— С-старший!

Плечи Лизетт вздрогнули от удивления, когда она услышала звук открывающейся двери.

Арнольд только что вернулся после встречи с Фрейей Йор. Он должен был признать, что эта женщина на самом деле была странной. Какой бы ни была та «вторая причина», вероятно, она имела большое значение.

— Ах, простите, что пришёл так поздно.

Арнольд бросил пиджак на кровать. Несмотря на то, что он был в униформе, он не посетил сегодня ни одного занятия. Было лишним даже надевать костюм сегодня утром.

— О, что-то вкусно пахнет. — Арнольд уловил запах чего-то чудесного.

— Я-я готовлю поесть.

— Вы умеете готовить?

— Э-это так удивительно? — неловко засмеялась девушка. — Последние несколько лет я жила одна, поэтому в какой-то момент научилась…

— Я почти уверен, что в этой Академии нет ни одной девушки благородного происхождения, что умела бы готовить.

Все эти барышни выросли привилегированными, и им никогда не приходилось ничего делать самостоятельно. Слуги в основном делали всё за них.

Простые девушки могли делать много вещей лучше, чем благородные. Вот поэтому парни в Академии предпочитали именно таких благородным особам.

Некоторые дворяне были очень традиционны, а это означало, что их культура была похожа на земное средневековье. Женщины считались теми, кто заботится о детях и мужьях, иногда готовит и т.д.

Хотя каждый может нанять служанку, некоторые предпочитают, чтобы всю работу выполняли их жёны. Это заставило бы их гордиться тем, что они мужчины. Именно так и работало благородное общество, если только у женщины не было настоящего таланта.

— Я и вам приготовлю, старший.

«Я чувствую себя немного виноватым из-за того, что ем еду, на которую она потратила свои усилия…»

Может быть, девушка пыталась так поблагодарить его за то, что он купил сладости, чтобы поприветствовать её? Он мог видеть несколько обёрток от торта лежащими на кухонном столе, так что Лизетт, должно быть, угостилась частью.

— Тогда спасибо. Не могли бы вы упаковать еду в коробку для завтрака? Я должен отправиться кое-куда позже.

— Н-но уже почти ночь.

— Вот поэтому я и выбрал такое время.

«Монстры должны быть более активными ночью».

Арнольд хотел отправиться в лес. Он собирался посмотреть, сможет ли получить некоторый уровень опыта, охотясь на монстров в лесу. Если нет, то он всегда мог пройти подземелье в одиночку.

«Нет, пока мне следует подождать».

Его практические экзамены были назначены на следующей неделе, а письменные пройдут через два месяца после этого. Он знал, что в одиночку зачистить подземелье будет непросто. Парень мог слишком вымотаться к практическому экзамену, когда придёт время.

Вот почему вместо этого он предпочёл поход в лес. Он мог уйти оттуда в любое время, в отличие от подземелья, где на полное исследование и зачистку монстров уходили недели. Там Арнольд только потратит впустую время и энергию.

«Я был так воодушевлён, как услышал, что по всей Империи так много подземелий…»

Он должен был принять во внимание опасности. Это была не игра, где после смерти игрок просыпается в ближайшем храме.

Арнольд посмотрел Лиз в спину, пока девушка укладывала его порцию в коробку для завтрака.

«У нее смехотворно длинные волосы. Какого чёрта…»

— Могу я задать вам вопрос?

Девушка молча кивнула.

— Почему вы прячете лицо за волосами? Может, здесь есть те, кто вам не нравится, и вы не хотите, чтобы они вас узнали?

— Э-это… Да, вы правы! Эти люди часто издевались надо мной… И теперь они тоже здесь!

«Ах, ясно. Ну, в прошлом я тоже был изгоем, и подвергался насмешкам по этому поводу, так что относительно могу понять».

— Вот как. Извините, что спросил что-то настолько личное. О, и спасибо за еду.

— П-пожалуйста.

«Хммм, она так часто заикается. Я причиняю ей неудобство?»

— Я пойду быстро приму душ перед отъездом.

Арнольд подошёл к своему шкафу и вытащил знакомый наряд и меч. Это было снаряжение и мантия «Новы».

— Когда вы вернётесь?

— Может, через несколько дней?

— …Вы не собираетесь посещать занятия?

— Мне не нужно, так как я технически выздоравливаю. Просто скажите, кто бы ни спросил, что я всё ещё ранен.

