Перевод: Astarmina

Громкий шум докатился даже до комнаты Кайла. Это произошло потому, что, хотя его дверь была плотно закрыта, окно было открыто.

Он сонно сел на кровати.

— Эй, миссис Эттман! Выходите сюда немедленно! Немедленно!

Голос кричащего снаружи мужчины показался ему знакомым.

«Это что... мистер Реммер?»

Кайл вскочил с кровати и побежал к окну. Посмотрев вниз, он увидел, что Билл Реммер спорит с домоправительницей.

— Что за шум? – холодно выкрикнула миссис Эттман, выходя наружу.

— Так значит, вы были той никчемной, несчастной воровкой, миссис Эттман? – закричал Билл. — Как вы могли это сделать? Как бы сильно вы ни ненавидели Лейлу, как вы могли поступить так ужасно?!

Кайл уже собирался бежать вниз, чтобы предотвратить ссору, но замер на месте, услышав слова Билла.

«Воровка? Почему он говорит о воровке здесь, с мамой?»

Он стоял на месте, совершенно сбитый с толку, пока Билл продолжал яростно кричать. Вскоре до Кайла дошло, что именно имеет в виду Билл.

— Нет, нет, это невозможно... – пробормотал он себе под нос, пошатываясь, выходя из своей комнаты.

Спускаясь вниз на первый этаж, он был настолько поглощен своими мыслями, что чуть не упал.

«Мне всё равно, что это мистер Реммер, я не позволю никому говорить так с мамой. Да, он злится из-за кражи, но как он может говорить такие жестокие вещи...»

— Это Лейла тебе сказала? – спросила миссис Эттман, как только Билл перестал кричать. — О, Боже мой. Как она смеет клеветать на меня таким обр...

— Ты думаешь, Лейла могла сказать что-то подобное?! – закричал Билл сквозь слёзы.

Тем временем, Кайл дошёл до входной двери. Вместо того чтобы выйти наружу, он остался слушать, как Билл продолжал:

— Если бы Лейла сказала мне, что ты сделала, моё сердце не было бы так разбито!

— Если ты продолжишь нести этот бред и устраивать сцены, можешь уходить прямо сейчас! Прежде чем я вызову полицию!

— Полиция – вот откуда эта информация! Почтальон видел, как вашего уважаемого кузена заперли в участке. Вы всё ещё собираетесь притворяться невинной?

— Ч-что вы сказали?.. – запинаясь, пробормотала миссис Эттман, отступая на шаг назад.

«Пожалуйста, — молился Кайл, глядя на свою мать. — Пожалуйста, скажи, что это не ты. Скажи, что это клевета».

Но миссис Эттман лишь стояла, не говоря ни слова, тяжело дыша. Она так крепко сжимала перила, что её рука побелела, и вскоре начала дрожать.

Кайл пошатнулся к ней.

— Мама.

Только услышав печальный голос своего сына, она поняла, что он стоит прямо за её спиной.

— Это неправда, да? — спросил он, касаясь её руки. — Мистер Реммер ошибается, верно? Верно?

Он попытался улыбнуться, но губы не слушались. Было очевидно, что всё происходящее — реальность, но его разум словно окутал густой туман.

Последние несколько дней были для него адом. Он несколько раз навещал Лейлу, умолял и уговаривал её, но она не собиралась менять своё решение. Время словно ускользало.

Однако у него оставалась одна слабая надежда. Доктор Эттман поехал в Ратс и оплатил обучение Лейлы до истечения срока. Таким образом, если бы Кайл смог убедить её отказаться от глупых идей, всё было бы в порядке. Он верил, что это сработает.

Во время сегодняшнего визита он сказал ей, что, если брак кажется слишком пугающим, они могут просто обручиться и пока не беспокоиться о свадьбе. После помолвки они могли бы вместе поступить в колледж. Для него этого было бы достаточно. Достаточно времени — и она начнет любить его романтически, и они заживут долго и счастливо.

Это было то, что он сказал ей сегодня утром. Но сейчас...

— Мам! — закричал он со слезами.

Побледневшая миссис Эттман смотрела на перила и не решалась ничего сказать. В этот момент домой вернулся доктор Эттман.

Из машины вместе с ним вышли два полицейских. При виде офицеров, у миссис Эттман подкосились ноги, и она упала.

Доктор Эттман извинился перед офицером, затем в одиночестве направился к своей жене. Прежде чем заговорить с ней, он снял шляпу и обратился к Биллу.

— Простите, мистер Реммер. Я действительно не знаю, что сказать. Мне очень жаль.

Глаза Кайла наполнились отчаянием, пока он слушал, как его отец извиняется.

— Как вы видите, сегодня все немного сумбурно, поэтому сейчас будет трудно спокойно поговорить. Когда всё уляжется, как насчет того, чтобы я пришел к вам и извинился еще раз?

— Конечно, это подойдет, — ответил Билл, грубо потирая глаза.

Когда он отошел, полицейские сделали несколько шагов вперед.

— Почему ты это сделала, дорогая? — спросил доктор Эттман, холодно глядя на свою жену, лежавшую на полу.

— Нет, это не то, о чем ты подумал...

— Даниэль сейчас в полицейском участке. Он уже во всём признался. Сказал, что ты его на это подбила.

Миссис Эттман что-то бормотала в оправдание, но, услышав имя кузена, замолчала.

— Поэтому даже не думай мне врать, Линда.

— Дорогой!

— Сначала ты радушно принимаешь Лейлу, а потом строишь такие козни? Я не могу поверить, что ты, моя жена, мать Кайла, могла на такое пойти! — доктор Эттман старался сдерживать эмоции, но не смог скрыть гнева, исказившего его лицо.

