Согласно графику, герцог Герхардт должен был закончить дела как минимум за четыре дня, но он смог уложиться в три. Для этого он взял на себя больше работы в более сжатые сроки и брал меньше перерывов.

Марк Эверс, сев на одно из мягких кресел отеля, никогда прежде не чувствовал себя таким измученным, как сейчас, ожидая своего господина в вестибюле. Его господин был в настоящее время на последнем за сегодня обеденном совещании.

Марк выглянул из окна в коридоре.

Герцог получал приглашение за приглашением от известных бизнесменов и знати, проживающих в городе. Как ни странно, он договорился, о том, чтобы, как только график был выполнен, у него появилось свободное время. Но Марку не потребовалось много времени, чтобы понять, чем именно он планирует заниматься в свободное время…

Или, скорее, с кем он планировал его провести.

Всё всегда сводилось к Лейле Левеллин.

Буквально сегодня утром он получил приказ от своего господина, велевшего ему, тайно, соблюдая осторожность, прислать в Арвис машину и привезти к нему приемную дочь садовника. Хоть Марк и не понимал зачем это нужно, он не осмелился бы расспрашивать своего господина.

В конце концов, это было неприлично.

Машина уже должна была подъехать к Арвису, так что Лейла скоро приедет.

Марк не понимал, почему ему нужно быть осторожным, и не хотел строить догадки. Хотя он задавался вопросом, как долго он сможет скрывать деятельность своего господина? Он нервничал из-за того, насколько шатким было его нынешнее положение.

Билл Реммер был сильным, и Марк боялся его, но он сомневался, что садовник знал, чем занималась его приемная дочь. То же самое можно сказать и о его дорогих Норме и Элис, а также о будущей герцогине леди Брандт.

Последние события заставляли нервничать!

Что ему делать, если их обнаружат? Что ему говорить? Должен ли он вообще что-то говорить?!

Хотя, казалось, его господина совсем не заботило то, что его могли разоблачить. Возможно, он и сказал ему быть осторожным, но в целом герцог был спокоен и расслаблен, отдавая приказ. Во что ввязалась Лейла?

Марк знал, что такое часто случалось, но знать об этом и быть непреднамеренно вовлеченным в это из-за работы - совсем другое дело. Кроме того, он говорил о Матиасе фон Герхардте!

Всё это время он был идеальным джентльменом, но сейчас Марк уже представлял растущий скандал в жизни своего господина! Он знал его достаточно долго, и мог бы поверить в то, что ему не о чем было беспокоиться за своего господина, хоть сейчас он и вёл себя иначе!

Марк не смог удержаться от тихого смешка в отчаянии. В какое затруднительное положение он попал. Он откинул голову назад, оперся на спинку стула и посмотрел в потолок.

Марк был уверен, что с его господином всё будет в порядке. Основной удар скандала, если он раскроется, придётся принять на себя Лейле. Если его господин планировал разоблачить их, что он планировал сделать с Лейлой?

Марк подался вперед и сгорбился, упершись локтями в колени, глядя на богато украшенные колонны вокруг него и выставленные мраморные скульптуры. Его взгляд остановился на цветочном горшке в саду.

В цветочном горшке красиво распустились свежие зелёные листья, несмотря на то, что была середина зимы.

Билл был примерно того же возраста, что и его отец. Они, так сказать, не очень близки, но он прекрасно знал, что большинство нанятых слуг были хорошего мнения о нём. Он не сомневался, что то же самое можно сказать и о Лейле.

Ведь среди слуг её прозвали любимым ребёнком Арвиса.

Немного чересчур величественно для простой сироты, которую в итоге вырастил их уважаемый садовник, но, похоже, никто не возражал. Неважно, Лейла была не единственным ребенком, выросшим в их общине. Было и множество других.

Но ни к чьим другим детям прислуги не относились с таким уважением, как к Лейле.

Они росли вместе, бегали наперегонки и играли в грязи сада и лесов; купались в реке и вместе бегали по полям Арвиса. Хотя она была красива, Марк с трудом мог это признать. Иногда он думал о ней как о фее, когда они сталкивались в детстве.

