— П-подожди. Что ты имеешь в виду, говоря «наш брак»?

Селеста указала на себя, а затем на Арнольда:

— Мы вдвоём поженимся. Я всё объясню, как только закончишь читать письмо.

Арнольд прищурился, задаваясь вопросом, кто стоит за этим.

«Это был Вэнс или мой отец? Возможно, оба?»

Два Великих Дворянина были давними друзьями и военными соратниками. Арнольд не удивился бы, будь это решено в результате пьяного разговора между ними. Если это так, то он категорически против этого брака, что не имеет никакой ценности.

Арнольд посмотрел на Селесту в поисках ответов, но та лишь молча перебирала пальцами, глядя в окно. Зная, что она ничего не расскажет, пока он не прочтёт письмо, парень решил сдаться.

Он перевёл взгляд на бумагу. Прежде чем снять восковую печать, Арнольд сделал глубокий вдох.

[Я, Вэнс фон Пенстон, глава рода Пенстон в пятом поколении, настоящим оформляю брак между Арнольдом фон Беркли и моей дочерью Селестой фон Пенстон].

Арнольд перевернул страницу.

— Это официальное письмо, да?

Слова, написанные на обороте, были более неформальными.

[Я уже отправил Селесте отдельное письмо, сообщая ей о моём решении поженить вас двоих. Мы ещё не оповестили наших первых жён, ваших матерей, так как хотели сначала закрепить договор между вами.

Арнольд, ты умный молодой человек, так что я уверен, что ты уже осознал причину, по которой я желаю скрепить этот брак. Власть является одной из них. Другая причина немного эгоистична с моей стороны и со стороны твоего отца.

Мы видели, как вы двое выросли в прекрасных юношу и девушку. Я рад, что вы стали друзьями, но меня беспокоит то, как вы отдалились друг от друга. Позволь мне перейти к делу…]

Прежде чем продолжить, Арнольд ещё раз взглянул на Селесту.

[Изначально, вы должны были быть помолвлены задолго до твоей помолвки с Оливией. Всё усложнилось, когда Император Юрник забеспокоился, что дворяне могут спланировать восстание из-за ослабления власти императорской семьи после гражданской войны, от которой Империя так до конца и не оправилась.

План состоял в том, чтобы объединить Императорскую семью с герцогским домом, дабы объединить державу. У твоего отца 18.000 собственных солдат и армии вассалов, разбросанных по всей стране, что могут помочь в подавлении любого восстания. У других герцогских домов на стороне врага не будет шанса выстоять в случае объявления войны.

Из-за ряда обстоятельств, что могли бы возникнуть после передачи тебе титула герцога, Маркусу пришлось назначить на твоё место более подходящего кандидата. Об этом ты уже всё знаешь, и мне не нужно объяснять. Отмечу лишь, что мы держим ситуацию под контролем. Пока два наших дома объединяются, я могу помочь Маркусу уничтожить любого, кто посмеет тронуть твою семью].

На этом письмо закончилось. Это означало, что Селесте пришлось объяснять остальное.

— Во многих случаях, особенно у дворян, браки устраиваются как способ достижения социальной и политической выгоды. Это ответ, когда кто-то спрашивает, почему мы, дворяне, женимся или выходим замуж против воли, — Селеста сделала глоток из своей чашки. — Но разве не здорово, когда брак не против нашей воли?

— Что ты имеешь в виду?

Непохоже, чтобы Арнольд хотел этого брака. На самом деле, он никогда не думал о женитьбе на Селесте. Для брака со знатной леди, раз уж это давало много преимуществ, было разумнее выбрать кого-то другого.

— Я хочу выйти за тебя… Вот что я имела в виду. У меня есть выбор, принять этот брак или нет, и выбор я уже сделала.

Лицо Арнольда скривилось, словно он вкусил горького чая.

— Ты хочешь сказать, что у меня нет выбора?

— Ну… ты независимый городской лорд без статуса. Разве не очевидно, что тебе нужна сила моего рода? Ты сын герцога, но власти у тебя нет. Своим вмешательством я могу гарантировать, что твой… нет, наш город и его земли будут восстановлены. Понимаешь, о чём я?

Это было выгодно Арнольду, вот что Селеста пыталась сказать.

— Ты станешь патриархом моего рода, как только мы поженимся. Конечно, герцог Беркли не отрёкся от тебя прямо, но это известно лишь очень немногим. Лучше держать этот факт в тайне, если мы хотим, чтобы ты стал главой дома Пенстон.

