Перевод: Astarmina

Кайл вывел Лейлу на террасу, выходящую на розовый сад. Только тогда она осознала, насколько шумной была роскошная вечеринка внутри. Облокотившись на мраморные перила, девушка облегчённо вздохнула и сказала:

— Спасибо, Кайл. Огромное спасибо.

Вместо ожидаемой улыбки на лице юноши появилось выражение недовольства.

— Кайл?

— Почему ты это терпишь?

— Что?

— Она таскает тебя за собой и выставляет перед подругами, как игрушку. Почему ты позволяешь ей так с тобой обращаться? Это не похоже на умную и уважающую себя Лейлу Левелин, которую я знаю.

В отличие от несвойственного Кайлу гнева, Лейла улыбнулась непринуждённо.

— Какая разница, Кайл? В любом случае, ничего из того, что она сказала обо мне, не является неправдой. Я сирота, в долгу перед дядей Биллом, и собираюсь стать учительницей.

— Я думал, что знаю тебя, Лейла...

— Во мне множество граней, мистер Эттман.

Этот игривый ответ наконец вызвал смех у Кайла.

— Ты всегда говоришь всякие глупости, Лейла.

— Ты можешь идти, Кайл. Со мной всё в порядке. Правда.

— Куда бы я пошёл?

— Ты наверняка должен встретиться с важными людьми. Не говоря уже о всех твоих друзьях, которые здесь.

— Нет, спасибо, — ответил он, раздражённо махнув рукой. Он облокотился на перила рядом с ней.

— Не будь таким, Кайл...

— Лейла, я пришёл на эту вечеринку как твой спутник, — он медленно повернул голову к ней. Тёплый взгляд его карих глаз был виден даже в темноте. — Поэтому собираюсь быть рядом с тобой, — улыбка озарила его лицо. — Это то, чего я хочу.

Лёгкий ветерок донёс сладкий аромат роз из сада. Она чуть было не ответила, но прикусила язык и провела пальцами по перилам.

— Почему ты молчишь? — мягко спросил он.

Она неловко посмотрела вниз на острые носки своих туфель и ответила:

— Не знаю.

— Ты смущаешься передо мной? Я никогда не видел тебя такой.

— Я не смущаюсь, Кайл.

— По-моему, ты покраснела...

— Нет!

Она приложила руки к щекам.

— Ха-ха, попалась, — сказал он.

Она рассмеялась вместе с ним. В этот момент миссис Эттман, которая ходила по коридору в поисках сына, нашла Кайла и Лейлу на террасе. Подходя к ним, она тяжело вздохнула и спросила:

— Кайл, что ты здесь делаешь?

Лейла быстро выпрямилась, затем опустила голову, чтобы поприветствовать миссис Эттман, которая поспешно кивнула, прежде чем снова перевести взгляд на сына.

— Там много людей, которые хотят тебя видеть.

— Они хотят увидеть отца, а не меня, — ответил Кайл, хихикая.

Лицо миссис Эттман стало еще строже.

— Кайл Эттман, ты думаешь, я шучу?

— Ты же знаешь, что я не это имел в виду, мам, — сказал он.

— Пойдем. Вдовствующая госпожа Герхардт ищет тебя. Ты ведь не хочешь заставлять ее ждать, правда?

Было очевидно, что миссис Эттман больше не собиралась терпеть его сопротивления.

— Увидимся позже, Кайл, — неуверенно произнесла Лейла.

Вдовствующая госпожа Герхардт обожала единственного сына семейного врача, и Лейла прекрасно знала, как миссис Эттман гордилась этим фактом.

— Я подожду здесь, — добавила она, ярко улыбаясь, чтобы подбодрить Кайла.

Наконец улыбнувшись ей, миссис Эттман сказала:

— Спасибо, Лейла.

Её глаза были того же оттенка карего, что и у Кайла, но всегда смотрели на Лейлу с холодным выражением.

Девушка прекрасно это осознавала.

Кайл неохотно побрел прочь, несколько раз оглянувшист на нее через плечо.

