Перевод: Astarmina

— Я в долгу перед вами, доктор Эттман, — сказала Катарина фон Герхардт, как всегда тепло глядя на врача, который собирал медицинский чемодан.

Доктор Эттман ответил ей мягкой улыбкой.

— Не стоит упоминать об этом, вдовствующая герцогиня Герхардт. Я просто рад, что это ничего серьёзного.

— В моём возрасте это лишь вопрос времени, когда случится что-то серьёзное.

— Не люблю слышать такие слова, госпожа, — он медленно поднялся со своего места и встал рядом с кроватью, на которой лежала вдова.

Она страдала лишь от лёгкой простуды, но её возраст был таким, что даже это требовало внимания врача.

— Все благодаря доктору Эттману, я остаюсь в добром здравии, даже несмотря на возраст, – она улыбнулась своей невестке, стоявшей рядом с доктором. — Разве не так, Элиза?

— Абсолютно, – ответила Элиза фон Герхардт. — Большое спасибо, доктор Эттман.

— Для меня это удовольствие, леди Герхардт. Ну, мне пора уходить.

— Кстати, как поживает Кайл? – спросила Элиза.

Доктор Эттман поморщился, услышав этот вопрос, но быстро изобразил спокойную улыбку.

— Ах да. Рад сообщить, что он с энтузиазмом погружен в свои университетские занятия.

— Понятно. Что ж, он весь в отца, так что я уверена, что он станет отличным врачом.

— Для меня честь, что вы так думаете.

— Предполагаю, что он вернется в Карлсбар на зимние каникулы?

— Думаю, его планы на зимние каникулы еще не определены.

— Верно, ведь это его первые каникулы, возможно, он захочет остаться в столице, чтобы окунуться в местную светскую жизнь. Или, может быть, он захочет отправиться в путешествие, чтобы получить новые впечатления. Возможно, куда-то на юг, где потеплее.

— Да. Я уважаю его желания, что бы он ни решил.

— Дайте знать, когда он примет решение. Если он решит остаться в столице, я могу порекомендовать ему несколько лучших светских клубов. Если он решит путешествовать, я с радостью помогу ему и в этом, — сказала она.

Доктор Эттман, казалось, был удивлен и тронут таким искренним проявлением поддержки с её стороны.

Уже собираясь покинуть спальню, доктор услышал, как Элиза добавила:

— Передайте также мои наилучшие пожелания госпоже Эттман.

Голос её звучал на удивление дружелюбно, учитывая, что семья Герхардт давно разорвала все социальные связи с госпожой Эттман.

Доктор Эттман вежливо улыбнулся и вышел. За ним последовали горничные, оставив мать и бабушку герцога вдвоём в спальне.

— Ты определённо проявляешь большой интерес к Кайлу, Элиза, — произнесла вдовствующая герцогиня с улыбкой, приподнимаясь на кровати и опираясь на подушку.

— Ну, я подумала над твоими словами, и ты права — если Кайл станет хорошим доктором, это также будет полезно для Матиаса. Несмотря на то, что мы разорвали связи с госпожой Эттман, семья Эттман всё ещё может продолжать предоставлять нам медицинскую помощь.

— Я рада, что ты согласна, — ответила вдовствующая госпожа Герхардт, кивая.

Если всё пойдёт по плану, Кайл станет преемником своего отца в роли семейного доктора Герхардтов.

Вскоре их разговор естественным образом перешёл от Кайла к Матиасу, почтенному наследнику дома Герхардт.

— Я слышала, что Матиас недавно присутствовал на собрании школьного совета в деревенской школе, — радостно заметила Элиза. — Я так рада, что он проявляет такое пристальное внимание к подобным вопросам.

— Он становится настоящим главой семьи намного быстрее, чем мы ожидали, — ответила вдовствующая госпожа Герхардт.

— Да, это так. Он превращается в одного из лучших герцогов в великой истории нашей семьи.

***

Это была, по сути, простая случайность. У Матиаса выдался свободный день, поэтому Риетт предложил сходить в общественный клуб, и он согласился.

После нескольких часов общения, которое Матиас нашёл одновременно и немного приятным, и немного скучным, они возвращались обратно, когда увидели Лейлу.

