— Огонь, — скомандовал Калеб, и в ту же секунду череда черных лучей сорвалась с мест, вонзившись в тварь. Та взревела от ярости и боли, резко развернулась в сторону снайперских позиций и бросилась в атаку, но Калеб уже отдавал новый приказ:
 
— Активировать четвертую иллюзорную формацию.
 
Мгновение спустя пространство вокруг слегка искривилось. Мчащийся на всех парах Страж, казалось, даже не заметил подвоха и продолжал нестись вперед... вот только вместо того, чтобы двигаться на снайперов, его траектория плавно ушла в сторону, и вскоре монстр понесся совсем не туда.
 
Формация продержится недолго, прежде чем Страж раскусит обман, но для текущего момента этого было вполне достаточно. Калеб отдал приказание тринадцатому и восемнадцатому отрядам ассасинов выдвинуться на позиции, пока босс был отвлечен. Из теней выплеснулись десять фигур и молниеносно атаковали цель, каждая с ходу обрушив на монстра мощнейшие навыки. Воспользовавшись моментом, Калеб в очередной раз бросил взгляд на босса, отмечая множащиеся раны, и из чистой прихоти снова применил Идентификацию... а еще потому, что хотел убедиться: эта тварь случайно не способна эволюционировать прямо в разгар боя, главным образом потому, что он помнил: у стража на Земле было другое имя.
 
[Почитаемый Страж Первохранитель — 323 ур.]
 
Резко обернувшись к тем, кто только что его атаковал, Страж уткнулся лишь в пустые тени, все десятеро ассасинов успели бесследно раствориться. Секунду спустя по нему ударил новый шквал снайперского огня, на сей раз прилетевший из-за долины, с противоположного конца пустоши.
 
Сообразив, что дело нечисто, Страж начал испускать мощные импульсы маны, одновременно сканируя и разрушая формации и массивы, расставленные по гигантской территории вокруг Ковчега. Ответная реакция последовала незамедлительно: маги Двора тут же временно отключили часть магических кругов, мастерски создавая у Стража иллюзию того, будто он сам их уничтожил.
 
Это была первая планета, которую он посетил после ухода с Земли, чтобы помочьДвору Теней, и пока что, по его мнению, всё шло более чем успешно. Кроме того, этот Страж оказался на удивление слабым по сравнению с тем, с которым Калеб сражался раньше, хотя для мира, которому пришлось бы столкнуться с ним в одиночку, эта тварь была чертовски сильна.
 
Впрочем, по задумке они и не должны были драться с ним прямо сейчас, лишь спустя примерно два с половиной года, за которые успели бы выкосить большинство рядовых прим, что неизбежно ослабило бы и самого Стража. Если бы дело обстояло иначе, Калеб ожидал бы, что подавляющее большинство планет с пробуждёнными по всей вселенной просто вымрет. Но при текущем положении дел и действующих правилах... разведывательная сеть Двора Теней оценивала ожидаемый процент планет, которым суждено оказаться «уничтоженными», примерно в двадцать два процента.
 
Пока оставалось неясным, подтянет ли Млечный Путь эту статистику вверх или вниз... но Калеб сделает всё от него зависящее, чтобы показатели сдвинулись в нужную сторону.
 
Он продолжал руководить ходом боя, в то время как в этой охоте на Стража принимало участие более четырех тысяч членов Двора Теней. Большинство из них обеспечивали тыловую поддержку, помогая поддерживать формации и массивы для сдерживания Стража, однако на поле боя по-прежнему оставалось свыше пятисот бойцов ближнего боя и примерно столько же стрелков.
 
В одиночку никто из них не смог бы причинить Стражу сколько-нибудь значимый вред. Тем не менее, у Двора Теней имелись уникальные способности, позволявшие им вносить свой вклад. Пожалуй, среди всех фракций во всей мультивселенной именно Двор преуспел лучше остальных в обучении своих адептов наносить урон тем созданиям, к которым они по идее даже прикасаться не должны были.
 
Какой-нибудь случайно подвернувшийся новичок ранга D, вздумай он атаковать кого-то вроде Джейка, скорее всего, не нанес бы тому абсолютно никакого урона. Иными словами, можно было собрать миллион таких же бойцов и заставить их атаковать одновременно, если только они не задействуют какие-нибудь ритуалы или формации для объединения атак, ни один из них не причинит Джейку вреда. Стойкость Джейка была просто слишком высока для них. Существовал порог, который они были не в силах преодолеть.
 
У Двора Теней имелись способы обойти этот порог. Тени были неуловимими, эфемерными и способны проникать даже сквозь естественные защитные механизмы, даруемые системой, пусть наносимый ими урон и получался невероятно мизерным. Даже опытный ассасин ранга D мог нанести урон пиковому рангу C с помощью одной-единственной снайперской пули или удара кинжала.
 