Лейла помахала ему, держа руку возле себя.

— Подожди меня! – крикнул он, нахмурившись. — Ты должна подождать меня, Лейла!

Она хотела сказать ему, что подождёт, но не смогла заставить себя произнести хоть что-то. Всё, что она могла сделать, – это улыбнуться и помахать чуть сильнее, чем раньше.

Как только Кайл с матерью вошли внутрь, терраса снова погрузилась в тишину. Глядя через окна в зал, Лейла могла почувствовать беззаботную атмосферу вечеринки: красивый свет люстры сливался с приглушенными звуками музыки и смеха. Её зрение было немного размытым, так как она оставила очки дома, но это только добавляло всему происходящему сказочности и живописности.

Её работа на вечеринке была завершена. С радостным чувством облегчения она вздохнула. Только теперь, когда могла расслабиться, Лейла обратила внимание на свою странную внешность. Она слегка пошевелила ногой, и юбка платья вместе с лентой на талии затрепетали. Это её позабавило, поэтому она начала подниматься на носочки и опускаться снова, чтобы наблюдать, как её платье плавно колышется.

Белое платье, расшитое золотой нитью, выглядело великолепно в этот волшебный вечер. Гладкая, мягкая ткань щекотала кожу, когда касалась её. Затем она обратила внимание на ожерелье. Застенчивая улыбка исчезла с лица, когда она дотронулась до него рукой.

«Почему леди Клодин сказала это?»

Она предположила, что замечание Клодин об ожерелье было каким-то изысканным способом поставить её на место, но это её не волновало. Подарок дяди Билла был ослепительно красив. Что бы ни говорили другие, именно так чувствовала себя Лейла, и этого ей было достаточно.

Снова улыбнувшись, она подняла взгляд и увидела высокого мужчину, выходящего на террасу. Подумав, что Кайл уже вернулся, она обрадовалась, но тут же поняла, что это не он, и её сердце замерло.

Это был герцог Герхардт. И с ним была леди Клодин.

***

— Вечерний ветерок так освежает, не правда ли? — спросила Клодин, глубоко вдохнув.

Она притворялась невинной, словно действительно вывела Матиаса на террасу только ради того, чтобы почувствовать прохладу.

— Я люблю лето за такие прекрасные ночи. А вы, герцог Герхардт?

Она слегка оперлась на мраморный парапет и улыбнулась. Её взгляд был направлен не на Матиаса, а на настоящую цель — Лейлу, стоявшую на другом конце.

— Мне не очень нравится лето, миледи, — ответил Матиас, стоя рядом с Клодин.

Он оглядел сад, полный роз, находящихся в полном цвету, и его взгляд быстро скользнул по лицу Лейлы. Он выглядел смущенным, заметив неожиданного третьего участника.

— Правда? Я всегда думала, что вы любите лето, — ответила Клодин. Теперь она стояла лицом к Матиасу, повернувшись спиной к Лейле. — Если задуматься, вы довольно сдержанный человек, герцог. Надеюсь, вы понимаете, что я не считаю это оскорблением.

Сложив руки за спиной, она сделала шаг к нему. Теперь они были достаточно близко, чтобы чувствовать дыхание друг друга.

— Если быть честной, мне нравится ваша сдержанность, — продолжила Клодин. — Ваше уравновешенное поведение очень аристократично и галантно.

— Я рад, что вам это нравится, — ответил он, не отступая от неё.

Смотря прямо в его глаза, она смело произнесла:

— Поцелуйте меня.

Он молча смотрел на неё.

— Хотя мне нравится ваша сдержанность, — продолжила она, — разве вы не думаешь, что в наших отношениях не помешало бы немного страсти? — она слегка наклонила голову, и густые локоны каштановых волос мягко качнулись. — В конце концов, мы ведь собираемся обручиться, а потом пожениться...

— Немного страсти?.. — Матиас прищурился на мгновение, а затем кивнул. — Да, это разумно.

Без малейшего колебания он протянул руки и обхватил её щеки ладонями.

