Наступила ночь, и улицы города Повелителя Драконов постепенно затихли.

Роскошная карета остановилась у ворот усадьбы Себаса. Дверца открылась, и Колин, держа за руку принцессу Джуди, вышел наружу.

Дворецкий тотчас поспешил навстречу и проводил дорогих гостей в кабинет хозяина.

Здесь уже собрались три консула Совета старейшин: с севера — Себас Сент-Хильд, с юга — Дуллс Сент-Ландерс, с запада — Крит Сент-Гриан.

После обмена приветствиями все расселись по местам.

Служанки подали кофе и сладости, а затем бесшумно удалились.

Принцесса Джуди чинно сидела на диване, стараясь выглядеть серьёзной, но её волнение и неопытность не укрылись от глаз троих старых лис.

Однако сидевший рядом с ней Колин источал неодолимую могучую ауру, заполнившую весь кабинет и не позволявшую консулам вести себя дерзко.

Колин отпил кофе, обвёл троих консулов холодным взглядом и заговорил:

— Господа, я собрал вас, чтобы обсудить вопрос о наследнике престола.

Консулы переглянулись, затем консул Себас спросил:

— Граф Англер, каково ваше мнение по этому делу?

— Я считаю, что следует соблюдать порядок наследования: раз принц Харрисон лишён права наследования за убийство Грегори, престол должна унаследовать принцесса Джуди.

Все трое сделали вид, что ничего иного и не ожидали, и перевели взгляды на сидевшую рядом с Колином принцессу Джуди.

На их взгляд, Колин этим решением и так пошёл на большую уступку.

Ведь они-то полагали, что Колин попытается отменить прежнее решение Совета старейшин и силой возвести на трон принца Харрисона.

Теперь же, предложив вместо него принцессу Джуди, он выказал достаточное уважение к Совету старейшин, и это не должно было вызвать слишком бурного возмущения.

Трое снова обменялись взглядами и ответили:

— Граф Англер, мы тоже признаём ваше предложение. Однако, насколько мы понимаем нынешнюю политическую обстановку, если Совет старейшин будет голосовать, принцесса Джуди вряд ли сможет легко занять престол.

Колин нахмурился и удивлённо спросил:

— Разве вы втроём, объединившись, не сможете повлиять на больше чем половину старейшин?

Консул Дуллс вздохнул и беспомощно пояснил:

— Граф Англер, консулы уже не имеют прежнего влияния на старейшин. Ведь с тех пор как этот старый плут Хайдеггер провёл реформу Совета старейшин, должность консула перестала быть пожизненной.

Колин только теперь всё понял и поспешно отпил кофе, чтобы скрыть смущение —

ведь эту реформу Совета старейшин предложил премьер-министру барону Хайдеггеру не кто иной, как он сам.

Тогда, чтобы протолкнуть вопрос о наследовании Верой титула герцогини Севера, он то и дело натыкался на препятствия в Совете старейшин и придумал этот способ ослабить власть консулов. Кто же знал, что в итоге он сам себе вырыл яму.

Судя по словам троих, подчинённые им старейшины, вероятно, уже перетянуты и расколоты другими силами.

Что же до двух остальных частей империи — консул земель Багрового пламени мёртв, а консул востока Имосен — давний враг Колина: во время смуты в городе Белой Росы Колин убил его младшего брата, рыцаря Ивана.

На старейшин от этих двух земель у Колина и вовсе не было особой надежды.

А если добавить слухи о том, что принц Харрисон и принцесса Джуди вовсе не родные дети императора Райнхарта, и целую свору внебрачных сыновей, уже хищно присматривавшихся к трону, — пожалуй, принцесса Джуди и впрямь могла не унаследовать престол без затруднений.

Колин поразмыслил немного, затем отставил чашку кофе и спросил:

— А кто из внебрачных сыновей сейчас представляет наибольшую угрозу для Джуди?

Консул Себас подумал и ответил:

— Пожалуй, трое: Норман, внебрачный сын военного министра маркиза Крика; Реджи, внебрачный сын командира столичной гвардии рыцаря Памиры; и Райан, внебрачный сын министра финансов графа Ллойда.

