*.·:·.✧.·:·.*

— Спасибо, что проводили меня, дальше я сама. — Лейла неловко улыбнулась мужчине, стоявшему рядом с ней, изо всех сил стараясь быть вежливой. Однако он, казалось, не хотел прощаться с ней.

— Ну что вы, ещё немного пройтись для меня не проблема. — он настаивал.

— Ах, нет, в этом нет необходимости, — ещё раз вежливо отказалась Лейла. — Видите ли, мой дядя очень строгий. — сказала она ему, осторожно оглядываясь по сторонам, надеясь, что их ещё никто не видел.

Как только слухи о том, что Лейлу видели с мужчиной, распространятся по Арвису со скоростью лесного пожара, будет уже не важно какие оправдания придумает Лейла. Ей не нравилось, когда приходилось упоминать имя своего дяди, даже несмотря на то, что её слова были правдивы.

— О, я понимаю. — Он, наконец, отступил, выглядя немного удручённым, прежде чем снова улыбнуться ей. — Что ж, тогда, полагаю, мне пора идти. Сегодня было весело, как насчёт того, чтобы повторить встречу за обедом в воскресенье? — с надеждой спросил он, заставив Лейлу виновато улыбнуться ему.

— Простите, я не могу...

— Или, если на этой неделе не получится, может быть, на следующей? — сказал он. — Я просто надеюсь, что мы продолжим общение. — закончил он, слегка покраснев под её пристальным взглядом, но для неё это прозвучало вполне искренне.

— Я чувствую себя ужасно, проведя с вами так мало времени за чашкой чая». — рассуждал он. — Я бы хотел, чтобы у нас была возможность узнать друг друга получше, если, конечно, наши чувства взаимны. — Он признался. — Если нет, хорошо, я пообещаю, что больше вас не побеспокою.

Лейла видела, что он был искренен с ней, и что независимо от того, каким будет её ответ, он будет уважать её желания. Но до тех пор он не собирался уходить, не получив от неё должного ответа.

Лейла и сын владельца продуктового магазина до этого не были хорошо знакомы друг с другом. Насколько она знала, именно он отвечал за доставку в школу их еженедельных припасов. Она никогда не задумывалась над тем, чтобы узнать его получше.

Поэтому, когда её вызвали в кабинет директрисы сегодня днём, она была потрясена, увидев его там. Вскоре она узнала, что он был дальним родственником директрисы и искал себе невесту.

От этой информации разум Лейлы поплыл.

Она ещё раз окинула их взглядом. После чего тут же услышала знакомый звук машины, катящейся по тротуару, и повернулась в сторону звука. И вдруг паника начинала охватывать её грудь. Она надеялась на чудо, хотя знала, что ей никогда не везло.

Яркие фары высветили их на тротуаре, машина замедлила ход, приближаясь к ним, прежде чем разогнаться, проезжая мимо…

Лейла узнала бы эту машину где угодно. Это была машина герцога Герхардта.

— Мисс Левеллин? — Его нежный голос вывел Лейлу из задумчивости, прежде чем она осознала, что уже некоторое время не отвечала ему, будучи погружённой в свои мысли.

— Я… мне жаль. — извинилась она, кланяясь перед ним. — Я ещё не готова к такого рода отношениям. — призналась она ему с виноватым видом.

Директриса просто пригласила их вместе выпить чаю, но Лейла осознала, что с ним было приятно общаться. Дело не в том, что она была против замужества, она была уверена, что когда-нибудь захочет этого. Но только не прямо сейчас, пока ей было достаточно иметь стабильную работу и жить нормальной жизнью.

— О, ну что ж, я понимаю, — удручённо ответил он. Он отступил назад, ободряюще улыбнувшись ей в ответ, что совсем не сердится, и извинился за те неприятности, через которые ей пришлось пройти.

Лейла угрюмо смотрела на то, как он уходит. Ей стало не по себе от осознания того, что ей пришлось отказать такому доброму человеку, но это было к лучшему. Если бы она приняла его раньше, чем следовало, то в конце концов причинила бы ему боль.

Точно так же, как она поступила с Кайлом.

Взгляд Лейлы потемнел, когда это имя всплыло в её мыслях.

