Плеск…

Шум разлетевшихся во все стороны брызг отозвался гулким эхом.

Ночная купальня под открытым небом. В горячем источнике, среди мягко клубящегося белого пара, нежились четыре девушки: сёстры Усами, Юдзуки и Аканэ.

— Ха-а… Аж к жизни возвращает… — раскинув руки, выдохнула Хикари. Погрузившись по самые плечи, она потянулась и перекатилась на бок прямо в воде.

— И правда, так приятно… — Чикаге зажмурилась от удовольствия, позволив кончикам волос свободно плавать по поверхности.

А затем…

— Да-а, зимой всё-таки нет ничего лучше горячих источников! Просто супер!

— Аканэ, не буянь. Вода же летит… — слегка разморённая Юдзуки криво усмехнулась, обмахивая лицо рукой.

Окружённые снежным пейзажем и клубами пара, раскрасневшиеся девушки вели неспешную, ленивую беседу.

Вдруг Аканэ, прислонившись к краю купальни, задумчиво произнесла:

— …Слушайте, а когда и почему вы влюбились в Такашики?

На этот внезапный вопрос остальные три девушки вздрогнули.

— С-с чего вдруг такие вопросы?.. — густо покраснев, спросила Чикаге.

— Ну, мы же тут все вместе в источнике нежимся, так давайте заодно и души друг перед дружкой обнажим! — подзадорила их Аканэ с хитрой ухмылкой, и глаза Хикари тут же заблестели.

— А что, безумно интересно! Давайте, давайте! Начнём с Юдзуки!

— Э-э?.. Почему с меня-то?.. Я вообще-то пас!

На отчаянно сопротивляющуюся Юдзуки устремились три полных любопытства и ожидания взгляда. Пути к отступлению оказались отрезаны.

Погрузившись в воду по самый подбородок, Юдзуки замялась, но всё же заговорила:

— Началось всё… наверное, ещё в младшей школе. Честно говоря, Сакуто тогда казался мне кем-то вроде героя… Ну, скорее, это была даже не влюблённость, а что-то ближе к восхищению, понимаете?..

Остальные три девушки дружно закивали: «Как мы тебя понима-а-аем…»

— В младшей школе часто бывает такая любовь-восхищение, да?.. Например, когда мальчик быстро бегает или много всего знает. Очень даже понимаем!

Стоило Аканэ произнести это, как Юдзуки покраснела до кончиков ушей и чуть ли не с головой ушла под воду.

— Так, следующая — Аканэ! — подгоняла её Хикари.

Аканэ скрестила руки на груди и, подавшись вперёд, пустилась в откровения:

— Наверное, всё дело в переменах. Когда мы оказались в одном классе на втором году обучения, поначалу он показался мне просто «неприметным и неразговорчивым парнем». Но пока я за ним наблюдала, его внезапная доброта, манера порой говорить всё прямо и честно… Ну, знаете, этот контраст?.. Вот он-то меня и покорил!

На этот раз уже все, кроме Аканэ, горячо закивали: «Как мы тебя понима-а-аем…»

— Очарование контраста реально существует, правда?.. Это когда вдруг сердечко ёкает! — подхватила Хикари, и Аканэ смущённо рассмеялась.

— Так, а теперь — Чи-тян!

— Э-э, мне тоже?.. Хи-тян, ты же и так всё знаешь!

— Но Аканэ-то ещё не в курсе, так что прошу!

— Да мне же неловко теперь… — зардевшись, Чикаге осторожно прикрыла грудь руками и начала свой рассказ: — Это было на летних курсах в третьем классе средней школы… Как бы это сказать… Его незаметная, не бросающаяся в глаза доброта… Эта ненавязчивая искренность, что ли… — при воспоминании о тех днях лицо Чикаге смягчилось. — У него есть такая черта — он готов действовать ради других даже во вред себе. И при этом совершенно не кичится своими поступками. Скорее, делает всё настолько тихо, что никто и не замечает… Вот это в нём и подкупает.

Три слушательницы дружно выдохнули: «Как мы тебя понима-а-аем…»

И вот, наконец, настала очередь Хикари…

— А у меня всё решило… то чувство, когда мы впервые встретились?..

— …А?..

— Эхе-хе, для любви причины не нужны!

— Это нече-е-естно!

Девушки разом накинулись на неё с упрёками, смеясь и нежась в горячей воде.

Однако… никто из них, кроме Хикари, не подозревал: по стечению обстоятельств весь этот девичий разговор от первого до последнего слова слышал Сакуто…