— Л-ладно.

Арнольд направился в ванную, чтобы приготовиться к выходу.

*****

Переместимся во дворец…

Дворяне Империи в настоящий момент выстроились перед лицом Императора. Каждый из них пришёл сюда, чтобы передать жалобы на нерешённые вопросы, скопившиеся в течение последних месяцев.

Самая большая жалоба, полученная от всех 233 дворян, пришедших сегодня, касалась, как и ожидалось, объявления о сотрудничестве с Королевой Нежити.

Часть торговых компаний из соседних стран отказались от поставки сырья и материалов из Империи, из-за чего многие дворяне остались с огромным количеством нереализованного урожая, без возможности его продать. Львиная доля богатства этих дворян основывалась на экспортно-импортных отношениях, так что для них это была большая проблема.

У потерявших торговых клиентов были и другие жалобы, но большинство из них, так или иначе, вращалось вокруг Брюнхильды. Все они боялись, что её присутствие негативно скажется на их бизнесе.

«Почему мой сын не может просто вернуться и править вместо меня…»,— досадовал монарх.

Император Юрник помассировал шею, когда шумные дворяне ушли. Только он и его ближайшие подчинённые, – Великие Дворяне, – остались в тронном зале.

— Что, по вашему, мне делать с жалобами моих людей?

— Игнорируйте их. — ответила Ариана.

Юрник посмотрел на неё в недоумении:

— Поступи я так, и моя голова вскоре слетит с плеч.

— Ариана пытается сказать, что, если вы продолжите слушать и выполнять жалобы дворян, они сочтут вас легковерным, Ваше Величество. — вмешался Вэнс.

«А, я понял. Ариана никогда не умела говорить, так что я понимаю, почему она так выразилась».

Однако, Император должен был позаботиться о том, чтобы его народ был счастлив. Если он не приложит к этому усилий, может начаться новая война. Предыдущая гражданская война почти оставила эту нацию в руинах. Юриусу пришлось оставить защиту границ во время вторжения монстров, чтобы вернуться и потушить огонь восстания.

Фрейя пришла ему на помощь, сдержав оставшихся монстров, ворвавшихся в этот мир. Считалось, что твари пришли из «Промежуточного мира», от царства, отделяющего мир людей от мира тёмных тварей. Было предсказано, что это место существовало ещё с древних времён.

Царство это также называли границей между этим миром и миром демонов. Однако, протяжённость её составляла всего несколько километров в вглубь. На самом деле, Фрейя обнаружила, что там, за границей существует совершенно другой мир.

Монстры живут там, и монстры снова пришли оттуда, посеяв тревогу и страх на границе Империи. Эти монстры были не обычными демоническими кроликами 1-го уровня или жалкими боссами подземелий. Нет, они были монстрами-Лордами.

Смешно было предполагать, что принц может справиться со всеми тварями в одиночку, когда большая часть его людей погибла. Однако, сейчас в его распоряжение были отправлены элитные войска Империи.

За тысячи лет правления человечества на этом континенте люди создали новую технологию, позволяющую обнаруживать, когда открываются трещины в барьере. Это, в свою очередь, предупреждало магов, зачисленных в Имперскую армию, чтобы они могли вовремя нейтрализовать угрозу.

Если бы монстры завтра хлынули потоком, вражеские народы могли бы воспользоваться возможностью, чтобы пересечь границы и напасть на земли Империи.

Граница простиралась от «Промежуточного мира» до земель Империи по прямой линии. У границы было две стороны, войска и крепости Империи находились с правой стороны, а другие нации – с левой.

Республика Зрек в настоящее время помогала Имперской армии. Если бы наступил хаос, врагам пришлось бы сначала победить Республику Зрек, прежде чем пересечь земли Империи.

Юрник тем более осознавал, что многие иностранные дворяне из разных регионов посмеют вторгнуться, если они хоть немного оступятся на границе.

Он мог только молиться, чтобы его сын смог сохранить прочный союз с Республикой, и с гордостью преодолеть препятствия. В конце концов, первый принц носил имя Юриус Эвериет Вильгельм Эулия. Его действия в эту минуту влияли на то, как простые люди и дворяне видят Императора. Если Юриус стремился стать Императором, он должен был поддерживать уважение людей к Императорской семье.

— С тех пор, как я послал Имперскую армию, обстоятельства изменились… — пробормотал Юрник.

