— Ах, эм…, нет. Просто нет.

— Что вы сказали?

— Наш малыш не такой. У него нет никаких проблем…

Придя наконец в себя, Каёль замахала руками.

— Ах. Да. Я это понимаю, но, пожалуйста, скажите нам, где вы его взяли.

— Я просто… принесла его…

— Принесли? Из подземелья?

— Нет, не из подземелья, но…

— У вас есть сертификат или серийный номер? Если он не зарегистрирован в Логове, может быть, он зарегистрирован в другой стране?

— Эм…

Она почувствовала, как пересохло в горле. Выражение её лица слишком явно выдавало вину. Один из сотрудников усмехнулся и покачал головой.

— Мы должны временно поместить неподтвержденных духовных зверей в карантин для дезинфекции. Прошу вашего содействия.

С этими словами он резко шагнул вперед. Его руки потянулись к цыпленку Чирпи.

— Пожалуйста, подождите! — испуганно прервала его Каёль. — Э-э, сертификат…! Он наверняка у нас есть! Я точно не знаю, но могу спросить нашего аджосси!

— Хорошо. Вы сможете принести его нам позже. Не беспокойтесь, мы просто забираем его на время в качестве меры дезинфекции. Как только найдете регистрационное свидетельство, сможете прийти в отдел управления духовными зверями.

— То есть вы всё равно заберете его сейчас?

— Да. Нам необходимо поместить его в карантин.

Женщина указала на свой шлем, где красным было написано: [Срочный карантинный период]. Видя, что Каёль продолжает упрямо сопротивляться, женщина вздохнула.

— Мы тоже делаем это не по своей воле. В незарегистрированных духовных зверях может быть какой-нибудь вирус, верно? Вы сможете прийти с сертификатом хоть завтра. Пожалуйста, поймите, это ради безопасности каждого.

Её слова звучали мягче, чем прежде. Но, слушая их, Каёль чувствовала, как дрожит цыпленок в её руках. Чирпи был напуган.

— П-простите, — пробормотала Каёль, сама не понимая, что говорит.

Она понимала необходимость процедуры. Но малышу сейчас было страшно.

— …Я, я не думаю, что смогу его отдать.

Начало их отношений было легким. Она кормила его, он хорошо ел, и, видя, как он раз за разом получает травмы, она жалела животное. Живя вместе, она постепенно привязывалась к нему, и сама не замечая того, её чувства сменились с жалости на привязанность. Возможно, это произошло не столько из-за её собственных чувств, сколько из-за любви, которую цыпленок проявлял к ней. Ведь этот духовный зверь следовал за ней повсюду.

Иногда Каёль не могла уделять ему много времени. Из-за лекций и заданий, из-за того, что ей нужно было играть с подругами и онни, она бывала невнимательна. Но даже тогда он всегда следовал за ней. Первым, кто приветствовал её по возвращении с занятий, был цыпленок. Прежде чем она успевала поставить сумку, этот желтый комочек подбегал и терся головой о её голень. Мягкий пух щекотал ноги. Опускаясь на колени, она поднимала его и чувствовала тепло крошечного тела. «Как бы ты жил без меня?» — думала она.

Совсем недавно Чирпи стал для неё еще более особенным. Это случилось, когда Ёрум получила высший балл в первой четверти и её постоянно вызывала пиар-команда. Они просили об интервью каждый божий день, и даже после отказов часть встреч пришлось провести. Ёрум становилась всё более знаменитой. Девушки подбегали к ней на улице, называя себя её фанатками.

Каёль завидовала Ёрум. Завидовала интервью и даже тому, как та раздражалась из-за них. Для неё то, что Ёрум любят другие, казалось чем-то сияющим.

В день своего последнего интервью Каёль, оставшись одна, закрыла глаза и заново прожила тот момент, когда стояла перед толпой. Это было лишь раз, но бесчисленное количество людей смотрело на неё с безраздельным вниманием. Воспоминания помогли подавленности немного отступить. Но досада всё еще оставалась. Она безучастно сидела в гостиной, когда Чирпи подошел к ней и потерся своим похожим на сахарную вату пухом. Как будто просил обратить на него внимание.

