Лиам чувствовал силу Богов на кончиках пальцев. Сила, что не знала иных границ, кроме заключения в смертном теле…она была, как буря в стакане, пойманная и запечатанная от всех.

Это длилось несколько секунд, но Лиаму показалось, что он видит старую версию себя, оглядывающуюся на него, в то время как голоса звенят в его голове.

Нет, это был не «Лиам».

Это был Арнольд.

Арнольд, который должен был стать одним из величайших злодеев на более поздних стадиях игры. Лиам мог чувствовать, что в этот момент он подобен Богу. Он был куда более могущественным, чем Герой без Святого Меча «Песнь и Свет».

«Это потому, что я вышел за пределы божественности, когда Эфир был в моих руках? Поэтому я могу его видеть?», — задался вопросом Лиам.

Во взгляде, направленном на него, была непостижимая сила, а ухмылка была похожа на демона, смотрящего сверху вниз на муравьев.

Это тот голос, который он слышал... Был ли он отражением того, кем бы Лиам стал, если бы решил отбросить человечность, за которую так сильно цеплялся?

Было заманчиво обладать такой силой, но…

Лиам знал, что не заслужил этой власти, но…

Он хотел почувствовать это снова.

…Какого быть Богом.

«Где я?»

Тьма окружила Лиама, она была повсюду. Нет, к нему медленно возвращалось зрение, но теперь он видел незнакомое место, где никогда прежде не бывал.

«Я не могу пошевелить руками».

Насколько он мог судить, это был тёмный замок значительных размеров. Несмотря на обширность, здание казалось запустелым, но… Каким-то образом Лиам мог чувствовать множественное присутствие в темноте.

— Как далеко он ушёл?

Изо рта Лиама раздался до боли знакомый голос. Он звучал как его собственный голос, но более зрелый, однако, говорил кто-то другой.

— …Он направляется в тронный зал, Ваше Превосходительство.

На вопрос ответил мужчина. Голова Лиама внезапно повернулась.

Рейн Ринальд стоял там. Это был высокий молодой человек с острым подбородком и раскосыми красными глазами. Его чёрные волосы были аккуратно зачёсаны набок. Он носил первоклассный костюм, что придавал ему вид благородной элегантности, несмотря на то, что он давно потерял свой титул.

— Простите за вопрос, но почему вы отправили всех сражаться с Героем, прекрасно зная, что они погибнут в бою против него?

…Герой!

Лиам теперь мог предположить, где он оказался, в каком периоде времени. Здесь Люк уже был лидером Лиги Героев и собирался уничтожить Арнольда в его замке, выстроенном на руинах Теократии и Святого Королевства.

Арнольд был военачальником, который после своего двадцатилетия разрушил бесчисленное количество территорий ради власти. Империя, Провинция Фей и Королевство Полулюдей сохранились нетронутыми только потому, что Люк и его команда всё это время стояли у него на пути.

Лес Мирового Древа, принадлежавший эльфам, не представлял для него интереса, потому тоже сохранился в первозданном виде.

«Заветы» исчезли после того, как Папа и первосвященники были убиты. У них больше не было обязательств защищать Теократию. Придя на эти земли, Арнольд решил построить свою страну на руинах Святого Королевства.

— Ты отправишь всех на смерть? — спросил Рейн.

Поле зрения Лиама внезапно расширилось. «Он» встал и пошёл.

— Выходите все.

Сразу после того, как были брошены эти слова, мимо него пронёсся порыв ветра. Одиннадцать человек предстали перед Лиамом в мгновение ока. Все они были в чёрных плащах, их лиц не было видно.

— Вы отдали мне свои жизни, верно?

Все кивнули головами.

— Если я прикажу вам отдать свои жизни, задержав Героя, вы сделаете это?

Все одиннадцать снова кивнули.

— Вы все стали бесполезными после того, как я получил силу, что презирают даже Боги. Станьте полезными, задержите Люка фон Беркли.

— Есть!!!

Все ответили в унисон, прежде чем сильный порыв ветра обрушился на Лиама снова. Подчинённые покинули комнату на поразительной скорости.

Не прошло и минуты, как он почувствовал грохот и увидел вспышки света в длинном тёмном коридоре, тянущемся за дверью комнаты. Герой рубил этих людей взмахами своего меча.

— Ты, кто смотрит на этот мир глазами человека из прошлого!

Лиам услышал другой голос. На секунду он подумал, что это Арнольд обращается к нему, но заметил, что перед ним кто-то стоит. Это была женщина с длинными чёрными волосами и хрустальными глазами - Оракул, благословлённая Богиней Мелидой, Анжелика.