Клодин сначала выглядела удивленной, но вскоре закрыла глаза.

Наблюдая за тенями, которые отбрасывали её длинные ресницы на лицо, Матиас перевел взгляд на другой конец террасы. В этот момент Лейла, которая нервно стояла на месте, обернулась и посмотрела на него.

Не отводя глаз от нее, он медленно прижался губами к губам Клодин.

Как и хотела та, Лейла добросовестно исполняла роль наблюдательницы, она оцепенела, ошеломленно глядя на них. Ни значительное расстояние, ни темнота не могли скрыть её покрасневшие щеки.

На протяжении всего сдержанного поцелуя взгляд Матиаса оставался прикован к Лейле. Её глаза, беспомощно смотревшие прямо на него, были такими же яркими и чистыми, как лунный свет.

Когда она, наконец, смогла отвернуться, лёгкий поцелуй тут же закончился. Клодин медленно открыла глаза с едва заметной улыбкой, а Лейла поспешно сбежала по ступеням в сад.

Матиас галантно протянул руку Клодин.

— Пойдём.

Она невозмутимо вложила свою руку в его.

— Я уверена, герцог Герхардт, — сказала девушка, заходя с ним обратно в зал. — Я уверена, что мы будем счастливой парой.

***

Лейла в панике сбежала вниз по лестнице. Она знала, что они не последуют за ней, и всё же не могла замедлить шаг.

Звук её каблуков, цокающих по вымощенной дорожке, нарушал ночное спокойствие сада. Наконец, она остановилась, добравшись до огромного фонтана в центре сада. Переведя дыхание, девушка вновь ощутила боль в ступнях, о которой забыла, пока убегала.

— Ах... — поморщившись, она сняла одну из туфель на высоком каблуке.

Её ступня была покрыта царапинами и волдырями. На пятке кожа стерлась до крови, и место начало кровоточить. Ей хотелось вернуться в коттедж, но в конце концов она передумала и повернулась обратно в сторону особняка.

Она пообещала Кайлу, что будет его ждать. Если уж ей предстояло уйти, девушка чувствовала, что должна хотя бы сначала сказать ему об этом. Однако возвращаться в этот странный, полный напряжения мир внутри ярко освещенного особняка ей совсем не хотелось.

Вместо этого она, прихрамывая, пошла вдоль тропинки, к месту, где находилась увитая розами пергола. Лейла решила подождать в саду, пока Кайл снова не выйдет наружу, а затем вернуться к особняку.

«Но можно ли мне присесть?» — подумала она, глядя на скамейку.

Пергола была покрыта розами, которые дядя Билл умело выращивал, но она ни разу не сидела под ней. Это место было запрещено для работников.

«Но сегодня я гость, так что все должно быть в порядке, верно?»

После долгих раздумий она наконец осторожно села на край скамейки. Спустя некоторое время она набралась смелости снять туфли.

Прислонившись к подлокотнику скамейки, она подтянула ноги к себе и обхватила колени руками. Когда её ступни коснулись прохладного мрамора скамейки, боль немного утихла. Туфли были красивыми, радовали глаз, но причиняли ей невыносимую боль, настолько, что при мысли о том, чтобы снова их надеть, её пробирала дрожь.

«Если бы только я не побежала в них, мои пятки были бы в порядке».

Осторожно касаясь самых болезненных мест на ногах, она вспомнила произошедшее.

Девушка поморщилась при мысли о том, как герцог Герхардт смотрел на нее, целуя невесту. Не меньше ее озадачивал тот факт, что Клодин сама захотела этого поцелуя, прекрасно зная, что на террасе находился третий человек.

— Почему они так поступили? – пробормотала она и невольно начала тереть губы. — Фу...

Она потерла внутреннюю сторону губ тыльной стороной ладони. Вид герцога на террасе вновь вызвал в памяти те травмирующие события, которые произошли с ней той лунной ночью в его хижине. Она продолжала тереть губы снова и снова, стараясь избавиться от воспоминаний.