Откуда он знал? Или это была чистая случайность? На самом деле, это не имело значения. Какова бы ни была причина, он отдавал Каёль всё свое внимание и бесконечно просил её собственного. Как ребенок, ищущий мать. В тот довольно депрессивный день Каёль крепко обняла цыпленка.

Чирпи усердно пищал: «Что-то случилось? Мое дорогое божество-храеитель». Несмотря на то, что она не понимала слов, то, как это желтое существо склоняло голову, и пара черных глаз, смотрящих только на неё, утешали Каёль.

После этого ей стало любопытно всё, что связано с Чирпи, и она расспрашивала Ю Джитае. Тогда она услышала от него еще одну поразительную историю.

— Этот малыш был заперт в таком крошечном месте 20 лет?!

— Вероятно, да.

— Ого… он старше меня…! Нет, важнее другое. Почему? Зачем они вообще так поступили?

Почему духовного зверя держат в племенном центре и ограничивают его рост? Ю Джитае объяснил это, сравнив с дельфинами в океанариумах. Проще говоря, это был результат человеческой жадности. Регрессор не видел в этом большой проблемы. Жадность всегда была сильнее реальности и всегда приводила к разрушению.

Каёль не могла понять всего, что он говорил, но осознала — такова реальность.

— Это так грустно…

Насколько же мучительно было сидеть в заточении? Каёль не хотела, чтобы он чувствовал себя запертым, по крайней мере, пока они в квартире 301. Поэтому она решила, что должна выходить с ним гулять при любой возможности.

— Чирпи. Пойдем гулять!

Риски, сопровождавшие прогулку, были её проблемой, и это был вопрос, который она должна была решить своими руками.

— Кадет!

— Нет?! Не подходите ближе.

— Кадет. Пожалуйста, сотрудничайте. Это не такая уж большая проблема.

— Нет. У него ничего нет. Я принесу вам документы или что угодно завтра, так что можете просто уйти сегодня?

Раздраженная женщина-сотрудник схватилась за лоб.

— Ха-а… вы думаете, мы делаем это потому, что хотим? Если вы продолжите в том же духе, у нас не останется выбора, кроме как применить силу. Господин Хёнтэ.

Мужчина подошел ближе.

— Простите.

Его слова были вежливыми, а руки осторожными. Тем не менее, было ясно, что эти руки пытаются схватить Чирпи. Она взяла его под защиту и должна была защитить. Она хотела, чтобы они оставались вместе, а значит, должна была нести ответственность.

Поскольку это был первый раз, когда чья-то жизнь зависела от её рук, Каёль чувствовала огромное давление. Это, судя по всему, раздражало сотрудников, и другой мужчина начал подходить, громко крича:

— Просто отдайте его нам, это опасно! Ясно?

— Эй, Пильсон.

(ПИСЮН хахахахахзахахаахза. Ладно это кринж)

— Отойди. Почему ты такой медленный?!

Мужчина потянулся вперед. Сильный взрослый мужчина, к тому же суперчеловек, насильно схватил цыпленка за крыло. Она чувствовала, как Чирпи извивается и бьется лапками и крыльями.

И тогда… Золотая искра молнии вспыхнула в глазах Каёль. Она неосознанно вытянула руки вперед. Мана дракона расцвела в её груди, и заклинание, которое она никогда не использовала с рождения — власть золотой расы — выстрелило, как пуля.

[Разветвленная молния (A)]

Та-анг!

Осколки молнии прорезали воздух. Этого было вполне достаточно, чтобы убить человека. Если бы кто-то внезапно не появился и не перехватил её запястье, эта разрушительная сила определенно вырвалась бы наружу, превратив всех присутствующих в пепел.

— Ах…

В тот момент, когда она посмотрела в его глаза, напряжение лопнуло, как перетянутый шарик. Она наконец пришла в себя. Ю Джитае держал её за запястье.

— А-а, аджосси…!

