*.·:·.✧.·:·.*

Арвис суетился с приготовлениями к званому обеду у Герхардтов.

Когда Лейла возвращалась домой из школы, дороги были заполнены экипажами и транспортными средствами. Последние несколько дней дядя Билл был чрезвычайно занят, с головой уйдя в оформление интерьера особняка. Настало время года, когда цветы начинают увядать, поэтому ему пришлось собрать немного в теплицах, а остальное раздобыть в местных цветниках.

Лейла помогала своему дяде, часто ездя в центр города за цветами. Ее загруженные дни заставляли чувствовать себя счастливой; по крайней мере, она могла забыть о пропавшей ручке и оставшемся без ответа письме от герцога. Но теперь, когда ее работа закончена, ей придется вернуться в Арвис.

Когда вход в особняк стал приближаться, Лейла замедлила шаг.

К счастью, герцог Герхардт, казалось забыл про неё. Или, что более вероятно, у него не было возможности поразмыслить над всем этим. В последнее время он тоже был завален работой, и Фиби, которая тайно общалась с ним, была заперта в клетке на заднем дворе.

— Я не могу в это поверить.

Она произносила эти самые слова по меньшей мере сотню раз с тех пор, как Фиби принесла письмо герцога.

— Как ему пришла в голову идея приручить Фиби и использовать ее в качестве своей птицы-носильщика?

Она прожила недолгую жизнь и была знакома с немногими людьми. Однако при жизни герцог Матиас фон Герхардт был, безусловно, самым странным и в то же время загадочным мужчиной, с которым Лейла Левеллин когда-либо сталкивалась.

— Почему он продолжает брать чужие вещи? Он что, клептоман? — Ворча, Лейла пнула ни в чем не повинный камешек на тропинке.

Она не хотела встречаться с герцогом, несмотря на то, что ей нужно было вернуть свою ручку. Она не осознавала, почему стала избегать его еще больше, но чувствовала, что поступает правильно.

В тот момент, когда Лейла собиралась войти в особняк через боковой вход, ее напугал громкий сигнал. Она обернулась и увидела прямо перед собой парковку семьи Брандт.

Когда стекло на заднем сиденье медленно опустилось, Лейла приблизилась к машине.

— Давно не виделись, Лейла.

Внутри сидело знакомое лицо, это была Клодин Брандт.

— Как у тебя дела? — Клодин просияла, оглядывая Лейлу с головы до ног.

Лейла на мгновение застыла. Знакомое чувство вины, как у ребенка, совершившего серьезную ошибку, крепко охватило ее. Это чувство было похоже на то, что она испытала прошлым летом, в день рождения герцога Герхарда и на церемонии помолвки леди. Воспоминание о том, как жених Клодин украл ее первый поцелуй, стало вызывать у нее чувство жалости.

Нежный голос герцога, его тихий смех и прикосновение его крепких, пылких рук промелькнули в ее сознании, но пристальный взгляд Клодин вернул ее к реальности.

Сцепив замерзшие руки, Лейла, как и всегда, поприветствовала Клодин вежливым поклоном.

— Приветствую, леди Клодин.

*.·:·.✧.·:·.*

Ни для кого не было неожиданностью, что званый ужин Герхардта закончился на прекрасной ноте. Всегда являвшиеся воплощением грации и элегантности, две хозяйки вечеринки были последовательны во всем. В империи Бергов имя Герхардт заслужило эпитет ‘совершенство’. Несчастный случай на званом обеде у Герхардта лишь усилил бы всеобщее необузданное любопытство.

— Ничего, если мы немного прогуляемся по оранжерее? — вежливо спросила Клодин у Элис после того, как все перешли разговаривать в гостиную. На другом конце комнаты стояли люди, о которых говорила Клодин, – ее жених и Риетт.

— Конечно, продолжайте. — Элис фон Герхардт с готовностью согласилась. — Вам, молодым, действительно нужно провести немного времени вместе.

От ее тонкого тона дамы, окружавшие Элис, дружно расхохотались, как будто они танцевали в едином ритме.

Клодин вышла из гостиной, и Матиас вместе с Риеттом последовали ее примеру, оставив позади дам, которые начали сплетничать о любовных похождениях молодых людей.

— О, герцог Герхардт, мадам Норма дала мне разрешение расширить эту оранжерею, когда я стану герцогиней Арвис, — сказала Клодин, и ее сияющий голос проник в тихую оранжерею в темноте.

— Я понимаю.

Губы Матиаса дрогнули в слабой улыбке.

— Ты не против?

— Я соглашусь со всем, чего пожелает моя леди.