— О! Почему ты винишь меня? — воскликнула миссис Эттман. — Почему?! Почему ты одобрил Лейлу и заставил меня сделать это ужасное дело?

— Ты действительно обвиняешь меня в том ужасном поступке, который ты совершила?

— Да, это всё твоя вина! Я изначально говорила, что ненавижу её! Если бы ты тогда послушал меня, до этого бы не дошло! Если бы не ты, я... я бы... — её ядовитые крики сменились рыданиями. Она закрыла лицо руками, и вскоре сквозь её пальцы начали струиться слёзы.

Доктор Эттман тяжело вздохнул, затем помог своей жене подняться. Полицейские, уважая известного доктора, позволили ему самому проводить жену до машины.

Кайл стоял в оцепенении, глядя на разворачивающийся перед ним кошмар. Со временем наступили сумерки. Даже полумрак казался ему слишком ярким, и он закрыл глаза.

В этот момент его единственным желанием было, чтобы весь мир погрузился во тьму.

***

— Не плачь, дядя Билл. Пожалуйста.

Лайла положила на стол платок.

Билл, который сверлил взглядом бокал с пивом, словно это был его враг, поднял глаза в удивлении.

— Плачу?! Кто плачет?

Несмотря на яростное отрицание, он взял ее платок и промокнул уголки глаз.

Нетронутая еда на их тарелках остывала. Но никто из них не торопил другого начать есть. Пока он осушал кружку пива, она устало смотрела на край стола.

Девушка не осознавала, что произошло, до тех пор, пока несколько сотрудников компании «Арвис» не пришли в коттедж, чтобы выразить слова соболезнования. Она знала, что миссис Эттман никому бы ничего не рассказала, и, конечно, сама держала рот на замке, но каким-то образом все, связанное с этим инцидентом, стало известно.

Лейла не имела ни малейшего представления о том, кто мог подслушать их разговор и сообщить полиции. В тот день в чайной находились только она, миссис Эттман и незнакомец.

«Значит, это мог быть тот мужчина? Кто он?»

Она ломала голову, но так и не смогла догадаться, кто это мог быть. Однако одно было ясно. Она нанесла Кайлу непоправимую рану. Девушкша хотела защитить его сердце, но в итоге оно оказалось разбито. Она слышала, что полицейские, которые пришли с доктором Эттманом, забрали миссис Эттман в участок, и Кайл видел всё это.

— Не плачь, Лейла.

Поставив стакан, Билл протянул ей обратно её платок.

— Плачу? Кто плачет? — ответила она, повторяя его недавнее отрицание, вытирая слёзы.

— Прости, — сказал он. — Я так мало знаю о мире, и всё же заставил тебя выйти в него. А теперь посмотри, что из этого вышло.

— Если ты продолжишь говорить в таком тоне, я рассержусь, дядя Билл.

— Что касается брака... конечно. Наверное, лучше, что ты этого избежала. Это было правильное решение. Нужно было это отменить.

Она кивнула. Слеза скатилась на край её едва улыбающихся губ и заблестела в свете.

— Но ты всё равно должна пойти в колледж, Лейла. Доктор Эттман уже оплатил твоё обучение. Я отдам ему украденные деньги, которые нам вернули, и тогда получится, что это я оплатил твоё обучение. Колледж не имеет никакого отношения к Кайлу.

— Нет.

— Если ты поселишься в пансионе, я смогу оплатить твоё жильё и питание. Будет трудно, но я, думаю, справлюсь...

— Я собираюсь поступить в колледж, дядя Билл. Я не сдалась. Просто не сейчас, — она протянулась и взяла его за руку. — Я стану учителем. А потом, когда накоплю достаточно денег, поеду в столицу и пересдам вступительный экзамен. Это был мой изначальный план и мечта. Я немного сбилась с пути, подумав, что нашла короткий путь. Но теперь я снова на верном пути.

— Но как ты можешь бросить колледж, если уже сдала вступительный экзамен?

— Ты что, не веришь в меня? — теперь она улыбалась естественно. — Я уверена, что сдам его снова в следующий раз. Более того, сдам с таким высоким баллом, что получу стипендию. Вот увидишь.

— Ах, Лейла...

— Ты всегда говорил, что знал, что я стану прекрасным взрослым человеком. Поэтому просто поверь в меня ещё раз.

«Какая замечательная девушка, — подумал Билл. — Лучше бы она плакала. Её красивая улыбка разрывает меня на части. Что же мне с ней делать? И что будет с Кайлом?»

Его плечи задрожали, когда эмоции нахлынули на него. Он быстро опустил голову, чтобы скрыть лицо, и его слёзы закапали на стол.

— Всё в порядке, дядя Билл, — сказала она, поднимаясь со стула и направляясь к нему. — Со мной всё правда в порядке, — она обвила его своими тонкими руками. — Честно. Поэтому давайте скажем полиции, что мы не хотим выдвигать обвинения против миссис Эттман. Мы можем сказать, что деньги вернулись, и больше ничего не нужно делать.

Она нежно похлопала его по спине, говоря удивительно спокойным голосом.

«Что мне с тобой делать?» — подумал он, пока слезы продолжали струиться из глаз. Смахнув их, он кивнул.

Он считал поступок миссис Эттман непростительным. Но когда увидел, как она рухнула прямо перед ним, а Кайл смотрел в ужасе, это причинило ему боль. Какой бы ужасный поступок ни совершила Линда Эттман, она была матерью Кайла, а тот был как брат для Лейлы.

— Давай так и сделаем. Если ты так чувствуешь, тогда я поддержу тебя, Лейла.