С тех пор как они расстались, она много раз задавалась вопросом, как у него дела. Однако сейчас, она сочла, что ей достаточно того, чтобы просто молиться за его благополучие. Она очень скучала по нему, но уже не могла вернуться к тем временам, когда с ним было так легко.

Она не может вернуться к тем моментам, когда все ещё могла смеяться, разговаривать и свободно гулять с Кайлом.

Небо потемнело, зажглись уличные фонари. Тревога вспыхнула в ней, как только она выкинула из головы нежные воспоминания о нём. Эта тревога напоминала ту осень, проведённую с герцогом.

Она вдохнула и закрыла глаза, представляя себе весну, которая вот-вот наступит. К тому времени она уже будет на новом месте, планируя начать новую главу в своей жизни. Она надеялась, что, переехав, сможет найти комнату с огромным окном, позволяющим солнцу проникать внутрь и заполнять её пространство.

Также было бы идеально, если бы поблизости было несколько деревьев или парк. Таким образом, ей нужно будет всего лишь открыть окно, чтобы вдохнуть свежий запах скошенной травы или влажной лесной подстилки после дождя. В конце концов, именно этой прекрасной части Арвиса ей больше всего будет не хватать.

От мыслей о своем успешном уходе из Арвиса, она вскоре успокоилась. Собранная и уверенная, что всё будет хорошо, она крепко сжала ручку своего велосипеда и тронулась с места, осторожно заворачивая за угол.

Её глаза были устремлены прямо перед собой, на пустую асфальтовую дорогу, обрамленную деревьями по обе стороны, лунный свет указывал ей дорогу домой. Она глубоко вдохнула, расслабившись в одиночестве, быстро крутя педали и продолжая свой путь.

Она совершенно не обращала внимания на герцога Герхардта, который был неподалеку и тихо ждал её на затенённой стороне тротуара.

*.·:·.✧.·:·.*

Кайла охватывал знакомый трепет всякий раз, когда он подходил к своему почтовому ящику. Теперь у него вошло в привычку просматривать свою почту и искать письмо. Он всегда приходил со слабой надеждой, что на этот раз получит ответ.

Однако, когда он просмотрел свою почту, ни одно из писем не было от Лейлы. Его улыбка погасла, и он стал угрюмым. Неделю за неделей он писал ей, надеясь получить весточку о том, как у неё дела, ответ на его письма к ней. Но она так и не написала в ответ, ни разу.

Удручённо вздохнув, он снова закрыл свой почтовый ящик и вернулся в свою спальню. Его комната располагалась в восточном крыле, на третьем этаже. Каникулы были не за горами, и студенты были заняты тем, что собирали вещи домой. Все кроме Кайла.

В его комнате ничего не изменилось. Он открыл дверь своей комнаты в общежитии, и бросил свою скудную стопку писем на консольный столик, прямо у дверного проёма. Сегодня их было немного: приглашение на предстоящее светское мероприятие и одно из дома.

Он плюхнулся на кровать, не имея сил вчитываться в их содержание. Он наблюдал, как лунный свет просачивается в его окно, проскальзывая сквозь щели между занавесками и освещая его надутую фигуру.

— Почему бы тебе не отправиться в путешествие во время твоих первых каникул?

Спросил его отец, вовремя звонка несколько дней назад. Хотя это правда, что большинство состоятельных студентов сейчас, как правило, отправляются в поездки по континенту во время каникул, он был уверен, что у его отца была на уме другая причина.

Он умолчал о надлежащем ответе на его предложение, сказав, что подумает об этом. Независимо от того, что он решит, он знал, что сейчас бессмысленно возвращаться и искать Лейлу. Так какой же ему был смысл путешествовать?

«Стоит ли мне тогда просто несчастно лежать здесь, без неё?» — размышлял он, переворачиваясь на спину. — «Оставаться до тех пор, пока я не сойду с ума от погружения в учебу?»

— В этом мире нет места, где только мы вдвоём могли бы быть счастливы.

Он прикрыл глаза рукой, сухо усмехнувшись про себя, вспомнив слова Лейлы, обращённые к нему. Он даже не мог ей ответить, в тот момент не мог найти в себе силы заговорить в ответ. И теперь у него было глубокое чувство отвращения к самому себе.