Разумеется, этот урон был абсолютно ничтожным. Настолько, что, возможно, не отнимал у цели даже единицы здоровья... но сам факт того, что урон вообще наносился, имел колоссальное значение.
 
Излишне говорить, что группа середняков ранга C, атакующая представителя высшей ступени того же ранга, могла наносить каждым ударом куда больше одного очка здоровья, но поодиночке они всё равно оставались слишком слабы, чтобы тягаться с боссом на равных. И тем не менее, в этом бою им предоставили все возможности для полноценного участия. Всё это являлось частью базовой стратегии, которую Двор Теней регулярно задействовал для устранения особо опасных противников:
 
Изолировать, изнурять, кайтить, дезориентировать и истощать. Если цель не удавалось прикончить мгновенно, ее убивали медленно, в затяжном заказном убийстве, где под контролем держался каждый фактор. Тени использовались для подавления чужого Восприятия и маскировки, не давая врагу ни секунды на передышку и в конце концов даже тот, кто многократно превосходил ассасинов по силе, неизбежно падал.
 
Разумеется, если имелась возможность сокрушить цель подавляющей мощью и убить ее на месте, это всегда приветствовалось. В большинстве случаев... но только не в этом, поскольку Страж был не реальной целью для ликвидации, а всего лишь тренировочным манекеном.
 
Калеб мог бы вступить в бой лично, и, учитывая, насколько этот Страж уступал земному собрату, он полагал, что у него отличные шансы один на один. Из-за колоссальной стойкости босса и боевого стиля Калеба, завязанного на мощном взрывном уроне, ситуация могла стать скользкой, но он верил, что справится в одиночку.
 
Однако смысл заключался вовсе не в этом. В глазах верхушки

Двора Теней этот системный ивент со Стражем рассматривался лишь как очередная тренировка, а если бы Калеб принялся выкашивать всех в одиночку, иноземцы ничему бы не научились, верно?
 
Будучи Судьей, Калеб выступал не просто бойцом, а одним из лидеров Двора Теней здесь, в девяносто третьей вселенной. Помощь местным жителям в их развитии сослужила бы ему хорошую службу и принесла куда больше авторитета, чем бездумное уничтожение всего живого вокруг... хотя, если бы ситуация накалилась до предела, он бы вмешался лично.
 
Причина, по которой они так охотно расставались с жизнями, заключалась в том, что для многих загробное существование сулило нечто лучшее. Святая Земля виделась им ступенью выше обычной смертной жизни, и многие даже считали за честь погибнуть в ритуале. Разумеется, чтобы получить допуск к жертвоприношению, человек не должен был обладать потенциалом для дальнейшего роста до более высокого ранга; первыми под нож обычно пускали стариков и тех, кто полностью исчерпал свой талант.
 
С точки зрения земной морали методы работы Святой Церкви могли показаться безумными или даже откровенно зловещими... но цифры упрямо не врали. Системный ивент вроде этого вторжения Стражей был далеко не первым в своем роде за время интеграции новой вселенной, и во всех предыдущих случаях Святая Церковь неизменно удерживала рекорд по наилучшим результатам своих планет, превосходя даже Вальхаллу, фракцию, специализирующуюся исключительно на боевых действиях.
 
Впрочем, понять секрет успеха Церкви было несложно. Они являлись лучшей фракцией во всей мультивселенной по превращению «бесполезных» в боевую единицу. Вместо того чтобы огромные массы населения оставались лишь строчкой в статистике потерь от лап ивентового босса, их можно было конвертировать в осязаемую силу, способную помочь в устранении угрозы. Значило ли это, что порой в жертву приносилось большинство населения планеты? Да... но смерть девяноста процентов всяко лучше стопроцентного вымирания.
 
Святая Церковь воистину воплощала концепцию «общего блага» и могла существовать лишь благодаря тому, что Святая Земля Святой Матери принимала павших в свои объятия. Раз уж после смерти существовала жизнь, самопожертвование считалось одним из самых почетных способов умереть, ведь твоя гибель вела прямиком в "рай".
 
Таким образом, Святая Церковь выступала одной из ведущих фракций, активно использующих смерти множества людей для победы над врагами... второй же, вполне предсказуемо, являлись Восставшие, хотя их метод извлечения выгоды из мертвецов разительно отличался. После смерти человек не мог стать Восставшим, если только гибель не происходила в рамках ритуала трансформации, однако это вовсе не означало, что павшие не могли пополнить ряды нежити.
 