— Не странно ли, что вампирша молчит в последние несколько месяцев? — Фелдина задалась вопросом. — Я думала, что она воспользуется мирным договором, заключённым с нами.

— Воспользуется? Как? — спросила Ариана.

— Вонзив свои зубы в другие народы, с которыми мы были в союзе на протяжении поколений. Будь то отправка гуманитарной помощи или людей, которые будут сражаться за них.

— Хм, это кажется правдоподобным. Многие из городов, что мы отвоевали у беспокойных лордов, ухватились бы за эту возможность.

Юрник не знал, почему, но многие города на земле Империи пришли в упадок после гражданской войны. Сражения Имперской фракции с Фракцией Короны сами по себе вызвали такой эффект домино.

Многие компетентные лорды погибли в этой двухмесячной войне, что вынудило их сыновей или дочерей вступать во владение. Юрник встретился с каждым из них и признал, что они назначены лордами городов своих покойных отцов. Это была обязанность Императора, поскольку они были его подданными.

Он мог сосчитать по пальцам одной руки, сколько из них произвело на него впечатление своими способностями. Остальные были просто полнейшим мусором. Мудростью, образованием и манерами не блистал почти никто.

Были и города, насильственно захваченные во время гражданской войны. Юрник не мог просто вернуть их, так как он разделил рабочую силу на Великом хребте, границе Междуречья и пяти городах империи. Он был подобен дереву без листьев, что пытается защитить птиц на одной из его ветвей. Только армии Великих Дворян защищали Императорскую семью от любых внешних угроз.

— Даже если бы Селия была такой хитрой, я сомневаюсь, что кто-то из них знал бы, как использовать данную им силу. В конце концов, идиоты с властью остаются просто идиотами.

«Почему я вспоминаю Юлиуса, говоря это…», — невольно усмехнулся Император.

Он заметил, что на лице Маркуса появилось обеспокоенное выражение.

— В чём дело, герцог Беркли?

Он не назвал его «Маркус», так как рядом с ним стоял премьер-министр. Также в разных углах тронного зала стояли слуги.

— Простите за вопрос, Ваше Величество, но не лучше ли мне отправиться на границу и взять на себя роль Верховного Главнокомандующего?

Ариана, Вэнс и даже Фелдина нахмурились.

Если Маркус уйдёт, то значительная часть их силы как Великих Дворян будет потеряна. Юрник ожидал такого вопроса, и у него уже был ответ.

— Ты нужен мне здесь больше всего на свете. Умереть на границе, не увидев, как твой новый сын станет герцогом, – это не выход.

— Но посмотрите на это с другой стороны. — не отступил Маркус. — Если Юриус вернётся, он сможет стать Императором. Единственная причина, по которой он лично отправился воевать на границу в том, что у нас нет Верховного Главнокомандующего дивизией. Нам нужен человек, что сможет защитить тыл народа, в то время как наш Император и его ближайшие подчинённые защищают фронт.

— Я понимаю, к чему ты клонишь. Верно, знаю, но что заставило тебя так решить? У меня сложилось впечатление, что лет через пять ты уйдёшь в отставку с поста герцога и проживёшь остаток своих дней в столице, где и должен быть моим прямым подчинённым.

— …Мне больше не нужно беспокоиться о врагах моей семьи, так как Арнольд не станет преемником. Две мои жены способны вести домашнее хозяйство. Мои наложницы тоже готовы им помочь. Зачем мне быть здесь, кроме как для защиты короны?

— Разве это не важная задача?

Юрник не рассердился, что Маркус спросил об этом. Он ценил то, что герцог Беркли так откровенен, и всегда говорит от сердца. Последнее время лесть дворян действовала ему на нервы.

— Эта задача станет бессмысленной, когда принц Юриус вернётся в столицу.

«Хм… Он прав. Если мой сын вернётся после того, как обязанности будут переданы Маркусу, я смогу уйти в отставку. Все, даже те, с кем мы заключили союзы, согласятся принять Юриуса как нового Императора».

Юрник не хотел править до конца своей жизни, потому желал отдать трон принцу Юриусу или принцессе Ронии.

«Но если я допущу это, то условие, которое я сам же установил, станет бессмысленным».

Условием для Юриуса было успешное отражение атак монстров через границы в течение трёх лет. Выполнив его, принц будет коронован как Император. Однако, если он сбежит домой, ничего не добившись, принцесса Рония станет новым Императором.