Почему она была здесь? Откуда она могла знать, что Лиам из прошлого? Парень хотел задать все эти вопросы, но не смог.

— Не позволяй той силе захлестнуть тебя, — произнесла она вдруг. — или закончишь, как «он»…тот, кто никогда не насытится властью.

Она немного помолчала, прежде чем продолжить:

— Даже если это означает стать врагом всего мира, он невероятно силён. Он могуч. Он убивает, чтобы удовлетворить свою потребность показать миру свою силу. Эта сила уже давно поглотила Арнольда фон Беркли, но ты ещё можешь изменить ситуацию. Не принимай эту силу, чтобы преодолеть решимость достичь своих целей. Она станет твоим препятствием, а не наградой.

Внезапно Лиаму показалось, что его тянет какая-то мощная сила.

— Дракон внутри тебя вырвется на волю, и ты превратишь в пепел всё, что тебе когда-то было дорого. Если ты это сделаешь, то столкнёшься с тем же сожалением, что «он» испытал, прежде чем навсегда забыть, что значит быть человеком.

Из бесстрастного голоса Анжелики Лиам смог уловить главную мысль. То существо, что приняло форму Арнольда и шептало ему на ухо «Прими меня», было не душой парня, как он изначально предположил. Это было нечто куда страшнее…

[Осколок Времени и Ясновидение были остановлены]

*****

Его ноздри вдохнули запах лекарства. Он лежал на чём-то мягком, возможно, на кровати.

— Я… в лазарете?

Арнольд открыл глаза.

Он ожидал, что его тело окажется сильно поломанным, но, к его изумлению, всё было в порядке. Чувствительность ног и рук никуда не делась, и парень даже мог нормально передвигаться.

Однако, заметив состояние своей левой руки, он тотчас нахмурился. Его рука по цвету напоминала сушёный виноград. Он едва чувствовал её, так как вены внутри были разорваны. Он мог лишь слегка сжать пальцы, если очень постарается.

«Это второй раз, когда рука пострадала из-за моих собственных ошибок», — отметил парень.

В первый раз она была сломана в битве с Ланселотом, а теперь причиной травмы многострадальной руки стал Эфир.

Внезапно Арнольд услышал стук. Он тут же посмотрел вправо.

— С-Селеста?

Перед ним предстала знакомая девушка с книгой в руке. Она, вероятно, от неожиданности, резко захлопнула её, выдав своё присутствие.

«Управление разумом для новичков…?»

Арнольд увидел название книги всего за секунду до того, как Селеста спрятала её за спину с невозмутимым видом.

— Доброе утро… или мне сказать, с возвращением? — произнесла она с улыбкой.

Её отношение с прошлого раза сильно изменилось. Разве тогда, в кабинете она не смотрела на него так, будто он – её злейший враг? Или, может быть, она играла, чтобы вызвать жалость?

Нет, те слёзы казались ему вполне реальными. Зачем ей играть, тем более перед ним.

Арнольд внимательно осмотрел помещение, в котором находился. Он мог слышать шаги мимо проходящих людей за дверью снаружи. По преобладанию среди звуков молодых голосов он понял, что всё ещё находится в Академии.

Вокруг его кровати были белые занавески, а рядом с ним сидела только Селеста.

— …Как долго я проспал?

— Два дня.

Другой голос ответил на его вопрос, когда занавески были отодвинуты в сторону.

— Л-Лира…?

К его кровати подошла знакомая синекожая женщина-библиотекарь, неся в руках медикаменты.

— Как ты себя чувствуешь? Какой-то дискомфорт?

— Да… то есть нет, я в порядке. Как… ты здесь? Я думал, ты привязана к библиотеке.

— Я сказала, что привязана к Академии. И я никогда не говорила, что не могу бродить по корпусам Академии, если захочу. Проблема в том, что у меня никогда не было причин для этого. — она положила вещи на тумбочку, — Твоя соседка по комнате принесла твою одежду раньше, так как твоя форма была испорчена.

— Мне пришлось заказать у нашего портного, чтобы он сшил тебе новый комплект. — Селеста указала налево.

Там стоял стол, на котором лежали новенькие блейзер и рубашка. Видимо, его штаны и остальная одежда были в порядке, так как заказывать новые не пришлось.

— Подождите, кто переодел меня?

Взгляд Арнольда невольно скользнул вниз, когда он почувствовал, что на нём другая одежда. Однако, чего он не чувствовал, так это своего нижнего белья.

