Едва Файрен успел договорить, как из заклинания, окружавшего Селену, вырвался внезапный всплеск маны. Она выругалась, вздрогнув, когда одна из рун в третьем круге с треском лопнула. Внешне с ней всё было в порядке, но под колоссальным давлением верхних слоев заклинания в ее размещении обнаружился изъян.

Бореалис пронзительно закричал, выпустив над моей головой поток ледяной маны и раскрыв крылья, чтобы закрыть меня. В то же мгновение Файрен обхватил меня рукой. Горячая, огненная мана омыла мое тело, отчего у меня перехватило дыхание.

Взрыв прогремел внезапно, сотрясая всё вокруг. Я зажмурилась, когда ударная волна со всей силы обрушилась на нас, разбиваясь о барьеры Файрена и Бореалиса. Но даже сквозь эту двойную защиту мои внутренности содрогнулись, и я закашлялась, почувствовав во рту вкус крови. Через Нексус я ощущала, как Адаптивное Сопротивление разгорается вокруг Селены, пожирая бесконечный прилив бушующей маны. Время от времени волны пересекали порог, который оно могло выдержать, проникая внутрь и облизывая Селену, словно голодные языки пламени.

Наконец шторм утих. Я выглянула из-за плеча Файрена и ахнула от вида разрушенного сада. В радиусе пятисот футов [152 м] вокруг места, где оборвалось заклинание, земля была выжжена дочиста, а в пределах еще тысячи футов [304 м] ни одно дерево или куст не уцелели. Стены внутреннего двора и само поместье покрылись светящимися защитными барьерами, но многие из них лихорадочно мерцали, готовые развеяться от малейшего дуновения ветра. Перепуганные лица горничных, слуг и гвардейцев испуганно смотрели на нас из окон с широко раскрытыми глазами и разинутыми ртами.

Селена, спотыкаясь, выбралась из клубящихся облаков пыли в центре разрушений, ее волосы были растрепаны, а одежда превратилась в лохмотья. По лицу струилась кровь, сочась из прокушенных губ, а её душа представляла собой хаотичный, содрогающийся беспорядок. И всё же я с облегчением перевела дух. Раненая и дезориентированная - это всё равно куда лучше, чем мертвая.

— Селена, ты в порядке? — спросила я, выкручиваясь из-под руки Файрена и подбегая к ней.

Я подхватила эльфийку, когда она начала падать, и едва не рухнула на землю под её весом. Файрен в один шаг оказался рядом, удержав нас обеих, и наградил меня суровым взглядом. Хотя теперь он принял её вес на себя, я не разжала пальцев, продолжая крепко держать её за руку.

— Всё… могло пройти и лучше, — пробормотала Селена, вытирая кровь с подбородка тыльной стороной ладони.

— Еще бы. Продержись ты на час дольше, и от этого поместья вообще ничего бы не осталось, — заметил Файрен.

Она метнула в него взгляд, но её глаза были слишком затуманены, чтобы он вышел по-настоящему колким. — В следующий раз я справлюсь. Это заклинание как-то странно форматирует руны. Я к такому не привыкла, поэтому, должно быть, где-то просчиталась. Но теперь я во всем разобралась, так что мы должны-

— Селена, — мягко перебила я её. — Я думаю… наверное, сейчас не стоит. Ты зашла слишком далеко и израсходовала слишком много маны. Даже если бы всё пройдет идеально, к моменту формирования девятого круга у тебя её просто не останется. И к тому же твоя душа всё еще не оправилась от отдачи. Тебе нужно время.

— Черт, — процедила она. — Ты уверена?

Я хмуро кивнула, и она, застонав, потерла голову.

— Ладно, но завтра я сделаю это, чего бы мне это ни стоило.

— С другой стороны, теперь у тебя есть отличное открытое поле для тренировок. Если, конечно, сможешь найти садовника, который засыплет этот кратер, — добавил Файрен, кивнув нам за спину.

Я обернулась и шумно вдохнула: пылевое облако окончательно рассеялось, обнажив огромную воронку глубиной футов в тридцать. [9 м]

— Да уж, они кого-нибудь найдут. Нам не привыкать, — проворчала Селена. — И, пожалуй, в следующий раз я попробую сделать это на тренировочных площадках. Надо было сразу об этом подумать. Ну, то есть, я думала, но Р’лисса справилась так легко, что мне показалось… тьфу, она же герой. Конечно, у нее получилось.

Когда мы помогли Селене доковылять до поместья, тут же появились служанки и приняли её из наших рук. Они поспешно увели эльфийку, одарив меня строгим взглядом, когда я попыталась последовать за ними.

— Оставь их, ей нужен отдых. И тишина, чтобы поразмыслить над своей неудачей. Только так она сможет продвинуться дальше, — сказал Файрен, опустив руку мне на плечо.

Я прикусила губу, провожая взглядом её фигуру, скрывающуюся на вершине парадной лестницы. — С ней точно всё будет хорошо? Её душа была такой нестабильной.

— Думаю, да. До восьмого и девятого кругов нет никакой реальной опасности получить необратимые повреждения. Всё, что до этого - не более чем искры от костра.