Это была рискованная ситуация, которую Юрник в прошлом создал намеренно. Он хотел научить обоих детей тому, что становление Императором сопряжено со многими рисками и трудными решениями. На деле оказалось, что это относится только к Юриусу. Принц, конечно, мог отклонить приказ отца, но не стал. Он знал, что поддержка его народа резко возрастёт, когда он вернётся победителем, однако…

«Чем больше ожидание, тем больше разочарование».

— Я подумаю об этом, герцог Беркли. Это решение повлияет и на репутацию моего сына. Хорошо или плохо, нам предстоит выяснить.

— Спасибо за понимание, — Маркус опустил голову и встал.

— Куда ты идёшь? Встреча ещё не окончена.

Ариана схватила Маркуса за руку, когда он собирался пройти мимо Вэнса.

— Оставьте его, графиня Марлдор. Я уверен, что вы все устали от постоянного сидения на этих собраниях.

«Он непременно навестит свою любовницу».

Юрник слишком хорошо знал, почему Маркус торопился, поэтому он придумал оправдание, ведь четверо его приближённых не отдыхали с тех пор, как прибыли сюда.

Человек, ежедневно защищающий Императорскую семью, должен удовлетворять некоторые потребности.

— А, наконец…

— Ура!

— Ах, тогда мы попрощаемся.

Ариана, Фелдина и Вэнс ответили соответственно.

*****

Юрник сидел в своём кабинете после того, как отпустил всех слуг. Причина в том, что некто хотел встретиться с ним.

Император оглянулся на семейный портрет, висевший справа от него. На нём была изображена вся его семья, включая трёх жён, Оливию, Юриуса, Юлиуса, Ронию и ещё двух сыновей и двух дочерей.

«Тогда все мы были как семья».

Он вспомнил, как неразлучны были его старшие четверо детей. Оливия, Юриус, Рония и Юлиус много времени проводили вместе в раннем детстве.

«Теперь всё разрушено. Воспоминания, которыми они делились, и все данные детские обещания», — мысленно сокрушался Юрник.

Он знал, что политическое положение и неизбежность престолонаследия одним из старших детей разделила принцев и принцесс таким образом. Император уже и не удивится, если один из его детей завтра или послезавтра падёт жертвой противоборствующей фракции.

Помимо Имперской фракции, было много более мелких, включая Фракцию простолюдин, что поддерживали восхождение Ронии на трон.

Фракция Короны не была так сильно разделена. Она была едина с разными мнениями, но одной-единственной целью. Старший наследник и первенец Юриус Эулия сделал это возможным.

«Может, мне стоит просто уйти на пенсию лет через пять? Если сын вернётся с границы, обязательно развернётся кровавая бойня. Даже если это не будет гражданской войной, я всё равно должен править, пока всё не успокоится», — раздумывал Император.

Если бы Юриус добился успеха сразу по возвращении, его враги вызвали бы настоящий переполох. Некоторые могли действовать достаточно нагло, и попытаться убить его приближённых или членов семьи.

Помимо законных детей от трёх жён, у Юрника было ещё двадцать детей от нескольких женщин, с которыми он встречался на протяжении многих лет. Они были внебрачными детьми, но это не означало, что они не принадлежали к Императорской семье.

По какой-то причине все они предпочли поддержать Ронию, а не Юриуса. С другой стороны, четверо детей от второй и третьей жён встали за принца Юриуса и против Ронии.

Однако, количество не равнялось качеству. Четверо законных ребёнка были воспитаны и обучены гораздо лучше, чем двадцать внебрачных детей. Любой мог сказать, какая сторона лучше, просто посмотрев на их навыки и образование.

Раздался стук в дверь, прервав мысли Юрника.

— Это я, дорогой.

— Можешь войти, Розерия.

Дверь кабинета открылась, вошла Императрица. Казалось, она вернулась после встречи с кем-то, так как была одета в модное платье. Юрник не мог понять, как жена оставалась такой красивой и молодой последние 20 лет, что они были женаты. Она была как цветок, что никогда не увядает.

— Моя жена всегда так занята. Мне грустно, что я вынужден напрягать тебя проблемами государства.

— Не беспокойся об этом. — ответила Розерия, прежде чем сесть на один из диванов в комнате. — Я должна служить на благо страны и другими способами, кроме воспитания наследников. Что ж, всё может измениться.

— Дорогая…

— Когда Юриус вернётся?