Медсестра обычно была той, кто заботится о переодевании пациента. Но даже так, причина его любопытства заключалась в том, что «Херувим» был в одном из карманов его штанов. Если кто-нибудь увидит «Херувима», то его ждёт много проблем.

— Это не имеет значения. — сказала Селеста с улыбкой. — Что случилось два дня назад, прежде чем ты потерял сознание? Даже профессор Родрик не смог объяснить, что именно он видел.

Селеста сменила тему. Арнольд не возражал, и просто ответил:

— Я потерял сознание, когда… почувствовал силу Бога…

— Сила Бога? Что ты имеешь в виду?

— Я почувствовал, как Эфир пробежал по моему телу. Это было лишь мгновение, но я чувствовал себя совершенно другим человеком. Следующее, что я осознал, – меча больше нет в моей руке, а передо мной силуэт Фрейи Йор. И тут я потерял сознание.

Селеста посмотрела на Лиру:

— Мисс библиотекарь, вы понимаете, о чём он? Что такое Эфир?

Арнольда удивило, что Селеста, как студентка и человек, разговаривала с представительницей магической расы. Большинство учеников избегали даже смотреть Лире в глаза. Они брезговали брать книги в библиотеке после того, как узнавали, что там заперт кто-то из мира демонов.

Лира заметила выражение лица Арнольда. Она догадалась, что его удивляет, и решила пояснить:

— Эта девушка – второй по частоте посетитель библиотеки. Мы часто разговариваем, но недолго. Она любит книги, поэтому мне всегда приходится заказывать новые романы у издателей.

— Ясно…

Арнольд выпрямился. Он двигался осторожно, чтобы его рука не прилагала пока слишком много усилий.

— Отвечая на ваш вопрос: Эфир – это священная техника, что использовалась в битвах задолго до того, как гуманоиды начали практиковать Ману, Ауру, Божественную силу и силу Элементалей. То, что Арнольд упомянул о выходе за пределы границы смертных на несколько секунд, вполне возможно. — Лира посмотрела на руку Арнольда. — Хотя требует большой жертвы…

— Сила, что позволяет людям возвыситься до Божественности? Невозможно. — Селеста была настроена скептически. — Насколько нам известно, Боги находятся на другом уровне. Они были рождены Богами, а не созданы, чтобы стать ими.

— Люди верят только тому, что видят, и я не могу винить вас за то, что вы сомневаетесь в моих словах. Однако, я лично много раз наблюдала, как эту силу применяли на войне. Могу сказать вам, что она крайне опасна.

— Эфир использовали в войне? Как? — спросил Арнольд, поскольку никогда не слышал об этом.

Намерение Меча или Аура, если на то пошло, никогда не объяснялись ни в одной из игровых Вики.com, фандомах или сообществах. История велась по большей части от лица Героя, который никогда не нуждался в Намерении Меча, поскольку был пользователем Божественной Золотой Ауры, что являлась уникальной силой Люка.

— Позволь мне выразить простыми словами…Эта сила может убить и самого пользователя, и его врагов, на которых направлена. — от слов Лиры Арнольд нахмурился. — Но, при правильном использовании, Эфир может стать самой разрушительной силой во всём мире. Вот только это означает, что командиры солдат должны заставить их отказаться от человечности и пасть на благо своего народа.

— …

— Я видела, как летающие судна, созданные гномами, были сброшены с неба одним человеком, влетевшим в них, как яркий метеор. Корабли разлетались вдребезги вместе с атакующим, унося с собой бесчисленное количество жизней каждый раз, когда свершалось такое нападение.

— Т-так ты хочешь сказать, что меня тоже может ждать такая участь?

— К счастью, от силы Эфира пострадала только твоя рука. Но состояние, в котором она находится, странное. — Лира взяла левую руку Арнольда и внимательно осмотрела её. — Я ожидала, что конечность сгниёт, но вижу видимые признаки исцеления. Вчера она выглядела как жжёная резина.

«Итак, способности Арнольда к регенерации, наконец, проявляются…»

Хотя было странно, что человек обладает такой силой, Лиам был благодарен за то, что ему не нужно отрубать собственную руку, дабы заменить её другой. Палец Родрика не заживал даже с помощью зелий, но рука Арнольда медленно регенерировала новые клетки и восстанавливала себя.

— Помни, что Эфир используют только как крайнее средство, когда ты в опасности. Профессор хотел научить вас всех этой силе, потому что понимает, насколько опасны подземелья. Я помню, как несколько лет назад не вернулась целая экспедиционная группа.

— Хм? Что случилось?

