— Человек, который разрушил твою жизнь...

Лейла была слишком ошеломлена, чтобы продолжать слушать её, но эта фраза продолжала колоть её, как иголка. Заметив её встревоженный взгляд, Клодин изобразила удивление.

— Боже мой, неужели ты не знала? Чтобы заполучить тебя, герцог Герхардт был замешан в срыве твоей помолвки с Кайлом Этманом.

Хотя Клодин больше не сжимала её волосы, Лейла всё ещё смотрела прямо на неё.

Клодин нашла озадаченное выражение лица Лейлы милым.

— Ты такая же, какой была всегда, Лейла, — сказала она, улыбнувшись Лейле так же неохотно, как улыбалась тогда, когда они были детьми. Ей вовсе не нравилось, что приходилось играть с девочкой-сиротой.

— Бедная, невежественная Лейла.

*.·:·.✧.·:·.*

Словно мать, рассказывающая дочери сказку на ночь, Клодин рассказала всю историю о том, что её жених сделал с отношениями Лейлы и Кайла прошлым летом. Ей даже не нужно было приукрашивать - история и так была достаточно ужасной.

Она рассказала Лейле, как миссис Этман подкупила её собственного кузена Дэниела Рейнора, чтобы тот украл деньги на обучение Лейлы, а также о том, как, Матиас солгал об этом полиции, хотя определенно видел Дэниела у реки. Она также не умолчала о том, что Матиас поручил своему помощнику расследовать финансовые проблемы Дэниела. Она узнала об этом, проведя собственное расследование, используя имя своего отца.

— Герцог Герхардт, вероятно, догадался, что миссис Этман подговорила Дэниеля Рейнора украсть деньги. Узнав об этом, ему нетрудно было догадаться, почему она вообще захотела осуществить этот план. Он весьма умён и дотошен, как ты и сама знаешь.

Чем больше Клодин говорила, тем безразличнее становилось выражение лица Лейлы, пока от её обычной сообразительности не осталось и следа.

— Не знаю точно, что произошло после этого, но, учитывая, как прекрасно всё сложилось, раз преступления миссис Этман были раскрыты, трудно представить, что герцог Герхардт не был замешан в этом, ты так не считаешь?

Клодин была очень довольна собой за то, что не рассказала об этом раньше. Это позволило ей использовать своё лучшее оружие в нужный момент.

— Конечно, нам не стоить спешить с выводами. Если тебе интересно, что произошло после, лучше спроси у герцога Герхардта лично. Если сомневаешься в моих словах, можешь также уточнить всё у него. Несмотря на все его недостатки, он не из тех, кто лжёт.

Не в силах больше смотреть на Клодин, Лейла опустила голову. Костяшки её пальцев побелели, когда она крепко вцепилась в каменную мостовую. Она вспомнила прошлое лето. После того, как они с Кайлом обручились, герцог практически перестал с ней общаться. Он как будто потерял к ней всякий интерес. Он снова начал приставать к ней как раз в начале осени, когда скандал с миссис Этман подошёл к концу. Было ли всё это частью его плана? Она покачала головой, не желая верить, что человек может быть настолько жестоким.

— Я понимаю, ты не хочешь в это верить. В конце концов, ты бы чувствовала себя несчастной, если бы поверила, что он разрушил твою жизнь только для того, чтобы заполучить тебя. — Словно прочитав мысли Лейлы, сказала Клодин.

— Если не хочешь в это верить, то и не верь. Это твоё право. Суть дела не изменится в зависимости от того, веришь ли ты в это, но я понимаю твоё желание выбрать менее мучительный вариант.

Она поднялась со скамейки и встала перед Лейлой, которая всё ещё сидела на корточках на земле, нервно дрожа.

— И всё же мне приятно осознавать, что ты ни о чём не догадывалась. В противном случае я бы считала тебя бесстыдной меркантильной любовницей герцога Герхардта, которая вела себя так, даже зная обо всём. Но, конечно, теперь, когда я знаю о вас, мне немного не по себе. — Клодин наклонилась и обняла Лейлу за плечи.