Розерия сделала вид, что не слышит, как муж окликает её.

— Я… я не знаю.

Ироничный смех вырвался из её уст.

— Пять месяцев… Вот сколько времени прошло с тех пор, как я узнала об этом. Ты понимаешь, как больно не знать, где мои дети? Рония не показывается во дворце даже во время еды. Оливия категорически избегает даже встреч без необходимости. А мой старший сын уехал по причине, о которой я узнала только несколько месяцев спустя. Я не могу посылать ему письма или просить служанок отправить ему одежду и предметы первой необходимости.

— …Мне следовало обсудить это с тобой, но…

— Забудь.

Розерия быстро отошла от темы. Юрник знал, что его жена упряма, и что её «забудь» означает, что она не хочет больше это обсуждать.

— Хааа… Тогда что я могу для тебя сделать?

Императрица достала что-то из сумки. Похоже, это был контракт или что-то вроде того.

— Что это? — Юрник взял документ и прочитал. — …Зачем тебе столько денег?

Бумага в его руке была заявлением с просьбой выделить некоторую сумму из казны. Эта сумма лишила его дара речи.

Два миллиона золотых… припасами, материалами или необработанным металлом. Сумма всего, что было указано, должна была составить около двух миллионов.

— Я хочу отправить всё это Арнольду.

— Что…? Зачем тебе так поступать?

— Мальчика выгнали из семейной резиденции и города-крепости, послали стать феодальным лордом без денег. Территории Джеймса Кервила, конечно, принадлежат теперь ему, но деньги налогоплательщиков, что он должен получить, уйдут на ремонт разрушенного города. Он даже не может продать территории, так как они изначально не принадлежали ему, а пришли после свержения бывшего владельца. И скажи мне на милость, станет ли кто-то покупать эти земли, услышав, что их владелец убил предыдущего владельца?

Розерия говорила как на духу. Она не дала Юрнику возможности даже перебить её.

— Во-первых… — Юрник протёр глаза. — его не выгоняли из Локкинга. Маркус сказал мне, что дал Арнольду выбор: либо парень работает на участке земли, подаренном отцом, либо получает собственный город с прилегающими к нему районами. Последний вариант для него лучше, так как эта земля десятилетиями оставалась нетронутой. Вокруг деревень расположены только простые фермы.

— Ты понимаешь, насколько опасно для него в этом городе без собственной армии, что могла бы его защитить?

— Армия… Ты хочешь нанять для него солдат? Это плохая инвестиция, поскольку в форме запроса указана фиксированная сумма, Роуз.

— Ну и что? Я могу отправить больше в будущем.

— Роуз, он независим от Империи. Это было установлено предыдущим лордом города Уайтидж, когда он восстал против нас. Поскольку Арнольд теперь владеет городом, мы не должны вмешиваться. Я, конечно, до сих пор считаю его Беркли, но лишь по фамилии.

Его слова означали, что он не видел в Арнольде сына Маркуса.

— Что… значит «независим»?

— Участок земли вокруг, как и сам город, не находятся под контролем ни меня, ни придворной знати. Даже торговцы Империи не осмеливаются путешествовать по городу. Они не приближаются к нему, потому что в этом городе есть преступники, которые только ждут, чтобы украсть их припасы. Будет ещё хуже, если они увидят наш флаг и вычислят маршрут купцов.

— Почему бы тебе просто не приказать поймать этих людей? Ты же понимаешь, что там живут и обычные граждане?

— У меня связаны руки, Роуз. Этот город маленький, но его население состоит, в основном, из преступников. И как мои люди поймут, кто преступник, а кто простой гражданин?

Розерия замолчала. Она приложила палец к подбородку и нахмурилась, как будто что-то решая:

— Разве мы не можем снова сделать город частью Империи?

— Это невозможно, Роуз. Многие будут протестовать против такого решения.

Сам город Уайтидж был бесплодной землёй, за исключением окрестностей. Экосистема, вероятно, была больше, чем даже леса, окружающие Империю. Горные хребты сделали территорию ещё более дикой и массивной.

Арнольд, по сути, правил землёй, почти в два раза превышающей по размерам регионы его отца. Но эта земля была подобна пустой шкатулке с сокровищами. Снаружи всё выглядело причудливо, но внутри не было ничего ценного.

Это означало, что большой клочок земли с руинами города нельзя использовать на благо Империи. Там не было золотых приисков, хрустальных подземелий или редких трав. Ничто в этой земле не было ценным, кроме самого пространства.