Он смутно помнил, как задавался вопросом, будет ли она счастлива, если станет женой Кайла? Но вскоре что-то пошло не так, и их помолвка расторглась.

Он вспомнил, как высказывал свои мысли по этому поводу Хессену.

— Тщательно подбирай слова, Эверс, — мягко предупредил его тогда Хессен, — не в наших правилах судить об их действиях.

И Марк больше никогда не поднимал эту тему.

Вскоре после этого он был назначен слугой герцога по рекомендации Хессена. Но когда он встретился со своим начальником, Марк понял, что на самом деле имел в виду Хессен и почему он был назначен последним помощником господина.

— Сосредоточься только на своей задаче, Эверс. — Хессен ещё раз напомнил ему. — И не делай глупостей. — Зловещее предупреждение прозвучало у него в голове, и он по сей день помнил его.

Знал ли Хессен? Это ли он подразумевал, когда умолял Марка не задавать вопросов?

Внезапно группа мужчин вошла в вестибюль, и Марк немедленно встал по стойке смирно и покорно подошёл к герцогу. Последняя встреча на сегодня, наконец, завершилась.

Марк мог сказать, что его господин тоже чувствовал себя несколько усталым, несмотря на своё холодное и спокойное поведение. Матиас повернулся к нему и приподнял бровь, безмолвно спрашивая, как обстоят дела с его приказом.

— Я послал за мисс Левеллин незадолго до начала обеда, господин. — Он тихо сообщил. — Полагаю, что они прибудут ближе к чаю.

Матиас коротко кивнул ему. Марку показалось, что он увидел, как к щекам его хозяина вернулся румянец, но он не был так уверен.

— Я отправлю её наверх, чтобы она встретилась с вами наедине, как только она прибудет, господин. — Марк быстро добавил. — Почему бы вам не воспользоваться этим временем, чтобы дать отдых ногам, пока мы ждём? — спокойно предложил он.

Матиас быстро попрощался со своими спутниками и кивнул в ответ на вопрос Марка. — Отправьте её в мою комнату, я буду ждать её там. — приказал он, на что Марк поклонился ему в знак согласия.

— Как пожелаете, господин.

Должно быть, он устал больше обычного за последние три дня, но Матиас казался сильным и гордым. Марку было немного стыдно за то, что он плохо думал о своём господине.

Возможно, это всего лишь встреча знакомых?

В конце концов, он говорил о герцоге Герхардте и Лейле. Они оба были уважаемыми людьми и они не стали бы так поступать. Сама мысль об их неверности уже оскорбительна!

— Ах, точно, Эверс. — герцог прервал его мысли, возвращая Марка к реальности, когда он поспешил приблизиться к своему господину. — У меня есть к тебе ещё одна просьба.

*.·:·.✧.·:·.*

Когда Лейла выглянула в окно, её глаза похолодели, она увидела, как остановилась машина. Она ожидала, что герцог выкинет что-то, когда вернётся, но она просто не ожидала, что он пришлёт за ней.

Шофёр приехал с указанием Марка Эверса привезти её как можно скорее. И поэтому, он ехал так быстро, как только мог, чтобы не привлекать внимания, пока доставлял свой груз… которым была Лейла.

Когда он только приехал, Лейла была готова вступить в спор и даже пару раз отказывалась ехать с ним. К сожалению, он также привёз письмо от герцога, что в конце концов не оставило ей иного выбора, кроме как подчиниться.

Чего не знали ни Марк Эверс, ни водитель, так это содержания письма и того, как оно убедило Лейлу поехать с ним.

Поначалу шофёру было любопытно, но это любопытство вскоре улетучилось, пока он мчался сквозь пробки по дороге обратно в Карлсбар. Он не знал, сколько по времени должно быть это «как можно скорее». Сотрудник не уточнил.

Марк с тревогой ждал их прибытия, задаваясь вопросом, почему они так долго. Когда он, наконец, увидел подъезжающую машину, он поспешно встретил их у подножия лестницы. Шофёр немедленно вышел из машины.

