Сознание медленно всплывало, словно из глубины воды.

Харуто резко очнулся. Голова всё ещё кружилась, но он сразу попытался осмотреться.

И не увидел ничего.

Вокруг царила кромешная тьма.

Невозможно было понять даже, находится он в коридоре или в комнате.

Воздух был очень влажным — казалось, вода оседает прямо на коже, оставляя неприятную липкость. При этом здесь стоял холод, воздух почти не двигался, и вокруг не слышалось ни малейшего дуновения.

Харуто провёл ладонью по полу. Поверхность была ровной и гладкой, скорее всего деревянной.

«Боевой дух хотя бы немного светится».

Он попытался окутать тело Боевым духом, но внутри не отозвалось ничего.

Таланты были заблокированы.

Когда они провалились под пол в зале замка, Сацуки тоже не смогла воспользоваться Магией. Похоже, запрет действовал и здесь.

Основание Драконьей крепости состояло из плотного слоя облаков. Харуто не ожидал, что под замком вообще может существовать такое подземное пространство. Он попытался вспомнить, было ли что-нибудь похожее в подземной части старой Драконьей крепости, но воспоминания оставались слишком смутными.

Постепенно глаза привыкли к темноте, и очертания окружения стали различимы.

«Особняк?»

Он находился в какой-то комнате. Пол был натёрт воском. Внутри стояли изящные столы и стулья, но мебель была разбросана как попало, а несколько стульев валялись на боку.

На стенах висели жутковатые портреты вперемешку с детскими рисунками, нацарапанными мелками.

С потолка непрерывно капала вода, кое-где влага просачивалась даже сквозь стены.

Только теперь Харуто заметил странность. Они падали с большой высоты, но на потолке не было ни трещины, ни пролома. HP тоже не уменьшилось от падения. Значит, либо их переместили сюда, пока они были без сознания, либо они каким-то образом скатились по внутреннему проходу. Данных всё равно было недостаточно, чтобы сделать вывод.

— …Хм?

Краем глаза Харуто заметил едва шевельнувшуюся тень.

По очертаниям это был человек, лежавший на полу.

Он настороженно приблизился и наконец разглядел лицо.

— Сацуки!

Харуто поспешил осторожно приподнять её.

— М-м…

На голос Сацуки отреагировала и медленно открыла глаза.

Убедившись, что она пришла в себя, Харуто облегчённо выдохнул.

— Харуто?.. М-м-м…

Но Сацуки явно ещё не проснулась до конца. Будто ища тепла, она обняла его.

— Эй, Сацуки?!

— Ты… шумный… Дай поспать… ещё пять минут…

И тут Харуто вспомнил: Сацуки ужасно спала и по привычке хваталась за человека, который пытался её разбудить. В детстве, во время поездок, Харуто не раз попадал под раздачу, если они ночевали в одной комнате.

— Да проснись ты уже.

— …Я ещё хочу спать.

Сацуки потёрлась щекой о его щёку, словно наслаждалась удобной подушкой. Ещё немного — и она просто повалила бы Харуто на пол.

Их тела всё плотнее прижимались друг к другу, будто притянутые магнитом.

— Ты хоть время и место различай!.. Мы, между прочим, всё ещё в лабиринте.

— ……………………………………………………В лабиринте?

Сацуки сонно наклонила голову и наконец перестала двигаться.

Будто где-то в мозгу наконец соединились нужные контакты. Взгляд мгновенно прояснился, к ней вернулась обычная рассудительность. И только тогда Сацуки поняла, что всё ещё крепко обнимает Харуто.

Она тут же оттолкнула его от себя.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а! Ч-что это такое?!

— Вообще-то это я должен спрашивать!

— Нет! Я сама себя спрашиваю!

Сацуки залилась краской, приложила ладони к щекам и принялась отчаянно мотать головой. Правда, избавиться от жара таким способом не получилось: лицо всё равно оставалось пунцовым.

Она посмотрела на Харуто непривычно мягким взглядом.

— Э-это… это случайность.

— Я-я знаю.

Пусть Сацуки и не проснулась до конца, она всё-таки была девушкой, которая совсем недавно призналась ему в любви. Когда она вот так всем телом прижималась к нему, Харуто не мог совсем ничего не чувствовать.

Они оба несколько раз глубоко вдохнули, пытаясь успокоиться.

— …Так где мы вообще?

— Не знаю. Очнулся уже здесь. Таланты не работают, остальных тоже не видно.

— Попробую отправить сообщение.

Сообщения служили обычным способом связи между игроками.

Сацуки открыла голубое полупрозрачное окно, выбрала ID Асахи, набрала текст и нажала отправку.

Но шкала передачи даже не появилась. Вместо неё сразу выскочила системная ошибка.

— …Системная ошибка. В нормальных условиях такого вообще не должно происходить.

Сацуки с мрачным видом закрыла окно.

Раз они находились в Re’Union, соединение с сетью само по себе должно было существовать. Полный отказ сообщений выглядел совершенно нелогично.

Причин можно было придумать несколько, но довольно быстро они пришли к одному выводу.

— Мы в лабиринте с особыми правилами.

— Скорее всего. Таланты не работали уже во время падения, и здесь ничего не изменилось… Видимо, на эту область наложен специальный эффект.

— В старой Драконьей крепости такого места не было. Значит…

Харуто открыл меню и выбрал выход из игры.

Снова появилась системная ошибка.

— …Раньше ведь уже был лабиринт, из которого нельзя было выйти по желанию.

— Башня Белого Водного Духа. Помнишь? Там заранее предупреждали: входить стоит только тем, у кого достаточно свободного времени, потому что пройти всё нужно было до истечения лимита.

— Тогда неудивительно, что здесь используется похожий механизм…

Сацуки устало вздохнула.

— Сидеть на месте всё равно бессмысленно. Пойдём.

— Угу… Только здесь так темно, что даже идти вперёд трудно.

Хорошо бы найти хоть что-нибудь вместо факела.

Едва Харуто успел об этом подумать, как один из настенных подсвечников, до этого совершенно тёмный, сам собой вспыхнул.

В комнате стало чуть светлее.

— И-и!..

Сацуки тихо вскрикнула и рефлекторно вцепилась в руку Харуто.

Впрочем, испугалась она не зря.

В свете свечи проявилось то, что раньше скрывала темнота.

Кровь.

Ярко-красные пятна покрывали стены и потолок.

То, что до этого капало сверху, оказалось вовсе не водой. У стены сидел человеческий скелет, ещё кое-как сохранявший форму тела. Здесь явно произошло что-то жестокое.

Комната выглядела как декорация из хоррор-игры. Иначе как домом с привидениями её и не назовёшь.

— Это всего лишь игровой мир. Бояться нечего.

— Если всё выглядит настолько настоящим, любой вздрогнет…

Сацуки словно заставила себя отойти от Харуто. Несколько раз глубоко вдохнула и внимательно огляделась.

— У-у… Это правда дом с привидениями? Такое чувство, будто сейчас из стены вылезет рука… И почему под тем сказочным замком вообще находится такое место? Атмосфера совершенно другая. Они вообще не сочетаются…

Сацуки съёжилась и заметно дрожала. Привидений она боялась с детства и особенно плохо переносила призрачных монстров без физического тела. Сейчас у неё едва не подкашивались ноги.

— Ты до сих пор боишься призраков?

— Н-ничего я не боюсь! Просто всё сделано слишком правдоподобно, вот мне и не по себе!

Она тут же пошла в отрицание. Признавать старый страх Сацуки явно не собиралась.

— Л-ладно. В любом случае нам надо как можно быстрее выбраться и найти остальных.

— Т-только не потеряйся. М-мало ли что здесь случится.

Сацуки ухватилась за край одежды Харуто и будто невзначай придвинулась ближе. Видимо, сама смущалась этого — щёки слегка порозовели.

— Эй…

Такой робкой Сацуки почти никогда не бывала, и у Харуто внутри что-то дрогнуло. Но, глядя, как она изо всех сил делает вид, будто совсем не напугана, он не смог заставить себя оттолкнуть её.

— П-пойдём уже. Надо выбраться отсюда…

— А-ага.

В конце концов Харуто так и не попросил её отойти. Вместе они вышли из комнаты и отправились искать выход.