Юрник не сделал бы эту землю частью Империи, даже если бы захотел. Уайтидж не представлялось возможным даже расширить, вырубив часть леса, поскольку область была настолько опасна и до краёв заполнена монстрами. Зона монстров тоже вызывала сильное беспокойство.

Кроме того, из-за труднопроходимой местности между городом и Империей в город можно было войти только через лес.

— Если посмотреть на статистику, земля для нас бесполезна. Я не говорю, что у Арнольда нет навыков, что помогут это изменить. На самом деле, как бывший наследник, он должен был пройти тщательную подготовку по городскому администрированию.

Проблема была в том, что нынешний Арнольд понятия не имел, как управлять городом. Но Императору и не нужно было этого знать.

— Дворяне, оставшиеся после резни предыдущего лорда и его семьи, могут стать ему полезными. Я посмотрю на их квалификацию и решу, сделать ли их дворянами Империи…

Розерия внезапно встала. Она схватила ручку и ударила ею по столу.

— Вместо того, чтобы отклоняться от темы, почему бы вам просто не сказать «нет», дорогой муж? — на виске Императрицы уже пульсировала вена.

«Не хорошо…»

Розерия как-то строго улыбалась, что вызвало у Юрника плохое предчувствие. Его жена была зла на него.

— Я…

— Подпишите здесь, пожалуйста.

— Розерия...

— Подпишите здесь, пожалуйста! — повторила она, глядя на него, изогнув брови.

Юрник сдержал вздох. Конечно, она не могла не рассердиться. Он откровенно говорил жене, что не заинтересован в помощи мальчику, которого она обожает всем сердцем.

Юрник даже не мог вспомнить, были ли у кого-либо из детей, рождённых в браке с Розерией, счастливые воспоминания о матери. Они всегда избегали её из-за своей занятости.

Юриус уехал из дворца сразу после того, как ему исполнилось 15 лет, и поселился на вилле в другом районе. К тому времени он уже был женат, и ему нужно было создавать своё семейное поместье в отдалении от дворца.

Рония всегда была затворницей, и спускалась из своей башни только для того, чтобы поесть, помыться или сходить в библиотеку. Она была такой с детства. Это означало, что Розерия и Юрник не проводили время со своей дочерью в течение 26 лет, кроме совместных ужинов.

Оливия, у которой было много увлечений, хотела быть лучшей во всём. Она стремилась быть отличницей, и, хотя у неё не нашлось особого таланта, Юрник посоветовал ей попробовать себя в разных сферах деятельности. Позже он сожалел об этом, так как теперь обе его старшие дочери больше не проводили времени со своей матерью.

У них троих были счастливые моменты с Розерией, но их можно было пересчитать по пальцам одной руки.

Говоря об Арнольде, мальчик посещал дворец почти каждый раз, когда был в столице. Всё его детство и юношество проходило в переездах с тех пор, как он был ребёнком. Он также ездил по образовательным целям.

Поскольку он слишком часто бывал в столице, Арнольд каждый день посещал дворец, чтобы поиграть с Оливией. Много раз Селеста и Грейс тоже присоединялись к ним.

«Хм, клянусь, с ними был ещё один мальчик, но я не могу вспомнить его имя», — подумал Юрник.

Когда Оливия была слишком занята и остальные не могли прийти, Арнольд шёл прогуляться по дворцу. Он был всего лишь ребёнком, поэтому Юрник полагал, что сыну Маркуса вполне нормально бродить по территории дворца.

Арнольд много раз ходил во Внутренний дворец, чтобы съесть булочки и круассаны, купленные им для игр. Он делился этими булочками с Розерией и другими жёнами Императора, если Оливии не было рядом.

Мальчик был не только приятным собеседником с девушками, но и с женщинами постарше с юных лет. Его всегда видели смеющимся и делящимся с ними забавными историями. Из-за этого другие жёны Юрника просто обожали Арнольда.

Особенно его полюбила Розерия. Он стал для неё четвертым ребёнком, и, даже если он уже вырос, их совместное прошлое не изменилось.

Юрник подписал документ запроса.

— Трать деньги с умом, Роуз…

Императрица даже не взглянула на мужа. Она только забрала бумагу, прежде чем покинуть кабинет, громко хлопнув дверью.

Юрник подумал про себя: «Что она будет делать с деньгами, если не нанимать солдат?».