— Главой дома Пенстон…

Это была не плохая сделка, если смотреть объективно. Селеста могла стать хорошим «инструментом» для его роста. Она была единственной дочерью Мастера Меча, технически, его прямой наследницей.

Селеста могла единолично унаследовать всё, но объединение с другим родом обеспечит усиление власти как в политическом, так и в военном отношении. Согласившись на брак, Арнольд стал бы не только сыном «Бога Копья» и Великого Дворянина, но и новым маркизом фон Пенстон. В таком случае их дети стали бы потомками двух самых сильных родословных Империи.

Это было то, от чего почти никто не смог бы отказаться. Особенно, лорд маленького города с обширными землями и нехваткой средств на развитие.

«Это усложнит мой союз с Селией. Я должен быть независимым. Если я стану Арнольдом фон Пенстон, то буду связан с Империей. Люди заподозрят меня в планах свергнуть Императора», — размышлял Арнольд.

А кто бы не заподозрил, узнав, что он связан с Королевой Нежити? Подумав немного, парень посмотрел на Селесту.

— Передай своему отцу, что я не могу жениться на тебе.

— …Могу я спросить, почему?

— Этот брак повлияет на моё положение лорда. Он может даже привести к войне с Империей.

Под «войной» он имел в виду ублюдков, что попытаются вторгнуться в его город ради убийства и кражи имущества лорда, пока Селия отсутствует. Это прекрасная возможность для врагов семьи Беркли сделать свой ход. Не говоря уже о тех, кто был недоволен тем, что Арнольд станет герцогом, это означало заявить на всю страну, что он жаждет нажить врагов повсюду. Каждый сможет предположить, что он делает это намеренно.

Конечно, никто понятия не имел о том, какие отношения на самом деле связывают Арнольда с нежитью. Он был их благодетелем, а они стали его мечом и щитом против вражеских домов. Никто не мог его тронуть, но это не означало, что его земля и город Уайтидж не пострадают.

«Я должен, как минимум, обсудить это с Селией. Мы равноправные партнёры, и для этого необходимо её мнение».

Возможно, Селия захотела бы как-то использовать эту возможность, но Арнольд уже был против. Это означало, что ему пришлось бы надолго отложить эту договоренность, а не отвергать сразу.

— Для нашего брака и объединения домов понадобится только родить дитя. Нам двоим даже не нужно видеться до первой брачной ночи. — аргументировала Селеста.

— Я понял, но послушай…

— Наши семьи - самые могущественные в Империи. У нас есть богатство, история и престиж, с которыми никто не может соперничать. Зачем нам отдавать власть другим, если мы можем сами пожениться? Это лучший вариант объединить и укрепить наши дома.

— Почему ты так непреклонна в этом? Да, заслуг в политике довольно мало, но каковы твои личные причины?

Селеста внезапно замолчала.

— …

— У тебя нет ответа?

Арнольд отложил письмо в сторону и наклонился вперёд. Она откинулась назад с неприятной гримасой на лице.

— Как я уже сказала, наши дома…

— Подожди, Селеста. Я услышал достаточно. — Арнольд встал. — В данный момент я не согласен на брак. Многие факторы мешают моему решению. Не думай, что это из-за отношений между нами.

Он развернулся и пошёл к выходу. Парень хотел уйти как можно скорее, прежде чем он устроит проблемы, грубо высказав то, что оригинальный Арнольд никогда бы не сказал.

— П-подожди! — Селеста схватила его за руку. — Е-есть… ещё одна причина…

— Что такое?

Арнольд отпустил дверную ручку и обернулся.

— П-почему я хочу, чтобы брак состоялся…

— Слушаю.

Арнольд посмотрел ей в глаза, но Селеста отвела взгляд. Её лицо вдруг покраснело. Парень скривился от её внезапной реакции.

Селеста отступила на шаг и положила руки на пуговицы блузки. Она медленно начала расстёгивать их.

— Что ты делаешь…?

— То, что должна была сделать давным-давно.

Её блузка упала на землю. Она скинула туфли и подошла к Арнольду.

— Селеста, прекрати это!

Арнольд положил руку ей на плечо, когда она приблизилась к нему. Она просто скинула его руку и продолжила раздеваться.

— Семь лет. Мне пришлось ждать семь лет.

Она начала расстёгивать рубашку после того, как скинула галстук. Арнольд мог только округлить глаза и смотреть, что она вытворяет, когда её декольте и лифчик были обнажены.