За дверью тянулся такой же тёмный коридор. Потолок был низким: обычный человек, подпрыгнув, вполне мог до него дотянуться, а Харуто даже без прыжка доставал ладонью. На стенах висели подсвечники, но горели лишь несколько свечей, поэтому дальний конец терялся во мраке.

То и дело вокруг раздавалось странное «хи-хи-хи-хи…». Каждый раз Сацуки вздрагивала, вскрикивала и снова хваталась за Харуто. По дрожащим пальцам было ясно, насколько ей страшно.

— Д-других комнат вообще нет…

— Только один бесконечный коридор.

Пройдя ещё некоторое время, они наконец нашли дверь.

Она выглядела точь-в-точь как дверь комнаты, из которой они вышли.

Харуто повернул ручку, приоткрыл её и заглянул внутрь.

— Это та же самая комната.

— И столы стоят так же. И свеча горит та же… Даже кровь и скелет не изменились.

Сацуки почти сразу отвела глаза, не желая смотреть дольше.

Они вернулись в коридор.

— Бесконечный коридор.

Маршрут, который зацикливался и возвращал путника в одну и ту же точку. Один из самых старых лабиринтных трюков: если не заметить подвоха и идти прямо, можно вечно ходить кругами.

— На обычную загадку «выбери правильный путь» не похоже. Развилок ведь вообще нет.

— Значит, где-то скрытый проход или потайная дверь…

Харуто договорил и закрыл дверь.

В ту же секунду прямо над ними в потолке возникло прямоугольное отверстие.

Оно медленно расширялось.

Когда они закрывали дверь в прошлый раз, ничего подобного не появлялось. Если заглянуть наверх, можно было увидеть потолок следующего этажа.

Отверстие выросло до квадрата, достаточно большого, чтобы пролез человек, и остановилось.

— Хоп!

Почему оно открылось, можно выяснить потом. Харуто решил, что условием, скорее всего, было пройти полный круг по коридору, и сразу подпрыгнул, ухватившись за край верхнего этажа.

Он подтянулся и огляделся. Наверху оказался почти такой же коридор.

— Похоже, нам сюда. Сацуки, поднимайся.

— …Я не достаю.

Сацуки подпрыгнула несколько раз, но до потолка всё равно не дотянулась.

И тут отверстие начало медленно закрываться.

— Сацуки, хватайся!

Если проход исчезнет, неизвестно, получится ли открыть его ещё раз.

Харуто протянул руку вниз.

— З-знаю!

Проём уже сузился почти вдвое.

Сацуки прыгнула. Харуто поймал её за запястье и одним рывком затащил наверх.

Они вместе рухнули на пол.

В тот же момент отверстие окончательно закрылось, отрезав путь назад.

— Фух… Всё-таки успели.

— Д-да…

И только теперь они поняли, что Сацуки лежит прямо на Харуто.

Их лица оказались совсем рядом. Ещё чуть-чуть — и губы коснулись бы друг друга. Дыхание смешивалось и тёплыми струйками касалось щёк.

Осознав положение, Сацуки моментально вскочила.

— П-п-п-прости…

— Д-да ничего…

Даже Харуто не мог сохранить спокойствие на таком расстоянии. В очередной раз он слишком ясно понял, что Сацуки — удивительно красивая девушка.

— Ну почему такие вещи начинают случаться только после того, как уже всё решилось… — едва слышно пожаловалась она.

Харуто не расслышал этих слов. Они растворились в воздухе.

Оба поднялись и снова осмотрелись.

Коридор почти ничем не отличался от нижнего, но раз они поднялись этажом выше, значит, всё-таки стали немного ближе к выходу.

— Так весь этот лабиринт состоит из ловушек? Я терпеть не могу такое.

— Потому что ты совсем не любишь думать. В самом начале UNION ты ведь постоянно наступал на ловушки. Помнишь, когда в узком проходе на нас вдруг покатился огромный железный шар, весь в шипах? Я тогда решила, что нам конец.

— Точно. Ты ещё расплакалась от страха.

— Н-не плакала! Ч-что ты выдумываешь?!

— Плакала. Ещё обняла меня и ревела…

— Я сказала, что не плакала!

— …Ладно.

Под ледяным взглядом Сацуки Харуто предпочёл заткнуться.

— В конце концов загадками обычно занимались ты и Таканори. Клайв тоже часто помогал.

— Методы Клайва вообще можно считать читерством. Например, если был пульт с цифровым кодом, он смотрел на отпечатки пальцев и определял, какие кнопки нажимали чаще всего… Хотя по-хорошему игроки должны были собирать подсказки и ломать голову над ответом.

— Тогда я вообще не понимал, что он делает, просто думал: «Клайв невероятный». Если сейчас вспоминать, да, это действительно почти читерство. Но… мне тогда всё равно было весело.

— А я каждый раз поражалась, что он вообще додумался до такого. Одновременно восхищалась и не знала, что с него взять. В этом ничего не изменилось.

Иногда они, конечно, взламывали механизмы грубой силой талантов. Но если такой возможности не было, честно садились и пытались найти решение.

Даже когда ответ никак не находился, само время, проведённое вместе за спорами и догадками, оставалось весёлым.

— Асахи, помню, тоже не любила загадки. Прямо как ты. Часто посреди решения начинала ныть: «Да ну-у, как же это муторно!» — и пыталась всё бросить. Когда у неё ничего не получалось и она обиженно дулась, выглядела довольно мило.

— А ты тогда постоянно её отчитывала: «Вот это надо делать так! Зачем ты нажала туда?!»

— …Угх.

Лицо Сацуки неловко застыло.

— Потому что ей, как и мне, больше нравилось всё попроще.

Для Харуто самым понятным и весёлым вариантом было просто идти вперёд, рубить встречных монстров, а в конце одолеть босса. Но каждому от игры нужно своё.

— Когда мы только пришли в UNION, Асахи любила сражаться с монстрами и всё время лезла на передовую.

Вспоминая прошлое, Сацуки выглядела немного виноватой.

— Ага. Тогда она дралась с двумя короткими пистолетами. Пока мы все были слабыми, её огневая мощь здорово выручала. Но потом из-за особенностей таланта ей пришлось постепенно отходить назад. А когда появилось Предвидение, это стало особенно заметно.

— Асахи тогда ужасно этим злилась…

— Ещё бы. Она же никогда не была игроком-стратегом, который стоит в тылу и всё просчитывает. Скорее какой-нибудь безголовый полководец из эпохи Сэнгоку, который сам несётся в первых рядах вместе с солдатами и рубится на передовой.

— Зато благодаря ей нам всегда было легко в бою… Только сейчас я могу так сказать. В детстве я вообще не замечала, что Асахи приходится через это проходить. Думала только о том, как лучше использовать собственный талант…

— Я тоже. Если уж на то пошло, тогда никто из нас этого не замечал, да?

После того случая Асахи довела Предвидение до куда более высокого уровня и больше не просилась обратно на передовую.

«А что она чувствует сейчас?»

Похоже, Асахи не была против роли в тылу. Но вполне возможно, что такой бой так и не начал приносить ей полного удовлетворения. Ведь стоило выйти на передовую, и пользоваться Предвидением почти не получалось.

— Ладно, пойдём дальше.

Харуто и Сацуки отложили воспоминания и двинулись по коридору в поисках пути наверх.

По дороге больше не встретилось ни одной двери. В самом конце коридора их ждала трёхметровая створка.

Ручки на ней не было. Толкнуть дверь тоже не получилось — она даже не дрогнула. Они попробовали упереться ладонями и сдвинуть её в сторону, но не услышали даже намёка на движение.

— Тут кнопка.

Сацуки первой заметила странность.

Харуто поднял голову. Над дверью действительно виднелась маленькая красная кнопка.

Даже встав на носки, они до неё не доставали. Более того, кнопка была спрятана в узком отверстии: нажать её можно было только одним пальцем.

Харуто подпрыгнул и надавил на кнопку.

Сразу раздался тяжёлый скрежет, словно камень тёрся о камень, и дверь медленно начала открываться.

Но стоило Харуто отпустить кнопку, как створка тут же пошла обратно.

— Значит, её надо держать нажатой, пока дверь полностью не откроется. Ты сможешь как-нибудь повиснуть под потолком и не отпускать её?

Сацуки смотрела на дверь, прикидывая варианты.