Силы, стоящие за этими тремя, сейчас наиболее могущественны, и, вероятнее всего, именно они могут угрожать принцессе Джуди.

— О Нормане можно не беспокоиться. Военный министр маркиз Крик уже приходил ко мне и обещал поддержать наследование принцессы Джуди, — в глазах Колина промелькнул едва заметный холодный блеск. — Что до остальных двоих… с ними я тоже разберусь.

Консулы переглянулись и не стали спрашивать, что значит «разберусь», лишь кивнули:

— Хорошо, граф Англер. Тогда предварительно назначим заседание Совета старейшин через три дня. Устраивает ли вас это время?

— Вполне.

Сказав это, Колин поднялся, взял принцессу Джуди за руку и вышел.

Покинув усадьбу, он велел кучеру:

— В усадьбу министра финансов.

— Слушаюсь.

Карета двинулась на запад, миновала три квартала и вскоре прибыла на место.

Колин с принцессой Джуди вышел, назвал себя, и дворецкий проводил их в гостиную.

— Господин граф, ваше высочество, прошу немного подождать. Я доложу хозяину.

— Хорошо.

Принцесса Джуди сидела на стуле, болтая ногами, и разглядывала гостиную, но вскоре ей наскучило, и она не выдержала:

— Учитель, а как вы собираетесь убедить графа Ллойда перестать поддерживать своего внебрачного сына в борьбе за трон?

Колин слегка улыбнулся:

— Я предложу ему условие, от которого он не сможет отказаться.

Принцесса Джуди растерянно заморгала, видимо, не поняв, что значит «условие, от которого нельзя отказаться». Она уже хотела переспросить, как за дверью послышались шаги.

И в следующее мгновение в комнату неспешно вошла дама в придворном платье.

У неё были тонкие, изящные черты лица, чистые голубые глаза, а рыжие волосы были убраны в благородную причёску. Вся она дышала зрелой и утончённой красотой.

— Тётушка Кэшия.

Услышав, как принцесса Джуди назвала её тётушкой, Колин понял, что перед ним графиня Ллойд, двоюродная сестра императора Райнхарта.

Да-да, она же была любовницей собственного двоюродного брата и родила ему внебрачного сына…

— Госпожа Кэшия, — подавив посторонние мысли, поднялся Колин с приветствием.

Кэшия сначала обняла принцессу Джуди, а затем присела в реверансе перед Колином и с улыбкой произнесла:

— Граф Англер, что привело вас к моему мужу в столь поздний час?

Колин слегка нахмурился:

— Граф Ллойд сейчас не может меня принять?

— Прошу прощения, но Ллойд сегодня вечером внезапно почувствовал недомогание и уже рано лёг спать, так что… — мягкий, вкрадчивый голос Кэшии легко мог вызвать у мужчины сочувствие, — граф Англер, если у вас какое-то дело, я могу ему передать.

Колин мысленно усмехнулся: в эти басни он, разумеется, не верил.

Похоже, граф Ллойд твёрдо решил поддержать своего внебрачного сына в борьбе за трон.

— Раз так, я зайду в другой раз, — сказал Колин и, взяв принцессу Джуди за руку, направился к выходу.

Кэшия лично проводила их до ворот усадьбы, по дороге без конца извиняясь, будто и впрямь очень сожалела о неучтивости мужа.

Сев в карету, Колин велел кучеру:

— Возвращаемся во Дворец феникса.

Принцесса Джуди посмотрела на помрачневшего Колина и удивлённо спросила:

— Учитель, а разве мы не поедем к рыцарю Памире?

— Нет, мы возвращаемся отдыхать.

Колин знал, что командир столичной гвардии рыцарь Памира — родной младший брат принца Лекси, и этот человек тем более не откажется от борьбы за престол.

Граф Ллойд, рыцарь Памира.

Раз эти двое не понимают, что к чему, пусть потом не обижаются!