Клодин уже знала, что ответит Матиас, но все равно кивнула с приятной улыбкой. — Тогда жди этого с нетерпением. Я уверена, что по-настоящему полюблю эту великолепную оранжерею, Рай Арвиса.

Клодин шла по дорожке пружинистой походкой. Несмотря на то, что ее сопровождал жених, большинство ее разговоров в конечном итоге вращались вокруг Риетта.

— Господин.

Клодин как раз начала рассказывать о том, какие тропические растения выращивать в расширенной теплице, когда к Матиасу подошел слуга. Кто-то искал его, чтобы обсудить вопросы, связанные с бизнесом.

— Возвращайся скорее. — Клодин улыбнулась и отпустила руку своего жениха. — Я продолжу свою прогулку с Риеттом.

— Я всегда, остаюсь на замену герцогу, не так ли дорогая леди Брандт?

Несмотря на ворчание, Риетт охотно подставил Клодин свою руку.

После того как Матиас и его слуга ушли, Клодин и Риетт остались единственными в оранжерее, окруженные мягким журчанием фонтана.

Они возобновили свой предыдущий разговор, а также свою прогулку. Представление Клодин о расширении теплицы было точным; она уже приняла решение о том, какие именно растения импортировать и как их озеленить.

— Похоже, ты уже стала герцогиней Герхардт. Твоя любовь к Арвису превосходит твою любовь к жениху, — предположил Риетт, повернувшись, чтобы выслушать ее идеи.

Клодин кивнула без тени стыда.

— В любом случае, я все еще люблю Герхардта.

— Вы двое действительно нечто.

Риетт рассмеялся.

— Матиас.. довольно холодный тип, тебя это устраивает?

— Что ты хочешь этим сказать?

— Герцог Герхардт никого не любит. Он никогда не любил тебя раньше, не любит сейчас и никогда не полюбит в будущем.

— Какой знатный дворянин женится по любви?

— Некоторые так делают! Наверняка так и произошло бы, если бы леди Брандт просто стала моей женой.

Как обычно, Риетт сохранял выражение лица и тон легкими и непринужденными. Клодин просто сверкнула улыбкой в ответ.

— Риетт, я уже десять лет езжу в Арвис туда и обратно со своей матерью. — Клодин повернулась, чтобы посмотреть на Риетта. — Ты понимаешь, что это значит?

— Это значит, что вот уже десять лет аристократы этой империи воображают тебя герцогиней Герхардт.

— Верно, Риетт, вот почему ты мне нравишься.

Клодин тихо рассмеялась и снова положила свою руку на плечо Риетта.

Риетт спокойно сопровождал её. Едва заметное напряжение между ними вскоре исчезло, когда их непринужденная беседа и смех возобновились.

— Я также хочу завести павлина после того, как расширю это место.

Клодин сменила тему, наблюдая за птицами в оранжерее.

— Это зарождение пары, любящей птиц? — иронично подметил Риетт.

— Риетт!

— Кстати, птица все еще там. Та прелестная маленькая птичка, которая живет в спальне герцога

— Я не возражаю. У герцога Герхардта должны быть хотя бы какие-то небольшие радости. Мы должны уважать его желания.

— Я надеюсь, что все останется так как есть.

— Об этом не стоит переживать. Какой бы красивой она ни была, ты не можешь даровать титул герцогини птице, Риетт.

— Что ж, это правда. — Риетт не мог опровергнуть это. Независимо от того, как сильно Матиас обожал канарейку, птица оставалась просто птицей. — Ты знаешь, сколько живет канарейка? Сколько ей еще осталось?

Клодин склонила голову набок.

— Не знаю, но я надеюсь, что эта шумная птичка проживет не слишком долго.

— Разве не ты только что сказала, что мы должны уважать маленькие радости герцога?

— Да, но даже если эта птица умрет, найдется другая птица, которая будет развлекать нашего герцога Герхардта.

— Клодин, я действительно хочу дать своё благословение вам с Матиасом. Риетт рассеянно рассмеялся, глядя на лицо Клодин. — Вы двое просто идеальная пара.

Риетт почувствовал краткий укол жалости к маленькой птичке Матиаса. Бедная птичка была обречена беспомощно кружить вокруг уже созданной друг для друга пары.

Губы Клодин растянулись в естественной улыбке. Увидев ее жестокое, но в то же время красивое лицо, Риетт выпалил.

— Должен ли я познакомиться с этой птицей ради тебя?

— Я и не знала, что у тебя есть такое хобби.

— Она не в моем вкусе, но всё равно довольно симпатичная.