— Нет. За потолок вообще не ухватиться. Был бы хоть выступ над дверью…

— Тогда прижать кнопку какой-нибудь палкой?

— Отверстие слишком узкое. «Плеяды» туда не пролезут, а одним остриём стабильно давить будет трудно. По сути, нужен именно палец.

— На стену тоже нигде не залезть… И ничего подходящего вместо подставки нет.

— Внизу в комнате стояли стулья. Надо было один прихватить.

— Такое заранее не угадаешь… Если бы Таланты работали, задача решилась бы за секунду.

Оставался единственный способ компенсировать нехватку высоты — использовать друг друга.

— Если я встану на четвереньки, ты, встав на меня, дотянешься?

— Нет. Даже на носках будет не хватать сантиметров двадцати.

— М-да…

— …А если я сяду тебе на плечи, должно получиться.

Сацуки предложила это, явно смущаясь.

Харуто пришла в голову та же мысль.

— Другой подставки всё равно нет…

Он присел, чтобы Сацуки могла забраться сверху. В Re’Union вес почти не создавал проблем, так что при желании и девушка могла бы держать кого-то на плечах. Но Харуто всё же решил, что снизу будет он.

— Тогда… залезаю.

Сацуки осторожно устроилась у него на плечах, и Харуто поднялся.

Теперь её бёдра обхватывали его голову.

— В детстве я часто так тебя носил.

— Д-да…

С тех пор оба заметно выросли. Но в Re’Union сделать это всё равно оказалось удивительно легко.

— Д-давай уже к кнопке.

Сацуки поторопила его неожиданно напряжённым голосом.

— Я же не шатаюсь.

— Дело не в этом…

Сначала Харуто решил, что она боится высоты, но причина явно была другой.

— М-мы и так слишком уж тесно прижимаемся друг к другу. Мне неловко перед Асахи! Так что быстрее неси меня к кнопке!

— А-а, понял.

Сам Харуто до этого вообще не думал о подобном. Сацуки ведь ещё недавно спокойно цеплялась за его руку, так что провести границу между «нормально» и «слишком близко» было непросто. Женская логика для него по-прежнему оставалась загадкой.

Он подошёл прямо под кнопку.

— Достаёшь?

— …П-почти нет.

Сацуки изо всех сил тянулась вверх. При каждом движении её бёдра сильнее сжимали щёки Харуто.

Уронить её он бы не уронил. Но после слов Сацуки сам невольно начал слишком много об этом думать. Особенно мешала мягкость её бёдер — в такие моменты хотелось проклясть систему Re’Union за слишком реалистичную передачу ощущений.

— Если просто сидеть у тебя на плечах, до кнопки всё равно не достать.

Сацуки заёрзала сверху, пытаясь изменить положение. В итоге её бедро прижалось к щеке Харуто под ещё более странным углом, и сердце снова забилось быстрее.

Он отчаянно представил лицо Асахи, пытаясь сохранить самообладание.

— Слушай, Сацуки. Я возьму тебя руками и подниму повыше…

— С-стой! Стоп! Нельзя!

Она резко остановила его.

— Ч-что такое?

— Я переоденусь. Подожди.

— Зачем?

— Ты хоть немного думай! Если поднимешь меня так, то увидишь всё под юбкой!

Только после этих слов Харуто дошло.

Система честно воспроизводила даже то, что находилось под одеждой. Стоило ему поднять голову — и он увидел бы то, на что смотреть явно не следовало.

Сацуки сменила юбку на брюки и только после этого позволила поднять себя выше.

Харуто взял её за бёдра и приподнял.

Сацуки встала ногами ему на плечи.

На этот раз она наконец дотянулась.

Стоило нажать кнопку, как снова раздался тяжёлый скрежет, и дверь медленно разошлась.

Сацуки держала кнопку, пока проход не открылся полностью, а затем отпустила её. Створка сразу начала закрываться с той же скоростью.

Сацуки спрыгнула, и они без особой спешки успели пройти на другую сторону.

— …Столько возни ради одной кнопки.

— Стоило отключить Таланты — и ощущение, будто мы вообще в другую игру попали.

За дверью начиналась лестница наверх. Здесь всё ещё царили мрак и застоявшийся воздух, а обстановка старого особняка не изменилась.

Поднявшись, они оказались в комнате, похожей на самую первую. Но мебель стояла немного иначе. Увидев разницу, оба наконец убедились, что действительно продвигаются вперёд.

— Так, дальше…

В комнате стояли стол, стулья, камин и прочая обычная мебель.

Но сильнее всего бросался в глаза гроб.

На противоположной от лестницы стене находилась закрытая дверь.

Харуто демонстративно проигнорировал гроб и сразу схватился за ручку.

Не открывается.

Замочной скважины не было, и выбить дверь силой тоже не получалось.

Значит, где-то должен был находиться механизм.

Вот только кнопки, как прежде, нигде не наблюдалось.

— Наверное, надо выполнить какое-то условие. Например, правильно расставить стулья или зажечь все свечи.

По предложению Сацуки они расставили стулья аккуратно, но дверь не открылась.

Попытались зажечь все подсвечники, однако единственную горящую свечу невозможно было вынуть. Других источников огня не было. Они даже пробовали поджечь стул — безрезультатно. Похоже, предметы в комнате вообще нельзя было разрушить.

— Тогда ключ, скорее всего, в этом гробу…

— Ага. Самая подозрительная вещь в комнате. Мы просто всё это время специально делали вид, что её нет.

Нормальному человеку совсем не хотелось открывать что-то настолько зловещее. Сацуки именно поэтому до последнего не смотрела в его сторону.

— Т-ты открывай.

Она подтолкнула Харуто к гробу.

Он криво усмехнулся и положил руку на крышку.

— Сейчас ещё какой-нибудь монстр оттуда выпрыгнет…

Харуто боялся не так сильно, как Сацуки, но к дешёвым пугалкам из хоррор-игр привыкнуть всё равно было невозможно.

Он медленно приподнял крышку.

Внутри ничего не было.

Совсем пусто.

— Ну и чего было так пугать…

Сацуки наконец тяжело выдохнула.

— Но если внутри пусто, что дальше? Кнопок всё равно нет.

— Судя по тому, что здесь вообще поставили гроб… Может, надо в него лечь?

Харуто первым забрался внутрь и лёг на спину.

Ничего.

— Когда я лёг, мне показалось, что гроб чуть просел.

— Не хватает веса?

Тяжёлых предметов в комнате не было. Столы и стулья по размерам в гроб тоже не помещались.

— Эм… Только не говори, что…

— Сацуки, для одного человека он, кажется, великоват.

— Н-но для двоих слишком тесный! И вообще, кто делает двухместные гробы?!

Возразить было нечем: другого варианта всё равно не оставалось.

Сацуки плотно сжала губы и, едва скрывая смущение, забралась внутрь.

Она легла рядом с Харуто лицом к нему. Иначе вдвоём в узком гробу просто не уместиться.

— А-у-у-у…

Сацуки покраснела уже до самой шеи, будто вот-вот начнёт дымиться.

В таком тесном пространстве они неизбежно касались друг друга.

— Д-дверь всё ещё закрыта.

— Может, мы лежим не по центру. Или крышку надо закрыть…

— Легко тебе сказать…

Пришлось снова менять положение.

Пунцовая Сацуки нехотя заёрзала вместе с Харуто, пока они не оказались буквально прижаты друг к другу.

Её грудь полностью упёрлась ему в грудь.

Для самообладания Харуто эта поза была почти смертельной.

— Я больше… не выдержу…

И как раз в тот момент, когда Сацуки была готова сгореть от стыда, за дверью раздался резкий скрежет.

Она начала открываться.

Створка разошлась до конца и больше не двигалась.

Оба с облегчением вылезли из гроба.

— Фу-у…

Сацуки выдохнула так, будто вымоталась и телом, и душой. Щёки всё ещё оставались розовыми.

Харуто тоже не мог вспомнить, чтобы даже в детстве они когда-нибудь прижимались друг к другу настолько тесно.

Не зная, куда девать взгляд, он отвернулся.

— …Пойдём. А то ещё закроется, пока мы тут стоим.

— Д-да.

За дверью снова была лестница наверх.

И всё же происходившее начинало казаться подозрительным.

С самого начала лабиринт снова и снова вынуждал их прижиматься друг к другу.