Он ненавидел себя за то, каким слабым был, за то, что без родителей он был бы никем. Но больше всего его бесило то, что он даже не смог защитить девушку, которую любил больше всего на свете.

«Лейла, я хотел стать врачом, чтобы найти место, где мы вдвоём могли бы быть счастливы,» — с тоской подумал он, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы, — «Но до этого времени ещё так далеко, смогу ли я прожить столько времени без тебя?»

Он прижал ладони к глазам, прежде чем вздохнуть. Он убрал руки и открыл глаза, прежде чем попытаться поймать в ладони лунный свет.

«Даже несколько месяцев вдали от тебя - пытка.»

К этому времени Кайл был почти совершеннолетним, а это означало, что он наконец-то мог претендовать на наследство, оставленное ему дедом. Он пожалел, что не подумал об этом раньше.

Он сел на кровать и провёл пальцами по растрёпанным волосам, глядя на пустые стены своего общежития. Приняв решение, он встал, включил лампу у своего стола и взял ручку с бумагой.

Он нервничал, когда писал это, но это было необходимо сделать.

*.·:·.✧.·:·.*

— Почему, ни с того ни с сего, все пытаются найти тебе жениха? — Билл внезапно встрепенулся, наблюдая, как Лейла накрывает на стол к ужину. Когда он спросил её о том, как прошел её день, он не ожидал услышать, что она была на встрече с сыном владельца продуктового магазина, назначенной директрисой.

Лейла посмотрела на него снизу-вверх, нахмурившись и в замешательстве склонив голову набок.

— Что ты имеешь в виду, говоря “все”?"— с любопытством спросила она. Билл почесал затылок, вспоминая более ранние события.

— Ты же знаешь миссис Мону, болтливую шеф-повариху? — Лейла кивнула, показывая, что понимает, о ком он говорит. — Ну, некоторое время назад она подошла ко мне и сказала, что подслушала, как мадам Норма расспрашивала Хессена о подходящем женихе для тебя. — сообщил он ей. Лейла становилась всё более растерянной и любопытной.

— Зачем мадам Норме это делать?

— Я не знаю, — пожал плечами Билл, — возможно, ты ей нравишься. — небрежно добавил он, расставляя еду на обеденном столе. Лейла не смогла удержаться от смешка.

— Не может быть. — нелепо добавила она, улыбаясь и усаживаясь за стол напротив Билла, пока он доставал хлеб из печи.

— Ну, я не вижу другой причины, по которой она стала бы искать тебе жениха, — сказал Билл и сел на своё место, — Тогда, как ты думаешь, зачем она это сделала? — спросил он, вопросительно глядя на неё.

— Дядя, ты ведь не устал от меня? — Лейла поддразнила его, заставив Билла презрительно фыркнуть и отмахнуться от обвинений.

— Что это за чушь такая?

— Если это так, то ты не будешь возражать, если я буду жить с тобой вечно? — сказала она, ухмыляясь, когда они начали есть.

Разговор немного затих, было слышно лишь скрежетание посуды о тарелки, когда они ели. Билл откинулся на спинку стула, глубоко задумавшись, тщательно пережевывая пищу, не сводя глаз с Лейлы, прежде чем проглотить её.

— Итак, если когда-нибудь мадам Норма познакомит тебя с рослым молодым человеком, — начал Билл, нарушая повисшее между ними молчание, — ты ему откажешь?

Лейла только грустно улыбнулась ему, видя, как в глазах дяди отражается забота о ней.

— Ну, я бы, конечно, хотела встретить кого-нибудь, кто был бы похож на тебя, дядя, — призналась она. — Но к сожалению, я думаю, что ты неповторим. — Она улыбнулась, надеясь успокоить его, но Билл продолжал беспокоиться о ней.

И снова он не мог отделаться от ощущения, что именно из-за Кайла она стала такой. Он был уверен, что её так задела их неудавшаяся помолвка, что она поняла, что больше не хочет выходить замуж, и поэтому постоянно отклоняла предложения руки и сердца.

Хотя это не останавливает Кайла от желания воссоединиться с ней. Как бы ему ни было больно лгать ей, Биллу приходилось забирать письма Кайла каждый раз, когда они приходили. Он знал, что в прошлом у них были хорошие отношения, но для него это было непоправимо.