— Не совсем уверена. Академия пыталась сохранить это в тайне. Даже родители толком не узнали. Я могу только предположить. — Лира закрыла глаза. — Либо они были захвачены телепортацией, либо просто умерли от девианта, который не должен был появиться в том подземелье.

— …

— Скажи мне, что, по твоему мнению, произошло бы, если хотя бы один из студентов мог использовать Эфир? — библиотекарь задала Арнольду вопрос.

— …Если бы этот студент был достаточно смел, чтобы спасти своих одноклассников и профессоров, он бы остался и сражался с монстром насмерть.

— Верно. Те несколько секунд, что он сражался бы с монстром, позволили бы всем сбежать. Знаешь, что Академия сделала после этого инцидента? Ничего. Заместитель директора не разрешил профессорам обучать детей Эфиру, и эта техника осталась под запретом.

«Этот кусок дерьма…»

— Подождите, если обучение этой силе незаконно, как же сэр Родрик?

Арнольд посмотрел на Селесту, спрашивая об этом.

— Он предстанет перед педагогическим советом. Всем известно, что эта сила смертельно опасна, если с ней неправильно обращаться. Ему было дано разрешение обучить вас только второй ступени, но не более.

— Подожди… Его обвиняют в том, что произошло?

— Он профессор, так что да.

— Но это я не смог проконтролировал свою силу.

— Никаких «но» в этой ситуации не принимается. Он был ответственен за студентов на своём занятии, но один из них чуть не погиб.

— Но…

Арнольд ощутил несправедливость ситуации. Как Родрик мог быть виноват, когда это всё его вина?

— Эта чёртова Академия… Бьюсь об заклад, что тот ублюдок, вице-директор, первым заговорил об обвинении.

— Не делай глупостей, Арнольд. — Селеста, вероятно, поняла, что парень хочет пойти в кабинет зам. директора, чтобы пожаловаться. — Теперь, когда все знают, что ты можешь владеть… гм… Эфиром, так? Теперь они боятся тебя. Ты знаешь что это значит, верно?

Он мог догадаться, что Селеста пыталась сказать.

— Фракция простолюдин может использовать это как повод избавиться от меня…

— Точно. Ты должен действовать осторожно с этого момента. О, и вот это пришло для тебя сегодня утром. — Селеста протянула Арнольду письмо.

— Кто прислал его?

— Глава дисциплинарного комитета Айзек Лэнгуорт.

— …

На горизонте появился ещё один ведущий персонаж игры.

Арнольд открыл письмо с горьким выражением лица. Он только пробежался глазами по банальным фразам, типа «выздоравливай скорее» и «все желают тебе всего наилучшего».

На следующих строчках глаза Арнольда внезапно расширились.

— Он… хочет, чтобы я присоединился к ним?

— Да. Если станешь членом комитета, у тебя будет крепкая защита от вражеских фракций, созданных в Академии. Самые большие из них, Имперская фракция и Фракция простолюдин, вообще не смогут тебя тронуть.

— …

Всё было именно так, как объяснила Стелла.

Студенческий дисциплинарный комитет заслушивал и выносил решения по отдельным случаям предполагаемых нарушений Кодекса поведения студентов. По сути, они следили за исполнением законов в Академии и имели такое же право голоса в решениях, связанных с учебным процессом, как и студенческий совет.

Селеста, как президент студсовета, и Айзек, как глава дисциплинарного комитета, имели одинаковые полномочия. Если Арнольд откажется присоединиться к комитету, Селеста может предложить ему присоединение к студсовету.

— Селеста, может ли член комитета изменить какие-либо решения, принятые членами преподавательского совета? И даже заместителя директора?

Селеста приложила палец к губе и ненадолго задумалась:

— Полагаю, если у члена есть достаточно доказательств опасности или вредности этих так называемых решений, то правление может их изменить.

— Значит ли это, что я могу использовать свои полномочия члена комитета, чтобы собрать спасательный отряд?

Хотя теперь о спасательном отряде точно позаботятся, это не означало, что его решение уничтожить город можно изменить. Пока Арнольд не нашёл альтернатив, план должен был быть реализован к концу следующей недели.

— Ты собираешься просить их спасти семикурсников? Как я говорила…

— Я уже знаю. Не напоминай.

Селеста криво улыбнулась Арнольду, когда он её перебил. Парень устал спорить, доказывая свою точку зрения. План реализовывался, нравится ему это или нет, с той лишь разницей, что спасательная команда будет собираться намного быстрее.

— Передай Айзеку, что я хочу к ним присоединиться.

«Я должен написать ему письмо и отправить. Может быть, таак получится лучше позаботиться о спасательной группе».