Даже самих Восставших после падения можно было поднять вновь, хотя они уже не были прежними. И личностями они тоже оставались иными, хотя существовали методики сохранения погибших путем эффективного спасения их душ до того, как те полностью рассеются. Результат не шел ни в какое сравнение с полноценным воскрешением: души оставались необратимо поврежденными, что делало повторное возвращение абсолютно невозможным и зачастую наносило им иной урон, из-за чего овчинка банально не стоила выделки.
 
Как бы то ни было, использование павших сородичей-Восставших едва ли составляло основу их методологии. Зачем, в конце концов, когда на войне кругом столько смертей, которыми можно воспользоваться? Столько тел, готовых послужить бездумной нежитью.
 
В этой войне против Стражей миры, управляемые Восставшими, получали уникальную возможность использовать тучи павших прим и монстров, поднимая их в качестве пушечного мяса против бывших соратников. Любая смерть в рядах противника только усиливала Восставших, делая их силой, с которой приходилось считаться.
 
Разумеется, простая отправка толпы поднятых монстров на Стража ни к чему бы не привела: оживленные твари были куда слабее себя прежних, а их мощь напрямую зависела от того, кто именно поднял их в качестве нежити.
 
И вот тут в дело вступали ритуалы.
 
Подобно тому как Святая Церковь могла задействовать тысячи, миллионы или даже миллиарды добровольцев ради мощнейших эффектов, Восставшие способны были брать колоссальное количество поднятой нежити и объединять их силы. Иногда это выражалось в ритуалах, изрыгающих разрушительные атаки за счет суммарной энергии, но наиболее эффективным методом оставалось создание мясных големов или призрачных амальгам.
 
Принудительное слияние бесчисленных трупов в единые сущности. Монстры, вмещающие в себя легионы душ, еле сшитые воедино искусными некромантами. Подобные отродья редко существовали долго из-за своей врожденной нестабильности... но пока они «жили», они представляли собой абсолютную угрозу. Поскольку де-факто они являлись призванными монстрами, на них не распространялись те же ограничения, что и на обычных духов, а значит, их уровень мощи мог достигать поистине абсурдных высот. Иными словами, создать мясного голема, способного в одиночку сразить и прикончить Стража, было вполне реально.
 
Впрочем, то, что это было возможно в теории, вовсе не означало, что каждый первый способен сотворить подобное. В этом крылось одно из главных отличий между Церковью и Восставшими — требование к квалификации. Восставшим требовались искусные некроманты и разумная нежить для контроля и создания своих армий и чудовищ. Даже имея возможность объединять силы сотен некромантов для подчинения и управления мясным големом, исполнителям всё равно требовалось мастерство. Ибо если они теряли контроль... скажем так, в мультивселенной ходило немало историй о безумцах, создавших чудовищ, обуздать которых они не смогли, что неизменно приводило к их собственной гибели. Так что личный навык оставался критически важным условием.
 
В то же время ритуалы и методы Святой Церкви поражали своей абсурдной простотой. Обучить базовым ритуалам даже обычных обывателей не составляло никакого труда, причем от участников процесса практически не требовалось ни особых навыков, ни личной силы.
 
Разумеется, эффективность возрастала, если ритуалы проводили опытные мастера, а наиболее сложные методики действительно нуждались в профессионалах, но сам факт того, что Святая Церковь давала простому народу инструмент для отпора, имел колоссальное значение. Именно это являлось главной причиной их процветания в мультивселенной? пусть даже платой за него и служили чудовищные жертвы.
 
Конечно, всё это вовсе не значило, что обе фракции жаждали прибегать к подобным мерам. Ладно, Воccтавшие почти всегда поднимали армии нежити, этого и стоило ожидать, но если они могли избежать наиболее рискованных ритуалов, они определенно старались так и поступать.
 
Галактике Млечный Путь в этом плане крупно повезло. Сотрудничая с Элл’Хаканом и располагая внушительным запасом талантливых кадров, местной ветви Святой Церкви не нужно было приносить людей в жертву — они могли охотиться на Стражей без обращения к столь радикальным методам.
 
Точно так же планета, находящаяся под контролем Восставших, получила помощь с Земли, включая Каспера — Восставшего, благословленного самим Отцом Погибели и являющегося грозным бойцом в собственном праве. К тому же, если им требовалась дополнительная подмога, Каспер мог запросить ее: попросить о помощи Джейка, Святого Меча или кого-то еще было куда предпочтительнее, чем рисковать созданием какой-нибудь мерзкой твари из сшитой воедино плоти и душ.
 
Однако в остальной части вселенной дела обстояли далеко не столь радужно, и многие фракции отдали бы всё за то, чтобы заполучить в свой арсенал методы этих двух гигантов. Мечтали хотя бы о возможности отдать свои жизни ради убийства Стража, а не просто сгинуть понапрасну.
 
Увы... у Двора Теней были веские причины сойтись на этой оценке в двадцать два процента.