— Должна ли, э-э, Лейла... — он замолчал, заставив Лейлу напевать, пока она слушала, что он хотел сказать…

«Если Лейла всё ещё испытывает чувства к Кайлу, может у них будет шанс, если Кайл разорвёт связи с семьей Этманов?» — Билл не мог не задаться вопросом. — Возможно, по началу им будет трудно, но я бы помог им освоиться, даже если они переедут в столицу.»

Если это произойдет, Билл твердо решил переехать вместе с ними. Возможно, ему будет трудно отказаться от работы в Арвисе, но он готов уволиться ради Лейлы. И если придет время, и Лейла родит ребёнка, тогда, возможно, эта злая миссис Этман смирится с их отношениями.

— Дядя? — крикнула Лейла, уже некоторое время ничего не слышавшая от него.

— Мм? — Он посмотрел на нее в замешательстве.

— Ты хотел мне что-то сказать? — мягко подсказала она, заставляя его вспомнить, что они обсуждали что-то.

— Ах да, эм, цыплята! — объявил он. — Да, да, цыплята. — пробормотал он, задумчиво постукивая пальцами по столешнице. Лицо Лейлы исказилось в замешательстве.

— Цыплята?

— Да! Может, нам завтра цыплят наловить? — довольно весело спросил Билл, после чего увидел беспокойство в глазах Лейлы, — на какое-то время это вылетело у меня из головы, должно быть, сказывается мой возраст. Я в порядке, Лейла. — довольно застенчиво извинился он, лучезарно улыбаясь ей.

В следующий раз он дважды подумает, прежде чем заговорить. Ему повезло, что Лейла ещё не усомнилась в нём. Она лишь улыбнулась и радостно кивнула ему в ответ.

— Конечно, дядя, давай завтра поедим цыплят. — Она с готовностью согласилась, и они оба начали кушать.

*.·:·.✧.·:·.*

Тонкие пальцы взялись за ручку регулировки громкости фонографа, увеличивая её. Он развернулся, направляясь к своему креслу, свет камина осветил лицо Матиаса.

Он тихо сидел в своей затемненной комнате, уставившись в огонь - единственный источник света, который у него сейчас был. Внезапно послышалось хлопанье крыльев, клетка загремела, и птица приземлилась рядом с его взгромоздившимися пальцами.

Он медленно рассматривал её, осторожно перебирая пальцами и насвистывая ту же мелодию, что играла музыка. Его птичке не потребовалось много времени, чтобы последовать его примеру, щебеча в такт мелодии. Матиас не смог сдержать самодовольной ухмылки на губах.

Его птица была умна. Несмотря на то, что он никогда не тренировал её, она безмолвно повторяла за ним, непринужденно щебеча в такт музыке. Именно благодаря своей прекрасной канарейке он с удовольствием слушал звучащую музыку.

Чаще всего он слушал вальс, хотя иногда ему нравилось смешивать его с симфониями оркестра, либо с балетом. Насколько он мог судить, его канарейка прекрасно пела вальс.

Наконец музыка прекратилась, мягкие мелодии затихли, и только потрескивание дров наполняло тихую комнату. Матиас легонько погладил свою птицу подушечками пальцев, безмолвно восхваляя её природный талант.

Привычная к прикосновениям своего хозяина, канарейка прижалась носом к его пальцам, слегка постукивая клювом, как будто пыталась поцеловать его руку. Матиас ухмыльнулся, медленно вставая и подходя к клетке своей птицы.

Он опустил руку, остановившись прямо перед входом в клетку, прежде чем птица вспорхнула обратно и устроилась в своем плюшевом и уютном гнездышке. Матиас тихо запер золотую клетку, и повернулся к фонографу, чтобы остановить начало следующей песни.

Он глубоко вдохнул, прежде чем издать измученный вздох, и лениво откинулся на спинку кровати, глядя в потолок. Затем он повернул голову, и с улыбкой посмотрел на свою птицу, мысленно представляя вместо неё другую…

— Спокойной ночи, — сказал он ей, видя, как его канарейка погружается в сладкий сон. Как только птица заснула, улыбка исчезла с губ Матиаса, пока он продолжал смотреть на птицу.

*.·:·.✧.·:·.*