— Я люблю Оливию и Викторию, ясно? Так что прекрати.

Селеста остановилась.

— Ах, понятно… Эта сука…

Арнольд понятия не имел, кого она имела в виду, ведь он назвал два имени. Конечно, к Оливии он не питал такой привязанности.

— Сука?

У Селесты было выражение отвращения на лице, когда она упомянула имя своей лучшей подруги.

— Оливия, ты создаёшь проблемы, даже когда тебя нет рядом. — прошипела она сквозь зубы.

Селеста горько засмеялась, и руки её бессильно упали, как будто она потеряла весь задор и всякую силу.

— Сколько раз так уже было…? Я призналась тебе, но результат всегда один и тот же… Ты такой тупой, что тебе нужно говорить прямо. Я люблю тебя, понял?

Арнольд глубоко нахмурился.

«Что!? Селеста всё это время была влюблена в Арнольда?!»

Это было непредсказуемо, поэтому он совсем такого не ожидал. Никогда в сюжете игры не упоминалось, что Селеста вступала в какие-либо контакты с Арнольдом, кроме официальных встреч. Так как же мог произойти такой поворот? Другой вопрос, который у него был на уме, был: как далеко они зашли?

— Мы… встречались наедине…?

— Это несправедливо… Она обращается с тобой, как с собакой, но ты все равно её любишь?

— …

— Ты знаешь, как сильно я ненавижу её из-за тех чувств, что испытываю к тебе? Мне хочется выцарапать ей глаза за то, что она просто существует. Она соблазняет тебя, даже пальцем не поведя, и ты всегда пытаешься залезть к ней… Это нечестно… Мне всегда приходилось быть где-то между вами. Я должна была быть сильной, чтобы мы не отдалились друг от друга, но… — Селеста подняла голову, слёзы текли из её глаз. — Я потерпела неудачу из-за глупой боли, разъедающей моё сердце. Эта проклятая любовь…

В порыве Селеста схватилась за грудь и закричала.

— Это несправедливо! Каждый раз, как я флиртую с тобой, ты отвергаешь меня! Ты делаешь вид, что не замечаешь моих чувств! Почему!? Почему ты всегда преследуешь эту шлюху Оливию?!

Арнольд заметил, что его прижало к стене. Он мог легко оттолкнуть Селесту, но колебался, так как она никоим образом не была сильной. Он боялся причинить ей боль. Она была как нежная барышня, которую оригинальный Арнольд точно не хотел бы обидеть.

Да, казалось, что эти ощущения и замашки принадлежат оригинальному Арнольду. Лиам не особо удивлялся этому.

— Ненавижу, когда ты называешь меня «старшая сестра»! Ненавижу это! — слёзы потекли по щекам Селесты ещё сильнее. — Возьми меня в жёны! Разве твоя низкородная служанка лучше меня!? Я знатная леди, способная подарить достойных сыновей и дочерей. Разве не такое наследие хотят мужчины?

Арнольд закалил своё сердце, пока полуобнажённая девушка плакала перед ним.

— Я не люблю тебя. Если этот брак имеет преимущества, я, конечно, подумаю… но чувств к тебе у меня нет.

— Преимущества, вот как…

Селеста подняла руку, чтобы прикрыть лифчик, будто ей было стыдно, что она так себя показала. Её голова была опущена.

— Ты хочешь, чтобы тебя кормили ложью, Селеста? Хочешь услышать, как я скажу: «Я тоже тебя люблю»?

— …

— Ложь ничего не решит.

Арнольд попытался подойти ближе, но она отступила. Он криво усмехнулся.

— …Я буду ждать твоего ответа. Если скажешь «нет», то вопрос моего замужества решит моя мать… Может, меня выдадут за принца из другой страны? За сына купца? А может просто за простолюдина? Кто знает…

— Селеста…

— Убирайся из моего кабинета, или я закричу, что ты пытаешься меня изнасиловать.

Арнольд прикусил губу, увидев острый холодный взгляд, что она бросила на него. В этих глазах не было ни тепла, ни доброты, присущей ей.

Ну, он мог понять, почему она была так зла к нему сейчас. Он набрался храбрости, чтобы сказать ей болезненную правду, и бросил эти жестокие слова девушке в лицо.

— …Хорошо.

Арнольд взял письмо и свернул его. Он посмотрел на Селесту, которая одевалась с невозмутимым выражением лица, в последний раз.

Он уже сотни раз сам себя называл подонком, но ему оставалось только развернуться и уйти.