Подобные головоломки встречались и раньше. Но когда они шли одна за другой, это уже выглядело не случайностью, а чьим-то намерением.

Только кому вообще понадобилось создавать такой лабиринт?

Оба шли дальше, всё ещё красные от смущения и невольно возвращаясь мыслями к этому вопросу.

После ещё нескольких механизмов, которые опять заставили их тесно соприкасаться, Харуто и Сацуки наконец добрались до новой комнаты.

На столе лежал хрустальный шар размером с волейбольный мяч.

— На этот раз загадка связана с ним?

— Но закрытых дверей вроде нет…

Дальняя дверь уже была открыта, за ней виднелась лестница наверх.

Они уже хотели пройти мимо, когда внутри шара появились человеческие силуэты.

И почти сразу стало ясно: это не их отражение.

— Это… Асахи и Таканори?

Сацуки прошептала, а Харуто удивлённо повернулся к шару.

Внутри словно крутилась видеозапись. Звука не было, но Асахи и Таканори тоже находились очень близко друг к другу.

Похоже, им досталась такая же серия механизмов.

Асахи выглядела совершенно спокойной, зато Таканори обливался потом и покраснел до ушей.

— Им тоже приходится проходить через то же самое, что и нам.

Сацуки произнесла это с каким-то странным выражением лица.

У Харуто настроение стало ещё сложнее.

— Что с тобой?

— Н-ничего.

— Тебя бесит, что Асахи так тесно прижимается к Таканори, да?

— Угх…

Сацуки попала точно в цель, и Харуто не нашёлся с ответом.

— Ну и ладно. Я всё равно осталась в выигрыше.

— В выигрыше?..

— Конечно. Смотри, не дай мне тебя соблазнить.

Сацуки произнесла это с лёгким румянцем, и разрушительная сила реплики оказалась неожиданно высокой. Сердце Харуто мгновенно ускорилось.

Похоже, после всех этих механизмов Сацуки уже махнула рукой на смущение и решила просто принять ситуацию.

— Ладно, идём. Всё равно через этот шар с ними не поговорить.

— А-ага.

Они прошли через открытую дверь и поднялись по лестнице.

Наверху оказался довольно просторный холл, по обстановке подходивший к старому особняку.

На противоположной стене была лестница вниз. Слева — ещё одна вниз. Справа — лестница наверх.

— О, наконец-то. Долго же вы.

Клайв развалился на диване, закинув ногу на ногу, и лениво поднял руку в приветствии.

Похоже, здесь находилась точка сбора.

— Клайв. Хорошо, что ты цел.

— Я один поднялся вон оттуда.

Он указал на левую лестницу.

Значит, Асахи и Таканори должны были выйти с противоположной стороны.

— Меня так просто не убить. В отличие от вас, мне почти не пришлось возиться с механизмами.

— …Ты видел?

— Внизу был такой же хрустальный шар. И вас видел, и Асахи с Таканори. Смотрю, вы с Сацуки неплохо развлеклись.

— Да какое ещё «развлеклись»…

В этот момент с последней лестницы поднялись Асахи и Таканори.

Асахи слегка хмурилась, а Таканори старательно избегал встречаться со всеми взглядом и смотрел в сторону, всё ещё красный.

— Асахи, Таканори. Хорошо, что вы тоже добрались.

Харуто заговорил первым.

Асахи тут же сердито отвернулась, а потом покосилась на него холодным взглядом.

— Асахи?

— …Харуто, когда ты там прижимался к Сацуки, у тебя всё время было такое развратное и смущённое лицо.

Она пробормотала это и демонстративно надула щёки, ещё и губы выпятила. Скрывать недовольство Асахи явно не собиралась.

Значит, на их маршруте тоже стоял шар, показывавший происходящее с Харуто и Сацуки.

— Я ничего не мог сделать! Нам такие механизмы попадались.

— Даже если ничего не мог, выглядел ты так, будто тебе очень нравилось!

— Н-ну… «нравилось» — это не совсем то слово.

Смущался он, конечно. Но сказать, что совсем ничего приятного в происходящем не было, Харуто тоже не мог. Он всё-таки был обычным старшеклассником, и даже в игровом мире тесный контакт с красивой девушкой оставался тесным контактом.

Однако возразить ему тоже было что.

Без Сацуки они бы просто не решили загадки и не добрались сюда.

И уж если вспоминать такое, сама Асахи ничуть не меньше прижималась к Таканори.

— А ты сама? С Таканори ведь тоже вплотную была!

— Потому что механизм был такой! Я тоже ничего не могла сделать!

— Вот именно. Тогда пойми, что и у меня выбора не было!

Голоса становились всё громче.

Харуто уже понимал, что дело идёт к ссоре, но они так быстро обменивались колкостями, что удобный момент остановиться и извиниться всё не появлялся.

Перед глазами всё ещё стояла Асахи, прижатая к Таканори. Харуто и не подозревал, что может быть настолько собственником. Ревность поднималась сама собой, и подавить её никак не удавалось.

— Асахи, я тоже вовсе не хотела так прижиматься к Харуто…

— Вот именно. Я тоже не в восторге, хотя и не скажу, что мне было неприятно.

Сацуки и Таканори пытались оправдаться, но оба прозвучали не слишком убедительно.

Казалось, четырёхугольник, который вроде бы уже успели закрыть, вот-вот снова всплывёт на поверхность.

— Так, всё-всё-всё. Флиртовать будете потом.

Клайв лениво вмешался и поднял руку.

Харуто и Асахи наконец замолчали.

Способ был грубоватый, но спор он действительно остановил. Сацуки и Таканори одновременно облегчённо выдохнули.

Асахи фыркнула и отвернулась.

Харуто тоже недовольно развернулся в другую сторону.

Клайв посмотрел на них и только беспомощно усмехнулся.

— Пошли, Таканори.

Будто нарочно желая задеть Харуто, Асахи схватила Таканори за руку и потащила к лестнице наверх.

— …Ты уверена?

— Конечно!

Она потащила его за собой и стала подниматься, нарочно громко топая каждой ступенькой.

Харуто запрокинул голову и прижал ладонь ко лбу.

«Как мы вообще до этого докатились?»

Он прекрасно понимал, что ни у кого не было выбора, но раздражение всё равно постепенно копилось внутри. А стоило открыть рот — наружу вылетали только бессмысленные слова, которые ещё сильнее злили Асахи.

Хотелось самому над собой посмеяться. Ведёт себя как ребёнок и никак не повзрослеет.

— Харуто… извини.

Сацуки заговорила неловко.

— Тебе не за что извиняться. Асахи и раньше бывала такой… Хотя, наверное, это не совсем честное описание.

В этой области Таланты всё ещё не работали. Оставлять Асахи и Таканори одних было нельзя, поэтому сейчас важнее всего было выбраться наружу.

И, конечно, главная причина, по которой они вообще сюда пришли, никуда не делась: нужно найти Нодзоми.

Когда всё закончится, он найдёт момент и извинится.

Харуто привёл мысли в порядок.

— Пошли, Сацуки, Клайв.

— Раз ты так решил, я не против…

— Да ладно, бывает. Вы же и раньше ссорились, разве нет?

Но Харуто почему-то чувствовал: на этот раз быстро помириться не получится.

Он поднял взгляд на Асахи, шедшую впереди.

От недавней злости будто ничего не осталось. Она расслабленно поднималась по лестнице рядом с Таканори.

Харуто глубоко вздохнул.

— Почему у нас постоянно всё идёт наперекосяк…

Ещё вчера, на балу, ему казалось, что они с Асахи наконец понимают чувства друг друга.

А теперь всё разваливалось из-за какой-то мелочи.

Будто на плечи легла тяжесть.

Харуто понурился и быстрым шагом догнал остальных.

Лестница вскоре превратилась в спиральную и всё тянулась вверх.

Наконец окружение изменилось.

Они покинули подземную часть старого особняка и снова вышли в наземный замок.

Перед ними открылся огромный зал.

Это было не то помещение, под полом которого они провалились раньше, но устройство оказалось очень похожим.

Стены и пол сложили из гладкого камня, слабо отражавшего свет. Куполообразный потолок занимал витраж, окрашивавший падающие солнечные лучи во множество оттенков.

— Наконец-то выбрались наверх~

— Здесь Таланты работают. Сила вернулась.