В тот день нам больше ничего не оставалось, кроме как помогать с расчисткой территории, к чему ни Файрен, ни Фейбл, ни Бореалис особого интереса не проявили. Какое-то время я использовала Магию Земли, чтобы стягивать разбросанную почву и камни обратно в кратер, но все местные садовники были магами с куда более богатым опытом в таких делах. Рассудив, что я только путаюсь у них под ногами, я удалилась в Хейвен, чтобы расспросить Фейт об изменениях в Божественности.

— Да, ты права, — задумчиво произнесла Фейт. — Твоя аура сформировалась преждевременно именно из-за Божественности. Ты ничего не можешь с этим поделать, кроме как пытаться её контролировать, поэтому я и не сочла нужным упоминать об этом. Но любопытно, что её сила ускользает из-под твоего контроля.

— У тебя есть идеи, почему? Что-то идет не так? — спросила я.

Она пожала плечами. — Ни один смертный никогда прежде не нес в себе божественность, и уж точно не в течение такого долгого срока, как ты. Но твоя ситуация может быть еще более уникальной. Подозреваю, всё дело в хрупкости твоего тела и, как следствие, нестабильности души. Ты уже достаточно сильна, чтобы неосознанно черпать её истинную мощь, но твой сосуд дал трещину. Вполне естественно, что сила начинает изливаться наружу. Я рекомендую тебе держаться подальше от тех, кого ты плохо знаешь или кому не доверяешь. Достаточно малейшей искры, чтобы эта энергия вырвалась наружу, затянув тебя, их или всех вокруг в ловушку судьбы.

— Вроде того видения? — нерешительно уточнила я.

— Возможно, но последствия могут оказаться куда более… радикальными. Будем надеяться, до этого не дойдет.

Я поджала губы, колеблясь между желанием расспросить подробнее и решением оставить всё как есть. Она сделала выбор за меня, ободряюще похлопав по плечу.

— Не забивай себе голову прямо сейчас, у тебя будет полно времени на это, когда всё случится.

Когда, а не если.

С этой отрезвляющей мыслью я сделала легкий реверанс и ушла. В моей голове роилось куда больше вопросов, чем ответов. Главным среди них был вопрос о том, что произойдет, если я продолжу становиться сильнее. Чисто логически - всё станет только хуже. Но могла ли я позволить себе остановиться прямо сейчас? После того, как далеко мы зашли, и зная, сколько нам еще предстоит пройти?

Той ночью, блуждая в видениях, я очутилась на мрачной городской площади. Небо над головой было черным, задохнувшимся от дыма и лишенным звезд. Земля была усеяна телами демонов, восставших и людей, утопающих в черной, зловонной крови. Пряди фиолетовой энергии вились по мостовой, притягиваясь к душам выживших демонов, которые беспокойно мерили шагами улицы города. Мой желудок сжался, когда одна из этих прядей скользнула по моей ноге, послав разряд скверны сквозь мою призрачную форму. Магия проклятий.

Демоны расступились, пропуская фигуру в черном плаще. Мое сердце затрепетало, когда я узнала фиолетовые глаза Люка, поблескивавшие из-под капюшона. Я не могла не заметить золотистый блеск броши на его груди. Рядом с ним кралась Джесси, держа в руке серебряный кинжал обратным хватом.

— Что теперь? — спросила она, когда они проходили мимо места, где я стояла.

— Эти проклятые Восставшие… они слишком долго нас сдерживали, — процедил Люк. — Даже эта победа кажется пустой. Сколько времени потребуется нашим силам, чтобы занять остальную часть города?

— Думаю, несколько часов. Личи отступили почти час назад.

— Это произошло, когда Черная Мгла ослабла. Интересно, что случилось. Что-то привлекло внимание героя нежити? — спросил Люк.

— Вот уж не знаю… — Джесси поджала губы. — Если дашь мне день, я во всем разберусь.

— Не будь безрассудной. Даже ты не сможешь так долго сопротивляться Черной Мгле. Черт, как же мне не хватает Хивии. Она бы нам всё рассказала.

— Ну да, но она в некотором роде жульничает. И на нее нельзя положиться. Кто знает, правдивы ли те картины, что она видит, — отозвалась Джесси.

Я вздрогнула, но не нашлась, что возразить. И всё же, по какой-то причине, звук моего имени из уст Люка, несмотря на разделяющее нас расстояние, согрел мне сердце. Я понимала, как это глупо, но какая-то маленькая часть меня надеялась, что он скучает по мне не только из-за моей способности видеть сквозь нити судьбы.

Вдалеке прогремел взрыв, от которого содрогнулся город. Люк и Джесси резко обернулись.

— Возьми орду Огненных демонов и зачисти западные стены, — скомандовал Люк. — И передай Констансу, чтобы выбил людей из собора. Убивайте любого, кто продолжит оказывать сопротивление. Они слишком долго испытывали мое милосердие. Время снисхождения прошло.

— Наконец-то. Я уж начала думать, что ты действительно собираешься позволить им возиться тут вечность, — ухмыльнулась Джесси. — Приятно знать, что в тебе еще остался стержень… по крайней мере, когда её нет рядом.

— Заткнись, — бросил Люк, потирая рог. — Просто сделай это.

Джесси растворилась в облачке черной маны. Люк вздохнул, скрестил руки на груди и рассеянно коснулся пальцами золотой броши.

— Жди меня, Хивия, — прошептал он, сжимая брошь в кулаке. — Еще совсем немного. Я уже иду.