— Прости меня, Лейла. Если бы я не сидела сложа руки и не наблюдала, как мой жених принимает это глупое решение, ты могла бы сейчас быть любимой женой Кайла Этмана, а не любовницей герцога.

Губы Лейлы дрогнули, но она всё ещё не могла заставить себя сказать хоть что-то. У неё не было сил даже стряхнуть руку Клодин.

— Но что сделано, то сделано. К счастью, герцог Герхардт, кажется, хорошо к тебе относится, так что, думаю, не всё так плохо. — Улыбка вернулась на лицо Клодин. — В любом случае, Лейла, я думаю, что мы с тобой прекрасно поладим в будущем. Поскольку ты так нравишься моему жениху, я тоже должна тебя уважать. Так что не чувствуй себя виноватой. Однако было бы нелепо, если бы мы жили в одном поместье после того, как я выйду замуж, поэтому я надеюсь, ты покинешь Арвис до этого события. Зная герцога Герхардта, я уверена, что он уже нашёл для тебя жильё, так что мне не нужно беспокоиться об этом, верно?

Она ещё раз погладила Лейлу по голове, затем отступила на шаг и выпрямилась. Притаившись в тени Клодин, Лейла казалась ещё меньше и смиреннее.

— Встань, Лейла. Как любовница герцога Герхардта, ты должна вести себя достойно.

Лейла с трудом удерживала равновесие, когда вставала, и Клодин любезно помогла ей.

— А теперь, Лейла, я хочу, чтобы ты поклонилась мне, — сказала Клодин теплым, нежным голосом, как будто разговаривала с ребёнком. — Если мы хотим, чтобы в будущем у нас были хорошие отношения, нам нужно относиться друг к другу с подобающим отношением, тебе не кажется?

Возможно, она вела себя немного холодно, учитывая, что Лейла была бледна и едва держалась на ногах, но Клодин решила вести себя так, как будто она уже была герцогиней Герхардт.

Глядя на неё покрасневшими глазами, Лейла с трудом склонила голову. Судя по выражению её лица, она едва осознавала, где находится и что делает.

— Ещё раз, — холодно приказала Клодин, прищурив глаза. — Сделай это как следует, Лейла. «Эта мерзкая девчонка», — подумала Клодин, расстроенная тем, что Лейла всё ещё не заплакала.

Лейла сложила дрожащие руки и поклонилась снова, на этот раз более низко. Когда она это сделала, крупные капли, похожие на слёзы, упали на её обувь. Одна капля, затем и другая... Увидев, что она наконец-то плачет, Клодин снова почувствовала себя великодушнее и отступила на шаг.

— Вот так, хорошая девочка.

Вторая попытка Лейлы соблюсти приличия была ничуть не лучше первой, но Клодин это больше не волновало. Лейла снова рухнула на землю. Она была похожа на изношенную куклу.

Оставив её там, Клодин отошла от беседки. Она решила не обращать внимания на чувство стыда и разочарования, что испытывала в себе. Её вполне устраивало быть холодной или даже жестокой, если это было нужно. Она поняла, что это необходимо для жизни, которую она хотела вести.

Дойдя до пешеходной дорожки, огибающей сад, она оглянулась. Опустившись на холодную землю, Лейла беззвучно плакала.

С еще более расслабленным выражением лица Клодин завернула за угол и пошла по дорожке, которая проходила через клумбу с розами в центре сада. Когда она подошла к мраморной лестнице, к ней радостно подошла служанка.

Прежде чем служанка успела что-либо спросить, Клодин сказала, — Собери мои вещи, Мэри.

— Ваши вещи? Мы возвращаемся домой?

— Да, нам пора.

— Не лучше ли вам сначала дождаться возвращения его светлости, чтобы поприветствовать его перед уходом?