— Придется поднапрячься. — Клодин хихикнула, ей было очень весело. — Эта птичка, может, и выглядит хорошенькой, но у нее гордость принцессы.

— Ха. Неужели я похож на человека, который легко терпит неудачу?

— Нет... Но теперь мне действительно любопытно. Сможешь ли ты подружиться с этой надменной птицей?

Клодин больше не улыбалась, черты ее лица были холодны, как оконные стекла, отражающие лунный свет.

— Если у тебя все получится, я с радостью пришлю тебе поздравительный подарок.

— Какой подарок?

— Разве благодарности и любви недостаточно?

Их показные улыбки растаяли по мере того, как их пристальный взгляд становился все более пристальным.

— Хмм вполне.

Когда дверь в оранжерею открылась, Риетт тихо вздохнул, и пара направилась вперед. Матиас вернулся.

*.·:·.✧.·:·.*

Ни птица-носильщик, ни сама Лейла так и не вернулись. Все было точно так же, как и до того, как он отправил письмо.

Матиас усмехнулся, взглянув на небо, где обычно порхал белый голубь. Он рассмеялся холодно, горько и почти сердито.

— Теперь можешь возвращаться. — сказал Матиас слуге, ожидавшему у его балконной двери.

— Тогда я буду ждать перед пристройкой, когда придет время отправляться.

Марк Эверс вежливо поздоровался и вернулся с остальными сотрудниками.

Оставшийся наедине, Матиас позволил своим мыслям блуждать, глядя вниз на спокойную реку под своим балконом. Он думал, что Лейла в последнее время была слишком занята тем, что помогала садовнику. Но теперь… это уже не так.

Приподняв манжету, чтобы посмотреть на часы, Матиас принялся расхаживать взад-вперед по своему балкону. До его дневной встречи оставалось еще немного времени. Кроме того, это были выходные, так что Лейла Левеллин, вероятно, была бы в своей каюте.

Таким образом, он пришел к справедливому выводу и решил без колебаний довести свой план до конца.

Матиас спустился по берегу реки и вступил на лесную тропинку, устланную ковром из опавших листьев.

Его преследовало чувство сожаления.

Оно затопило его, горячее и густое, темнее цвета осенних листьев.

«Я должен был причинять ей боль до тех пор, пока она не заплачет.»

Однако вскоре он нашел Лейлу Левеллин. Она развешивала белье возле забора коттеджа. Она выглядела очень спокойной и расслабленной, настолько, что Матиас показался глупцом из-за беспокойного ожидания всю прошлую неделю.

Матиас стоял неподвижно и настороженно наблюдал за ней. Лейла продолжала развешивать чистое постельное белье, ее внимание было полностью сосредоточено на своей задаче. Она потянула влево и вправо, потянула еще раз, а затем туго скрутила простыню, пока она не стала достаточно сухой, чтобы ее можно было повесить.

Ее гордая улыбка усилила замешательство Матиаса.

«Ха… Да вы только посмотрите на это…»

В последнее время он часто думал об этом. Она была раздражающе милой и в то же время свирепой. Всегда забавляла его своим причудливым поведением. Матиас почувствовал досаду на себя за то, что был так обезоружен ею.

Лейла обернулась в момент, когда Матиас сделал шаг вперед. Ее тело напряглось, как столб, как только она увидела его. До сих пор он считал ее действия очень очаровательными, но теперь Матиас решил изменить свое мнение.

Лейла развернулась и бросилась бежать. Когда она уже исчезла за пределами двора, Матиас понял, что она убегает от него.

— Эта женщина...

Вид того, как она убегает, словно увидела привидение, заставил Матиаса усмехнуться. Было забавно наблюдать за этим, и еще забавнее было думать, что она действительно верила, что сможет убежать от него.

Времена он оставил свои чувства при себе. Но после того, как он перестал смеяться, он начал преследовать ее.

Лейла выбежала со двора и направилась к уборочным полям на противоположном берегу реки Шултер. Шаги Матиаса стали длиннее, и разрыв между ними сократился. Лейла в страхе оглянулась, а потом… споткнулась.

В конце концов он поймал её под ивой у реки. Матиас крепко схватил ее за плечи и зажал между стволом дерева и своим телом. Лейла сопротивлялась, но его хватка была слишком сильной. Его руки пылали в момент, когда он агрессивно схватил ее за спутанные волосы.

Когда Матиас опустил глаза, он увидел, как она плачет.

Он улыбнулся.

— Куда же ты собралась, Лейла?

*.·:·.✧-------------—————--—✧.·:·.*