— Хорошо.

Селеста встала и повернулась к выходу.

— Селеста.

— Да? — она оглянулась на парня.

— …На днях…

— Пожалуйста, не волнуйся. Я забежала вперёд и мне очень жаль. Я показала ту сторону себя, которую не должна никому показывать.

«Тебе не обязательно извиняться», — хотел сказать Арнольд, но не мог.

Заметив, что он молчит, Селеста решила сказать:

— Не торопись, принимая решение, но имей в виду, что многое может пойти не так с моей стороны, если будешь слишком медлить. Мой отец должен пойти к Имперскому двору и просить дозволения сделать тебя фон Пенстоном.

Дворянин не мог принять кого-то из другого дома в свой дом и изменить фамилию по своему усмотрению. Имперский двор имел эту власть, поскольку смена главы дома тем или иным образом влияла на Империю.

— Могу я встретиться с лордом Вэнсом, чтобы объясниться?

— Отец очень занят, но я отправила ему письмо. Как только получу ответ, я сообщу тебе, Ал. Пожалуйста, сосредоточься на отдыхе. — мягко сказала Селеста, прежде чем закрыть дверь.

*****

Когда приходится встречаться с начальством или с профессионалами дела, то естественно чувствовать определённое давление в ожидании, когда тебя впустят на порог. У Арнольда было схожее чувство, пока он сидел в исключительно длинном коридоре.

Занятия уже закончились, так что по коридорам Академии никто не бродил. Студентам не разрешалось даже приближаться к некоторым корпусам. Они могли бродить только по своим общежитиям или зонам отдыха.

Из-за отсутствия посторонних движений и шума Арнольд чувствовал холодок по коже, как будто остался в заброшенном замке совсем один. Он пришёл сюда прямо из своей комнаты, когда Лира сообщила, что ему позволено встретиться с заместителем директора.

Арнольд был предполагаемой «жертвой» инцидента. Из-за несчастного случая правление решило перевести сэра Родрика в другое место, рассудив, что он может представлять опасность для жертвы, если окажется с ним в одной комнате.

Лира также упомянула, что многие студенты выразили своё возмущение тем, что инструктор никак не помог Арнольду. Да, у Арнольда, кроме ненавистников, были и явные фанаты. Ну, большинство из них были студентами первых курсов, так как у старших накопилось много причин не любить парня.

К слову, некоторые из студентов даже утверждали, что профессор Родрик заставил Арнольда использовать Эфир, хотя сам Арнольд этого совсем не хотел.

«Я должен убедить их не увольнять его. Это меньшее, что я могу сделать», — беспокоился парень.

Сэр Родрик никак не мог остановить его, когда Арнольд использовал силу. Если бы профессор вмешался, то на него обрушилась бы отрицательная энергия силы, вызвавшей травму Арнольда. Те, кого коснулся Эфир другого человека, неминуемо будут сожжены дотла, поскольку эту силу нельзя передавать легкомысленно.

Арнольд вдруг вспомнил о том, что видел во сне перед пробуждением. Нет, может, лучше назвать это видением будущего?

«Я знаю, что Анжелика способна заглянуть в прошлое и будущее с тех пор, как стала Оракулом. Если будущая Анжелика смогла определить, из какой временной линии я пришёл, то, возможно, она из этой временной линии уже видела меня?»

Оракулы были способны видеть всё, что видели их будущие личности. Их силы были далеко не просто предсказаниями Богов. Конечно, им запрещалось делиться этой информацией с другими для собственной выгоды. Остальные могли получить только божественные предсказания, а за иную информацию следовало суровое наказание.

Однако, были и исключения из правил. Например, Лиам, как игрок, уже обладал знаниями большей части будущего, потому Оракул могла рассказать ему о том, что видела. Оба они были одинаково одарены знаниями.

Рано или поздно ему придётся противостоять Анжелике. Проблема была в стоящем между ними Ланселоте.

Будучи носителем фактора Владыки Демонов, у Арнольда не получится просто подойти к Анжелике, нежной возлюбленной Инквизитора. Ланселот ни за что не станет его слушать, что бы парень ни говорил.

Арнольд достал свою голограмму, чтобы проверить показатели.

— Хм…

[Здоровье: 5889/12000]

— Угх, я потерял больше половины здоровья только от одного использования Эфира? Хм?

Он вдруг заметил мигающий свет на правой стороне голограммы. Из любопытства Арнольд провёл туда пальцем.

[Навык: Запретные искусства — «Скорбь меча» (S) был разблокирован.]

— А?