— Просто делай, что я говорю, — с улыбкой настаивала Клодин.

Её верная служанка покорно опустила голову и отправилась выполнять поручение своей госпожи. С высоко поднятой головой Клодин элегантно поднялась по ступенькам. Она была уверена, что всё становится на свои места. До наступления лета, если не до наступления весны, всё снова будет хорошо.

*.·:·.✧.·:·.*

В тот день, когда Билл Реммер вернулся в Карлсбар, Кайл Этман уехал. Это напомнило о том, когда Кайл вернулся домой в начале зимних каникул, его внезапный отъезд вызвал мгновенное распространение слухов по городу. Естественно, Лейла была частью этих слухов.

— Он вернулся не предупредив, а теперь ещё и уехал без предупреждения. Я думаю, Лейла не изменила своего мнения. Как печально.

— Кто знает, может, он действительно вернулся домой только для того, чтобы повидаться с родителями.

— Не может быть. Я слышала, что в последнее время между ним и его матерью довольно напряженные отношения.

— Раньше они были так близки! Но, всё же, миссис Этман ужасно поступила с Лейлой, не так ли?

Разговор горничных был прерван звоном служебного колокольчика. Герцог Герхардт позвонил в колокольчик из своего кабинета на третьем этаже. Похоже, прибыл его гость.

Горничные нервно разошлись по своим местам. Самая опытная из них взяла поднос с чаем и поспешила вверх по лестнице.

Герцог Герхардт был не особо придирчивым господином. На самом деле, он был даже самым добродушным человеком из своей семьи. Тем не менее, по какой-то причине персонал Арвиса нервничал, обслуживая его, больше, чем его привередливую мать или бабушку. Это чувствовали все, от дворецкого заканчивая горничной. Поэтому, когда зазвонил служебный колокольчик герцога, все принялись за работу гораздо быстрее, чем, когда их вызывал кто-то другой.

Подойдя к двери кабинета, горничная постучала и сразу же услышала нежный, тихий голос герцога.

— Входите.

Её глаза расширились, когда она вошла в кабинет. Гость, сидевший напротив герцога, был не кто иной, как Билл Реммер, садовник, разрушивший оранжерею Арвиса.

Лейла стояла у одной из стен оранжереи, реставрация которой шла полным ходом.

Все редкие и экзотические растения, которые Билл приобрел во время своего изнурительного путешествия, были доставлены в Арвис, и помощники Билла разместили их в теплице. Должно было потребоваться довольно много времени, чтобы восстановить всё в том виде, в каком оно было до несчастного случая, но, похоже, работа будет завершена к свадьбе герцога, которая состоится летом.

Крепко сжав руки, Лейла сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоиться.

Она приготовила ужин из нескольких любимых блюд Билла, но не успел он даже приступить к трапезе, как его вызвали в особняк. Слуга сказал ему, что приказ поступил от самого герцога. Не придавая этому особого значения, Билл с радостью последовал за слугой. Лейлу, напротив, сразу охватило беспокойство.

— Я думал, ты взрослая юная леди, но теперь я вижу, что ты всё ещё маленькая девочка, которая повсюду ходит за своим дядей, — поддразнил её один из садовников.

Лейла быстро избавилась от тревожного выражения лица и с улыбкой повернулась к нему. — Я просто очень соскучилась по нему.

Садовники посмеялись над её ответом и ушли в теплицу. Теперь, когда она снова осталась одна, улыбка исчезла с её лица.

Глядя на особняк, она горячо надеялась, что герцог не нарушит своего обещания и не расскажет дяде Биллу об их сделке.

На неё нахлынул поток эмоций - стыд, замешательство, печаль и боль - и в конце концов в ней осталось только одно чувство. Это единственное оставшееся чувство было подобно осколку льда, пронзающему её сердце. Ненависть.

*.·:·.✧-------------—————--—✧.·:·.*