посылать Чемпионов, а не армии.

Как бы то ни было, раз Морган пользовалась только базовым оружием и выбрасывала его после поломки, я мог сделать вывод, что в своём задании она ни разу не опустилась ниже половины здоровья.

Не то чтобы это было сюрпризом, но ждать, пока всё дойдёт до этого момента, я не собирался.

— Есть какой-нибудь конкретный тип магии, к которому он должен быть уязвим? — спросила Айя, ставя на мой стол чашку свежего чая.

Раз я собирался задержаться у Кузнецов на пару недель, моё привычное окружение уже доставили. Особняк ещё не успели построить, так что я пока обосновался в командном шатре, переоборудованным под мои апартаменты. Этого хватало, чтобы я работал процентов на восемьдесят эффективности.

— Морган наверняка сможет выучить всё, что потребуется, — сказала она.

Ну зашибись. Мой Древний Администратор начинает восхищаться Владыкой Демонов из моей свиты.

— Огонь, молния и, скорее всего, святая магия. Лучше всего – все три сразу. Передай ей, что она может попросить уроков у Стражей, если сочтёт нужным.

Я не хотел, чтобы Призрак продолжал существовать, особенно если он не работал на меня. На поле боя его замучаешься убивать, а с его бонусами к интригам он вообще огромная заноза в заднице. К счастью, у меня был готов Паноптикум, и я уже разворачивал его версии в каждом городе. Попробуй тут замаскируйся под одного из моих людей, когда я слежу за всеми сразу. Нет, правда, облегчи мне работу, пожалуйста.

— И ещё: скажи ей, если за пятнадцать недель она не найдёт зацепку, задача уйдёт в низкий приоритет. Она мне нужна для битвы с Повелителем Смерти.

От этих слов Айя приподняла бровь.

— Повелитель Смерти окажется в пределах нашей досягаемости так скоро?

Неужто крутость Морган заставило Айю усомниться в моих собственных способностях? Или, может, я параноик, а она просто удивилась тому, что я могу предсказать финальную осаду противника, которого весь континент еле сдерживает? Как бы то ни было, правильным ответом было развеять любые сомнения в моей компетентности.

— Каким образом? — вопросила она.

Я откинулся на спинку стула и ответил как можно спокойнее:

— К этому времени все наёмники, которых мы заслали, начнут травить их еду и воду. И к тому же, к тому моменту у нас будет достаточно сил, чтобы начать кампанию бомбардировок.

Ликвидация лидеров.

Массовое отравление еды и воды в их армии.

Воздушные бомбардировки военных и гражданских объектов под контролем Повелителя Смерти.

— Либо Повелитель Смерти сделает ход и подставится, либо мы убьём всё, что находится под его контролем. Вот почему я уверен, что к тому моменту нам понадобится Морган.

Игровой совет: вы можете ускорить завоевание регионов и убивать боссов быстрее, если не стесняетесь совершать военные преступления.

КОНЕЦ ШЕСТОЙ КНИГИ