Думая, что совершила огромную ошибку, Каёль в испуге опустила голову. Цыпленок дрожал, и Каёль тоже. Однако Ю Джитае ничего ей не сказал и обернулся. Потрясенные внезапной вспышкой магии, сотрудники повалились на землю. Мана была использована с шокирующей скоростью.

Он как раз тренировал Ёрум. От осознания проблемы до прибытия сюда у него ушло ровно 15 секунд. То, что произошло за это короткое время, было довольно экстремальным. Каёль оказалась гораздо более нетерпеливой, чем он ожидал.

— Я опекун, — он поднял свой бейдж.

— Ч-что это было сейчас? Она только что напала на нас, используя свои способности?

Всё произошло слишком внезапно, и они закричали от неожиданности, придя в себя. Отдел управления духовными зверями был крайне незначительным подразделением. Кто-то знал имя Ю Джитае, кто-то — нет.

После недолгого раздумья Ю Джитае ответил:

— Позвольте мне извиниться. Наш ребенок совершил ошибку.

— И это всё? Кто-то чуть не погиб только что…! — выкрикнул один, пока другой наконец опознал его. На бейдже опекуна значилось: Ю Джитае.

Ю Джитае?

— Пильсон. Этот человек… типа… эм…

— Что! Просто отойди, Хёнтэ.

Он был крайне взвинчен. Тот, кто узнал имя, пребывал в сомнениях, в то время как тот, кто не узнал, решил жестко поставить Ю Джитае на место.

— Я приношу извинения и улажу случившееся на удовлетворительном уровне.

— Да что это вообще значит? Прямо сейчас это инцидент «несанкционированного использования способностей кадетом»! Стойте на месте! Я вызываю часовых!

Пока сотрудник вызывал подмогу, Ю Джитае оглянулся на Каёль. Он положил руку на золотистые волосы девочки, которая всё еще не знала, что делать.

— Ты в порядке?

— Ах, да, да…

— Хорошо. Не о чем беспокоиться.

Похоже, ей нужен был разговор. Через несколько минут прибыл один из часовых. Сотрудник управления, казалось, был из тех, кто долго злится. Он громко кричал о том, как они опоздали, но внезапно стал пугающе вежливым, когда часовой наконец появился.

Часовым, прибывшим на имя Ю Джитае, был не кто иной, как Силлардо Лео. Обладая огромным телосложением, превышающим 3 метра в высоту, и одетый в сверкающие доспехи, мужчина поднял свой боевой молот и почесал голову рукой.

— Ч-что привело вас сюда лично, сэр… — отпихнув в сторону растерянного сотрудника, Силлардо подошел к Ю Джитае. Затем он неловко улыбнулся. — Снова вы?

— Почему-то да. Как ваше самочувствие?

— Вы думаете, оно так быстро придет в норму после того, как меня так приложили?

В его голосе слышались нотки затаенной обиды. Видимо, у великана было маленькое сердце.

Сотрудники управления были в шоке. Один из них, наконец окончательно поняв, кто перед ним, прошептал это на ухо товарищам, отчего их шок стал еще сильнее. Когда великан выслушал всё о ситуации, он понял, что происходит, и закончил всё одной фразой:

— Ахх, вы люди. Это даже не что-то важное…

Раз дело приняло такой оборот, регистрация духовного зверя и прочее больше не имели значения, потому что часовые возьмут это на себя. Таким образом, больше не было причин перекладывать вину на других людей.

— Команда управления, сделайте, пожалуйста, надлежащее объявление о периоде дезинфекции.

Великан уладил ситуацию и развернулся.

— Ты в порядке? — спросил он по пути назад Каёль, которая выглядела отрешенной.

— Ах, да. Я в порядке. Прости. Спасибо. Я совершила ошибку. Я не хотела этого делать. Мне правда… очень жаль… — пробормотала она с пустым выражением лица.

Казалось, она была сильно потрясена. Мана в тот момент была крайне острой. Она почти напала на людей и едва не убила их.

— Я в порядке…

Она выглядела так, будто ей нужен был серьезный разговор.