Машина, в которой они ехали, только что свернула на дорогу, ведущую к особняку, как вдруг они заметили кого-то, кого Матиас сразу узнал. До особняка было ещё далеко, но не оставалось никаких сомнений — это была Лейла. В белом пальто, которое Матиас купил ей, она ехала на велосипеде по Платановой аллее в этот позднеосенний день.

Когда машина приблизилась к ней, Риетт тоже вскоре узнал её.

— Эй, разве это не Лейла Левеллин, та любительница птиц, которая живёт возле охотничьих угодий Арвиса? — спросил он.

Несмотря на его шутливый тон, в глазах был заметен серьёзный взгляд. Вместо того чтобы смотреть на саму Лейлу, он наблюдал за тем, как его кузен смотрит на неё.

Матиас быстро кивнул, не отводя взгляда от спины Лейлы. Она выглядела уставшей, возможно, из-за того, что только что закончила долгий рабочий день, но крутила педали с большим усердием.

Вскоре она почувствовала, как приближается машина, и съехала к краю дороги. В этот момент автомобиль проехал мимо нее. Увидев ее вблизи, Матиас заметил, что она была в туфлях, которые он купил для нее.

— Ты говорил, что она учительница в деревенской школе, верно? – спросил Риетт, все еще улыбаясь Матиасу. — Наверное, она возвращается домой после работы.

— Может быть, — ответил Матиас.

Затем он отвел взгляд от нее, но на его губах осталась мягкая улыбка.

Риетта изумляло, как его кузен улыбался. Матиас выглядел как мальчишка, впервые влюбленный, хотя это совсем не вязалось с его характером.

Почувствовав его взгляд, Матиас внезапно повернулся к нему и спросил:

— Ты хочешь что-то мне сказать?

Риетт скрыл свое смущение хитрой улыбкой и быстро придумал оправдание:

— Да, я хотел поговорить о сегодняшней охоте. Ты сможешь присоединиться? Я пригласил несколько гостей, поэтому, думаю, будет странно, если лорд Арвиса там не появится.

После того как Риетт объявил о своих планах провести выходные за охотой в лесу Арвиса, буквально хлынул поток просьб о приглашениях. Матиас сказал Риетту, что тот может приглашать кого захочет.

— Я же не могу вести себя так, будто я хозяин твоего поместья, Матиас, правда? — заметил Риетт.

Машина остановилась перед особняком.

Матиас на мгновение задумался, а затем с удовольствием согласился присоединиться к охоте. В конце концов, это будут выходные, а значит, Лейла будет рядом.

— Вот так-то лучше, — сказал Риетт, выходя из машины. — Теперь ты снова ведешь себя как тот самый герцог Герхардт, которого я знаю и люблю.

Риетт энергично похлопал Матиаса по плечу, и тот даже не попытался его остановить.

Кузены шагали бок о бок в хорошо освещённый главный зал особняка.

***

Фиби была умной голубкой. Достаточно умной, чтобы найти способ сбежать из клетки, в которой её держали во дворе коттеджа.

Всё началось с Билла.

Однажды утром в выходные Лейла была занята приготовлением завтрака, поэтому Билл пошёл покормить Фиби. Покормив её, он не закрыл дверцу клетки как следует. Конечно, в тот момент Фиби этого не заметила. Она была слишком занята кормом.

Наконец, она заметила, что ее клетка была не в привычном состоянии, когда Лейла и Билл сгребали листья в саду.

— Не ходи сегодня в лес, Лейла. Я слышал, что герцог будет охотиться со своими друзьями, — сказал Билл.

Лейла глубоко вздохнула.

— Прошло столько времени с тех пор, как он последний раз охотился, я думала, может, он нашел себе новое хобби. Видимо, нет.

— Разве не было бы жалко, если бы такой отличный стрелок, как герцог, бросил охоту?

— Ты говоришь так, будто ты на его стороне, дядя Билл.

— Нет, дело не в этом, просто... Кто вообще говорил о сторонах?! Я просто думаю, что это было бы напрасно, вот и всё.

Лейла хихикнула.

— Похоже, всем в Арвисе нравится герцог.

— А что в нём может не нравиться? Нет другого дворянина, который был бы настолько благородным, как он. Эта надменная дворянка, конечно, удачно обручилась с ним.

— Конечно... — ответила Лейла, ярко улыбаясь, пока продолжала сгребать листья.