— Мистер Крук, я уже начал волноваться, потому что вы задерживались! — воскликнул Марк. — Где Лейла? — спросил он. Шофёр только поклонился ему в знак извинения.

— Мне очень жаль, мистер Эверс. — затем он открыл дверь где сидела Лейла.

Лейла поблагодарила шофёра за то, что он открыл дверь и стала рассматривать достопримечательности.

Марк был ошеломлён видом Лейлы.

Она была бедно одета! Он был в ужасе при виде состояния её одежды!

Во-первых, была зима, следовательно, было холоднее, чем обычно. Так почему она не надела пальто? Вместо этого на плечах у неё была только маленькая тонкая шаль! И грязный фартук, на пожелтевшей белой ткани, которого виднелись тёмные пятна!

Казалось, даже водитель был смущён тем, как бедно она была одета.

— Мисс Левеллин... — Марк замолчал, не в силах выразить своё недоверие. Лейлу, казалось, не беспокоила её одежда, когда она наконец посмотрела на Марка стальным взглядом.

— Значит, он хочет видеть меня в этом месте? — спросила она Марка, который всё ещё был слишком ошеломлен, чтобы говорить. — Так мне разрешено входить в помещение?

Марку пришлось неохотно дать ей подтверждение, всё ещё беспокоясь о её одежде.

— Ну, тогда чего мы ждем? — Лейла ни к кому конкретно не обращалась и просто направилась к выходу. Марк чуть не плакал от отчаяния, когда поспешил за ней.

— Подождите, мисс Левеллин! — настойчиво воскликнул он, вздрогнув, когда его крик привлёк внимание швейцара [1], который также выглядел ошеломлённым состоянием одежды Лейлы.

Марк, не теряя времени, снял свое длинное пальто и поспешно накинул его поверх одежды Лейлы. Дело было не в том, что Лейла не выглядела так, как будто она могла бы принадлежать к королевской семье, просто она была одета совсем неподобающе для входа в помещение.

Он подумал, что она могла бы сменить свою рабочую одежду, прежде чем прийти, это было бы уместно. Но, по крайней мере, закутанная в его длинное пальто, она выглядела немного лучше.

У швейцара хватило порядочности промолчать о том, что он видел, и позволить им войти, а после он вопросительно взглянул на Марка. Марк только извиняющимся тоном поклонился и поспешил отвести девушку в комнату своего господина.

Лейла нервничала из-за того, что такая как она находилась в подобном месте, но она не могла отказать Матиасу.

Марк осторожно и умело уклонялся от толпы, таким образом, чтобы скрыть Лейлу от взглядов прохожих.

В мгновение ока они добрались до гостиничного номера герцога.

Марк Эверс выпрямился и постучал в комнату своего господина.

— Господин, мы прибыли. — Сказал он тихо. Он прислушался к двери, слегка прижав к ней уши, и услышал слабое бормотание, доносящееся изнутри.

— Господин? — сказал он ещё раз, немного громче, но достаточно, чтобы не потревожить ближайших жильцов.

— Входите. — раздался из-за двери голос его господина. Марк выпрямился, взял копию ключа от двери и вошёл в комнату.

Войдя, они увидели беспорядочно лежащего на диване с закрытыми глазами Матиаса. Затем он открыл глаза и посмотрел на своего нового гостя. Марк мог сказать, что даже после сна он выглядел немного сонным.

Вздохнув, Матиас сел на диван и провёл рукой от лица к волосам, пытаясь стереть с лица следы сна. Когда он поднял глаза, то почти сразу встретился взглядом с Лейлой.

Он нахмурился, увидев, что она закутана в пальто другого мужчины.

Взгляд Марка нервно метался от своего господина к Лейле и обратно. Он мог сказать, что между ними было некое напряжение, и он также не хотел находиться рядом с ними.

Сглотнув, Марк поклонился Матиасу, пытаясь извиниться. В конце концов, он выполнил свою задачу, Хессен сказал ему не делать ничего сверх того, о чём его просили. Он наконец-то может уйти, верно?