*****

Арнольд вышел из кабинета, оставив Селесту одну.

Девушка застегнула блейзер и подошла к своему столу, где стояла фотография в рамке. Это было фото из её детства. На нём были запечатлены Арнольд, Оливия, Грейс, Селеста и ещё один мальчик со светлыми волосами.

Они выглядели такими счастливыми тогда. Почему жизнь не могла остаться такой?

— Тц. — негодовала Селеста, глядя на фото Оливии. — Мне придётся избавиться от тебя, надоедливая муха.

— …Почему же леди Пенстон так мрачна?

Позади Селесты раздался голос. Она почувствовала холодное дуновение на шее. Окно было открыто, хотя она была уверена, что закрывала засов.

— Миара, почему ты всегда без приглашения? Я уже говорила, что если другие увидят тебя, они поймут, кто ты. Твоё лицо известно по всему континенту. Ты разыскиваемая преступница 4-го уровня.

Уровень 4 соответствовал степени опасности, которую разыскиваемый представляет для нации. Миара совершила множество преступлений, принёсших ей изрядную награду в Гильдиях наёмников и авантюристов. Преступлений было не мало. Она убивала членов королевских семей, высокопоставленных магов и даже причастна к убийству предыдущего Папы.

— Хуху, мои извинения. Мне просто любопытно узнать об этом человеке. Я хотела спросить вас о нём, леди Пенстон.

Селеста нахмурилась. Она повернула стул и оказалась лицом к лицу с тёмным эльфом.

— Почему? Если посмеешь прикоснуться к нему, Миара…

— Нет, нет. Просто у моей дочери контракт с ним, вот я и хотела узнать побольше. Я сказала ей найти кого-то, кто может помочь подняться по служебной лестнице в "Серз", но не ожидала, что это будет старший сын семьи Беркли.

— …Он контактировал с одним из вас?

— Именно. Я понятия не имею как, но он подошёл к Мии в Гильдии, когда у неё был перерыв. Что будем делать? Босс расстроится, узнав, что одного из наших членов так легко отследить. Мы обязаны исправлять ошибки подчинённых, должны их наказать.

— Оставь их в покое. Они всё равно мусор.

Милосердная улыбка Миары не сходила с её лица, даже когда её собственную дочь назвали мусором.

— Они могут проявить себя с поставленной перед ними задачей. Кстати говоря, как далеко они продвинулись?

— Никак. Эта вампирша пропала без вести. Я также потеряла связь со шпионами, которых послала в город нежити. Такими темпами мы не сможем перейти к следующему шагу.

— Боже. Мы никогда не проваливали миссию, порученную самим Боссом. Неизвестно, какое наказание нас ждёт.

— Что нам делать?

— Передай своей дочери, чтобы пока прекратила тот план. Лёд слишком тонкий, чтобы по нему ходить. Вся эта подготовка ни к чему.

— Поняла. — Миара поклонилась.

— Нет нужды в такой формальности. Мы равны.

— Да, но Босс благосклонен к вам более всего. Для меня вполне естественно уважать вас, поскольку вы самый ценный член из нас пятерых. Умная, красивая и амбициозная. Я бы хотела, чтобы у меня было что-то из этих качеств, хуху.

— Ну конечно...

Селеста не поблагодарила женщину за комплимент. В глубине души она знала, что эта эльфийка убьет её в мгновение ока, если начальство прекратит защищать её. Самые сильные в организации оберегали Селесту, поэтому остальные четверо ничего не могли с ней сделать. Вот так леди Пенстон удалось выжить, будучи одной из них.

— Я слышала, как вы шепчите, что хотите от кого-то избавиться?

— Это не твоё дело. — огрызнулась Селеста.

— Я могла бы помочь, видите ли? Убийства - моя специальность.

— Ты имеешь в виду, твоё единственное преимущество, помимо разврата... Полно, Миара. Вот почему тебе нельзя позволять покидать штаб-квартиру. Ты как животное в клетке.

Миара только пожала плечами.

— Тогда, как хочешь. Я просто хотела зайти и поздороваться. Скажешь нам, когда Босс отправит ещё одно письмо, ладушки?

— Если ты понадобишься для следующей миссии, разумеется.

— Отлично~! Тогда увидимся!

Миара вылезла через окно. Селеста подошла к окну и закрыла его на засов, прежде чем вернуться к столу.

«Давай сначала поглядим, что ответит Ал. Это и решит, останется Оливия в живых или нет», — подумала Селеста, молча разглядывая фотографию в рамке.