Асахи, стоявшая чуть поодаль, потянулась, будто после долгого сидения.

И рядом с ней по-прежнему был Таканори.

Харуто это неприятно кольнуло.

— Асахи! Таканори! Отойдите оттуда!

Он крикнул двоим впереди.

Те мгновенно отпрыгнули назад.

По способности чувствовать врагов через Боевой дух Харуто в «Плеяде» не было равных. Все давно привыкли доверять его реакции без вопросов.

Пусть Асахи сейчас и дулась на него, в бою личные обиды ничего не значили.

В следующую секунду центр зала взорвался.

Грохот был сильным, но ударной волны почти не оказалось. Вверх вырвался только густой белый дым.

И всё же внутри него Харуто ощутил Боевым духом чудовищное давление.

Причём сразу два источника.

Дым начал рассеиваться.

— М-м-м-м-м-м-м! Дорогие участники «Плеяды»! Добро пожаловать в мою страну грёз!

Перед ними стоял мужчина, раскрашенный под клоуна. Всё лицо выбелено, только нос — ярко-красный.

На нём висела серая мантия, из-под которой выглядывали довольно пухлые руки и ноги.

А неприятный фальцет словно прилипал к ушам и не хотел исчезать.

Рядом стоял ещё один человек.

— Керинтос, не надо так пугать людей. Ты никогда не слышал о коулрофобии — страхе клоунов?

Из-за мантии по фигуре невозможно было понять пол, но голос принадлежал женщине.

В руке она держала кривой посох, похожий на сделанный из дуба.

На ней тоже была серая мантия, а капюшон скрывал почти всё лицо. Виднелись лишь губы, покрытые густой тёмно-фиолетовой помадой, будто ядовитой.

Уголки рта были чуть приподняты в недоброй улыбке.

Оба выглядели нелепо, но исходившее от них давление было совершенно настоящим.

И тут Харуто заметил их руки.

— Этот знак!..

На тыльной стороне ладони у обоих алел один и тот же символ.

Точно такой же был у Симона, Шестого из «Гнозиса», с которым они уже сражались.

Круглый знак с непонятными письменами посередине выглядел так, словно его выжгли прямо на коже кроваво-красным клеймом.

— Я Пятый из «Гнозиса»! Керинтос, известный как Грёзы! Рад знакомству-у-у~!

— А я Четвёртая. Маркион, известная как Законы мироздания. Приятно познакомиться, члены «Плеяды».

Керинтос дразняще высунул язык.

Маркион, напротив, вежливо и почти церемонно поклонилась.

— …Клоун. Керинтос, значит.

— А-а-а, да это же маленький Таканори! Хи-хи! Чего хотел?!

Керинтос расплылся в сияющей улыбке и картинно подставил ухо, изображая готовность слушать.

Таканори с отвращением нахмурился.

— Ты только что сказал: «Добро пожаловать в мою страну грёз». То есть это место…

— А-а-а-а-ха-ха-ха! Ты что, до сих пор не понял по виду?!

Пусть основой служила Драконья крепость, создать в одиночку настолько огромный замок казалось слишком невероятным даже для Грёз.

Но сила, исходившая от Керинтоса, была настолько огромной, что сомневаться в его словах не получалось.

— Значит, ты построил весь этот замок, чтобы заманить нас сюда, — сказал Харуто жёстко. — Тогда Нодзоми здесь нет?

Керинтос только продолжал хохотать, будто вообще не слышал вопроса.

Маркион тоже промолчала, сохраняя улыбку.

— Если Нодзоми здесь нет, нам незачем оставаться.

— Харуто-у~! Ну что ты такой холодный! Посмотри хотя бы немножко моё цирковое представление~!

Один его голос уже раздражал.

Но уходить Харуто и не собирался.

Перед ними стояли высокопоставленные члены «Гнозиса».

Идеальный шанс схватить их и вытрясти информацию.

— Это меня устраивает. Только цирк мне не интересен.

Харуто выхватил «Плеяды» и встал в стойку.

В клинок хлынул Боевой дух, ослепительно вспыхнув золотом.

— «Львиный метеор»!

Вспышка меча — и вперёд сорвалась стая золотых световых метеоров.

Львы из Боевого духа, вырвавшиеся из «Плеяд», мгновенно бросились на Керинтоса и Маркион.

Но те даже не дрогнули.

Наоборот, оба улыбались.

— Доставай, Керинтос. Сейчас это важнее всего.

— А-ха-ха-ха! Будет исполнено, начальница Маркион! А-а-ха-а-а-а!

Перед Керинтосом вдруг возникли бесчисленные тонкие линии.

Они переплелись друг с другом и за считаные мгновения превратились в большое полупрозрачное полотно цвета ясного неба.

Будто защищая двоих, ткань раскрылась перед ними.

Маркион коснулась её рукой.

Полотно вспыхнуло тусклым серым светом.

И «Львиный метеор» врезался прямо в него.

— Если это барьер, мои львы его разорвут!

Харуто крикнул во весь голос.

Керинтос только самодовольно ухмыльнулся.

— Хи-хи! Но-о-о… вот чудеса! Никакого фокуса здесь нет~!

Золотые львы исчезли.

Полотно просто обернуло их, и весь Боевой дух пропал без следа.

— Что…

«Львиный метеор» был одним из коронных приёмов Харуто. До тех пор, пока не разрывал цель, он не исчезал.

Его можно было выдержать, уклониться, отбить.

Но чтобы атаку вот так просто стёрли — такого ещё не случалось.

— Грёзы~ — это талант, который создаёт воображаемые вещи! Что сумеешь представить, то и сможешь создать~!

Но одних Грёз для подобного эффекта было недостаточно.

Значит, ответ оставался только один.

— Маркион добавила к этой ткани закон Законов мироздания… свойство поглощать материю, — произнёс Таканори.

Маркион загадочно улыбнулась.

— Совершенно верно. Мои Законы мироздания в сочетании с Грёзами Керинтоса. Один из наших совместных приёмов. Назовём его… «Поглощающая вуаль». Она принимает всё и служит входом в счастливый рай.

Маркион тихо, насмешливо рассмеялась и повела посохом в сторону.

«Поглощающая вуаль» послушно скользнула вместе с движением, закрывая Керинтоса спереди.

— А-а-ха-ха-ха! Но вообще~! Сразу после встречи бросаться коронным приёмом! Да вы куда воинственнее меня! Я теперь всего лишь скромный клоун, который хочет смешить людей~! Не надо таких серьёзных лиц, улыбнитесь! Хи-хи-хи-хи!

Керинтос хохотал от души.

— Между нами вообще есть другой путь, кроме драки?

«Гнозис» снова и снова пытался навредить Асахи.

Харуто не видел ни одной причины разговаривать с ними мирно.

Маркион опёрлась на посох и с совершенно невозмутимым видом встала напротив.

— Конечно есть. Если вы… решите присоединиться к нам, придётся сесть и поговорить. Не так ли, Харуто?

Она говорила так, будто это было самым естественным вариантом.

— Исключено. Ты правда думаешь, что мы станем помогать вам добиваться вашей цели?

— Если речь идёт о лучшем будущем, почему не рассмотреть такую возможность?

— Если ради него нужно пожертвовать Асахи, такое будущее ничего не стоит!

— А если жертва одного человека позволит превратить весь мир в рай, разве можно придумать более выгодный обмен? Ах да~ В Японии есть очень понятная поговорка: маленькой креветкой поймать большую рыбу.

В голосе Маркион не было ни капли вины.

Ни морали, ни стыда, ни сожаления.

По её словам ясно читалось: пожертвовать другим человеком для неё было чем-то совершенно обыденным.

Она даже улыбалась, будто просто наслаждалась забавной игрой.

— Разговаривать бессмысленно, Харуто, — сказал Клайв за его спиной. — Всё, чего они хотят, для нас одни неприятности.

Он разом метнул десятки коротких клинков.

Те окружили Керинтоса и Маркион со всех сторон, отрезая пути к отступлению, а затем рванулись к центру.

— Наивно.

Полотно распахнулось.

Все клинки, коснувшиеся его, исчезли внутри.

— Хоп.

К клинкам были привязаны стальные нити.

Клайв резко дёрнул их на себя.

— Вот же неприятный Талант.

Нити тут же оборвались возле рукоятей.