— Теперь я оставлю вас в покое, господин. — вежливо сообщил он, затем повернулся, чтобы выйти из комнаты.

— Ах, мистер Эверс! — Окликнула Лейла, не давая ему отступить. Марк неохотно обернулся, и увидел, как Лейла снимает с себя пальто и с улыбкой возвращает его ему. — Благодарю вас. — сказала она ему.

Марк моргнул в ответ, подавляя внутренний крик. Он так старался сохранить её презентабельный вид ради господина. Но теперь герцог это увидел, и не было смысла продолжать притворяться.

— Не за что, мисс Левеллин, — ответил Марк с натянутой улыбкой, и оставил их, чтобы избежать сильного напряжения в комнате.

Как только они остались одни, Лейла неохотно повернулась лицом к Матиасу, который всё ещё смотрел на неё, нахмурившись ещё сильнее. Она почувствовала, как кровь прилила к её щекам от смущения, и сцепила руки перед собой.

— Простите за эту одежду, но вы сказали прийти немедленно. — надменно извинилась она, отказываясь казаться нервной перед ним. К сожалению, она не смогла скрыть, как дрожали её руки под его пристальным взглядом.

Матиас глубоко вздохнул и откинулся на спинку дивана. Он подпер рукой подбородок, продолжая смотреть на неё.

Помимо неопрятной одежды, что была на ней, её волосы были заплетены в свободную косу. Нескольким прядям удалось вырваться из неё. А ее фартук, ну, он вряд ли соответствовал чистоте её нынешнего окружения.

Его взгляд скользнул вниз и увидел складки на подоле её коричневого платья. Еще ниже, на ногах у нее были свободные шерстяные носки, обвисшие вокруг лодыжек, и кожаные туфли в пятнах. Он не смог удержаться от смешка, забавляясь её плачевным состоянием одежды.

Лейла вздрогнула от звука его смеха.

Матиас лениво поднялся с дивана и направился к ней. Даже при его далеко не идеальной походке Лейла застыла в испуге.

— Ты никогда не перестаешь удивлять меня, Лейла, — сказал он ей хриплым голосом, остановившись всего в шаге от неё, — Это то, что мне в тебе нравится.

Он ясно видел огонь в её глазах, когда она смотрела на него снизу вверх. Её лицо было менее красивым, когда она хмурилась, но он всё равно был рад её видеть.

— Думаете, это смешно?! — Лейла проворчала, и Матиас, пожав плечами, одобрительно промычал. Она, не теряя времени, швырнула ему в лицо письмо, которое он ей отправил. Матиас тут же отпрянул и увидел, как письмо упало на пол.

— Ну и ну, Лейла, — проворчал Матиас, — смотрю, ты в настроении? Всё-таки, взвинченной ты такая хорошенькая. — поддразнил он. Лейла усмехнулась над ним, её тело теперь сотрясалось от переполняющей ярости!

Как он смеет улыбаться как ни в чём не бывало!? Ей хотелось навсегда стереть эту ухмылку с его лица!

Вдруг Матиас подался вперёд, чтобы прикоснуться к ней, но она отбросила его руку!

— Не смейте прикасаться ко мне! — воскликнула она, отступая и глядя на него со слезами в уголках глаз. Она была потрясена тем, как ей удалось это сделать, но не могла позволить этому остановить её.

— Как вы можете стоять там и улыбаться мне, как ни в чём не бывало!? — она спросила его. — Угрозы по-вашему - шутка!?

Матиас моргнул, услышав это, и опустил взгляд на скомканное письмо на полу. Он нахмурился и снова посмотрел на Лейлу.

— О какой угрозе ты говоришь?

Лейла истерически расхохоталась.

— В смысле о какой угрозе? — недоверчиво спросила она его. — О тех, что вы высказали в том письме!

Матиас лишь стоял перед ней, глядя на её разъяренную фигуру.

*.·:·.✧-------------—————--—✧.·:·.*

[1] Швейцар - Человек, чьей основной обязанностью является встреча посетителей у входной двери в какое-либо заведение.

*.·:·.✧-------------—————--—✧.·:·.*