В течение этого разговора Фиби спокойно сидела на своём месте в клетке. Лейла не заметила ничего странного с того места, где стояла на другом конце двора.

Позже этим утром, после того как Билл ушел на работу, а девушка зашла в дом, чтобы прибраться в коттедже, Фиби совершила побег.

Сильный ветер дул, заставляя незапертую деревянную дверцу клетки скрипеть. Фиби с любопытством подобралась к дверке и начала клевать её. Та слегка пошевелилась. Она попробовала клевать сильнее, и внезапно дверца распахнулась.

Фиби на мгновение остановилась, глядя в открытую дверь, а затем поняла, что это её шанс сбежать от жестокого заточения, в которое её заключили после того, как она доставила послание для герцога.

Она расправила белоснежные крылья и взмыла в воздух. Сделав несколько кругов над двором, она полетела в сторону леса. Вскоре после этого герцог и его спутники проехали мимо коттеджа, направляясь на охоту.

Лейла услышала звуки людей, проходящиз мимо, поэтому на мгновение перестала мыть пол и выглянула из окна, чтобы посмотреть. Спереди шли охотничьи собаки, за ними следовали на лошадях знатные господа — знакомая картина. Однако вид охотничьих ружей, сверкающих в утреннем солнце, все еще заставлял ее отшатываться от страха.

В этот момент герцог повернул голову в сторону окна коттеджа. Их взгляды встретились. Лейла испуганно отскочила назад. После стольких пугающих встреч с ним один только вид его лица заставлял ее сердце тревожно колотиться.

Она постояла мгновение, не зная, что делать, затем закрыла окно и задернула плотные шторы. Даже после того, как звуки затихли вдали, ее сердце не могло замедлиться до обычного ритма.

«Это ведь не в первый раз я вижу его, — подумала она. — Как же я стала еще большей трусихой, чем была в юности?»

Потирая холодные руки, она услышала первый выстрел, за которым вскоре последовал лай собак.

«Наверное, это он».

В ее голове промелькнул образ холодного, окровавленного тела птицы, застреленной герцогом.

Решив, что хочет уехать, пока охота не закончилась, она взяла свою сумку и вышла из коттеджа. На выходе она остановилась на заднем дворе, чтобы проверить клетку с птицей, как делала это по привычке. Она была уверена, что Фиби будет в клетке, но все же решила убедиться на всякий случай.

— Фиби?..

Её лицо побледнело от ужаса, когда она стояла перед пустой клеткой для птиц, дверь которой открывалась и закрывалась на ветру. Едва её руки начали дрожать, как она услышала ещё один выстрел, раздавшийся из леса.

***

Матиас был первым, кто сделал выстрел. Его пуля мгновенно оборвала жизнь оленя, бегущего сквозь лес.

— Ты тоже увлекся охотой на наземных животных? — спросил Риетт, аплодируя успешному выстрелу кузена. — Было бы жаль. Я ведь с нетерпением ждал, чтобы восхититься твоей знаменитой способностью сбивать любую птицу на лету.

Тем временем охотничьи собаки погнались за новой добычей — серым кроликом. Риетт поднял ружье и прицелился.

Чем глубже они заходили в лес, тем сильнее разгоралась их страсть к охоте. Остальные в группе уже подстрелили несколько птиц, но Матиас пока не сделал ни одного выстрела.

«Все нормально, пока это не птица, верно?» — подумал он.

Сначала он не мог понять, почему эта мысль приходит ему в голову, пока охотился на своей собственной территории, а потом осознал — он не хотел видеть, как Лейла плачет, даже если это значило, что охота будет скучной.

Спокойствие леса было нарушено звуками лошадиных копыт, топчущих толстый слой листьев, покрывающий землю.

Группа свернула на тропинку, ведущую к реке Шультер. Вблизи воды всегда обитало много птиц, поэтому эта тропа всегда была любимым местом для охоты Матиаса.

Оглядываясь вокруг, он заметил знакомую птицу, сидящую на ветке дерева. Это был белый голубь с красной ниткой, привязанной к лапке.

– Фиби, – рефлекторно прошептал он.

Белый пар вырвался из его рта, когда он заговорил.

Вскоре остальные из охотничьей группы также повернули головы к той же ветке.