— Значит, «Поглощающая вуаль» не уничтожает атаки.

— Ага. Ты тоже понял, Таканори. Она отправляет всё в другое измерение. Проще говоря, эта ткань — проход между пространствами.

Если бы Клайв запоздал хоть на миг, следом за клинками в другое измерение утянуло бы и его самого.

— С радостью приму тебя в моём раю, Вивали.

— Благодарю, но откажусь. Ни в одном месте мне не так уютно, как здесь — рядом с «Плеядой».

— Какая жалость. Я бы с удовольствием позволила тебе вкусить высшее счастье внутри рая.

Маркион оставалась совершенно спокойной.

Сацуки воспользовалась моментом и атаковала её справа, где «Поглощающая вуаль» не закрывала тело.

— Тогда сиди в своём раю сама! Выходи, Айли! «Лазурная стальная нить»!

Сацуки призвала ледяного элементаля и выпустила в сторону Маркион тонкие, твёрдые ледяные нити.

Маркион развела большой и средний пальцы.

«Поглощающая вуаль» тут же растянулась от центра вправо.

Ледяные нити исчезли в ней, будто их втянул гигантский пылесос.

— …Она и правда поглощает что угодно.

— Рай принимает всех, Сацуки.

Маркион ударила посохом о пол.

Полотно мгновенно метнулось к Таканори.

Он явно не ожидал, что им можно атаковать, и не успел подготовиться.

«Поглощающая вуаль» набросилась на него, словно акула на добычу, собираясь обернуть целиком.

— Что?!

Таканори дёрнулся в сторону, но край ткани всё же зацепил одежду.

— Добро пожаловать в мой мир, Таканори.

Полотно уже затягивало его внутрь — так же, как до этого клинки.

— Не выйдет.

Клайв снова метнул короткий нож.

Точный удар рассёк одежду Таканори, позволив тому в последний момент вырваться из «Поглощающей вуали».

Клинок, конечно, исчез внутри.

Освободившись, Таканори тут же отскочил подальше и восстановил стойку.

— Спасибо, Клайв!

— Не расслабляйся. Ты, Таканори, иногда умудряешься ошибаться именно в самый важный момент.

— И обязательно сейчас это говорить?..

Положение «Плеяды» оставалось невыгодным.

Пятеро сильнейших членов собрались вместе, но двое противников держали их под контролем всего одним совместным приёмом.

Клайва и Сацуки остановили без труда. Асахи несколько раз стреляла в открывавшиеся промежутки, но пули сразу исчезали в «Поглощающей вуали».

И всё же противники почему-то почти не наступали.

Даже атаку на Таканори они провели только самой тканью. Ни Керинтос, ни Маркион не попытались развить успех.

Трудно было поверить, что бойцы такого уровня просто не умеют атаковать.

«Будто они тянут время…»

Харуто тут же мотнул головой.

Не время отвлекаться на догадки.

Какие бы цели ни преследовали противники, сейчас это не меняло главного.

Перед ними стояли враги, желавшие навредить Асахи.

Если не драться всерьёз сейчас — то когда?

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

Харуто взревел.

Его тело окутал золотой Боевой дух льва.

Воздух вокруг задрожал.

Огромная сила превратилась в давление, от которого содрогнулся весь замок грёз.

Рёв, словно утверждавший власть над всем полем боя, заставил на мгновение замереть каждого.

— Какая мощь. Не зря тебя называют «Львиным Сердцем», Харуто. Боевой дух и правда устрашающий, — восхищённо сказала Маркион.

Но в её лице не было страха.

Она сохраняла ту же расслабленность, словно собственной уверенностью доказывала: этого недостаточно.

— Ладно. Признаю, вы действительно сильные.

— Благодарю за похвалу. Приятно слышать.

— А-а-ха-ха-ха! Я вообще не привык, когда меня хвалят! Прямо всё чешется, так и тянет смеяться! Ну да, это ведь моя работа~!

Харуто до сих пор не понимал истинной глубины их сил.

Никому из «Плеяды» прежде не приходилось сражаться с настолько сильными пользователями Законов мироздания и Грёз.

Вероятно, остальные думали о том же.

— Но… это не значит, что у нас нет шансов.

После короткой разведки стало ясно: враги гораздо сильнее, чем казалось сначала.

И всё же они не выглядели непобедимыми.

«Плеяда» пережила немало тяжёлых боёв.

Их называли непобеждёнными не потому, что каждый по отдельности был сильнее всех на свете.

Главное преимущество заключалось в слаженности и умении мгновенно подстраивать Таланты друг под друга.

Поэтому никто не смотрел на нынешний бой пессимистично.

— Тогда попробуем ещё раз.

Харуто сосредоточился, крепче сжал «Плеяды» и уставился на противников.

— Хе-хе. Хорошо, когда дети полны сил. Но одной бравадой бой не выиграть. Мы не такие бездарности, как Симон, проваливший своё задание.

— Да он просто слабак~! Тут уж ничего не поделаешь! А-а-ха-ха-ха… хк!

Керинтос не успел договорить.

Кто-то полоснул его мечом со спины.

Удар из слепой зоны снял огромную часть HP.

Вероятно, его спасла игровая интуиция: в самый последний миг Керинтос успел дёрнуться и избежал смертельного попадания.

— Хохотать посреди боя? Вот это уверенность!

Харуто уже стоял у него за спиной.

— А-ха?! Харуто, ты когда туда успел?!

Ещё мгновение назад он находился прямо перед Керинтосом.

Теперь же каким-то образом оказался вплотную.

Даже Маркион изумлённо распахнула глаза.

— Что?.. Почему Харуто двое?!

Для них происходящее и правда выглядело невозможным.

Потому что Харуто, разговаривавший с ними, всё ещё стоял на прежнем месте.

Это был двойник, созданный Преображением Клайва.

Точнее, Клайв использовал Боевой дух самого Харуто и с помощью Преображения воссоздал его копию.

Поскольку основой служила настоящая энергия Харуто, двойник обладал почти полноценным ощущением присутствия.

— Я уже понял слабость «Поглощающей вуали»! Она не защищает вас автоматически. Если вы не заметите атаку, закрыться ею не успеете!

Маркион растерялась, и полотно запоздало с движением.

Похоже, приём требовал высокой концентрации. Стоило сбить ей мысли, и управлять им становилось труднее.

— Сначала отправлю одного из вас в GAME OVER!

Такой шанс нельзя было упускать.

Харуто поднял «Плеяды» и влил Боевой дух в клинок.

Золотое сияние вспыхнуло прямо перед Керинтосом.

— «Львиный метеор»!

Световой лев вырвался вперёд и распахнул пасть, готовясь разорвать Керинтоса.

Уклониться тот уже не успевал.

Защититься тоже.

Ещё мгновение — и львиные клыки разорвут его тело.

— Какая жалость.

Между Керинтосом и золотым львом вдруг возникла гигантская ростовая кукла-талисман, совершенно не подходившая к обстановке.

Лев мгновенно разорвал её в клочья.

Но пробиться дальше не смог.

Потеряв силу, атака исчезла, так и не коснувшись Керинтоса.

«Этот голос…»

Это говорила не Маркион.

И не Керинтос.

Голос был знакомым.

До боли знакомым.

— Это… кто-то призвал с помощью Грёз? — ошеломлённо пробормотал Таканори.

Но у Керинтоса секунду назад не было возможности создавать что-либо ещё.

И тут Харуто ощутил Боевым духом ещё одно присутствие.

Совершенно новое.

Раньше этого игрока здесь не было.

С потолка плавно спустилась девушка и легко приземлилась на пол.

— А-а-а-ха-ха-ха-ха! Ты меня спасла! Thank you! Gracias! Спасибо! Danke, danke! Извини-и~! Вообще-то мы хотели, чтобы ты ударила из засады!

Керинтос расхохотался, словно приветствовал долгожданного участника представления.

— Не за что. Но из-за вас первоначальный план провалился. Они всё время держали её под защитой и ни разу не оставили настоящей бреши.

— Ну ничего не поделаешь! Меняем план! Теперь просто заставим их открыть брешь! Зато после этого представления мы уже проверили, на что способна «Плеяда»~! Так что давайте все вместе с улыбкой за дело~! Хи-хи!

Девушка, разговаривавшая с Керинтосом, будто специально выдержала паузу, а затем медленно повернулась к «Плеяде».

— Ну что же. Давно не виделись, ребята.

На ней был чёрный наряд, который почти не скрывал кожу верхней части тела и с трудом выполнял обычную функцию одежды.

Глубокое декольте, открытые плечи, тонкая талия — фигура выглядела настолько соблазнительно, что в ней трудно было узнать старшеклассницу.

Чёрная юбка снизу оказалась полупрозрачной, будто нарочно подчёркивала стройные ноги.

Красивые глаза смотрели вызывающе, а на губах застыла высокомерная улыбка.

Длинные волосы, доходившие до спины, стали ещё чернее, чем при их недавней встрече, — настолько, словно могли поглощать весь падавший на них свет.

— Что с вами? Лицо забыли? Харуто и Сацуки совсем недавно меня видели. Обидно даже~

Чуть опущенные уголки глаз, маленький нос, аккуратные губы — в лице по-прежнему угадывалась прежняя девушка.

И голос почти не изменился.

Но взгляд помутнел.

Возможно, впечатление усиливали тёмные круги под глазами, но от этой девушки веяло чем-то совсем другим.

— Т-ты… Нодзоми?.. — неуверенно спросила Сацуки.

— Ну конечно. Кто же ещё?

Нодзоми широко улыбнулась и кивнула.

— Спасибо, что пришли сюда искать меня. Но очень жаль: вы зря старались. Я уже вступила в «Гнозис».

Нодзоми наверняка лишилась рассудка.

Особенно её глаза заставляли думать именно так.

Нет.

На самом деле Харуто и остальные просто не хотели верить услышанному.

— Т-ты правда… Нодзоми?.. Я… я видел твою фотографию, и ты действительно очень похожа…

Голос Таканори дрожал. На лице было написано полное неверие.

— Правда, Таканори. Или ты мне уже не веришь?

Она чуть склонила голову.

Точно так же, как делала раньше.

Для Таканори это стало окончательным доказательством.

Перед ними действительно стояла Нодзоми Кусака.

Без всякой ошибки.

— Значит… ты предала нас и перешла в «Гнозис»? Ты же всегда была умной. Это ведь неправда… Это просто… ложь, да?..

Нодзоми тихо и насмешливо рассмеялась.

— Правда, Таканори. Например, этот замок мы построили вместе с Керинтосом.

Таканори оцепенел.

Харуто и остальные испытали почти такой же удар.

Теперь всё сходилось.

Два выдающихся пользователя Грёз действительно могли создать настолько огромный замок-лабиринт со множеством механизмов.

И талисманы, вылетавшие наружу на защиту крепости, тоже были созданиями Нодзоми.

— Ты презираешь меня, Таканори? Но моё сердце… ты ранил куда сильнее.

Таканори не мог произнести ни слова.

Он слишком долго ждал встречи — и теперь не мог поверить, насколько мрачной, подавленной и полной негатива стала Нодзоми.

— Поэтому… я изобью тебя до такого состояния, чтобы ты наконец понял, что я чувствовала.

— Нодзоми… почему ты…

Она вдруг почувствовала на себе чей-то взгляд.

Асахи смотрела на неё с глубокой печалью.

Голос вырвался из горла с трудом, хриплый и слабый.

— Нодзоми…

— А-а, Асахи.

Нодзоми улыбнулась ей почти так же мягко, как в прошлом, будто на секунду вспомнила прежние времена.

— Прости. Лично против тебя я ничего не имею. Но есть человек, которого я никак не могу простить. Мне обязательно нужно измучить его как следует… поэтому придётся попросить тебя стать жертвой.

В этих словах не было ни радости от того, что Асахи жива, ни счастья от встречи спустя шесть лет.

Столько злобы невозможно было представить в прежней Нодзоми.

И это был совсем не тот ответ, которого ждала Асахи.

Скорее полная противоположность.

— Правда ведь, вы двое?

Нодзоми отвела глаза от Асахи и посмотрела на Таканори и Сацуки.

— Х-хватит, Нодзоми!

— Пожалуйста, приди в себя!

Они попытались остановить её.

Но Нодзоми лишь усмехнулась.

— Не хочу~

С совершенно злой улыбкой она высоко подняла руку.

— «Бесконечный призыв».

На полу вспыхнули тёмно-фиолетовые магические круги.

Из них один за другим начали появляться монстры — ожившие звери-талисманы.

Милые существа, похожие на стилизованных животных, за считаные секунды окружили Харуто и остальных.

Любимый стиль боя Нодзоми заключался именно в этом: с помощью Грёз она вызывала монстров и использовала их как фамильяров.

В её мире Грёз обитало множество самых разных существ.

Но на одном призыве всё не закончилось.

— Такой вид сейчас уже не в моде.

Нодзоми быстро начертила знак перед грудью.

И талисманы стали разлагаться.

Тела вспухали, гнили и теряли прежнюю форму.

Милые зверушки превращались в чудовищ, которые трудно было описать одним словом.

Глаза, рты и носы у них остались, но теперь находились совсем не там, где должны.

Тела потеряли естественные очертания и выглядели будто ожившие сюрреалистические картины.

Ни одного нормального силуэта.

Яркие цвета потускнели и сменились грязно-серыми оттенками.

Весёлое электронное хихиканье превратилось в стоны, полные ненависти.

Харуто и остальные рефлекторно окружили Асахи, закрывая её собой.

— А теперь давай отойдём и посмотрим представление, Керинтос, — сказала Маркион.

— Конечно, Маркион! Старые друзья убивают друг друга… Да это же самая смешная комедия на свете-е-е! Хи-хи!

Маркион и Керинтос, стоявшие рядом с Нодзоми, не собирались вмешиваться.

Они отступили назад.

— Ну же! Давайте поиграем вместе, как раньше!

По команде Нодзоми все готовые к бою фамильяры одновременно ринулись вперёд.

Они накатывали плотным строем, словно древнее войско.

— Ха!

Харуто с болью на лице взмахнул «Плеядами» и рассёк нескольких фамильяров.

Некоторые появлялись прямо возле Асахи, но Харуто использовал короткую задержку между началом призыва и полной материализацией и рубил их ещё до того, как те успевали атаковать.

— Басикал, Шерирут, Акзериют! «Алмазный кулак»!

Сацуки держала левый фланг.

Она взмахнула длинным хлыстом, и силы огненного, стального и воздушного элементалей — красная, серая и зелёная — обвились вокруг её кулаков.

Эта техника позволяла облекать тело силой элементалей и одновременно с ударом отнимать магическую энергию противника. Один из козырей Сацуки.

Она врезалась в толпу фамильяров и стала сметать их кулаками.

Похоже, Сацуки поняла, что в такой свалке полноценной Магией пользоваться трудно, и поэтому перешла в ближний бой.

Но сама Сацуки выглядела встревоженной — совсем не под стать её резким и точным движениям.

— «Кровавый паук»!

Клайв, удерживавший правую сторону, раскинул короткие клинки и натянул между ними сеть стальных нитей, похожую на паутину.

Сеть прижала к полу сразу несколько фамильяров, лишая их подвижности и не позволяя прорваться к заднему строю.

Лицо Клайва стало безжизненным, словно он намеренно заглушил все чувства.

— Нодзоми, пожалуйста… остановись!

Асахи из центра строя расстреливала фамильяров, которых связывал Клайв.

Пусть это были создания, у них всё равно оставались уязвимые точки.

Асахи целилась именно туда.

С каждым выстрелом в её глазах мелькала боль.

И ещё один человек…

— Угх!

Таканори прикрывал тыл Харуто.

Но он так и не оправился от потрясения.

Фамильяры застали его врасплох, и ему пришлось отпрыгнуть назад.

А позади уже появлялись новые.

— А?!

Потерять хладнокровие — значит выбросить весь накопленный боевой опыт и снова превратиться в новичка.

Позорная ошибка.

Похоже, после неожиданной атаки Таканори на миг перестал следить за окружением.

— Га!

Фамильяры сзади схватили его за руки и ноги.

Он не смог сдвинуться.

И тогда из-за прижавшихся к нему монстров бесшумно появилась Нодзоми.

— Попался!

Она протянула руку к его груди.

На тыльной стороне ладони вспыхнул маленький сине-фиолетовый магический круг — такой же свет, какой появлялся при призыве.

Таканори попытался остановить технику до активации и схватил Нодзоми за запястье правой рукой.

Но только мучительно скривился.

Оттолкнуть её он так и не смог.

— Да что ты творишь?! Басикал, смети их! «Владычество огненной кары»!

Сацуки одновременно удержала свою линию и успела ударить Магией раньше Нодзоми.

Пламя испепелило фамильяров.

Те, что держали Таканори, тоже превратились в пепел и рассеялись по ветру.

Нодзоми раздражённо цокнула языком, стряхнула его руку и отпрыгнула назад.

— …Сацуки. Почему ты мне мешаешь?

Упустив Таканори, Нодзоми сощурилась и посмотрела на неё.

На лице было уже не просто раздражение.

Настоящая убийственная злость.

— …Нодзоми. Пожалуйста, очнись.

На мгновение Сацуки дрогнула под мутным взглядом подруги, но всё-таки заставила себя ответить твёрдо.

Нодзоми стала ещё мрачнее и фыркнула.

— Хм-м… Ну конечно. Сацуки ведь специально защищает Таканори.

— Нодзоми! О чём ты…

— Заткнись!

Нодзоми закричала, не дав ей закончить.

— Я не знаю такую мерзкую свинью, как ты! Ты всё знала и всё равно притворялась дурочкой! А сама за моей спиной смеялась надо мной!

Наверное, только Сацуки до конца поняла, что скрывалось за этими словами.

Она нахмурилась.

— Нодзоми… Значит, ты всё-таки была на балу…

Нодзоми не подтвердила и не стала отрицать.

Сацуки печально опустила голову.

— Нодзоми! О чём вы вообще говорите?! — крикнул Таканори.

На лице Нодзоми появилась разбитая, болезненная улыбка.

Она вдруг стала похожа на ребёнка, который вот-вот разрыдается.

— Таканори… Ты до сих пор ничего не понимаешь. Не понимаешь, что я чувствую.

— Что ты имеешь в виду?..

— Нодзоми! Хватит! Мы не хотим причинять тебе боль!

Харуто больше не мог молчать.

— Мне уже некуда возвращаться, Харуто. Я решила избавиться от всей этой ненависти с помощью «Гнозиса».

И в следующую секунду лицо Нодзоми снова исказилось ненавистью.

Она вырвала у себя один волос и бросила его в воздух.

Появившаяся рядом «Поглощающая вуаль» втянула волос внутрь.

Никто ещё не успел понять, к чему готовиться, как Нодзоми начертила новый магический круг.

— А-ах!..

Асахи болезненно застонала.

— А… у!.. А-а!..

Харуто резко обернулся.

Асахи держалась за голову и едва стояла на ногах.

— Асахи?! Сацуки, здесь на тебе!

— Погоди!.. Л-ладно!

Харуто бросил свой участок и сразу подхватил Асахи.

— Кто-то… Кто-то со мной разговаривает.

— Асахи, ничего не говори. Просто отдохни.

Харуто лихорадочно искал причину, но ничего не замечал.

— Я всё время слышу… ужасный голос…

Свет в глазах Асахи постепенно тускнел.

Харуто встревоженно коснулся её лица.

— Не трогай меня!

Перемена произошла мгновенно.

Асахи резко ударила по его руке.

Взгляд стал острым, как лезвие, и совершенно ясно выражал отторжение.

Она смотрела на Харуто словно на врага.

Никогда раньше он не видел на её лице такого выражения.

Никогда не чувствовал от неё настолько сильной враждебности.

— А…

Харуто невольно отступил на шаг.

И только присмотревшись, наконец заметил причину.

На шее Асахи висел длинный, тонкий фамильяр, похожий на ядовитую змею и покрытый тёмно-коричневыми пятнами.

Он впился зубами ей в шею.

Харуто всё время следил за полем боя и считал недопущение фамильяров к Асахи своей главной задачей.

Как эта змея пробралась сквозь защиту?

«Тот волос Нодзоми?»

Она бросила его в «Поглощающую вуаль»…

Других подозрительных действий Харуто вспомнить не мог.

Значит, вмешалась именно «Поглощающая вуаль».

— Фу-у… Наконец поймала. Ну же, Асахи. Давай вместе посмотрим чудесный счастливый сон…

Змеиный фамильяр засветился чёрным.

— У-а-а!..

По лбу Асахи покатились крупные капли пота, и она рухнула на колени.

— Асахи!

Разбираться, как именно змея проникла внутрь строя, было некогда.

Харуто рубанул по ней «Плеядами».

Клинок отлетел.

Но удар остановила не змея.

Между ними возник другой фамильяр — огромный зверь, в котором уже невозможно было понять, медведь это когда-то или панда.

— Не мешай!

Харуто тут же рассёк его.

Но едва один противник исчез, на его место встал следующий.

— …Харуто… почему… ты никогда… меня не слушаешь?..

— Асахи… что ты такое говоришь?..

Она вдруг произнесла эти странные слова, мучительно морщась.

Вместе с прежней реакцией это не оставляло сомнений: с Асахи происходило что-то ненормальное.

Харуто яростно повернулся к виновнице.

— Нодзоми! Что ты сделала с Асахи?!

— Потом сам поймёшь. Просто смотри и жди.

— А ты стала куда загадочнее, чем раньше, Нодзоми, — холодно произнёс Клайв.

Он метнул стальные клинки, пытаясь связать её нитями.

Но фамильяры мгновенно встали щитом и приняли все удары на себя.

Ни один нож не добрался до Нодзоми.

— Ни такими фамильярами ты раньше не управляла, ни людей в сон погружать не умела. У тебя не было такой силы.

Клайв приготовил новые клинки и смотрел на неё ледяным взглядом.

Нодзоми самодовольно кивнула.

— Правильно, Клайв. Потому что я пробудилась. И теперь… могу делать ещё и вот так.

Она улыбнулась, как ребёнок, которому не терпится показать новый фокус, и протянула правую руку к Харуто и остальным.

— Кусака, достаточно.

Маркион возникла рядом с ней почти мгновенно и остановила движение.

Нодзоми недовольно опустила руку.

— Уже заканчиваем?

— Поспешишь — людей насмешишь. Пусть семя само прорастёт и окрепнет. Наш первоначальный план уже выполнен.

Нодзоми нехотя согласилась.

— Верно-верно-верно! Если показать всё самое интересное сейчас, финал потеряет вкус~! Даже цирк начинает представление только после того, как сцена полностью готова! А-а-ха-ха!

Нодзоми слегка ударила носком о пол.

Все призванные ею фамильяры один за другим словно провалились под землю.

Похоже, они возвращались в мир Грёз.

Змея, кусавшая Асахи за шею, исчезла вместе с ними.

Освободившись, Асахи тихо застонала.

— Члены «Плеяды», на сегодня мы прощаемся. В следующий раз я обязательно приглашу вас в мой рай, — сказала Маркион.

— Хи-хи-хи! На этом представление окончено~! До следующего великолепного шоу во сне-е-е!

— Пока, ребята. В следующий раз я развлеку вас куда лучше.

Маркион ударила посохом о пол.

Трое начали растворяться в воздухе, словно туман.

Телепортация, созданная Законами мироздания.

— Чёрт! Стоять! Никому не дам уйти!

Харуто бросился вперёд, пытаясь схватить хоть кого-нибудь.

Поздно.

Он поймал только воздух.

И одновременно с этим пол зала с оглушительным грохотом начал разваливаться — словно само пространство объявляло, что задание выполнено.

Даже времени разозлиться не осталось.

Под ногами были только падающие обломки.

А далеко внизу — бескрайнее море.

— Акзериют, взорвись! «Изумрудная буря»!

Когда все начали падать вместе с замком, Сацуки вызвала воздушную Магию.

Порыв мгновенно подхватил группу и, нарушая законы гравитации, понёс вверх.

Харуто крепко прижимал к себе потерявшую сознание Асахи.

— …Всё исчезло, — тихо сказала Сацуки, и в её голосе смешалось слишком много чувств.

«Плеяда» зависла в воздухе.

Им оставалось только молча смотреть, как замок грёз постепенно рушится и исчезает.

---

Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»

Телеграм (новости, анонсы, эксклюзивы): https://t.me/domnekromanta
Читать раньше всех на бусти: https://boosty.to/domnekromanta